Раз уж Вы попали на эту страничку, то неплохо бы побывать и здесь:

[ Гл. страница сайта ] [ Логическая история цивилизации на Земле ]

Глава 13

 

[ Оглавление ]

[ Назад ]                                    [ Вперед ]

 

Глава 13

Суть империи – боязнь и хвастовство.

Насилие, религия и водка – средства достижения

 

Введение

 

В предыдущих разделах я освещал многие вопросы, к которым намереваюсь вернуться в этом разделе. Дело в том, что более или менее полное упоминание их ранее, было вызвано задачами, которые стояли передо мной в тех разделах, и упоминание только иллюстрировало данную узкую задачу. Поэтому получился набор разрозненных  и удаленных друг от друга факторов, которые надо сейчас собрать в кучу и положить в  комплексно взаимосвязанном виде на ваш обеденный стол: кушайте на здоровье в виде готового винегрета.

В заголовке я выбрал постулаты, не являющиеся в настоящий момент, когда вы их прочли, очевидными. Ну, разве может быть с первой прикидки хвастовство сутью империи? Это так непривычно, так несуразно, так не вяжется с тем, что мы знаем про империи, например, о Римской. В вашей голове, когда вы произносите мысленно слово империя, возникают крупномасштабные, даже величественные движения души, народов, какие-то невообразимо высокие чувства, глобальные причины. Мой же постулат такой мелкий, незначительный, даже немного стыдный, который надо скрывать, во всяком случае, не показывать отчетливо и явно. В общем, - «мелкий», мелочный постулат, недостойный, чтобы даже о нем упоминать. Он напоминает, вероятно, вам как если бы я назвал сутью и причиной всеобщего потепления климата на Земле примус на соседской кухне.

Или возьмем водку. Ну и выбрал, скажете вы, средство, такое же бесполезное ныне, после мутации палочки Коха за последние тридцать лет, как бесполезен массаж при лечении туберкулеза. Между тем, водка имеет очень большое значение для российской власти, и я попытаюсь это доказать. Для этого и других целей я еще раз остановлюсь на русской элите, князьях-разбойниках, но только увяжу их с действующей хронологией, чтобы показать, кто они есть на самом деле в дополнение к тому, что я уже о них сказал ранее.

Что касается страха, то это всегда с нами, неотъемлемо от нас, каждого. Но страх царей – это нечто совсем иное. У нас, людей, страх безотчетен и необъясним, царский же страх совсем иного рода, он вполне объясним, разложим на составные части и предотвратим разными методами. Им, царям, даже удается переносить свой страх на нас с вами, вернее заставить нас бояться того, чего они боятся, и что к нам с вами не имеет никакого отношения.

Религию я понимаю в данном случае не только как собственно религию, но, как и идеологию. Ибо религия – это, прежде всего необъясняемая вера в идеологию, хоть христианства, хоть коммунизма, хоть нацизма или национал-социализма. Правда, первые идеологии, например христианства, вообще не объяснялись, потом их начали пытаться более или менее вразумительно объяснять. Об этом я поговорю более подробно в настоящем разделе.

Хвастовство я подробно рассмотрел выше, и возвращаться здесь к нему не буду.  Отмечу только, что мною описано хвастовство на излете возможности хвастовства, когда уже нет причины хвастаться, нечем хвастаться, однако хвастаться продолжают, высасывая причины его из пальца. Начиналось хвастовство, конечно, гораздо раньше, когда в действительности было чем похвастаться, но причина и тогда была всего одна – армия, которой все боялись, но не культура. Я скажу, что нет народа, у которого бы не было людей, которыми можно гордиться всей нацией: служители науки и искусства. Поэтому я не воспринимаю наше преувеличенное пропагандистское упоминание к месту и не к месту о любви всего мира к Достоевскому, Толстому, Чехову и так далее.  Это нормально для любого народа, поэтому и нашим пропагандистам не надо ставить наших кумиров как всемирное и единственное в своем роде явление. Ведь не только на них, наших корифеях, как можно понять, слушая пропагандистов, построен мировой прогресс.

Что касается хвастовства армией, то можно вспомнить пример, когда Николай I хотел послать в Париж несколько миллионов «зрителей в серых шинелях» на спектакль про северную Клеопатру Екатерину Великую. Как же это достигалось в нашей стране? Для ответа на этот вопрос надо исследовать, что такое вотчина, отчизна, смерд и холоп. В этих словах много можно найти интересного. Особенно, если рассмотреть кучно деяния второго Романова, Алексея, по «всенародному» принятию  Соборного уложения, церковному расколу, «посадскому строению», а потом сопоставить все это с народными восстаниями и пустыми, без единого жителя, деревнями.

Немаловажные надежды я возлагаю также на изучение вопроса о русском языке в различных губерниях Великороссии, данные о котором представил нам знаменитый трудяга-ученый Владимир Даль. Здесь должны вскрыться некоторые закономерности, проливающие свет на путь «из варяг в греки». Хочу представить на суд читателя также рассмотрение такого простого вопроса: зачем и как нас ломают правители? А также виды повседневного насилия, применяемого к народу 200 национальностей, которое даже никто не хочет замечать, считая, что такого вопроса не существует в нашей стране.

Во всем этом невооруженным взглядом видна специальная идеология, за долгие столетия ставшая остро отточенным инструментом. Поэтому посвящу несколько страниц этому вопросу, и постараюсь исследовать, не из Ветхого ли завета она берет свой исток? Вопросам магии и религии я посвятил достаточно места. В этом же разделе я постараюсь рассмотреть, что лучше для народа: магия или религия? И за кем в конечном исходе останется первенство? Вопрос на первый взгляд кажется абсурдным, но все же я не думаю так.

И, наконец, меня очень интересует вопрос, почему Швейцарская конфедерация на сегодняшний день крепче Российской федерации? Ведь по самому смыслу этих слов конфедерация должна быть внутренне слабее федерации, цемент у нее по идее должен быть менее крепкий? Вот эти вопросы и будут рассмотрены ниже.                      

 

Водка

 

О водке я сказал уже достаточно в предыдущих разделах, но она стоит того, чтобы к ней, возвращаться, вновь, и, вновь. Очень, уж, она, действенный фактор в развитии народов, особенно северных, хотя и южные, например коренные австралийцы и индейцы, тоже натерпелись от нее много. Мои предыдущие освещения водочного вопроса могут показаться недостаточно убедительными. Поэтому, после экскурса в генетику, снова возвращаюсь к этой теме.

Недавно в «Мире животных» видел научно-популярный фильм об одном из видов южноамериканских обезьян, которые специально дожидаются пока какой-то фрукт, похожий на апельсин, не перебродит внутри кожуры на тропической жаре, а потом едят его, предвкушая  большое, ожидающее их, удовольствие. Наевшись, становятся очень похожими на пьяных русских мужиков, с такими же нарушениями координации в движениях и пьяным мертвецким сном, что даже сваливаются с веток деревьев, на которые прилегли «отдохнуть». В этой связи как не вспомнить, что в северных лесах, как на Великой русской равнине, так и в германских, скандинавских и польских лесах, жило столько диких пчел в древней экологической чистоте, что на каждого жителя этих лесов, включая медведей, хватало с избытком сладкого лакомства, почти целиком состоящего из различных сахаров. Содержание сахаров в меде чуть ли не 100 процентов, а в самых южных сортах итальянского винограда, из которого можно получить самое крепкое сухое некрепленое спиртом вино, сахара-глюкозы содержится несравнимо меньше, процентов 20. Поэтому, перебродивший по естественным причинам мед в дупле – неплохой «фрукт» для северных первобытных «обезьян».  Не здесь ли лежит любовь северных народов к пьянству, закрепившаяся в генах?

А теперь перейду к историческим данным. Как пишут историки, в России водку начали гнать в 14 веке. Мы с вами от Ибн-Фадлана знаем, что в 10 веке русские пили исключительно «горячий напиток», которым он называл русскую медовуху. Помните, как он писал, что на треть имущества покойника покупался этот напиток, чтобы выпить, как следует на его похоронах. Я еще догадался, что и тех, кого хоронили с ним вместе из его рабов, доводили до кондиции эти же горячим напитком, чтобы они по доброму своему согласию были сожжены вместе с ним. Значит, водки на Руси в 10 веке не было. Затем я опять «догадался», что водку выдумали нам евреи, прибывшие с казаками-разбойниками править Русью с Рюриком во главе. Я только не мог никак сообразить, у нас они ее изобрели, или там еще, в Волго-Донских степях, или даже в славном городе Итиль? Хотя надо было мне подумать еще тогда, что в те времена на Руси хлебов не было, а было одно просо, из которого водку гнать – одно мученье. Мне бы надо было сообразить, что как раз в тех местах, где гуляли «хазары», пшеница была широко распространена, и не потому, что ее сами хазары сеяли, а потому что грабили у купцов на главном проходном дворе. И если еще не забыли, я говорил, что русским придумать самогонный аппарат – было выше их возможностей. Вот почему мне так понравился 14 век.

  Куликовская битва, как вы помните, тоже произошла на излете 14 века, в 1380 году. А произошла она потому, что Дмитрий Донской решил изменить принцип наследования, заведенный в у хазар, они же казаки-разбойники. Значит, Рюрика пригласили в качестве бандитской «крыши» несколько ранее с его бандитским наследованием от старшего брата к младшему, между 10 и началом 14 века. Тогда же, наверное, и хлеб на Руси начали сеять, а хмелем для производства дрожжей весь лес увит был. Однако согласно истории опять же винные откупа появились только с 16 века, точно тогда, когда начали поставлять «татарам» в Кафу  по 100000 рабов разом. Похоже на то, что с 16 века произошла полная замена «горячего напитка» холодной водкой.

Я объяснил выше исток продажи своих людей в рабство спаиванием народа «горячим напитком», когда он обещал все, как и сегодня обещает пьяный мужик, а если вы помните, от обещания отказываться не допускалось ни под каким видом. На водке стало проще и в 10 раз дешевле спаивать народ, а как вы помните, пили мужчины, женщины и дети по воспоминаниям иностранных свидетелей 16 века. Совершенно так же как сегодня пьют описанные мной выше шорцы. То есть, я хочу сказать, что со временем стало несколько стыдновато просто так, не за здорово живешь, продавать в рабы своих сограждан, и нашли выход – древний, но на новой «основе», напрочь сбивающей с ног.

За подтверждением этой мысли направимся в гости к «кабальным холопам», «появившимся» тоже в 15 веке, и ставшим «наиболее многочисленной их разновидностью», «возникшей в результате денежного займа». Причем заметьте, «обнаружился быстрый их рост к середине 16 века». И еще вдогонку заметьте, «отменялась возможность уплаты долга, и вводился принцип службы кабального холопа до смерти господина». Далее: «Кабальное холопство было признано предпочтительной формой по сравнению с другими видами холопства – все документально не оформленные старинные холопы, а также добровольные (выделено мной) холопы переводились в разряд кабальных холопов» (1497 год). Если вам мало кабальных холопов, нате вам «серебренников». Это крестьяне северо-восточной Руси, как я понимаю, Владимир и Ярославль, взявшие в долг у господина серебро. Помимо долга платили и процент по нему, либо деньгами, либо отработкой «изделья» (1497 год). Дураку понятно, что отдать долг с процентами было невозможно, что видно из следующего термина: «пожилое – пошлина, которую выплачивал крестьянин при уходе от своего заимодавца, равная одному рублю кроме самого долга и процентов по нему» (1497 год). Вы представляете, что такое был рубль в те времена, когда корова стоила алтын (три копейки)? А теперь представьте себе, что за народ был на Святой Руси, который, все до единого, оказался в кабальных холопах и серебренниках? Кроме водки, это ничем не объяснить. Ведь не трактора с комбайнами же все как один намерились покупать и прогорели из-за длительного неурожая? Притом в самый разгар «набегов крымских татар» за рабами, по 100 000 человек разом.

Когда там у нас Константинополь завоеван турками? 1453 год. Середина 15 века. Вот когда потребовались рабы в таком количестве из Кафы для новой империи. По данным «новохрона-2» самые значительные стройки Константинополя осуществлены именно в конце 15 – 16 веках, как раз в самый разгар русской работорговли, когда каждый нынешний подъемный кран заменялся сотней, если не тысячью, рабов. Это в довесок к рабам-гребцам, недостатку женщин и дефицитом мальчиков для гомосексуальных утех.

Когда наступил спад в этой работорговле? Когда повсеместно появились паруса, недостаток женщин был ликвидирован, гомосексуализм пошел на убыль, Турция скукожилась от внутренних противоречий, а главное – завершилась Реформация Просвещением, и рабовладельцы начали стесняться. Это было уже при Петре или чуток раньше.  

Возвращаюсь к официальной истории водки. Она, сыграв свою первую главную роль в работорговле, сыграв свою вторую главную роль в закрепощении народа, начала играть свою третью главную роль – в бюджете империи Петра, его наследников, и вообще всяких западных проходимок и проходимцев, потому что династия Романовых на нем и завершилась, начавшись на его родном деде – Михаиле Романове. «Особенно развились винная монополия и винные откупа в 18 веке (указы Петра 1705 – 1712 годы)». «Массовое введение указом 1765 года» (Екатерина II). «С 1767 года (она же) распространилось по всей стране, кроме Сибири». Тут опять отличились дворяне: Долгорукие, Гагарины, Куракины. В 1781 году Екатерина «Великая» получила от винных откупов 10 миллионов рублей. Бюджет России  при Петре был 18 миллионов. В 1859 – 1863 годах доход составил 128 миллионов рублей, или 40 процентов от всех доходов бюджета России. Заметьте, последние даты «пересекли» отмену крепостного права – 1861 год. Ну и что, спросите вы? А вот что.

«В 1858 – 1859 годах винные откупа вызвали возмущение народа, открытые выступления его под названием «Трезвенное движение». Правительство в 1863 году заменило откупа акцизами, то есть скрытыми налогами. А что такое «Трезвенное движение»? «Главными участниками его выступили государственные крестьяне. К ним присоединились помещичьи и удельные крестьяне, городские низы, отставные солдаты». Вы понимаете, граждане нынешней России, что они, ваши далекие предки, «открыто выступали», а вы – нынешние, молчите и говорите: «все равно мы пить не бросим», сколько бы не стоила водка?  Я недаром предпослал этой главе главу об экскурсе в генетику, а закончил ее правилами естественного отбора.

Куда же тратились эти сумасшедшие деньжищи «великой», притом, «русской» императрицей, хотя и коверкавшей до ужаса русские слова? Как куда? Разумеется, Потемкину, а он на эти деньги ваших предков «присоединил» Причерноморье, включая Крым, создал «Новороссию» с городами Екатеринослав, Екатеринодар, да еще и в Сибири – Екатеринбург. Вот куда – на расширение империи. Вашим предкам это надо было? Помните еще, как Карамзин описывал «хитрости» Ивана Даниловича Калиты? И я еще кое-что к этому добавил? Так вот, он за водку «покупал» рабов, затем продавал их в Кафу за живые деньги, а на эти деньги он и ему подобные покупали оружие у персов и «брали» Ярославль, Рязань, Смоленск, Тверь, Казань и Великий Новгород, создавали первый сгусток будущей империи под названием Московская Русь. Думаете, тем рабам, проданным и готовившимся к продаже, это очень надо было?

Вернусь, однако, к брошенному «Трезвенному движению» времен отмены крепостного права. Оно «началось с возникновения в 1858 году в Виленской и Ковненской губерниях Обществ трезвости, которое к лету 1859 распространилось на 32 губернии России, преимущественно на северо-западные, центральные и поволжские». Смотрите, с двух губерний – до тридцати двух, притом за год. Способны вы на такое сегодня? Притом, сами, без неумелого понукания и запретов, вырубки виноградников и с Горбачевым во главе? То-то и оно, генетика. Она медленно, но верно, «естественно отобрала» вас, нынешних, и меня, в вашем числе. Сегодня вы, наверное, забыли, что такое Вильна и Ковно, и не знаете, кто тогда жил в Поволжье, нынешней Саратовской области? Разъясняю:  Вильна – это Вильнюс, Ковно – это Каунас, то есть Прибалтика, а в указанном Поволжье не было ни одного русского, а только одни немцы, прямо из Германии. Но не это все-таки главное. Главное в том, что их в течение года поддержали 30 губерний, чисто русских. Вы не забыли еще, что русских нет. Туда и удмурты, и татары с чувашами входят, и пермяки, и финны, и чухонцы, и прочие народы. А Сибирь не присоединилась к этому движению потому, что там в эти времена вообще не пили водку, как я вам и докладывал чуток выше.

Продолжу цитировать Большую Советскую Энциклопедию, только обратите внимание на «самостийность» процесса: «Крестьяне на сходках принимали решение не употреблять вина, нарушителей подвергали денежным штрафам и телесным наказаниям. В мае 1859 года крестьяне перешли к массовому разгрому питейных заведений. Волнения охватили 15 губерний Среднего и Нижнего Поволжья, Приуралья, Центральной России. Трезвенное движение было усмирено войсками. 780 зачинщиков преданы военному суду и сосланы в Сибирь» (выделено мной).

Я нисколько не сомневаюсь, что если сегодня народ, вступив самочинно в Общества трезвости, начнет громить «смущающие» его заведения, то последует то же самое, и войска, и Сибирь, только подальше – около Чукотки. Никогда не забуду статью в Литературной газете 15-20-летней давности, если не ошибаюсь, Евгения Евтушенко, об одном сибирском городке, где государство «рабочих и крестьян», оно же Советский Союз – империя, гнало этиловый гидролизный спирт из опилок, а бульдозером, подталкивающим гору опилок к приемному бункеру «завода», управлял 12-летний мальчик. Больше никого на этом «заводе» не было, –  весь городок валялся в стельку пьяным.

 

Хронология рабовладетельного дворянства

 

В предыдущих разделах я показал возникновение дворянства на примере князей-грабителей с их дружиниками-приспешниками, а также казаков-разбойников с их атаманами типа Ильи Муромца. Из среды последних появился атаман атаманов Рюрик, которого и пригласили несколько князей-грабителей в качестве бандитской «крыши», только не из Скандинавии, а с Дона. Поэтому и появилась поддельная вставная страница в Повести временных лет, вставленная много позднее в то место Повести, куда она по смыслу разорванного текста, как говорится, «не лезла ни в какие ворота». Однако эта поддельная страница заняла в русской истории такое «основополагающее» место, что вся позднейшая история Руси основана именно на ней. Русские же историки, работавшие на империю, все пытались отыскать эти следы рюриковы на Балтике, но, как известно пока не нашли. Поищите на Дону, Волге или Днепре, у «хазар», наверняка найдете. Путеводной нитью может послужить исследование забытого мной автора, который доказывает, что «братья» Рюрика, Трувор и Синеус – это вовсе не собственные имена «братьев» Рюрика. Они означают чады с домочадцами или семья Рюрика и его дружину, то есть войска, или казаков-разбойников. Хотя, сейчас уже не найдете по причинам, которые указаны у меня в статье «Ирригация и мелиорация на службе истории».

Согласно данным Ибн-Фадлана и Ибн-Дасты в 10 веке Рюрика еще не было, а продавали на Волге своих рабов, тогда исключительно женщин, князья-грабители, которые и «пользовали» напоследок их при всем честном народе, до продажи. Эти же древние историки никак не упоминают, как я показывал выше, о семье самого князя-грабителя, его окружают просто люди, не находящиеся в родстве с ним, а убивают и сжигают часть из них вместе с хозяином когда он помер по их личному предварительному согласию, которое взять назад невозможно. Таким образом, мы имеем первую дату в этой хронологии.

С 10 по 15 века русские историки про дворян, они же рабовладельцы, они же князья-грабители, ничего не знают, а может быть, и скрывают от нас. С первой трети 13 века и почти до конца 15 века (1480 год) «свирепствует татарское иго», что в это время делают русские князья-грабители, история не знает. Придется восстанавливать по отрывочным сведениям. Я уже докладывал вам, что «татарское иго» первоначально заключалось в набегах казаков-разбойников на князей-грабителей и ограблении их, так как у простого народа нечего было брать, кроме наиболее приглянувшихся представителей его самого. Но сваливать все беды на это «иго» было бы неправильно. Свои-то, родные князья-грабители что делали? Неужто защищали свой народ? Примеров в истории нет. А про «защитника» Илью Муромца я уже сказал.

Придется вернуться к смердам и холопам, которые не могут существовать в природе без их хозяев. Стыдливая Советская энциклопедия, и про смердов, и про холопов дает очень растянутый срок их «становления» как некоего нового института зависимости одних людей от других, а именно: смерды – 11 – 12 века, холопы – аж 10 – начало 18 века. Последний диапазон в 800 лет мне очень напоминает переход от матриархата к патриархату как «грань» в десятки, если не в сотни тысяч лет, от «раннего до позднего палеолита», о которой я уже упоминал выше. 

Это что же за законодательный процесс длиной в 800 лет? Таких не бывает сроков. Тем более что «в 12 – 13 веках упоминания о смердах сохранились в источниках, повествующих о событиях в Галицко-Волынских и Новгородско-Псковских землях, как о свободных землепашцах, крестьянах-собственниках земли. Термином смерды обозначалось все сельское население той или иной местности». Мало того, «смерды Новгородских и Псковских земель 14 –15 веков выступают в источниках, как крестьяне-собственники, владеющие землей коллективно или индивидуально и обладающие правом свободно отчуждать свои наделы». Значит, смердов-рабов вокруг Московского княжества до 15 века просто не было. Откуда же смерды-рабы взялись в Московском княжестве? Не приходящие же время от времени «татары» ими владели. За рабами-смердами нужен постоянно «глаз, да глаз», а не приезжающие время от времени «татары» наподобие нынешней налоговой полиции. Стыдливая Советская энциклопедия сквозь зубы сообщает: «крестьяне постепенно утрачивают свободу (полностью или частично), правовое положение некоторых групп смердов было различным. Выморочное имущество наследовал князь. С начала 12 века земли, населенные смердами, передаются в собственность отдельным феодалам». Попытаемся понять, что кроется за этими скупыми сведениями.

Обратим внимание на слова «постепенно», «полностью или частично», на мысль о различном правовом положении групп смердов, на «наследника-князя», на безличное «передается», то есть передает сама себя, и на то, что не всем феодалам подряд, а «отдельным» феодалам. Замечу, что энциклопедия создается под надзором хороших технических редакторов и всякое лишнее слово, не несущее смысловой нагрузки безжалостно ими выбрасывается из текста. Поэтому текст энциклопедии является не художественным, а формализованным, как говорится меньше слов – больше дела. Поэтому каждое слово имеет значение и что-то определяет. «Лишних» фиоритур и рулад редактор туда не допустит. Только основная мелодия. Так вот, «постепенно» не может означать 800 лет упомянутые выше. Но и не выброшено оно, ибо единовременного «закона о превращении вольных смердов в рабов» историки не нашли. Поэтому это «постепенно в течение 800 лет» ничего другого выражать не может как совращение пьянством и прямым насилием вновь открытых «мини-государств», о которых я упоминал (с диаметром или диагональю земель около 50 километров) отдельными князьями с дружиною. Центр всего этого – Московская, а ранее – Ярославская Русь. Сюда я добавлю то, что вплоть до окончательного завоевания в 15 веке Псковско-Новгородских земель там были вольные смерды, хозяева. И еще раз напомню, что по псковски-новгородски слово дружина означает вольную артель, например рыбацкую дружину, а отнюдь не воинскую силу, как у русских князей-грабителей, будущих дворян.

Перехожу к смердам «полностью или частично». Это, как и предыдущее, свидетельствует, что центральной власти не было, которая могла бы издать централизованный закон, а каждый князь-грабитель устанавливал собственные «правила». Как и при крепостном праве были «добрые» и «злые» помещики. «Различное правовое положение смердов» – тоже говорит о княжеской «самодеятельности» в вопросе закрепощения, отсутствии централизованной власти, несмотря на то, что историки нам представили в эти времена кучу «великих князей», владеющих Великой русской равниной от Белого моря до Черного, и от Карпат до Урала. То, что князь «наследует» выморочное имение смерда, говорит о том, что, по сути, смерд ему не принадлежит «по праву», так как «свое» имущество не наследуют, оно и без наследства свое. А то, что князь все-таки «наследует», так это надо понимать как «отбирает» силою, не давая воспользоваться им соседям умершего или его родне. Ведь безродных в те времена не было, где родился – там и умер.

На основе этого анализа перехожу к безличному «передаются», да еще и не первому встречному, а выборочно. Кто же это официально передает «земли населенные смердами» «отдельным феодалам»? Ведь это некому  «официально» совершить, притом не каждому, а «отдельному» феодалу. Поэтому и применен безличный глагол, дескать, «земли населенные смердами» сами себя передают (окончание «ся» – себя) «феодалу» (слово иностранное: феод – наследственное владение землей, без людей, в Западной Европе). А у нас, видите ли, земля передает себя сама, да еще и с населением. С тех пор у нас в России  слово «феодал» совсем не тот смысл имеет, что на Западе. На Западе феодал имеет землю без людей, а наш российский «феодал» – с людьми, ее населяющими.

Разрешите всю эту русскую историческую галиматью, интерпретировать?  Князь-грабитель с помощью своей банды сообщников, взявших на себя, постыдных, хорошее северорусское слово «дружина», то есть «другой я», захватывает вольных землепашцев и раздает своим сообщникам-«дружинникам» по их заслугам в деле грабежа «земли со смердами». Притом это хотя и повсеместно происходит на Руси, но отнюдь не под единым началом и законом.  Поэтому, всех тех великих князей, которые вам попадутся в истории до 15 века, можете без сожаления выбросить и забыть, их просто не было. А помещики-дворяне, они же наследники поработителей, они же «дружинники», были, да и сейчас пытаются восстановить «свое доброе имя защитников отечества». Я думаю, вы и без меня увяжете разбой «князей» со спаиванием ими же водкой вольных землепашцев.

Перехожу к слову «холоп». Сегодня оно воспринимается не как нанятый за деньги слуга, но как подневольный бесплатный слуга, но посмотрим, что говорит о нем стыдливая Советская энциклопедия. «Категория  феодально (видите русскую путаницу в слове феодал?) зависимых людей 10 нач. 18 вв. По правовому положению приближаются к рабам. Термин холоп впервые встречается в летописи под 986 годом (так это просто русское название раба). В 11 – 12 веках употреблялся для обозначения различных категорий зависимого населения, и особенно рабов (я как в воду глядел). Господин мог неограниченно распоряжаться личностью холопа: убить, продать и так далее. (Под «и так далее» я увидел, знаете что? «Пользование женщин в виду всех русским работорговцем на Волге по свидетельству Ибн-Фадлана). Он также нес ответственность за действия холопа: оскорбление, кражу и так далее. Холопами становились в результате пленения, самопродажи, продажи за долги или преступления, женитьбы на холопке. До 15 века холопы составляли большинство среди челяди, обрабатывали барскую землю, занимались ремеслом, пополняли княжеских слуг, в том числе военных. На протяжении 16 века роль и место холопов в барщинном хозяйстве уменьшается за счет вовлечения в орбиту крепостных крестьян. С конца 16 века наиболее распространенным и массовым становится служилое холопство. С конца 17 века появляются холопы, посаженные на землю, имевшие свое хозяйство и платившие оброк. Другая группа холопов входила в состав дворовых людей, в 1722 – 1724 годах была обложена подушной податью, став частью всей массы крепостных». То есть, холопы и смерды объединились под общим названием крепостных рабов.

В этой цитате самое главное, знаете, что? 15 век и 1722 –1724 годы, годы царствовани Петра, когда холопы «стали частью всей массы крепостных». До 15 века холопы составляли большинство рабов, а потом стали заменяться «плохо пахнувшими» людьми с презрительной кличкой смерд, хотя исконное значение этого слова – свободный землепашец. Таким образом, получается, что почти до 16 века, то есть практически до «окончательного» свержения «татарского» ига в 1480 году в Московской Руси были исключительно холопы, а потом их практически полностью, за исключением личных слуг, заменили смерды. Заметьте, холопы со дня своего, так сказать, основания не занимались земледелием. Только с конца 17 века их «посадили на землю» вместе с новоявленными смердами. А о появлении смердов, хоть оно и запутано традиционной хронологией до предела, можно сказать, что они появились в 15 веке, если учесть выше изложенные мои замечания. О чем это говорит?

Это говорит о том, что почти до 16, но точно до 15 века, у нас на Руси не было никакой верховной власти, но князья-грабители были, причем такие многочисленные, что не поддаются счету. Я хочу этим сказать, что царская власть на Руси вторична, а дворяне – первичны. В это же время были и казаки-разбойники, грабившие князей и обложившие их данью в виде живого товара. Многочисленные князья насмерть бились между собой, поэтому казакам-разбойникам не составило никакого труда поставить их под свое начало, притом у них был Илья Муромец, к которому все разбойники просились в казаченки. Может быть, и он самый под вымышленной фамилией или кличкой Рюрик явился править этим многочисленным сбродом наших князей. А потом, когда нашим дворянам стало стыдно за то, что они столько веков ходили под бандитской «крышей», они выдумали и вставили в поддельную летопись еще одну поддельную страницу о «призвании варягов». Не «ворюги» ли это? Не вороги, в смысле враги, это? Вы ведь знаете, что разбойник – синоним древнерусского слова вор, ворюга, если он матерый.  Я сказал, что Рюрик  явился править, и вы могли подумать, что это традиционно понимаемое «правление» в смысле «царствование».

Отнюдь нет. Просто он мог в любое время к любому князю послать с полсотни хорошо вооруженных своих разбойников, чтобы они навели «порядок». Вот и все. Когда очередной «рюрик» покидал сей бренный мир, главой сборной шайки становился его «брат», может быть даже выборный, правая рука бывшего «рюрика». И уже он принимал это прославленное имя. Ведь у «хазар» всегда был выборный каган, еврей, и его помощник по военной части, который не сильно подчинялся даже кагану. Потому все историки в один голос и говорят, что каган был маловластный. Да он, как еврей, и не должен был стремиться к светской власти, ему хватало власти денежной.

На этом этапе, зачем князьям были нужны подневольные земледельцы – смерды? Им хватало простых слуг в доме – холопов. Смерды же жили сами собой и являлись источником для взятия в плен холопов, часть из которых продавалась. Правда, тогда еще не в Кафу, а на Волге, для «ибн-фадланов». Когда работорговля и вообще торговля на Волге скукожилась из-за находки соли повсеместно и восстановления численности женщин, а волжские казаки-разбойники ослабели, пришел черед Дмитрия Донского, который всего-навсего захотел, чтобы ему наследовал не выбранный ватагой его «брат», а родной его сын. А кто сам был Дмитрий Донской – из казаков-разбойников, или из князей-грабителей, мы так и не узнаем. Все-таки он скорее из казаков-разбойников нежели из князей-грабителей, то есть дворян. Иначе, зачем бы нужен был Иван Калита, с его «татарскими хитростями»? Но ведь и заметьте, что во всей Западной Европе таким же образом приходили к власти короли и императоры, выделившись из остальных себе подобных, правда, не осмеливавшихся продавать своих людей. Наверное, потому, что не было спроса. Как известно спрос рождает предложение. К этому замечу, что дворяне, они же малые князья-грабители, - были огромной силой, но их можно было с успехом бить поодиночке, по типу «разделяй и властвуй». Вот какая была «раздробленность на Руси», а не такая, какая описана в исторических книгах.

Теперь прошу заметить, что при такой раздробленности народу жилось легче. Смерды – подавляющее большинство народа, были вольные, а холопов князьям надо было несравненно меньше, чем потом крепостных крестьян при самодержавии и империи. Несмотря на низкую производительность труда.

На этой основе перейду к статье «поместье, поместная система». «Поместная система возникла в 15 – 17 веках, сложилась в период образования централизованного государства. Первая массовая раздача земель в виде поместий была в Новгородских и других присоединенных землях при великом князе Иване III (1462 – 1505). Юридические основы были закреплены в Судебнике 1497 года. Достигла расцвета к середине 16 века, когда Уложением о службе 1556 года была произведена регламентация поместной системы в виде вотчин. Поместная система перестала существовать при Петре в результате Указа о единонаследии 1714 года, который юридически закрепил слияние поместий с вотчинами в единый вид дворянской собственности».

Во-первых, напомню об уже говоренном мной, что Иван III «арендовал» у турок Новый Афон в Константинополе, женился на римской невесте, которую везли «вокруг света», то есть не через Константинополь, а через Балтику, и от этого, по словам Карамзина «вырос международный авторитет Российского государства». Он же «создал центральное ядро этого государства», «присоединив» Ярославль, Новгород, Тверь, Вятку, Пермь и другие земли, а сын его Василий III «присоединил» Псков, Смоленск, Рязань (1521). И вот тут-то и начали сразу «свирепствовать крымские татары», уводя разом в плен по 100 000 русских рабов из такой-то сильной объединенной державы. Но начало этому процессу положил Иван Калита (1325 – 1340), который, как я выше докладывал, все «обманывал татар», только еще не крымских, а «монгольских». Заметьте, крымские татары то и дело уводили по 100 000 русских в плен, а между тем, года не проходило, чтобы Россия и крымские татары не обменялись посольствами по свидетельству Карамзина, а большею частью были даже в крепчайшем союзе и «воевали вместе против Литвы». Я выше приводил расчет численности крымских татар и населения объединенной России, помните? И при таком соотношении крымские татары «уводили» по 100 000 русских, а русские великие князья даже и ухом не вели? Все догнать их не могли? Да при таком соотношении сил от Крыма бы только мокрое место осталось. Значит, нужна была эта странная «дружба», без крымчан, без их Кафы, торговля своими рабами бы прекратилась. Поэтому и обоюдные посольства сновали туда-сюда, договаривались о цене, о том, чтобы «не догнать» «захватчиков» со своими пленниками.

Возвращаюсь к поместной системе. Что, в «присоединенных» княжествах своих князей не было, что приходилось в массовом порядке раздавать там поместья своим военным приспешникам? Наверное, не было, там же свободные смерды жили, а дела решались на вече, а в случае войны избирался временный князь, то есть воевода. Вот и начали раздавать земли вместе с проживающими там людьми в качестве рабов, и для своих нужд, и на продажу в Кафу. Теперь перейду к отличию поместья от вотчины, и почему появилась необходимость замены первого второй? Поместье – это временная награда своим «воинам», на «кормление» их до самой смерти. Потом поместье возвращалось к великому князю, и он мог посылать туда следующего молодого и сильного воина-дружинника. Помните, я приводил данные иностранцев по этому вопросу. Как старый становился помещик, то ему и его жене оставляли кусочек на прожитье и саван? А поместье отбирали. Вы только прочувствуйте это русское слово поместье. Это помещение чего-то куда-то. И помещение это всегда понимается как временное состояние: поместил деньги в банк, и забрал, когда нужно. Вот что такое поместье. Оно очень точно отражает суть дела. Вот это помещение своей челяди в «теплое место», притом временно, до старости, или пока «хорошо себя ведет», и явилось причиной подчинения великому князю всех прочих малых князей-разбойников. При этом подчинение это выросло до таких постыдных для князей-разбойников размеров, что они стали простыми холопами великого князя, о чем я более подробно рассказал словами иностранцев в разделе «Рабы царя».

Поместная система была обоюдоострая, как русский меч, или как палка о двух концах, то есть неустойчивая. У каждого такого помещика были дети, которых он любил и заботился об их будущем, то есть у него неминуемо возникала боязнь за свое будущее. Поэтому временный помещик старался из своего временного положения извлечь как можно больше выгоды, невзирая ни на что, ни на поголовный убег своих рабов, ни на их смерть от непосильного труда. Он их грабил нещадно и продавал, продавал в Кафу. Он рассчитывал к своей старости накопить денег, спрятать их, а на месте поместья своего оставить только пустое место. Вот к этому моменту и относятся слова иностранцев о русских деревнях в милю длиной, совершенно пустых. Но неустойчивость этой системы не только в этом. Отношения великого князя и помещиков обоюдоостры. Помещики слизывают пыль с его сапог, но всегда готовы его убить за свое оскорбление и к этому есть только один путь – сговор. Поэтому в эти века и родился всеобщий сыск, прототип КГБ, а затем и Третье отделение, направленное в основном против помещиков, о котором я говорил опять же словами иностранцев в разделе «Рабы царя» и других разделах. Поэтому большинство уголовных дел и составляли дела о «неуважении к великому князю».

Разбойное владение «поместьем» вынудило перейти к вотчинам, то есть к наследственному владению, при котором владетелю не было резона выжимать все соки из поместья до своей смерти, надо и детям оставить. Только этим можно объяснить переход от поместья к вотчине, так как наследственное владение ущемляло права великого князя, снижало его степень влияния. Но деваться было некуда и из двух зол пришлось выбирать наименьшее: чуть-чуть поступиться своими правами, но сохранить население, за счет которого все они жили и «присоединяли», попросту завоевывали, новые земли. Вот с этого самого времени, растянувшегося на полторы сотни лет, с 1556 по 1714 год, дворяне и начали постепенно брать «свое» и даже царей менять, о чем я говорил выше. А не введи они вотчину, остались бы совершенно одни и съели бы друг друга, не в фигуральном, а в реальном смысле. Ребята были привычные к людоедству, тут уж в фигуральном смысле.

Сейчас я представлю некоторые данные о корне слова вотчина (отчина) из Даля, проливающие некоторый свет на отчизну, а значит и на великую Родину с большой буквы. В Московской Руси слова отец не было. Были его синонимы: тятя, батя, атя. Вообще говоря, отец – это улей, пень, колода с пчелами. Отцев, отцов – это отцу лично принадлежащий, то есть пчелы из одного улья. Отчество, отечье – это название по отцу, отцовскому имени, то есть «имению».  Отечина, отчина, вотчина – это наследие от отца, то есть весь его улей. Вотчич или отчич – это сын отца, отроившийся, отделившийся от старого новый рой пчел. Отцовщина или отнина – это движимое наследие от отца, то есть сам мед, а отчина, вотчина – недвижимое имущество, то есть само пчелиное дупло или улей. Но этот корень и все производные слова псковско – тверского происхождения, а не московского. А если вы еще не забыли Иван III и сынок его Василий III «присоединили» и Псков, и Новгород, и Тверь и еще ряд земель, где были в ходу эти самые рассматриваемые слова с корнем отец-улей. Вот эти улья он и начал раздавать направо и налево своим приспешникам для «кормления» в награду за разбой.

«Кормление – способ содержания должностных лиц за счет местного населения. В 1555 году отменено, а сборы с населения пошли в доход государства». Таким образом, коренное понятие вотчины (отчины) – это недвижимое имущество, основные фонды, земля с населением, пчелиный улей, передаваемые по наследству от тяти к сыну переросло в выделенные для пользования и передачи по наследству от тяти к сыну московскими «присоединителями», точнее завоевателями. Отчизна же по первоначальному смыслу – это совокупность пчелиных ульев, отцов. По новому смыслу – завоеванные земли, розданные полководцем своим солдатам. Отечество – то же самое. Когда русские завоеватели приходили брать, например Псков, псковитяне говорили им: ребята, что вы делаете? Эта же наша вотчина, зачем вы ее берете себе? Завоеватели только и слышали вокруг: вотчина, вотчина, то есть наше, наше. Вот и прозвали завоеватели завоеванное вотчиной. Была ваша, стала наша. И раздали чужое своим «опричникам». Но это, господа читатели, и называется империей. Империя равняется вотчине, равняется отчизне, равняется отечеству. Вот так и не иначе. Вот так и получилась большущая страна с двумя сотнями народов, которые когда-то были суверенными государствами. Так появились дворяне русские. Остальные, нерусские дворяне, появились в результате перехода под крыло империи. Вот поэтому при Петре и появились графы на иностранный манер, раньше на Руси были только князья-грабители, большие и малые, совершенно как у печенегов, они же хазары и половцы.

Все описанные преобразования начали «рюриковичи». Но их правление закончилось на четырех «Иванах IV Грозных», подробности о которых в «новохроне-2». Я хочу же остановиться на вопросе, почему первый же потомок «соборно, то есть всенародно, избранного царя Михаила Романова» Алексей Романов был вынужден кроме знаменитого Соборного, то есть тоже «всенародного», уложения, окончательно закрепостившего свободных землепашцев, предпринять не менее знаменитое «посадское строение», а затем и церковный раскол? Авторы «новохрона-2» подробно расписывают как «всенародно избранный царь» подлостью и кровью завоевывал это царство, уничтожая прежнюю династию «рюриковичей», как он изобрел и осуществил знаменитую «опричнину», а потом свалил ее на ничем не повинного «сборного Ивана Грозного». Вы заметили, кстати, как беспардонно ругательски ругает «Грозного» Карамзин, единственного из царей, а Романовы и ухом не ведут.

Церковный же раскол запущен Алексеем Михайловичем Романовым с главной, но не единственной, целью – уничтожить преданных прежней династии католических священников. Побочным продуктом этого раскола явилось окончательное и бесповоротное превращение католичества в православие. Помните, еще Иван III – «рюрикович» платил дань Ватикану? Я об этом писал в предыдущих разделах. Историки же весь этот процесс постарались сделать «приятным» для Романовых.

Однако перехожу к посадскому строению. Романовы своей опричниной сильно разрядили старое дворянство, вотчинников «рюриковичей», однако много осталось и «подпольщиков». Романовы их сильно боялись, потому и предприняли «посадское строение». Вот как его описывает Советская энциклопедия. «…с 1645 года (года печатания новых православных церковных книг взамен сожженных католических – примечание мое) произвели «строительство посадов», которое было сформулировано в 19 главе Соборного уложения 1649 года. Все частные владения на посадах подлежали безвозмездной конфискации, членами тягловой посадской общины становились жители конфискованных частновладельческих слобод и отдельных дворов феодалов. Служилые люди по прибору (свободные ремесленники на жалованье: пушкари и так далее – примечание мое) были обязаны или продать в трехмесячный срок свои торговые и ремесленные заведения посадским людям, или стать «тяглыми» членами посадской общины. Выход из общины и переход из посада в посад были запрещены. Для осуществления реформы был создан Сыскной приказ во главе с князем Долгоруковым, который в 1649 – 1652 годах и произвел посадское строение».

Чтобы понять смысл этой скудной, «затемненной» информации, кроме уже сообщенных мной сведений о «подпольщиках», надо иметь в виду, что, собственно, представлял собой русский город тех времен. А он представлял собой сплошную деревянную застройку, где дома переходили во всякие подсобные сараи, конюшни, набитые сеном, и прочие строения, которые вплотную подходили к сараюшкам следующего дома. Все это было окружено валом с частоколом и рвом с водой. Одного тлеющего уголька и пучка соломы хватало на то, чтобы дотла уничтожить весь «город». За частоколом располагались деревни в три-четыре дома, но так, что один пожар уничтожал только эти дворы, на остальные же не мог перекинуться. Здесь располагались в основном ремесленники, торговцы, огородники, то есть те, кто жил близостью города. Слова «посад» в наличии не было. Было только слово сад, которое обозначало и собственно сад, например фруктовый, и тех людей, которые здесь «садились», строя свои дома. Вспомните хотя бы Нестора. У него все народы «садились». А «садились» здесь приближенные князя, затем великого князя, затем царя, его сообщники в грабежах и личные купцы, то есть преданные князю люди. А кому они могли быть преданными, если царь был «рюрикович»? А тут «избрали» царем Романова. Вот и стал «посад» вместо «сад», вернее «пересад», жестокий по форме. Теперь вернитесь к цитате, и в ней станет все понятно, если еще учесть и хронологию. Трудно достался Романовым захват власти, а историки все поют «выбранный», всенародно, то есть соборно «выбранный». Мне хотелось бы обратить внимание и на фамилию руководителя этого «посадского строения» – Долгоруков, произведенного, несомненно, от Долгорукий. Долгорукий, фантомный основатель Москвы, так как она основалась после Куликовской битвы – прозвище, ставшее фамилией, а Долгоруков – это фамилия, произведенная от вопроса «чей вы будете»? Точно так же как и чей вы? Иванов, Петров, Сидоров. В данном случае, чей вы будете? Долгоруков, то есть принадлежность Долгорукого, холоп или сам наследник его. Собственно, можно было покопаться в этой фамилии, но к моей задаче это не относится. Я же про народ пишу, а не о его князьях. Все же «посадское строение» возникло от страха, больше ему не от чего возникнуть.    

 

Русский язык

 

Изучению русского языка и подготовке учителей в настоящее время я уже писал выше. Как одним махом детей коренных народов в нашей стране учат говорить и писать по-русски, отбирая у них народный свой язык в интернатах, верст за полсотни от мамы с папой и родного чума или яранги. Даже народы, намного древнее нашего, такие как грузины, армяне, раньше русских имеющие свою письменность, и то заставили с горем пополам говорить и писать по-русски. Это сегодня. Что же было в древности?

Для этого я внимательно прочитал вводные статьи, речи и ответы оппонентам Владимира Даля, величайшего труженика на ниве русского языка. Начал он свою деятельность в 1820 году, закончил и издал свой знаменитейший словарь в 1862 году, который с годами делается все ценнее и ценнее, совершенно так же как полотна и скульптуры древних мастеров. Разумеется, Даль не ставил своей целью как я, проанализировать в языковом отношении империю как таковую. Он просто хотел найти корни великорусского языка. И это ему не удалось. Он обратил особое внимание на разговорную речь народа, а не на письменную речь писателей. Ведь писатели писали хоть в Питере, хоть в Сибири на так называемом литературном языке, которому научили их в гимназии, а во всех гимназиях его изучали, как и сегодня по одним и тем же грамматике, синтаксису и пунктуации. Поэтому по такому писательскому языку никаких истоков не отыскать, как по печатному тексту проводить графологическую экспертизу.

Даль скрупулезно разобрал вышедшие до него труды по этому вопросу и нашел, что они не стоят выеденного яйца. Потом сообщил читателям свою юношескую задумку найти истоки и проследить движение русского языка, и как честный человек сообщил, что задумку реализовать не удалось, ибо настолько все необъяснимо перепуталось, что искать истоки и движения – то же самое, что искать иголку в стоге сена. Тем не менее, свой колоссальный труд по сбору разговорных слов неграмотного населения в самых различных губерниях и уездах, один перечень которых у него занимает целую страницу, он представил и доказал на этом, что действительно тут черт ногу сломит. Поэтому при самой тщательной попытке сгруппировать особенности всего собранного материала, он не мог ничего большего, чем разделить разговорный русский язык на четыре части: север – юг – запад – восток. При этом он, как честный человек, отметил, что запад и восток несущественные имеют отличия и можно ими пренебречь. Осталось у него только север, где «окают», и юг, где «акают».

Тем не менее, он с несомненными и многими примерами доказал, отметив, что в этом он не первый, родство украинского и смоленско-псковско-новгородского усредненного языка. Я из этого запомнил, что женские чулки, как на Украине, так и в Новгородчине, называются панчохи, а башмаки – черевиками. Запомнил потому, что и сегодня они так же называются. Далее, он заметил, что «к новгородскому наречию надо причислить: Новгород, Тверь, Псков, Питер, Олонец, Архангельск, Вологду, отчасти Кострому и даже нижегородское заволжье, Вятку и Пермь. Зауральская часть Перми принадлежит Сибири. Чудские племена вообще легко теряют язык и народность свою и «вочью» (на глазах) русеют. Можно было бы предположить, что ильменские славяне, огласившиеся в половине 9 века, вышли с юга, отделившись от славян днепровских, и принесли с собою на север южное наречие; но М.П. Погодин заметил против этого, что не только во время Рюрика, да и до нашествия татар, в Малой-Руси жило не нынешнее племя; в противном случае в южных летописях наших осталось бы более следов малорусского наречия, и украинцы, народ певучий и весьма склонный к думам и былинам (в противность великорусам), сохранил бы в памяти своей, хотя Владимира; но этого нет, а есть на Украине много воспоминаний о Карпатах, откуда народ этот, вероятно, вышел в позднейшее время, и где поныне русины и русняки говорят этим же самым наречием». Цитата мне эта понадобилась вот зачем.

Во-первых, язык исторического Великого Новгорода – республики западного образца, не знавшей рабства, точно совпадает с их бывшими владениями, простирающимися от Белого моря до Урала, как раз там, где после «взятия» Новгорода Московская Русь начала «прислоняться к Уралу», еще до «взятия» Казани. Во-вторых, мое предположение о том, что украинцы ранее жили на Карпатах, а потом, когда венецианцы начали лесосплав по Днепру и построили Киев, спустились с гор пшеницу сеять, подтверждаются языковыми изысканиями независимых от меня Погодина и Даля. Представьте себе, они не помнят даже своего крестителя Владимира, а мы, московитяне всю историю и религию свою на нем построили. В третьих, украинцы не помнят и Рюрика, и нашествия татар. Как же так? У нас пол-истории про татар и про рюриковичей, а они, видите ли, не помнят, тогда, как хан Батый брал Киев в 1240 году согласно «нашим данным». Не потому ли и несторову летопись, «писанную» в Киеве, «нашли» в Кенигсберге? И то туда пришлось подбрасывать, «не лезший ни в какие, ворота» листок с «Рюриком». В четвертых, и я говорил, что на нынешней Украине около Днепра «жило не нынешнее племя», а хазары, печенеги, половцы разные, которых я объединил под именем казаков-разбойников. В пятых, потому-то они и не помнят «татар», потому что мы, русские, их выдумали для прикрытия своей работорговли. Самое интересное знаете что? Эти бедняги фантомные - «крымские татары», несколько миллионов «укравшие и продавшие в Кафе» наших московских рабов, и ходившие за ними же сквозь Великое Московское княжество как через сито аж в Польшу и Литву, не догадывались сходить за рабами поближе, на Украину. Вы посмотрите только на карту, им ведь раз в пять ближе было. И лесов дремучих, бездорожья, все реки и речушки – поперек, их на Украине не было. Не приходилось бы сказочный Муравский шлях строить. Дураки, наверное, были, географию не знали. Хотя как тогда нашли в лесах Московскую Русь, спрятанную там от всего остального мира? В шестых, зачем им помнить Владимира, которого не было, а христианство у них было католическое, как собственно и у нас, только они от него никогда не отказывались, как мы. Это их заставили после «присоединения», а вот как только они отсоединились в Беловежской пуще от нас, так сразу же униатское католичество и восстановили. «Новохронисты-2», что вы на это скажете? Вы же нашли Владимира с мамой Малкой и военачальником Каспаром, пришедших лично к Христу принимать крещение под видом библейских волхвов. Куда их девать теперь, раз их украинцы не признают? В седьмых, кто мне ответит на вопрос: почему в летописи, писанной в Киеве, не осталось «следов малорусского наречия»?

Вот, господа русские, какую историю мы с вами изучаем уже около четырехсот лет. Ах, вам не жарко и не холодно? Тогда возвращаюсь к прерванной теме про русский язык. Вернее, к поразительной сходности украинского, белорусского, смоленского, тверского, псковского, новгородского, костромского, вятского и пермского и языков. Владимир даль не занимался историей, он языку всю жизнь посвятил. Поэтому он и не обратил внимания на путь «из варяг в греки», который историки толкуют тоже весьма сомнительно, о чем я и говорил в разделе «От стада до первых опытов работорговли». В этом разделе я доказывал, что из Днепра тащить лодки до Ловати волоком трудно, да и незачем. Я там говорил также, что в Венеции сильно нуждались в лиственнице для свай под свои дома и дворцы, но как следует, ареалы лиственницы в Европе не изучил. Поэтому путь из «варяг в греки» не получил своего логического завершения. Там же я показал, что Волок Ламский или попросту Волоколамск объединяет верховья Волги и Днепра, явился причиной образования Московского княжества, но так и не доказал, что же таскали волоком через Волок Ламский. Владимир Даль своим непререкаемым мнением об упомянутой близости языков, заставил меня потрудиться еще.

Вот что я накопал. «Жизнь растений», т. 4.: «В пределах естественного ареала лиственница европейская занимает главным образом горные местности обитания в Альпах и Карпатах, располагаясь на высотах между 1000 и 2500 метров, поднимается в альпийский пояс, доходя до альпийских криволесий. У нас в стране имеются рощи из лиственницы европейской, посаженные более двухсот  лет назад (выходит, Петром или чуток позже – примечание мое). Столько же лет насчитывают насаждения из лиственниц европейской и сибирской в Эстонии. Посадки лиственниц для создания высокопродуктивных древостоев многочисленны на всей европейской части СССР. Из летописей известно, что еще в 12 веке в районе нынешней Костромской области были непроходимые леса из лиственницы и дуба. Однако интенсивная хозяйственная деятельность человека в этих давно обжитых районах России значительно снизила их лесистость, и в первую очередь площадь лиственничных лесов. На Урале и прилегающих областях лиственницы все еще мало, но состояние листвягов здесь лучше, чем на западе».

Проанализируем цитату. Во-первых, за лиственницей в Альпы очень высоко лазить, южные склоны очень круты, там не подступиться, а народов в таких «норках» – тьма. Поэтому венецианцы – владыки морей тех времен, нашли горы пониже – Карпаты, почему и возник Киев. Но Карпаты – низкие горы, там мало высот до 2500 метров, и лиственницы там очень мало. Ее всю до последнего дерева срубили. Сегодня даже на Урале ее все еще мало, но больше чем на западе, сообщает нам цитата.

Во-вторых, на кой черт заводить искусственные лиственничные леса в России, битком набитой хвойными и лиственными лесами кроме лиственницы, притом более 200 лет назад? Лиственница ни на что не годна, кроме как на сваи и нижний венец русского дома. Она тонет в воде, крепка как железо, топоры же и пилы стоили очень дорого, и портить их на лиственницу никто бы не стал, если речь идет о дровах. На поделки, лапти там и прочее, она тоже не годна. Первые же сваи на Руси забили под Исаакий только при Петре, почему он и насадил лиственничную рощу около Питера, для будущих строек. В качестве дров же на Руси искони использовали березу, дающую очень жаркий огонь, а золу, от которой – искони на Руси использовали вместо мыла, то есть щелочи, даже в последнюю мировую войну. Значит, просто так ни один русский дурак лиственницу рубить не будет, а тем более – разводить ее искусственно.

В третьих, обратим свое пристальное внимание на былые «непроходимые костромские леса из лиственницы и дуба», которые извели, «особенно площадь лиственничных лесов» в результате «интенсивной хозяйственной деятельности», а потом добрались и до Урала, но не все успели вырубить, и принялись разводить никому не нужную лиственницу ближе к Карпатам. По сию пору в Сибири лиственницу не считают за дерево и форменным образом обзывают, «красной березой» из-за красноватой древесины и крепости как железо. Это какую же «интенсивную хозяйственную деятельность» там обнаружили? Когда по сей день Кострома – медвежий угол, и кроме костромского сыра мы о ней ничего не знаем. Кстати о сыре. Сыр ведь тоже для России – продукт экзотический, как и украинские словечки. Кроме «голландского», выпускаемого всеми молочными заводами СССР, мы отродясь о сыре ничего не слышали. Я так думаю, что сыр в Кострому приехал вместе с украинскими словами. Не так ли?

В четвертых, сыр костромской пожаловал к нам хотя и из Украины, но родина его, конечно, подальше, в Италии, и в Венеции в частности, куда лиственницу и возили. Я это решил потому, что вместе с сыром к нам пожаловали и некоторые итальянские очень распространенные словечки, например, баста (basta), в смысле довольно, хватит, заканчивай, от которого и произошло у нас слово забастовка. Это слово и на Руси, и в Италии имеет абсолютно одинаковое значение. Я совершенно отчетливо вижу как итальянцы и русские, не зная языка друг друга, общались на лесосплаве и то и дело повторяли за итальянцами: баста, мол, хватит, заканчивай, стоп. Потому оно и прижилось, как и некоторые другие итальянские слова, за которыми вас отправляю к специальной литературе. Для меня же достаточно «в одной упаковке сыра, баста, лиственницы и исследования Даля». Можете даже заглянуть в гости к одному парню из телевизора, он недавно рассказывал, что «понимает без переводчика этрусский язык». Читали, поди, в истории древнего Рима об этрусках? 

В пятых, сопоставим путь украинских слов с обратным путем лиственницы до славного града на Адриатике Венеции, с их чуть ли не ежегодными посольствами на Русь (о которых я говорил при первой прикидке критики пути из «варяг в греки» в упомянутом разделе), а также сопоставим все это с перечнем владений Великого Новгорода до его завоевания Иваном III. После сопоставления выбросим реку Ловать из «варяго-грековского» пути, и вместо нее вставим Волок Ламский, соединяющий Днепр с Волгой через реки Ламу и Рузу. Потом найдем на карте вниз по Волге Кострому и на одной параллели с ней через Вятку и Пермь, также упомянутых Далем, «прикоснемся» к Уралу. Что получится? А получится то, что и требовалось доказать.

Венецианцы, не знавшие железобетонных свай – изобретения 20 века, вырубили лиственницу на южных склонах Альп, пожаловали в Карпаты, но возить оттуда оказалось делом непростым. Вы только представьте себе кучу стран от Карпат до Венеции, все горные, народы задиристые от скученности, причем реки в этих странах, как назло, все текут поперек их лиственничного пути. Поэтому быстренько отыскали реку Днепр, построили город Киев для вязки плотов вперемешку из лиственницы и сосны, чтобы не затонула при сплаве, и давай понужать лесные карпатские богатства «своим ходом» аж до синего, то есть Черного моря. Тут грузили на корабли и преспокойно доставляли в Венецию, держава-то морская. Но горы-то низкие, лиственницы мало, в жаре она не растет, поэтому скоро заметили, что «эльдорадо» иссякло. Пошли вверх по Днепру с украинскими казаками в качестве проводников, где попадалась лиственница, принимались рубить, но она быстро кончалась. Вот так и шли, пока не оказались в самых верховьях, в окрестностях Волока Ламского, тут и встретились с новгородцами, «курировавшими все» далее на восток вплоть до Урала, включая и будущий Нижний Новгород – их вторую столицу, с чем все историки как один согласны. Пришлось поругаться сначала, но потом договорились, узнав у новгородцев, что костромские леса почти сплошь состоят из лиственницы.

Тут им, естественно, потребовался Волок Ламский, происхождение которого, а особенно, что он именно волок, историки никак не могут объяснить, ибо про лиственницу забыли, а больше не знали, что тут можно «волочить» посуху. Надо помнить, что венецианцам тут холодно, а будущие украинцы так наловчились при прежнем содружестве, что и сами могли хорошо справляться с поставленной задачей по рубке и лесосплаву, включая волочение между речками. Волочить же приходилось потому, что венецианцам бревна нужны были длинные, не на дрова ведь, на сваи. Постепенно образовывался путь, но не из «варяг в греки», а из «Костромы в Венецию» под неусыпным контролем псковско-новгородского вече. Ибо тут существовала нормальная по тем временам западная демократия. Вот и вся история тонко подмеченного Далем «северного речения».

Русские же князья, сосредоточив все свое внимание на волжской работорговле, даже не заметили этот нормальный бизнес, а когда заметили, было уже поздно, Волок Ламский крепко охранялся новгородца ми. Поэтому я считаю, что ни в какой «Новгород  воевать» русские князья не ходили, так как попасть туда можно только зимой из-за сплошных болот, а воевали долгое время просто за Волок Ламский, отчего в позднейшей истории то и дело он мелькает в рассказах о русских князьях и царях, но без объяснения причин. Потом образовалась Москва, но об этом я уже рассказал во всех подробностях.

Теперь обращусь к хронологии, хотя и терпеть ее не могу. Но основания-то городов она приблизительно знает. Я имею в виду даже не абсолютные даты, а сравнение этих дат. Здесь-то уж хронология должна кое-что дать. Итак, Киев «известен» с 5 века, но в бумагах впервые упомянут в 860 году. Великий Новгород упомянут в летописях с 859 года. Основались они, конечно, независимо друг от друга, и не знали друг о друге, познакомиться их заставила лиственница, находившаяся во владении последнего. Полоцк основан в 861 году, а Смоленск – в 862 году, Ростов Великий – тоже в 862 году. Белоозеро впервые упомянуто в 889 году, а Суздаль – в 1024 году. Далее: 1108 год – основание Владимира, 1110 год – основание Ярославля, 1135 год – начало Волоколамска (Волока Ламского). Про Кострому с ее обильными лиственничными лесами историки ничего «не знают», но написали на всякий случай, что она основана в 12 веке, а про Вологду говорят точно: двенадцатый век, а именно 1147 год. Но Белозерск (Белоозеро), Ростов Великий (ныне просто Ростов), Суздаль и Владимир с трех сторон окружают Кострому, поэтому она должна бы «родиться» не позднее Вологды (1147 год), тем более что Волок Ламский уже был «готов» к 1135 году. Кстати, Вологда – тоже от слова волочить по мокрому, волглому. Тогда и Волга – это просто вода.

А теперь взгляните на карту, которую не привожу, слишком уж она секретная. Разве поискать в географии для пятого класса? По выше изложенным датам и городам увидите, как продвигались итало-украинские словечки, «костромской» сыр, а обратно возили лиственницу в Венецию. Вот вам и путь из Венеции в Кострому с перевалкой и «волоком» на речке Ламе. По пути же «из варяг в греки», по речке Ловать от Днепра, венецианцы, вернее, их агенты, ходили налегке, исключительно за «лицензией» в Великий Новгород, которому принадлежали все эти земли до самого Урала, и к которому «прислонилась» Московская Русь при Иване III. Здесь уместно упомянуть два обстоятельства. Во-первых, о евреях. Во-вторых, об основании Москвы. Я писал, что евреи на Руси появились вместе с «рюриковичами», то есть с «хазарами». Теперь открылся еще один путь, более прямой, из самой Венеции, которая уж совсем недалеко от Везувия. Я так думаю, что оба пути равноценны, только могу сказать, что по пути «из Венеции в Кострому» часть из них могли прибыть несколько раньше. Для этого я и хочу рассмотреть основание Москвы. Авторы «новохрона-2» убедительно доказали, что Москва основана не ранее 1380 года, года Куликовской битвы. А зачем ее было осваивать раньше? Ведь лиственницы в московских лесах нет. Притом, если был Волоколамск, то зачем Москва? Он ведь все равно раньше Москвы основан на 12 лет, даже по официальной версии. У нас есть хорошая пословица, что «рыбак рыбака видит издалека». Еврей еврея – тоже, хотя такой пословицы и нет, но мы-то об этом и без пословицы знаем. Поэтому «хазарские», они же «византийские», они же «венецианские» евреи быстро нашли общий язык, который, собственно, и находить не надо было, так как это письменный язык талмуда, и основали Москву на истоках трех великих восточноевропейских рек. Но это было, конечно несколько позднее, когда «лиственничный путь» был достаточно хорошо разведан с точки зрения географии. И разведчиками первыми, конечно, были венецианские евреи. Кстати сказать, коренные венецианцы и сегодня очень похожи на евреев, и лицом, и правилами жизни, и хитростью. Сам видел, свидетелей не надо.

Постепенно, уже после «присоединения Новгорода», русские князья, которым все никак не удавались попытки «взять Казань», через новгородские земли «прислонились к Уралу» и уже самолично дорубив лиственницу в Костроме, добрались и до уральской, в Перми, которая, кстати, и не Пермь, как доказали «новохронисты-2». Осталось добавить, что главной статьей русского экспорта с момента «присоединения  новгородских земель» стала древесина, причем не указана какая, хотя сосны в те времена по всей Европе было рубить, не перерубить. Стало быть, это лиственницу дорубливали. Не изобрети мир железобетонных свай, на Урале бы лиственницы не осталось совсем. Ведь тогда не было Транссибирской железнодорожной магистрали, чтобы возить ее из Сибири, где и сегодня ее – пруд пруди, ранее бесценная, она ныне годна только на бумагу.

Только прожив лет 60, начинаешь понимать, как быстро меняется русский язык, на одном поколении. Если, конечно, смолоду не занимаешься этим профессионально. Только за последние 10 лет он пополнился столькими новыми словами, никогда не употреблявшимися в России, такими как брокер, дилер, и не забудьте дефолт, что становится просто грустно. Мое поколение выросло на классике русской литературы 19 – начала 20 веков, и то приходилось обращаться к толковым словарям, правда, редко, не более 5 – 10 слов на книгу. Сегодня же многие молодые люди, воспитанные на телевизионном новоязе, классические произведения читают, как книгу на иностранном языке, который даже в школе не учили. Потому и не читают классику вообще. Чуть ли не половина Словаря Даля вышла из повседневного употребления, и теперь он представляет интерес только для специалистов по русскому языку. На Словарь же Ожегова люди моего возраста смотрят как на словарь Эллочки-людоедки Ильфа и Петрова, настолько он кажется нам бедным.

Только один пример. За один день, «день дефолта», вся страна разом выучила новое русское слово «сдулся», которого не найти ни в одном новейшем словаре. Я не говорю о Дале, у которого куст слов с корнем слова «дуть» со многими ветвями, не говоря уже о листочках, но слова сдулся нет. Его нет даже у Ожегова, который тоже не поскупился на словообразующий куст. Ибо слово сдуться – это совершенно детское слово, примеров которым у детского писателя Корнея Чуковского в его книге «От двух до пяти», имеется в виду лет, – уйма. Ибо это слово означает у маленьких детей лопнувший воздушный шарик. Дети очень любят словообразование, как только постигают его принцип. Поэтому для него совершенно очевидно, что если шарик надулся – значит, лопнув, сдулся. Но это новое «детское» слово совершенно адекватно, образно, с легкой иронией характеризует представителя среднего класса российского общества, который в день дефолта, издав легкое «шипение», чуть слышный хлопок, сдулся, остался совершенно «пустым и обвисшим». Дети, очень чуткие к языку, никогда не скажут про шарик, которым они специально «стрельнули», что он сдулся, они тогда скажут лопнул, бабахнул. А сдулся – это именно так, как я сказал о сдувшемся бизнесмене, беспричинно, быстро сдулся, потерял все свое содержимое. Поэтому это новое слово взято у детей на века, потому что одним словом выражает понятие, которое можно описать не менее чем несколькими предложениями.

Разумеется, я не для того привел этот пример, чтобы включиться в когорту лингвистов. Этот пример характеризует, как перевести 200 народов на один язык, чтобы они начали отличаться друг от друга «оканьем», «аканьем», заменой твердого «г» на почти «х» и так далее, смотрите у Даля. Пока у народов не было письменности, и пока они рождались и умирали в одной и той же деревне, различия в языках были почти такие же как, например, у русского и английского. Но как только детей направили в интернаты, работающие по одной программе от Сахалина до Кенигсберга (терпеть не могу Калинина), как только стали вербовать из Ижевска на БАМ, переселять народы, садить каждого третьего в тюрьму, где один язык, даже и не русский, брать в многонациональную армию на 25, 5, 4 и 2 года, когда сотни тысяч различных «присутствий» стали работать только на русском языке, то, что же вы хотите?  На всей шестой части мировой суши остался только один язык. И «татарское иго» здесь не при чем.

Осталось напомнить об одном принципе, который в нашей стране существует многие века. Помните, как в 16 веке, даже и боярин, как революционер-подпольщик, изучал с величайшими предосторожностями, с переодеванием, чуть ли не с наклейкой фальшивой бороды, латинский язык и стал «знать его изрядно»? Ничего здесь не изменилось. Вся страна говорит только на русском языке. Мы даже не можем вообразить себе, что в Западной Европе, свободно перемещается не только капитал, но и труд, вернее его носители, и не испытывают больших затруднений при этом. В Голландии 100 процентов населения как свой родной знают английский язык. А когда их спрашивают, зачем? Они отвечают, так ведь страна наша маленькая и никто не будет специально изучать наш фламандский язык, а нам же надо общаться.

Хвастовство, которое в заголовке, заставляет имитировать наших правителей изучение иностранного языка в школе и институте. Главное в этом «изучении» то, что никто не должен научиться разговорному иностранному языку. Максимум – это перевести с бумажки на бумажку, но ни в коем случае не с голоса на ухо и обратно. Я даже помню большую дискуссию двадцатилетней давности в «Литературной газете» фактически между теми, кто учит, и кто хочет изучить. Те, кто хочет изучить, писали о необходимости разговорного языка как основы, а те, кто учит, настропаленные партийным руководством, наоборот, доказывали, что разговаривать незачем, а надо учиться переводить технические статьи, например, по кибернетике, в которой мы навсегда отстали. Последнюю точку в этой дискуссии поставили учителя английского языка, по книжкам которых вся страна его «изучала». Ну,  разве можно изучить язык, занимаясь им 45 минут в неделю, притом «переводя», а не разговаривая? Ну, разве можно научиться языку у учителя, которого если забросить в страну, язык которой он преподает, то там он будет выглядеть ничуть не лучше своих учеников? Потому, что и его самого учили по той же самой методе, чтобы он не мог разговаривать, но мог «переводить с бумажки на бумажку. Все это отработано за 400 лет до такой степени, что сбоя не дает, и случайно встретивший иностранца наш гражданин не выдаст наших «тайн» и не узнает, как они там живут. Всего два института страны до самого последнего времени готовили людей, которые умели с грехом пополам разговаривать на иностранном языке, это МГИМО и Институт военных переводчиков, засылаемых потом в страны, где мы имели «интересы» захвата власти. Этих переводчиков «разговорного» жанра вполне хватало на все государственные нужды.

Таким образом, имитация изучения иностранных языков в нашей стране возникла от смешанного чувства наших царей: от хвастовства, о котором я сказал выше, и от страха за свою участь. Как бы они, выучив языки, не узнали правду, что живут как скоты. 

 

Зачем нас «ломают»

 

Во введении я сказал, что свои страхи цари пытаются внушить нам, чтобы нами легче было управлять: боящимся вообще легче внушить несуществующие дополнительные страхи. Разновидность страха – терпеливое и привычное  унижение, непрерывное унижение.

Риторический вопрос: преднамеренно ли нас унижают? Иди это типичная случайность, вытекающая из пренебрежения к собственному народу?  Скажу сразу, что случайности нет, и докажу это. Преднамеренность налицо. Но есть и третья причина: скрытая непримиримая обоюдная ненависть народа и власть имущих. Привожу примеры. Выводы будете делать сами.

Самолет. Объявляется посадка. Времена брежневские, когда ни в одном самолете свободных мест не бывало, билеты стоили по-социалистически. Почти любой мог летать раз в году. Народ сломя голову бросается к трапу, опережая друг друга. В очередь не становятся. Все стараются оказаться рядом с трапом. Куча мала. Женщины с детьми всех позади, иначе детей раздавят. Стоят, молчат, ждут по полчаса и более. Знают, что хотя билет и есть у всех и зарегистрирован, но может вполне оказаться, что в самолет не пустят, скажут, что мест больше нет. Никто, никогда, никому не будет объяснять, почему так вышло. Прогонят от трапа и все: жди следующего рейса. Потому и давка, потому и не видят детей, знают, что зарегистрированный билет на рейс абсолютно ничего не значит. Командир судна, даже стюардесса, не говоря уже о служащих аэропорта, может посадить «своего» человека, даже и без билета, а тебя прогнать от трапа с зарегистрированным билетом. Стоят, ждут. На первой ступеньке трапа стоит статуя в синей униформе с рацией в руке, но немая как рыба или гавкающая как собака.  Проходит минут сорок. Все молчат, знают, что никто ничего не будет объяснять. Вдалеке появляются двое, не спеша, направляются  к самолету, одна фигура такая же синяя, как и на трапе. Синяя фигура подходит к толпе у трапа и как танк раздвигает ее. Все сторонятся, открывая узкий проход, бульдозерный нож – это синяя униформа. Любой униформы все боятся больше чем натурального бульдозерного ножа. Человек, идущий за «бульдозером», иностранец, он презрительно смотрит на русскую толпу. Дома, например, в Америке он по своему статусу приблизительно равен любому из нашей толпы, но здесь он уже привык за два дня к своей исключительности. Поэтому и презрителен.

В гостинице его подвели к администраторше, к которой стояла такая же очередь, и обслужили сквозь эту очередь. Вели обедать в ресторан тоже сквозь очередь, стоявшую на панели около входа. Официант к нему тоже подошел, едва он опустился на стул, хотя за соседним столом, он видел, сидят и ждут. Когда он, пообедав, выходил, соседний столик все еще не был обслужен. Он все это примечал, у него вырабатывалось презрение к народу, который не как все, у них нет лозунга как у него дома: «Америка для американцев». Он понял, что Россия тоже для американцев, а не для русских. В самолет его чуть ли не занесла на своих «хрупких» плечах улыбающаяся только ему женская фигура в синем. Он специально минут 10 укладывал свое тело в кресло, знал, что этих безмолвных свиней в самолет не пустят пока он не усядется. Ему было очень приятно. Поэтому он как бы ненароком похлопал по обтянутой тонким синим сукном попке фигуры в синем. Фигура шаловливо улыбалась, как будто по ее попке прошелся сам красавчик Билл, хотя иностранец больше походил на Квазимодо.

Самолет суматошно начал заполняться, туго набитые сумки с «ручной кладью» не влезали под сиденья. Американец удивлялся, почему эти дураки не сдают вещи в багаж, мучаются. Он так и не узнал, что в багаже или сломают, или украдут. Его багаж положили в отдельное место, в котором не воруют, чтобы не дай бог, чего не случилось. Он также не узнал, что за бортом самолета остался человек, на чьем месте он сидел, а тот оставшийся человек был знаком его отцу, встречались на Эльбе в 1945 году. Все описанное – чистейшая правда, только взятая не с одного, а с нескольких рейсов Аэрофлота.

Или опять же об Аэрофлоте. Домодедово, 31 декабря, рейс в 22-00, через два часа новый год, самолет битком набит. Входит экипаж, заходит в кабину, потом по одному начинают сновать туда-сюда, в хвост самолета и обратно. Потом все разом уходят. Сидим минут сорок, никто ничего не говорит, стюардессы как немые. Надо сказать, что экипаж состоит из двух частей: летчики и стюарды, служат как бы в разных «аэрофлотах». Вот пол-экипажа ушло, а пол-экипажа не знает почему. Сидим 2 часа, двери открыты, потому холодно, но отопление и вентиляция не включены, ведь летчиков нет – потому моторы не включены и очень душно и в туалет не пускают. Дети плачут, стюардессы молчат как партизаны. Через три часа является второй летный полуэкипаж, тоже походив взад-вперед по самолету, покидает его. Слегка подвыпивший пассажир просится тщетно в туалет, потом по крутой приставной металлической лесенке, несмотря на громкие крики всех стюардесс разом (трап уже три часа как убрали) спускается и уходит в аэровокзал, километра полтора. Еще несколько человек тем же путем покидают самолет, остальные сидят, задыхаются от недостатка кислорода, то одна, то другая женщина начинает высказываться, истериковать, мужики молчат. Проверявшая билеты синяя фигура то и дело что-то шепчет в портативную рацию. Проходит пять часов, шесть часов, потом к самолету нехотя подъезжает трап и пассажиров «просят» выйти из самолета и «проследовать в аэровокзал». Только «проследовали», отдышались, «посетили» туалет, радио объявляет: «просим на посадку». Сели, взлетели, полетели, никто ничего не знает, почему сидели и ждали 8 часов. Потом узнал. Оказывается, первый летный полуэкипаж сильно хотел встречать новый год дома, потому нашел какую-то неполадку в самолете и не полетел, пока ее искали. Но так как сидеть долго в самолете и не лететь действует на нервы полуэкипажа, то лететь ему нельзя уже – сильно разволновался. И он пошел выпивать. Второй полуэкипаж – сделал то же самое, в полном соответствии с какой-то там инструкцией и тоже пошел выпивать. А у третьего экипажа, уже выпившего заранее, отоспавшегося и приступившего к своим обязанностям 1 января следующего года, уже не было никаких причин не лететь, и он полетел, а какая-то мелкая неисправность в самолете стала дожидаться своей очереди стать крупной, или в таком же «мелком» виде послужить причиной для очередного праздника, чуть не сказал труда.

Боже избавь, чтобы в этих конкретных случаях я винил наше многомудрое правительство, царя и какого-нибудь дворянина или всех их скопом. Хотя именно они сделали так русские законы и их выполнение за многие века, а мы так хорошо на генетическом уровне приспособились к «окружающей среде», что мы ничего не только не можем поделать против издевательств над нами, но даже уже и не хотим ничего делать. Так уж «исторически сложилось» – любимая фраза историков, ничего не объясняющая. Но, например, американские пассажиры, оказавшиеся в таком же положении, просто разом разбогатели бы на этом рейсе, а их «аэрофлот» – обанкротился бы. Вот и вся разница.

Не знаю, приводить ли мне еще примеры из любой другой области нашего бытия, из многочисленных «присутственных мест» от «бесплатной» поликлиники до  ЖЭКа, тоже почти «бесплатного». Причем интересно бы узнать, где берут деньги наши правители для всего этого «бесплатного», не сами ли золото в Магадане моют, а потом на него нам делают все бесплатно? Мы же знаем поговорку, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке. По-моему, англичане придумали, с самым древним парламентом.  

Перенесемся в 16 век, в Московию. Едет посол европейской страны в государство рабов, в Grande Tartarien, попросту в Тартарары. У себя на родине он мелкая посольская сошка, в те времена к нам шибко знатных не посылали, мол, обойдутся. На границе его встретил боярин с челядью человек в сто. Суета такая, словно армия направляется в поход, но ничего не идет ладом. Лошадей в нужном количестве нет, сена имеющимся – тоже. На каждой станции боярин бьет станционных людей направо и налево, те кланяются в пояс и в землю, шапки в руках, но дело не двигается, то того нет, то этого недостача, то дров нет, то зажечь дрова нечем. Тумаки сыплются, их молча сносят, но только боярин отвернется, опять что-нибудь не так. Посол удивлен разгильдяйству русских, он не понимает, что они нарочно саботируют, так как ненавидят боярина, а тумаки им даже в почет, хорошо разозлили барина. Весь путь боярин был мокрым от пота, несколько раз падал, запутавшись в своих, не то в рукавах, не то в подоле своей шубы, суетился, торопился, но посольство ехало очень медленно: шум, гвалт, а путь все еще далек, почти не сокращается. Посол поинтересовался у боярина, что он такой мокрый, чего суетится без толку? Боярин и отвечает: «Это вашему государю можно служить, как попало, а своему мы служим только так, со всем нашим прилежанием, до изнеможения».  Посол подумал, что без боярина он бы быстрее добрался, за деньги, притом совсем малые. Но боярин его вез «бесплатно», чего не может быть в принципе. Посол ведь не знал, что все население края должно было «обеспечить» царский поезд по типу: вынь да положь. Мосты навести на речках без леса, дороги отсыпать песочком, которого не было тут отродясь, «суп сварить из топора». Когда приехали к царю, оказалось, что боярин-то, встретивший посла, очень знатный, почти рядом с царем сидит за столом, когда выпивают.

Зачем же это делается? А затем, что царь очень боится предательства бояр, боится за свое место. Поэтому он заставляет бояр бояться его, переносит свой страх на них. Запуганные, они меньше смогут думать о «плохом» для царя, вся их деятельность мозговая будет направлена на противостояние страху и на услужливость царю, авось обойдется. А как же их заставить бояться? А очень просто, заставить сварить суп из топора, пусть помучаются. Вот поэтому царь не делает порядка, а, наоборот, плодит беспорядок, как это видно на примере самолета и боярина. Данному боярину, везущему посла через десяток боярств, или областей по-современному, никто прямо не подчиняется в этих боярствах, поэтому он может только раздавать тумаки направо и налево, а решить проблему кардинально, раз и навсегда, не может. Но это-то как раз и нужно царю. Если боярин не решит возникающие проблемы на уровне природной смекалки, то можно объявить его «опальным» и держать в таком подвешенном состоянии возможно дольше. А боярин будет из кожи лезть, чтобы выйти из этого опасного положения, он забудет напрочь, что еще вчера хотел создать заговор, причин к которому у всех бояр было, хоть отбавляй.

Еще один пример, почти современный, но тоже про царя и бояр, только коммунистических. Я принимал в этом участие в качестве народа. Лет пять подряд, еще при Брежневе, я возглавлял комиссию по приему иностранцев в нашем производственном объединении, а к нам из-за новой технологии гидродобычи угля приезжало много иностранцев из самых разных стран. Естественно, после каждого визита я писал записки в КГБ о том, что видел и запомнил, вплоть до того, что я был обязан, собрав паспорта с иностранцев для прописки в гостинице, представить их сперва в КГБ для снятия копии. Но не об этом речь. Речь о «смете на прием иностранной делегации», составляемой мной в каждом случае. При этом для составления сметы у меня был секретный «талмуд» страниц на двести под названием «Инструкция по составлению сметы и …», далее не помню. Так вот, эта инструкция предусматривала все до мелочей, как будто это инструкция не для сметы, а по безопасности атомного реактора. Во-первых, иностранцы делились на категории и «приравнивались» к нашим министерским работникам. Так, насколько я помню, наш министр «приравнивался» к руководителю крупной иностранной корпорации, а его личная переводчица – к нашей секретарше генерального директора. Это надо было для того, чтобы по специальным таблицам в инструкции определить, сколько на каждого члена иностранной делегации можно было «законно» потратить советских рублей в сутки, включая гостиницу, обед, ужин, завтрак и кофе между ними, а также тип микроавтобуса или просто билет на трамвай.

Но не для этого же я все это рассказываю в такой серьезной книге, а для того, чтобы под присягой подтвердить, что на отпускаемые по инструкции деньги на обед для нашего министра при «приравнивании», например, иностранного президента компании можно было накормить не выше, чем в кафе-стекляшке, а его секретаршу – в шахтовом буфете. По всем остальным пунктам инструкции соотношение возможностей было точно такое же. Мне-то было наплевать, я бы повел ихнего президента туда же, где и сам ел, но мой-то генеральный директор, будучи боярином, не мог так поступить. Ведь иностранный боярин, вернувшись в Москву с поносом, обязательно сказал бы министру о нашем боярине несколько плохих слов. Это же точно та же самая ситуация, что и с послом и боярином 16 века. А за нарушения инструкций Минфина сажали строже, чем сегодня за воровство миллионов, долларов, разумеется. Вот наш местный боярин и начинал нарушать крадучись инструкцию. Выписывал человекам десяти премию «за совершенствование техники и технологии», а потом специальные доверенные лица забирали эту премию у премированных, правда, оставляя им некоторую сумму на партийные и другие взносы плюс бутылка водки и три пирожка с ливером. Иностранец был доволен, «сыт, пьян и нос в табаке», только раз пожаловался министру, что в гостиничном туалете несколько попахивает, но не дезодорантом, а тем, против чего дезодорант действует, но нас это уже не касалось. Это уже касалось первого секретаря горкома «нашей» партии. А вот нашего боярина начинала терзать тревога другого свойства. Он ничего уже не делал для своего объединения, а только считал дни. Если в течение недели не приезжала комиссия из министерства считать «сметные» деньги и проверять списки премированных, то он успокаивался и начинал работать.

И таких примеров я могу привести сотни, из самых разных сфер жизни, когда бояр заставляли нарушать, а потом проверяли, как это они делают? Сами же бояре точно таким же образом заставляли нас, рядовых граждан, быть покладистыми и послушными, как в описанных самолетах. Так как я уже рассказал выше, и не только в этом разделе, какая скрытая ненависть витает между боярством и царем, мне осталось рассказать о том же самом между боярами и народом. Частично я показал это примером из 16 века, когда боярин, сопровождая иностранного посла, от границы до Москвы не просыхал от пота. Теперь дополню. 

Тут недавно случай интересный в России произошел. В самом начале ушедшего века жил в России писатель Иван Шмелев. Очень верующий, у него все книжки про православие, аж мед из них сочится, настолько сладко жилось на Руси, особенно в Москве. Эксплуататоры и эксплуатируемые настолько дружно жили, что последнюю рубаху могли друг другу отдать. Не государство, а рай земной, настоящий Эдем. Купцы и заводчики ничего не делали, только молились денно и нощно, народ же выпивал почти исключительно по праздникам. Писатель этот очень удивлялся, почему у одного старика-официанта сын ушел в социалисты, а не стал как отец официантом, а жизнь официанта была очень непроста, всем ублажи, да еще и в морду можешь получить. Одна вера только и спасала. Но коммунисты все равно убили сына у этого писателя, кажется по ошибке, по-моему, в Крыму, посчитали его «белым», стремящимся убежать  с Врангелем. Поэтому отец тоже уехал, наверное, в Париж, да так там и помер. Хотя мог бы строить социализм, отец у него был строитель, крупный подрядчик, но очень честный, поэтому и обеднел к смерти. Писал Шмелев хорошо, старинным слогом, почти древнеславянским, но очень уж слащаво, форменный славянофил и чересчур уж верующий, православный. Конечно, не Гоголь. Но и не Булгарин. Самое интересное то, что Новая Россия, теперешняя, РФ, решила в целях экономии и еще кое в каких целях перевезти прах Шмелева на родину и перевезла, да с такой помпой, будто это не Шмелев, а Карл Маркс или какие-нибудь святые мощи. 

Я задумался над этой проблемой. Ведь не Бродского же, которого весь мир знает. Вышло у меня вот что. На 100 процентов уверен, что за Шмелева похлопотал наш патриарх, наверное, канонизировать его собрался. Кстати канонизация прошла, святых прибавилось за сотню, но я не проверял в списке Шмелева. Уж очень верующий, посильнее самого патриарха, пожалуй. Да и престиж нашей православной церкви подорвала торговля дьявольскими зельями: водкой и сигаретами, надо же поправлять. Думаю также, что зарубежным кладбищам надо платить ежегодно за русских, которые там лежат, иначе откопают и сожгут. Вот и решили, что пусть лежит в родной земле, бесплатно, и будет при том наглядным пособием для вновь обращенных. Выгода двойная. Но я не для этого описал биографию рядового русского писателя, а чтобы пересказать его один рассказ, как раз характеризующий отношение представителей народа к представителям власть имущих, бояр.

Рассказ называется «Забавное приключение». Молодой, энергичный, недавно сильно разбогатевший и продолжающий легко и красиво богатеть, представитель тогда зарождавшегося крупного русского капитала, совершенно такой, каких сегодня показывают по телевизору, наглый и самоуверенный Карасев со своей любовницей почти на первом автомобиле в Москве поехал покупать имение, каковое за бесценок, по его мнению, продавала представительница старой аристократии. Открытая машина-диковинка сломалась, пошел дождь, шофер остался ее охранять, а барин с Зойкой – вся в зеленом, пошел переждать дождя в лесной избушке и вызвать лошадей, как более надежных по тем временам. В избушке оказались выпивавшие представители простого народа: солдат-калека, рекрут, которому завтра на фронт, лесник и его жена. Все пьяны, на столе бутылка с бурдой, куриные кости, селедки, баранки и красный сахар. Хотел переписывать, но это же надо переписать почти пятьдесят страниц. В общем, как только не издевались пьяные мужики над попавшим в их руки беззащитным «князем», какие пакости ему не высказывали в глаза, взяли с него денег раз в сто больше чем стоила их услуга сбегать за повозкой. Потом один из них, сняв со стены ружье, стал «проверять мушку», то и дело, наставляя его на Карасева и, уговаривая его не бояться, ведь он же шутит, а сам едва стоял на ногах. В общем, за час, пока баба бегала за повозкой, Карасев раз десять умирал и снова возвращался к надежде еще пожить, как ему было «тревожно-гадко», унизительно и страшно. Но это надо прочитать в оригинале, чтобы прочувствовать. Шмелеву очень хорошо удалось передать всю пропасть между боярами и народом, всю народную ненависть и бессильную злобу, накопленную веками, всю изощренную простоту издевательств над попавшимся в зависимость от них «боярином».

А наши дети ежегодно в миллионах экземпляров школьных сочинений пишут «согласно программе» о Платоне Каратаеве, «гражданине» Минине, крестьянине Сусанине. О Павлике Морозове, правда, писать перестали. Нас самих лет тридцать заставляли писать в анкетах о родственниках за границей, родственниках, «находившихся в оккупации» и «служивших в белой армии». Нам вдалбливали, что «народ и партия – едины», а основная наша национальная идея: «самодержавие, православие» и какая-то непонятная «соборность», позднее «народность». Я надеюсь, что вы сопоставляете все это с тем, что я написал в главе «Экскурс в генетику», ведь дополнительных мелочных разъяснений не требуется? 

 


Повседневное насилие

 

Рассмотренные выше примеры унижения народа, которые бессчетны, относятся к усредненному народу империи, который рассматривался как «наш советский народ». Но это унижение не что иное, как насилие, потому что его невозможно избежать, ничему в империи нет альтернативы: только Аэрофлот и ничего иного, только борщ, котлета  и гуляш во всех столовых от Таймыра до Кушки, только райком и райсовет от Чукотки до Бесарабии, только мужчина-гинеколог, а женщина-уролог от тайги до пустыни. Все и вся для 200 народов одинаково и жестко стандартно. Поэтому, чтобы перейти к самим, так сказать, методам насилия, рассмотрю особенности проживания и менталитета народов, насильно «входящих» в империю. Если кто-то подумает, что откуда я взял словосочетание «насильно входящих», то я ему отвечу вопросом на вопрос: разве вы помните хотя бы об одном референдуме на эту тему среди 200 народов нашей страны?

Итак, особенности проживания и менталитета народов. Я не настолько хорошо знаю народы, чтобы мог себе позволить декларировать их народные свойства, присваивая эти особенности им как номера в спортлото. Я только безадресно отмечу особенности, которые могут быть неодинаковыми, вызывать у одного народа какие-то чувства по отношению к другому из-за разности, скажем так, взглядов. Возьмем бытовые особенности: туалет, личная гигиена, чистоплотность, способы еды, предпочтительные блюда, продукты, одежда, досуг. Ведь не потребуете же вы от проживающих в юрте и чуме ежедневного душа? Не станете же вы упрекать весь народ, который 1000 или более лет не пользовался вилкой и ножом за обедом, а ел руками? Не станете же вы подозревать англичанина в снобизме только за то, что он отказывается есть наши щи? Не удивляются же татары, что русские не едят конины, самое лакомое для них мясо? Вам сильно понятна логика жителя пустыни, носящего стеганый халат при сорокаградусной жаре, хотя опыт веков показал им, что именно так легче переносится жара? И наоборот, житель пустыни считает дураком всякого, кто в жару пьет пепси из холодильника. Он сам будет пить горячий чай и потеть от него, а значит, и охлаждать этим потением свое тело.  Можно привести десятки таких примеров только по одному этому аспекту. 

К языковым особенностям я бы отнес сам язык, особенности произношения одних и тех же слов, например, аканье, оканье, а также жестикуляцию, которая многим «помогает выражать свои мысли. Даже сама артикуляция может вызвать раздражение, как у заикающегося. Вам очень приятно слушать заик, особенно, когда вы торопитесь? А сильно вы любите, чтобы вас во время разговора дергали за пуговицу, не говоря уже о том, чтобы ваш собеседник каждое свое слово сопровождал тремя движениям рук, словно показывая, какую он большую поймал рыбу? Это сегодня смешавшиеся как селедки в бочке «москвичи» почти не замечают новгородского «окания», а попробовали бы вы явиться с такими особенностями речи лет с полсотни назад. На вас же пальцем бы показывали как на марсианина. А необоримый акцент других народов? У нас же на этом целый раздел эстрадного юмора построен. Приятно вам будет, если начнут подражать вашему акценту, например, на якутской эстраде, когда вы туда приедете в гости или по делу? 

Все народы разные и по эмоциональному восприятию действительности. Всем нравится сдержанность, но есть и эмоциональные нации. Я вот спросил бы старых артистов, молодые-то привыкли, как бы они восприняли оглушающий свист в зале Чайковского в конце своего соло вместо нормальных аплодисментов? Ведь в Америке свист – это одобрение. Можно рассмотреть и созерцательность, углубленность, открытость – закрытость, присущие разным народам в самых разных пропорциях и размерах. Предметом удивления, насмешки, а порой и озлобленности могут явиться  физические особенности народов: ловкость – медлительность, реакция, облик, рост, антропометрические данные, например кривоногость, и разные другие.

Но и это еще не все. В предыдущих разделах я привел многочисленные свидетельства, что отщепенческие части народов выбирают новые места – точную копию своих родных мест. Ни один известный мне народ в заслуживающем внимания количестве не перебрался из пустыни в горы, или от моря в тайгу. Поэтому климатические факторы (температура, влажность, ветренность, осадки, атмосферное давление), факторы географические (леса, тайга, горы, равнины, тундра, приморье, населенность-безлюдность, сезонное колебание содержания кислорода, запыленность атмосферы и так далее) являются не только привычным и родным окружающим пейзажем, но и генетической приспособленностью их организма, нарушение которого грозит серьезным заболеванием органов или психическим расстройством.

На рассмотренной основе перехожу к имперским институтам повседневного насилия и унижения, которым подвергается весь народ, даже уже и, не замечая этого, ибо не может даже представить себя вне них. Привык генетически. Армия. Куча народов со своими иногда несовместимыми особенностями поставлена в совершенно жесткие условия распорядка всей жизни, притом на года, не на двухчасовую экскурсию, например, в океанариум. Но, сперва о животных. Лет десятка полтора назад в связи с реабилитацией частного животноводства издательства выпустили гигантское количество брошюрок по кролиководству, разведению песцов и прочей живности. Я их читал, некоторые. Почитайте и вы, если придется. И вы увидите, что для каждого животного разработаны учеными такие фантастически строгие правила в питании, по температуре, размерам клеток и прочее, что оторопь берет. И все это надо неукоснительно соблюдать, иначе песцы съедят собственный хвост, у нутрий вырастет вместо меха щетина, а цвет норки будет серо-буро-малиновый, нестандартный.

Видели вы хотя бы одно научное исследование, как в советской армии создать хоть бы какие, более приемлемые условия для солдат разных национальностей, когда они находятся в этой куче-мале? Нет таких исследований. Наоборот было правило: из Средней Азии – в Сибирь, С Таймыра – на Черноморский флот, а из Магадана – в Кушку. И это было железное правило, неукоснительно исполнявшееся. Зачем спрашивается? Затем, чтобы испуганный человек еще больше испугался и был послушным. Конечно, генералы наплетут, что это приучение к трудностям, которые надо преодолевать солдату, да кто же им поверит, прочитав вышеизложенные особенности народов? Вот бы поручить нашим генералам разведение кроликов хотя бы. Сразу бы вся страна увидела, на что они годны со своими «уставами» и установлениями. Армия в таком количестве при такой бедности только для того и существует, чтобы через нее прошло обязательно все мужское население и там получило «закалку» послушания через страх и мытарства. Собственно, можно и такой эксперимент провести. Усилить внешнюю ограду зоопарка, выпустить всех без исключения животных из клеток, спустить туда парашютный десант из генералов и поручить им всех животных, начиная с жирафа, построить по ранжиру. 

Я не верю также, что в армии нельзя искоренить дедовщину. Это же все-таки армия, а не зековская «зона». Там же без дисциплины нельзя, дисциплина – это основа любой армии и если нет дисциплины, то нет и армии. Пусть попытается кто-нибудь доказать мне, что это не так. А если наши генералы и правители не хотят налаживать дисциплину, значит, они не хотят и армию иметь, только – кормушку и запланированное насилие, и запланированное унижение. Генералы говорят, что сегодня в армии – одни дебилы и дисциплину у дебилов выработать невозможно. Но они же выдают этим «дебилам» оружие, а части из них – и стратегическое. Ну, никакой логики. И это же происходит не в отдельной колонии для малолетних преступников, а в великой державе в целом. И об этом знает весь наш народ, включая все ветви власти. Куда же мы «укатились»?

Тюрьма. Четверть нашего народа сидела в целом, и соответствующий процент по национальностям. Причем дело поставлено так, что основная масса народа сидит просто так, ни за что, по году-два, как в армию сходил. Но навыки там приобретают другие. Бандитские. И это тоже надо государству, по-видимому. Руководители пенитенциарной системы сетуют, что тюрем мало, царские и сталинские требуют капитального ремонта, а «денег нет», поэтому человека, «нецензурно выразившегося» в общественном месте, на трамвайной остановке, садят рядом с генетическим убийцей и наследственным вором, авось исправится, глядя, как они «мучаются» своим «проступком». Кому, как не этим руководителям тюремной системы, знать об очень хорошо поставленном «образовании» у рецидивистов? Даже, теперь уже писательница, Маринина знает и вовсю пропагандирует методы этого обучения. А главный руководитель ее бывший, видите - ли, не знает. Знает, конечно. А тогда зачем садит? Ведь другого смысла в этом нет, как получить нового бандита из «нецензурно выразившегося» или укравшего кусок медного кабеля на бутылку. Вспомните мое отношение к «Злоумышленнику» Чехова. Представьте также, что все народы по тюрьмам так перемешаны, как коктейль в электрическом миксере.   

Вербовка на «великие стройки коммунизма» из всех народов понемногу – это тоже метод «объединить» 200 народов в один «советский народ» с русским языком, смешанное с презрением к их судьбам. Я уже писал о том, что вместо отрывания от материнской юбки семилетних детей малых народов и направления их в интернат за много километров от дома, где кроме русского языка другого нет, я бы выучил взрослых и отправил бы их в чумы, чтобы дети были в родной среде обитания. Почему этого не делается? Потому, что хотят все то же, единый народ. Насильное переселение целых народов – это показатель того же принципа: испугать навечно незнакомой средой обитания и заставить выучить русский, а также «размазать» тонким слоем, заставить забыть кто они. Ибо «помогать немцам» им, переселенным и «размазанным» еще проще, получится еще скрытнее. Но сегодня, вернувшись на свои исконние места, они долго будут ненавидеть русских, отождествляя их из-за недостатка образования с их правителями. Я никогда не забуду молодую волжскую немку, разлученную с мужем и высланную в 1943 году в Черепаново Новосибирской области с одной котомкой и двумя детьми, один еще грудничок, в школу истопницей, где я учился в первом классе. Она говорила: «Я пошель школ жарить», а мы, дураки маленькие, смеялись. Через короткое время младшенькая ее умерла, а она, уже сумасшедшая, все «жарила» печки в школе. Неужели они это забыли, если, конечно, остались живы?  

А гигантские стройки, предприятия, по двадцать-тридцать тысяч человек, когда утром на работу едет в одном направлении полгорода. Ничего кроме «соборности» это не дает. Экономически это нецелесообразно. Зачем в одном Новокузнецке собрали два крупнейших завода черной металлургии, алюминиевый, ферросплавный, агломерационный, коксохимический, химико-фармацевтический заводы? Все сырье привозное, продукция отправляется во все стороны, город в котловине, со всех сторон окружен горами. Другой причины, нежели, чтобы специально травить людей я не нахожу. Зато все в куче, одинаковые как скульптура сталевара на входе в их чахлый сад, умы у всех направлены в одну сторону, желание выпить – тоже. Легко, одним пальцем управляемые, как руль у иномарки с гидроприводом, который для отечественного автомобиля так и не могли изобрести. «Знаменитый советский поэт» Маяковский, написавший поэму «Ленин», в другой поэме говорил про этот город: «Здесь будет город-сад!» Сейчас там ничего не растет кроме тополя, хотя чернозем – полметра, как на Украине. Если бы не заграница, закрывшая свои металлургические заводы по экологическим причинам, куда продает черный металл этот город в виде арматуры для их строек, город бы вымер сегодня.

На крупном металлургическом заводе нельзя освоить производство многих марок стали. Я мог бы это доказать технически, но применю метод более понятный для широкого круга неспециалистов в этом деле. Я сравню кухню ресторана, где готовятся порционные блюда, с полевой кухней на колесах для роты солдат, в которой можно сварить только щи и кашу. Но если металлургический завод не может сварить все требующиеся в огромной стране марки стали, тогда зачем он такой большой? Все равно те машиностроительные заводы, которым нужны именно различные стали, которые не варит большой завод, вынуждены варить их сами у себя дома, так сказать, «переваривая» сталь большого завода на свои «вкусы», или создавать вообще их из «передельного» чугуна большого завода. Можно привести сотни других примеров экономической нецелесообразности слишком крупных производств. Например, знаменитый Уралмаш, который стоит ныне, как вкопанный только по одной причине, что не стали разворачивать сибирские реки. А больше ничего он не может производить, кроме кухонных ножей и сковородок.

Весь мир уже давно рассредоточил все свои крупные производства в как можно больше городков и деревень, чтобы население работало там, где оно живет, и не скучивалось в мегаполисах, где большинству людей жить плохо. Например, если надо изготовить какую-то очень качественную вещь, то они заказывают сталь в Швеции, льют ее в Германии, обтачивают в Италии, электронику для нее покупают в Америке и так далее. Есть небольшие заводики в деревнях, на одном из которых делают только болты с гайками, но такие, и из таких материалов, что их заказывает и покупает полмира. Или есть такой металлургический заводик размером с хороший супермаркет, на котором могут сварить для вас в малом количестве, например 10 тонн, любую из известных в мире марок стали.

Поэтому русский гигантизм – это психическая болезнь, которой заразились даже инженеры, но корни ее лежат в тысячелетней унификации и стандартизации, как  личности, так и сообществ этих личностей, и всего общества империи в целом. Возьмем насильственное распределение молодых специалистов после окончания учебного заведения. Это же форменное насилие и унижение. Раз образование «бесплатное», хотя родители этого студента и не только его родители лет двадцать назад уже оплатили эту учебу насильно, то с молодым специалистом можно поступать как с новозеландскими овечками, которых по двадцать тысяч разом везут на переоборудованном танкере в нефтедобывающие страны на убой. Так что ли? Во всем цивилизованном мире специалистов завлекают деньгами в нехорошие места, а у нас – силой.

А чем оправдать насильственные командировки больших контингентов предприятием, особенно строителей, уборочные командировки, студенческие, профессорские командировки в колхоз и овощехранилища? Ведь оскорбленные люди все равно там не работают, а только время отбывают. Ну и черт с вами, не работайте, пусть для вас там время медленно тянется, зато мы сделали так, что вы, униженные и оскорбленные, все равно сделаете по-нашему. Вот же в чем смысл-то. А насильственная «политинформация», когда собирают «коллектив» и записной оратор, которого тоже насильно заставили, бубнит что-то, поглядывая в тетрадку, а его слушатели, кто в носу ковыряет, кто детектив читает. Так вас же не для того собрали, чтобы вдалбливать в ваши головы «моральный кодекс строителя коммунизма», на это безнадежное дело давно уже плюнули, а для того чтобы вы знали, когда нам нужно – соберем, и куда нужно – отправим, сколько бы вы не ковырялись в своем носу. На этом построены комсомол, партия, профсоюз, да и вообще вся жизнь империи. Иначе нельзя – империя начнет рассыпаться.

Я хотел бы спросить читателя: зачем нам многоэтажки? Но отвечать придется мне. Я в нескольких местах этой книги писал, что в Западной Европе очень не хватает земли. Там сплошь и рядом в метре от заводского корпуса вынуждены сеять пшеницу, не должно пропадать ни клочка земли. У нас же на сотни метров, километры от корпусов – свалки ржавого железа, ломаного железобетона и всякой прочей дряни. И действительно, зачем нам экономить землю, которой у нас одна шестая суши всей Земли всего на 150 млн. человек, тогда как на остальных 6 млрд. человек остается пять шестых, то есть у нас на одного человека приходится в 8 раз земли больше чем в среднем во всем остальном мире. Так мы к ней и относимся, разбрасывая свои отходы рядом с домом. И это можно понять, хотя и с натяжкой. Нельзя понять того, что подавляющее большинство россиян, процентов 95, живет в многоэтажках, от пяти этажей и выше. В то же время в развитых странах за рубежом, при их-то нехватке земли, подавляющее большинство населения живет в одно-двухэтажных домах, даже в городах не выше пятиэтажек, в которых первый этаж не считается жилым. Из этого я делаю вывод, впрочем он и без этого ясен, что человек не терпит скученности. Он хочет простора. И ему идут навстречу даже при острой нехватке земли. Я вывожу за рамки исключения Нью-Йорк, Токио и другие такие же города, вынужденно скученные сверх меры. И даже в этих случаях небоскребы занимают в основном офисы и фирмы, то есть место работы, а не жилья. Но это же именно исключение, а не правило. Правило, как раз, рассредоточение жилья.

А у нас? Вы посмотрите. С подачи Хрущева мы начали строить многоэтажки даже в деревнях, в колхозах. Правда, сегодня эти дома зияют разбитыми окнами, и никто там не живет. Пейзаж как после атомной войны. И это еще раз показывает, что так жить невозможно. Зачем же нам это при таких-то земных просторах? Если мне кто-нибудь скажет, что таким образом мы экономим стройматериалы и затраты на коммуникации, то я соглашусь, конечно. Действительно, и так на войну не хватает. И на хвастовство международное. И на КГБ для подсматривания за нами, так как ни один суд не осудил представленных ему «шпионов». И на милицию, которую весь народ боится больше чем бандитов и воров. Но главное я вижу не в этом. Главное в том, чтобы заставить народ жить в условиях коровника, свинарника, кошары или птицефабрики, когда от скорлупы, из которой она вылупилась, курица за всю свою оставшуюся жизнь не отойдет дальше 20 сантиметров. Поэтому тут надо принимать во внимание генетические факторы. Бройлерная курица, за всю свою жизнь не сделавшая и десятка шагов, только стоявшая, клевавшая, испражнявшаяся, безусловно, будет отличаться от курицы, бегающей по деревенской улице. Хотя бы кругозором, не говоря обо всем остальном.

А человек? Человек, который вынужден каждое утро стоять нос к носу в лифте с соседом, которого он терпеть не может. Он же не знает, что ему сделать: или плюнуть в столь отвратительное лицо или сказать «здравствуйте»? Одно это может вызвать ранний инфаркт. Я никак не могу отделаться от мысли, что это сделано специально, правда, не данным, текущим правителем, а генетически сформированным. И он генетически же формирует свой народ, совершенно как скотовод формирует стадо, чтоб давало больше молока или привеса. А для этого нужны одинаковые, притом стесненные, условия «внешней среды».    

На особом месте стоит унификация методик преподавания. Мы только в дореволюционных книжках читали про «курс профессора такого-то». Так как наука и знания никогда не могут закончиться в принципе, они всегда будут незавершенными, возникают «мнения», которые одни поддерживают, другие – опровергают. Вот «курс» и определяет это мнение, кто поддерживает его, тот и учится по этому «курсу». Другой проходит курс другого профессора. Это называется плюрализм, слово, которое мы узнали только у Горбачева. Без плюрализма нет науки как таковой, ибо только в спорах рождается истина, но далеко не в «последней инстанции». А империи зачем истина? Ей нужны самообучающиеся до конца программы, но не далее, роботы, а не истина.

Понимаете, империя – очень плохо склеенная фанера, чуть дождик – она расслаивается. Такую фанеру надо держать во влажности и температуре от и до, не выше и не ниже. Поэтому как же я могу критиковать наших руководителей и царей? Они эту фанеру из двухсот слоев и держат в таком узком диапазоне, чтобы не расщеплялась на составные народы. У них просто нет выхода. Он же, очередной царь, как солдат на посту при оружейной «пирамиде»: 200 автоматов принял – двести и сдать должен следующему постовому. Тому, кто сдал меньше, чем принял: трибунал – не трибунал, но в истории болезни – укажут. Вспомните хотя бы Горбачева. У него же 14 даже не «автоматов», многоствольных пулеметов уперли. Наша же беда в чем? Россия хотя и «неделимая», но «состоит» же? Скажем, из одинаковых деталей, как монпансье в коробочке. Главное, чтобы коробочка была крепкая – металлическая, а не какой-то там бумажный кулек.

Я вернусь еще к этой теме под заголовком «Человеческое животноводство» или под несколько иным, более понятным.

 


Что такое идеология?

 

Кажется, все мы понимаем, что такое идеология, но понимаем вроде «умной» собаки, которая «все понимает, но сказать не может». Но люди-то должны сказать, они же говорить умеют. Со «сказать» и возникают трудности. Например, Даль не позднее 1860 года так понимал это слово: «мыслесловие, часть метафизики или психологии, рассуждающая о мышлении и мысли, идеал – это мысленный образец совершенства чего-либо, образец-мечта, а идея – умственное изображение». То есть, кто-то «умственно изобразил» что-то, потом он создает мысленный образец, как ему кажется, хороший. Это, как он считает, идеал. Потом он рассуждает о своем идеале «со всех сторон» и рассказывает нам об этом, а еще лучше – пишет. Получается, что в принципе, сколько людей – столько же и идеологий. Вот как понимали эту штуку в 1860 году.

Берем Современный словарь иностранных слов и Большой энциклопедический словарь, кладем их рядом, раскрытыми и переписываем: «Система идей и взглядов: политических, правовых, философских, нравственных, религиозных, эстетических, в которых осознаются и оцениваются отношения людей к действительности, выражаются интересы социальных групп» (СИС).  «Система политических, правовых, нравственных, религиозных, эстетических и философских взглядов и идей, в которых осознаются и оцениваются отношения людей к действительности. Термин нередко употребляется также для обозначения ложного, иллюзорного, оторванного от действительности сознания» (БЭС). 

Что мы видим? Во-первых, что как школьники переписали друг у друга, переставив для конспирации слова. Во-вторых, почему авторы, словно договорившись, ограничились только шестью указанными ими категориями «идей и взглядов»? И чем отличаются идеи от взглядов? И почему они должны быть в «системе», то есть попросту одной совокупной идеей и одновременно взглядом, так как «идея» от «взгляда» ничем не отличается? Единственное, чем я могу их различить, это тем, что моя «идея» – абсолютна, а мой «взгляд» на идею соседа – критический.

Подумав как следует, я к шести их категориям ничего не могу добавить. Поэтому они бы могли эти свои категории не перечислять, а сказать просто: идеология – это организовать всю жизнь на земле, по-моему. Дальше словари немного расходятся в своем мнении. Один словарь «разрешает» людям поделиться на социальные группы, а не каждому по отдельности выражать свою идеологию. Другой же словарь вообще всех людей записывает в приверженцы одной какой-то идеологии. Он хотя и не уточняет, но ясно же какая у нас была идеология, когда Словарь печатался. Притом в нем так и написано: «людей», значит всех советских людей. Это подтверждается и тем, что все другие идеологии, «не людей» – «ложные, иллюзорные, оторванные от действительности сознания». Интересно, кстати, что такое действительность и недействительность сознания?

А вот как определяет идеологию Ожегов: «система взглядов и идей, характеризующих какую-нибудь социальную группу, класс, политическую партию, общество». То есть он ясно и четко сужает мнение Даля иметь любому и каждому человеку идеологию к возможности ее иметь только объединившись в какую-нибудь группу. А это означает ущемление прав тех людей-одиночек, которые не входят в группы. Поэтому существует еще одно слово: плюрализм – один из фундаментальных принципов устройства правового общества, утверждающий необходимость многообразия его жизни, то есть и одиночек, но заметьте, «правового общества», где действует закон, презумпция невиновности и неотвратимость наказания.

Я недаром остановился на понятии идеологии. С некоторых пор это понятие отошло от понятия века Даля и стало обозначать не то, что первоначально в него вложено на основе плюрализма. Группы людей, а иногда и один человек, присвоили себе право определять жизнь других, всех остальных. При этом заметьте, ведь перечень из шести выше перечисленных категорий включает в себя и «правовые идеи и взгляды». Но само право должно быть выше идеологии, ибо право принадлежит всем, а идеология только одному или группе. Недаром плюрализм ограничивается правом, хотя и провозглашен «одним из фундаментальных» в пику «идеологии», которая по определению не может быть фундаментальной из-за плюрализма. Но самое главное в том, что идеология не может «определять правовые идеи и взгляды», ибо закон – тоже фундаментальная вещь, хотя и совершенствуется, и идеология должна подчиняться закону также как и плюрализм. Поэтому человек или группа, говорящие: идеология такая-то, говорить это могут, но не имеют права ее осуществлять без согласия всех остальных, то есть по закону. Поэтому христианство, марксизм-ленинизм, фашизм и национал-социализм – суть идеологии, поэтому должны проверяться законом, прежде чем «внедряться» в жизнь.

Религия – часть всеобщей идеологии. Идеология насаждения испуга и повиновения – это тоже часть всеобщей идеологии. Идеология нравственных религиозных заповедей – это часть религии, которая узурпирована религией у права, а сама религия – часть всеобщей идеологии подчинения себе подобных. Идеология, как всеобъемлющие правила жизни на планете не должна существовать в принципе. Но и запрещать идеологию нельзя в том смысле, которую ей придал Даль. Должно запрещать групповые идеологии, если они не соответствуют закону. Ни одна идеология не должна законодательно действовать, ибо идеология не может быть действием, она – только предмет обсуждения. Должен действовать только закон, какой бы он ни был несовершенный, усовершенствуется. Пропаганда любой идеологии должна рассматриваться законом. Как только правители начинают пропагандировать какую-нибудь идеологию в ущерб другим, должен вступать в действие закон. Даже если они призовут целовать всех подряд на улице, не спрашивая согласия целуемых. Но самое главное, никакая идеология не может быть внедрена в жизнь, как внедряются «достижения» науки и техники. Это должно быть запрещено законом. По большому счету никто в мире не имеет право создавать всеобъемлющую систему взглядов для ее «внедрения». На  это имеет право только Создатель вселенной, если она только создана кем-нибудь.

Выше же я изложил как на основе одной, может быть, из миллионов возможных идеологий, именно «системы взглядов», двести народов вынуждены страдать, и «империеобразующий» народ в их числе.

Покажу, как на основе чистой науки создаются идеологии, например, так называемая «соционика». Аушера Аугустинавичюте установила 16 психологических типов людей, разделенные между четырьмя так называемыми квадрами. Собственно 4 психологические группы людей по темпераменту: холерики, сангвиники, флегматики и меланхолики, восходят к еще к Гиппократу, а в конечной форме их определил И. Кант. Аугустинавичюте назвала их «квадрами», хотя квадр – это «камень в форме параллелепипеда, употребляется для кладки зданий», попросту кирпич, откуда и произошел квадрат, четырехугольник с равными сторонами. Вот она и разделила каждый квадр еще на четыре части, почему он у нее и получился квадр, состоящий из четырех составляющий его подвидов. Таким образом, получилось, что меланхолики и так далее делятся еще на четыре подвида, в чем я очень сомневаюсь, так как где четыре, там можно и пятого воткнуть, или одного изъять. Например, я не очень уверен, что флегматик и меланхолик сильно друг от друга отличаются. Но не в этом дело, так как эти мелкие подразделения каждого из известных темпераментов теперь никого не интересуют. Всех начали интересовать только квадры, то есть известные до новой эры категории, но теперь как бы уже очень сложносоставные вещи, получившие новые собственные имена альфа-, бета-, гамма-, дельта – квадры. Не могут же они называться по-прежнему холериками и прочее, раз они такие сложные. К этим квадрам был применен цикл двигателя внутреннего сгорания, частный случай теоретического цикла Карно: впрыскивание-расширение, сжатие, сгорание, выхлоп. Таким образом, получилось, что все квадры взаимосвязаны этим самым циклом.

Тут же явились миру Александр Букалов и Виктор Гуленко и выдали «Закон сменяемости квадр». Суть его в следующем. Рождаются люди, почти полностью принадлежащие к альфа-квадре. Почти все они  состоят из интеллектуалов, идеи у них рождаются, но не реализуются. Через некоторое время, в бета-квадре идеи осуществляются, здесь сильные личности, вожаки. Гамма-квадра – преобразователи, усовершенствователи (реформаторы). Дельта-квадра – идеальный баланс личности и социума, революции ни к чему, тишь, гладь и божья благодать. Упомянутые киевляне применили квадры к обществу. Маркс и Ленин – саморазрушение,  Хрущев (гамма) – ценности общественные перешли в ценности индивидуальные. Должен бы выйти на арену дельта-квадр с его успокоением и договором, но его все нет. Виктор Гуленко и Сергей Савченко независимо друг от друга утверждают, что альфа- и дельта-квадры не могут создать государство, жидкие. Значит реальная перспектива только бета- и гамма-квадры. Значит, есть только два пути:

- тоталитарно-иерархическая военизированная пирамида типа восточной деспотии и

- открытое демократическое общество равных возможностей с рыночной экономикой, четырьмя независимыми ветвями власти, веротерпимостью и прочими свободами личности.

На этой основе у них получилось, что история человечества – бесконечное чередование бета- и гамма-структур, остальные, альфа и дельта, отброшены, цикл Карно отброшен, люди делятся только на две квадры. Спарта (бета) – Афины (гамма), Персия – Греция, Рим – Карфаген, просвещенный абсолютизм – буржуазные Нидерланды, СССР – США. Зачем тогда они исходным пунктом вообще взяли квадры? Ведь их теория не вытекает из квадр, а тем более – из их сменяемости. Так как по их мнению Россия сегодня – мутант, имеющая и бета-, и гамма – признаки. Автор статьи Савелий Квашницкий, из которой я все это почерпнул, и который это учение «применил», на основе смены квадр предрекает переход от гамма- к бета-обществу, то есть к тоталитаризму. Это выбрал наш народ, выбрав Путина. Американцы уже 150 лет живут в гамме, а мы, прикоснувшись к гамме, опять направляемся в бету. Ибо, психологический тип присущ не только индивиду, но и народу в целом. («Московский Комсомолец» от 04.07.2000).

Я понимаю, что газетный «аналитик» Квашницкий все это вытащил на божий свет только потому, что ему не нравится Путин, и этим экскурсом в «науку» хочет придать большую ценность своей статье, «опирающейся…»  Мне Путин тоже не нравится, ибо он хочет укреплять «вертикальную структуру» империи, вместо того, чтобы постепенно преображать ее в конфедерацию и дать возможность 200 народам начать жить «своим умом». И я показал к чему приводит «вертикаль власти», только мне понадобилось для этого очень много бумажной площади. Поэтому оставляю Квашицкого с богом и перехожу к «идеологии квадр».

Идеология квадр, во-первых, не выдерживает никакой научной критики. Так как беспредельно упрощает сложнейший процесс, который я специально показал на примере генетики, без объяснений и доказательств отбрасывая «из-за ненужности» очень важные вещи, составляющие суть процесса. И тем самым теряет доказательность. От такого упрощения возникает «религиозная простота», все «объясняющая» на самом примитивном мозговом уровне, а мозговой уровень народа надо тащить за собой, а не подделываться под слабейших в этом отношении. Во-вторых, получается, что, веря в «закон сменяемости квадр», ничего не надо делать, а только ждать когда  сама собой придет «нужная квадра». Но мы и так уже тысячу лет ждем, а она все не приходит. Недаром «идеологам квадр» пришлось отбросить за ненужностью «дельта-квадру», составляющую – «идеальный баланс личности и социума».

Впрочем, я еще продолжу ниже об «алхимиках» в специальном разделе.     

 

Метаморфозы идеологии в Ветхом завете

 

Метаморфозы идеологии религии лучше всего показывают метаморфозы самой идеологии, когда она преобразовалась от «мнения» отдельного человека для обсуждения во «мнение группы людей», но уже не для обсуждения, а для немедленного исполнения, то есть во мнение прямого действия. Но религию все считают застывшими на века канонами. Поэтому показать, что эти сами каноны менялись сколько душе угодно, значит показать, как менялась сама идеология.

Во введении к «Экскурсу в генетику» я обратил внимание на то, что даже науке пришлось в угоду наступившему патриархату менять свои термины на примере «гетеризма», замененного «промискуитетом». Мало того, весь куст слов с корнем «гетер» упразднили и оставили только «малоупотребительные слова». Но замененные слова и означали принадлежность к матриархату, когда женщин было мало, и они могли позволять себе многое в отношении полов, а развитие гетеризма – это прямое следствие недостатка женщин, когда их приходилось покупать для разового использования в храмах, так как постоянное использование, то есть простая женитьба, стоило очень дорого. И право первой ночи богатого начальника – это тоже оттуда, ведь, если женщин много, он не успевал бы всех подряд «осчастливить». А то, что их мало, заинтересовывало его не пропускать удовольствия. Но все это не понравилось историкам, они же идеологи, так как вся история писалась идеологами церкви, и они вычеркнули не только сам факт из истории, но и слова, могущие об этом напомнить «любознательному читателю».

Посмотрим как «трактует» нам создание мира Библия в православной синодальной интерпретации («Библия в гравюрах Доре», «Свет на востоке», 1993). Всем известно, что бог создавал мир 6дней, а седьмой день сделал выходным. В указанной же Библии сотворение мира ограничено 4 днями: в 1 день он отделил свет от тьмы, небо от земли. Во 2 день он создал небо и разделил воду на небесную и земную. В 3 день он создал растения. В 4 день он создал светила земные. Все, на этом сотворение мира закончилось. Нет ни создания человека, ни создания животных. Дальше идет: «И взял Господь Бог человека, [которого создал,] и посадил его в саду Едемском, чтобы возделывать и хранить его». Потом идет создание женщины из ребра Адама и потомство их. Далее неизвестно как появившиеся животные, «вошли к Ною в ковчег по паре [мужеского пола и женского] от всякой плоти, в которой есть дух жизни» (выделение мое). Почему животные созданы двуполыми, а человек однополым? 

Теперь открываем знаменитую книгу Г. Гече «Библейские истории». «Политиздат», М., 1989 и читаем в главе «Книги Моисея» о сотворении человека. Сперва бог объявляет о своем намерении: «… сотворим человека по образу нашему и по подобию нашему, и да владычествуют они…». Потом осуществляет намерение, причем в двух вариантах. То, что бог называет себя во множественном числе, одни авторы объясняют торжественностью случая, другие тем, что «за множественным числом скрывается супружеская пара Эл и Ашера» и дается библейский текст (Быт. 1 : 27): «И сотворил бог человека по образу своему, по образу божию сотворил его; мужчиною и женщиною сотворил их». По второму варианту (Быт. 2 : 5) Яхве «создал человека из праха земного и вдунул в него дыхание жизни, чтобы он начал возделывать землю». Затем из ребра его создал ему помощницу, так как человек не нашел себе помощника среди животных. Мне же это больше напоминает то, что «помощница» ему нужна была для сотворения детей, не скотоложством же ему заниматься? От этого, насколько я знаю, дети у человека не появляются.

Эти данные показывают, что идеология менялась, и это очень четко отражено в еврейской Библии. Намерение бога первоначальное было создать мужчину и женщину, и он сделал это. Это было до появления амазонок и матерей-цариц, перешедших в богинь-матерей, о чем я подробно рассказывал в предыдущих разделах. Потом появилась целая плеяда богинь-матерей и сам матриархат со скопцами-жрецами. Скопцы-жрецы захотели взять власть над женщинами и уничтожить матриархат. Вот они и придумали второй вариант создания человека, унизив женщину до «ребра».

Обратите внимание, как безалаберно отнеслись к своей работе фальсификаторы. Совершенно так же как фальсификаторы Повести временных лет, вставив туда поддельную страницу с «Рюриком». Получилась же совершенная галиматья. Все твари созданы по паре, а человека надо было создавать таким идиотским образом: упускать жену бога, создавать жену Адаму из ребра. Разве не виден тут переход от матриархата к патриархату? Но матриархат-то был совсем недавно, как я показал в предыдущих разделах. Поэтому и переделка Библии совершилась намного позднее Древнего Лациума, а точнее – во времена Козимо Медичи и его родни. (См. следующие разделы). 

Создатели православной Библии, как доказали авторы «новохрона-2», перевели ее с католической Вульгаты, и вообще плюнули на приличия, и стали вычеркивать все подряд, что связывало Библию с матриархатом. Получилась Библия, особенно ее начало, как сборник не связанных между собой цитат. Даже сотворение мира получилось куцым. Я специально проанализировал стихи или главы ее по длительности и пропускам текста, причем пропуски определены только по началам глав, когда, например, глава начинается не с цифры 1. Вот эти данные: (1 – 19), (15 – 23), (9 – 24), (1 – 16), (5 – 24), (1 – 14), (18 – 29), (1 – 9), (1 – 12), (12 – 26), (1 – 21), (1 – 12), (1 – 9),  (1021), (54 – 67), (18 – 29), (6 – 16), (1 – 19), (1 – 15), (21 – 30), (1 – 14), (1-4, 19 – 28), (17 – 33), (1 – 9), (24 – 28, 1 – 22, 1 – 10), (1 – 13), (1 – 7), (21 – 29), (21 – 38), (21 – 31), (7 – 25), (1 – 3, 18 – 27, 20 – 32). В скобках указаны действия без видимого разрыва смысла, но сами номера указывают, что что-то пропущено. Итого только в начале стихов пропущено 317 пунктов, в среднем на одну главу по 9 пунктов. Обратим внимание на длительность глав, она составляет от 4 – 9 до 38 – 67 пунктов, составляя в среднем 21 пункт. Наиболее употребительными длинами являются 21 и 24. Отсюда ясно, что переделкам текст подвергался бессчетное число раз. И я бы не возражал, если бы это был чистый эпос, но ведь это прямое руководство к действию, как марксов Манифест коммунистической партии. Это чистая идеология. А с идеологией так поступать не годится. Надо хотя бы немного что-то доказывать, а не сыпать чистыми призывами типа: пролетарии всех стран, соединяйтесь!

 

Магия и религия: кто кого?

 

Как в магии, так и в религии столько направлений, а в каждом направлении столько оттенков, что черт ногу сломит как в той, так и в другой. Когда я рассматривал австралийских аборигенов, мне пришлось окунуться в магию, и вышло, что основные понятия магии абсолютно у всех народов земли почти идентичны. Когда я рассматривал богинь-матерей язычества, то вышло, что почти все богини-матери у всех скученных народов изготовлены почти по одному образцу, не даром они в моих источниках, откуда я их списывал, все время «отождествлялись». Когда я перешел к религиям, то и здесь оказалось, что Яхве, Иисус, Митра, Магомет и прочие скроены почти по одним и тем же лекалам. Эта особенность роднит магию, язычество и религию. В чем же их различия?

Больше всего мне нравится магия. Потому что в магии я автономен и свободен в полном соответствии с древним греческим философским принципом: человек рождается свободным. Я могу вернуться домой, если мне дорогу перебежала черная кошка, но могу и продолжить свой путь назло предопределенным мне кошкой невзгодам. Я могу позвать одного мага, чтобы он приворожил приглянувшуюся мне женщину, могу позвать и другого, могу вообще положиться на свои собственные силы с целью ее обольщения. Мне и табу нравятся за их определенность: нет эндогамии и баста, только экзогамия. Мне это табу даже легче исполнять, чем австралийским аборигенам, так как я, в отличие от них, знаю, что дети будут плохими рождаться. Насчет табу «бойся президента и люби его одновременно» я отлично знаю, что и так его боюсь, без табу, по одному опыту своему. А любовь мою к нему невозможно проверить, так как я уже на пенсии и на работу не хожу, где чаще всего можно нарваться на соглядатая. Дома же наше правительство еще не успело всем установить подглядывающие устройства, какие описаны в известном романе. То есть я хочу сказать, что магия почти полностью соответствует определению Даля слова «идеология», его каноническому первоначальному смыслу: каждый сам себе – идеология. Что, конечно, не освобождает от закона как в нынешнем понятии идеологии, где и сам закон подчиняется ей. 

Что касается язычества, то оно, конечно, несколько похуже магии, но жить с ним еще можно. Хорошее качество язычества в том, что в нем множество богов, у верующего очень большой выбор. Я уже говорил выше, что если идешь воровать, то молишься одному богу, если косить хлеб – идешь к другому, в случае женитьбы – к третьему и так далее. Помните, как Ибн-Фадлан описывал русского купца перед торговлей? Он сходил к одному богу, по-моему, к главному, дал ему немного, но торговля не шла. Дал другому богу, помельче, чтобы тот похлопотал за него перед главным богом – опять неудача. Тогда он всем подряд богам-шестеркам выдал по прянику, чтобы они один за другим напоминали всем своим старшим богам-товарищам об его персоне. И на тебе – дело выгорело. Вы посмотрите, какой простор для поклонения: от кузнеца-бога до бога для рыбалки. А в промежутке между ними, указанными богами, даже в храм можно сходить купить себе у Афродиты девку, во временное пользование, так сказать.

Конечно, я понимаю, что права мои в язычестве несколько ущемлены по сравнению с греческой философией, которая ближе все-таки к магии. Хотя, если хорошенько подумать, даже магия окажется бременем, хоть и не тяжелым, по сравнению с постулатами указанной философии. По философии я вообще могу ни в кого не верить, мое дело. А в магии мне уже надо верить, например, в невезенье в том случае, если я, уходя из дома, забыл обуться, и пришлось возвращаться. Но это опять же мое дело, могу и не возвращаться, может быть и не случится невезенья. Все на мое усмотрение. Богов хоть и много в язычестве, на любую потребу, на мой личный выбор, но все-таки не я их себе установил, мне их свыше дали. В этом и заключается ограничение моих прав, не очень, правда, обременительное по сравнению, например, с Иисусом или Яхве. Тут я вообще как в тюрьме по степеням свободы. Для доходчивости анекдот. Идут два заключенных из клуба в зоне в свой барак, с лекции по теории относительности. Первый: «Что-то я не очень понял лектора, он говорил, что относительно того движется, а относительно этого не движется. Объясни-ка мне «на пальцах». Второй: «мы ведь сейчас с тобой идем?»  Первый: «Идем». Второй: «Но ведь мы же с тобой одновременно и сидим в зоне, так ведь?» «Понял. Как просто-то. Относительно зоны мы идем, а относительно воли – сидим», обрадовался первый.

Все-таки я должен сказать, что первая из религий – иудаизм мне больше нравится, и я об этом не только говорил, но и призывал советский народ принять иудаизм. Потому, что он не касается отношений между людьми, отношения между людьми определяет закон, не божественный, а людской. Но я об этом тоже уже говорил. Единственная существенная разница между иудаизмом и язычеством – это наличие одного бога Яхве, и это существенно снижает мои права. Таким образом, магия вообще практически не затрагивает моих прав человека, потому что я могу обратиться вообще к любому шаману на земле, хоть к той же предсказательнице Ванге, жаль, что она умерла. Язычество уже начинает сужать мои права, ибо хотя и много богов и богинь, но все же их значительно меньше, чем шаманов, и пути мои к облегчению от врожденного человеческого страха перед будущим снижаются почти от бесконечности до определенного наперед заданного числа.   Иудаизм – это вторая ступень сужения моих прав. Вместо хотя и ограниченного числа дорог к успокоению моих чувств, но все же достаточно большого, мне предлагается всего одна дорога и там может образоваться даже очередь из таких же, как я, жаждущих успокоения от треволнений. Но в иудаизме я ценю то, что он не влазит в дела людей, то есть в юриспруденцию. Поэтому я все же достаточно свободен в своих действиях. Что хочу, то и ворочу, как говорится, оглядываясь на закон человеческий. Был бы верен богу Яхве. Следующая по счету религия – христианство, это уже не фунт изюму. Тут за мной следит Иисус, как КГБ за диссидентами, не давая шагу ступить без его ведома или прямой слежки. Но надо христианство разделить на составные части, ибо они не одинаково сужают мои права.

Католичество прямо предназначалось для постройки первой в мире христианской империи, так как прежние империи типа Александра Македонского и прочих сельджуков и персиян, это вовсе не империи, а грабительские походы типа похода Стеньки Разина «за зипунами» или Ковпака по тылам немцев. Я это уже описывал. Поэтому первая настоящая империя была создана католичеством и просуществовала достаточно долго. Цементом ее и было католичество, которое не давало ей распадаться под страхом аутодафе и вообще под страхом потусторонней жизни. Но появились лютеранство, протестантизм, кальвинизм, объединенные одним словом – Реформация, и католичеству пришлось отступить. Но главным все же было Просвещение народа, позволившее понять ему прелесть Реформации. Немаловажным стало и то, что западноевропейские князья-короли, попавшие также под сильный гнет католичества, объединились с Просвещением и Реформацией, а это большая организующая сила. Недаром они «приватизировали» все церковные богатства.

Выдающиеся деятели Реформации подсказали народу, что не в церковных богатствах дело, а в труде и вере в свои силы. Поэтому в королевские богатые церкви можно и не ходить, а обсудить свои дела и взаимоотношения с власть имущими вдали от них, у себя, в бедной обстановке. Королям пришлось также отступить как и католичеству, позолота их храмов больше не интересовала народы. Главное же в том, что народу объяснили: работайте, экономьте, учитесь, совершенствуйте свое мастерство и этим вы докажете самому богу, что вы достойны его. Остальное вы знаете. Католичество же переместило свои интересы к туземцам Латинской Америки, которые не были обучены Реформацией и Просвещением. Закончу это тем, что западноевропейцам удалось сломать тупую церковную имперскую идеологию католичества.

Православие учло опыт католичества. Католичество  с самого начала позволяло прихожанам выражать свое мнение, потом, правда, это право перешло к руководителям приходов, а потом сосредоточилось только в Ватикане. Но католические священники никогда не лишались права прямой проповеди, основанной на словах и идеях Библии, так, как каждый это понимал. Вот эту основную ошибку католичества, позволявшую некоторое разнообразие в проповедях, а значит и в идеологии среди священников, православие сразу и коренным образом изменило. Никто из православных священников не имел права отступать от канонов и нести «отсебячину» в массы. Только единое мнение по любому не только вопросу церковному, но и житейскому, только по писаному, притом не «своими словами», а написанными в православных книгах. Православная церковь стала как армия, притом в то время, когда армии на Руси как таковой еще и не было, был сброд дружин.

Отныне по всей Руси великой действовали не Писание и Откровения, а уставы типа «строевого», «внутренней службы» и прочие, на всех завоеванных, простите «присоединенных» или «взятых» территориях. «Шаг влево, шаг вправо считался за побег», то есть за самую страшную ересь и карался самым жестоким образом. Вот поэтому в православной Библии и изъято все, что только могло вызвать какие ни на есть рассуждения в любом чине иерархов. Даже, казалось бы, самое главное – сотворение животных и человека, и то изъяли. «Сотворение» же женщины оставили, ибо с начала самой жизни человека в этих краях женщина была поставлена в самое унизительное положение, что я уже объяснял выше, в предыдущих разделах.

Искони вечные грабеж и работорговля народом, осуществлявшиеся князьями, вотчинниками и дворянами, перешедшие в свое время в прерогативу единого царя по изложенному выше сценарию, как нельзя лучше вписались в православие. Католические князья и короли не могли одолеть католичество силой, или не захотели это делать, они просто вышли из него, оставив его наедине с самим собою, русские же цари террором среди священников подчинили своим интересам всю православную церковь, всех, до последнего церковного служки. С этого времени и по сегодняшний день в империи действует единая воля, единая идеология правящего меньшинства. Вот почему и само слово «идеология» по советским словарям «включило в себя» все и вся в жизни общества и каждого отдельного человека, даже юриспруденцию, как я показал выше.

Главную роль здесь безусловно сыграло искони распространенное на Руси рабство и продажа людей, даже в мыслях которых не возникала возможность с этим бороться. А тут еще запрет на «аристотелевы книги», КГБ с 16 века, запрет учебы, закрытые границы, «открытые» только для продажи рабов, «строевой» устав церкви, запрет общения с иностранцами и грубейшее, унизительнейшее подчинение человека человеку, идиотская система поклонов до расшибания лба. Господи, да все разве перечислишь? Вот это и есть «система взглядов отдельной группы», распространенная на всех людей страны, твердокаменная, безжалостная, неотвратимая. В которой православная церковь играет только одну из вспомогательных ролей, значительно меньшую, чем российская «юриспруденция», где фактически одно ведомство, и арестовывает и расследует, и надзирает, и судит, и «содержит» заключенных, так как прокуратуру от полиции отличить невозможно.

Религия у нас, хотя и «отделена от государства» с коммунистических времен, с некоторых пор она опять негласно присоединяется к государству, с того самого дня как была потеряна коммунистическая идеология, которая суть тоже религия. Сначала тихой сапой закрестились бывшие коммунисты, присосавшиеся к новой «демократической власти», потом пошла волна «возвращения храмов», потом «восстановление» их за наш с вами счет, ибо других денег в стране нет, они все – наши. Даже не перекрестившийся ни разу в жизни алкоголик вносит свою лепту в «восстановление храмов», покупая каждую очередную бутылку водки. Даже заядлый курильщик, не подозревая об этом, с каждой выкуренной сигареты делает «посильный вклад» в это дело. А государство, что, не видит этого? Как же оно не видит, если само разрешило, сей грабеж, не проверяя, как церковники пользуются разрешенными им льготами по ввозным пошлинам. Проверьте, вас для этого мы и держим, на ладан ли церковь потратила деньги за границей? Или на водку с сигаретами?

За «восстановлением храмов» последовало телевидение, особенно государственное, где православные попы не сходят с экранов, как будто на Руси ныне нет других конфессий. Ныне ни одной забегаловки для алкашей не открывают без попов, ни одной роты в Чечню не отправляют без божьего благословения. И если вы думаете, что попы делают это бесплатно, то ошибаетесь. На все есть расценки, и «затраты на попов» будут немедленно включены в себестоимость и продажную цену рюмки водки в забегаловке, в каждый бутерброд. Знайте, эту пропагандируемую государством «моду на попов» во многих случаях, даже не зная об этом, мы с вами оплачиваем, больше некому. Я не имею в виду тех людей, которые ходят сами в церковь и подкармливают попов, их воля священна. Однако я никак не могу перейти к цели заголовка. Уж больно шибко государство опять стакнулось с церковью православною, с большим ущербом для всех остальных и многочисленных конфессий. А ведь этого не должно быть в государстве с демократическими принципами, где проживают с грехом пополам 200 народов.

Итак, православная церковь – есть высший уровень насильственной идеологии, когда права человека настолько ущемлены по сравнению с магией, что даже говорить смешно об их сравнении в вопросе воли отдельного человека. Но магия никогда не теряла своих позиций окончательно, даже в период инквизиции. Книги Фрезера на огромном количестве примеров подтверждают абсолютно по всем странам и России в том числе, что в самый расцвет религиозного влияния, люди, которые стоят немного подальше от религиозных центров, в глуби лесов и полей, продолжают посвящать магии значительную часть своей жизни. В разделе про австралийских аборигенах я указал только малую часть пристрастий к магии западноевропейцев. Притом, заметьте, чем большие катаклизмы переживает страна, тем шире восстанавливает свое значение магия.

Возьмем развал Британской империи, пик которого происходил в середине 20 века. В Англии фунт стерлингов падал сумасшедшими темпами, колонии одна за другой объявляли о своей самостоятельности, приток дешевого сырья из них почти прекратился, промышленность, ориентированная на него простаивала, привыкшие жить на широкую ногу англичане с ужасом поняли, что отныне им придется жить своим трудом. В это время не было советской газеты, которая бы чуть ли не ежедневно сообщала о разгуле знахарства, спиритизма, магии и колдовства на Британских островах. Я-то понимаю, почему это писалось, чтобы показать «отсталость» капиталистического мира по сравнению с нами-атеистами. Но факт-то остается фактом. Во времена катаклизмов народ не надеется на церковь, а принимает свои меры для самосохранения, наиболее ему близкие. Поэтому я считаю, что пока все относительно хорошо, народ идет на поводу у насильно внедряемой сверху идеологии, когда ему становится туго – он обращается к более демократическим способам удовлетворения своих нужд, и я этому несказанно рад.

Перенесемся в родные пенаты. Православная церковь, полузадушенная коммунистами, была демократичней, ближе к народу, в ней остались церковники истинно преданные церкви, хотя и были любители длинного рубля, не подконтрольного государству, так как советская бухгалтерия под названием «распишись» их не касалась. Устойчивый контингент прихожан, тоже истинно верующих, составлял определенный процент населения. Они ходили в церковь не как на дискотеку или на концерт, как сегодня ходят многие, а по зову души. Но этот контингент довольно узок и составляет наследственные кланы по родительскому воспитанию. Приток новообращенных был узок. Новообращенные приходили в церковь или во время большого нравственного кризиса, или тогда, когда магия не помогала, для пробы, и иногда там оставались. Большая же часть народа оставалась при магии, как это не покажется странным на первый взгляд. Но магия – это не только и не столько прямое обращение к магам и волшебникам, сколько «житие по приметам». Такой человек не верит ни во что официально и специально, но твердо знает, например, что если возвратился, то «не повезет». Черную кошку, разбитое зеркало, вещий сон, и тысячи других примет он чтит неукоснительно. Что это такое, если не первозданная магия? Но вот наступил катаклизм, и простых магических примет стало мало. Потребовалась интенсивная магия, даже агрессивная. На любой спрос следует немедленное предложение. Вы только откройте любую ежедневную газету, там ворожеи, маги и колдуны давно теснят сауны со всевозможными видами «массажа». Но, это сейчас, когда разрешили подобные объявления в газетах. И раньше было так, когда объявления были запрещены. Я жил в доме, из которого выехала цыганка-гадалка. Так в течение пяти лет после ее отъезда ежедневно являлось от трех до пяти женщин «погадать», и без всяких объявлений.

Поэтому магия сильна, и позиций своих сдавать не собирается, о чем свидетельствуют газеты. Заметьте, что никакой дурак давать объявления в газеты не будет, если от них не будет прока. И никакой дурак не будет ходить по этим объявлениям, если от них тоже не будет прока. Я, конечно согласен, что при наплыве тяги к магии, маги тоже наплывают, причем, чем больше наплыв, тем ниже качество магов. Это аксиома. Но среднедействующий вектор спроса и предложения этих услуг все же говорит о том, что магия помогает людям, иначе бы она прекратилась сама собой без действия даже правительства и церкви, которые борются с ней, на сколько хватает сил. Личный опыт в этом деле в качестве примера. Грудной ребенок моей родной сестры страшно страдал от пупочной грыжи, на него было страшно смотреть, на сестру – тоже. Обходили всех врачей в небольшом городе – бесполезно. Знакомые нашли бабушку, и та за три дня радикально вылечила малыша. Конечно «ученые», которых показывают по телевизору, напрочь отрицают магию, и говорят, что это какой-то секретный массаж бабушкиными губами, и пришепетывания ее тут ни при чем. Можно и поверить, только хочу задать вопрос. Какого черта врачи не научатся также массировать, даже и без пришепетываний? Даже и гомеопатия – древнейшая наука врачевания не что иное, как магия по существу. 

Я вдоль и поперек объехал Италию, страну католическую, хотя в каждом городе и синагога есть. Посетил многие десятки храмов и все они, за исключением миланского «Дуомо» собора и храма святого Петра в Риме, стоят пустые как советские Дома политпросвещения. Миланский же собор живет не прихожанами, а туристами, глазеющими на тысячу скульптур этого «Дуомо», впрочем, как и храм святого Петра. Я даже за несколько тысяч лир забрался на его крышу. Но советские Дома политпросвещения содержало государство, а храмы итальянские – на самоокупаемости. Поэтому я уверен, что с бюджетом в Ватикане тяжело. Если бы не Латинская Америка, могло бы католичество и обанкротиться. Свободный народ Италии сам выбирает, куда нести свои деньги. Кстати объявлений магов в газетах там еще больше, газеты толще. Идет естественный процесс отмирания католической церкви. Я в этом убедился лично. Призывать наших граждан поступить так же с нашими православными храмами я не буду, потому что бесполезно. Я бы только запретил государственным чиновникам  субсидировать нашу церковь ни скрытно, ни явно под страхом тюремного заключения. А процесс отмирания русской православной церкви совершится сам собой, без посредников, как в Италии. Не нагрянь у нас коммунисты, силою запрещавшие церковь, а население, сопротивлявшееся этой силе, процесс, о котором я упомянул, был бы уже на грани завершения. Правда, сегодня в значительной степени церковь субсидирует российский криминалитет, отмаливающий там с вызывающим лысым видом свои убийства, но это быстро и без вмешательства правоохранительных органов завершится само собой, как только они поймут, что от заказываемых ими молебнов толку совершенно никакого. Так что, я думаю, что песенка и нашей православной церкви тоже спета, и правительство наше пыжится на ее поддержке совершенно зря. Заметьте, я пишу это на самом подъеме церковного бума. Результаты будут, я думаю, уже в ближайшую пятилетку, хотя это и будут разные «официальные лица» тщательно скрывать. Но вы и сами увидите.

В мире неотвратимо идет процесс поглощения самых значительных религий различными течениями как внутри их, так и снаружи. Даже глыба православия распадается. Мир посредством мельчания мощных церквей и засорения их сектами, создания новых толков и совершенно новых маломощных религий протестует против самой религии, как идеологии, и возвращается к милой сердцу магии. Посмотрите только на Америку. Там ныне религий больше раз в сто, чем самих штатов. Скоро там на каждой улице будет своя религия, и это «хорошо», как сказано в Библии. Из-за этого сорняка религий не видна пока магия, потому что магия тихая, незаметная, приватная штука, а любая, даже из пяти человек религия, шумит и гогочет на всю улицу. И главная причина в том, что человек по своей природе боится будущего, боится и хочет знать, что же с ним будет завтра. Человек уже понял, что религия в этом ему не помощник. Магия же в некоторых случаях помогает. Не всегда конечно, в редких случаях, но чаще чем религия. Если бы магия помогала весьма часто, то религия вообще бы не одержала никогда временный верх, а ученых бы уже давно всех послали куда подальше. Второй раз человечество на религии не проколется. А наука, если она когда-нибудь сможет успокоить человека в его страхе, предсказать или исправить ситуацию лучше магии, победит последнюю, но это будет не скоро, если вообще когда-нибудь будет. Но магия, как я доказал выше, предоставляет много большую свободу человеку, нежели любая, даже самая свободная из религий – язычество, и пока этой свободы ему будет достаточно.

А Путину посоветую: все равно у Вас с православием ничего не выйдет. Несмотря на беспошлинные импортные водку и сигареты. И сколько бы в телевизоре попы ни мелькали, их век проходит. Просто наш народ сам забросит туда ходить, а с ОМОНом ведь Вы его не потащите? 

 

Почему Швейцарская конфедерация крепче Российской федерации?

 

Теперь надо вспомнить, что в России кроме религии существует и государство, очень сильное государство, насобачившееся на имперской идеологии за долгие века. Религия даже не основа этой идеологии, а так, лаборантка при академике. Народу самому никогда эту идеологию не победить, слишком он пассивен генетически. Он только может рассказывать про это очень остроумные анекдоты. Но анекдоты, выражающие само остроумие народа согласно Фрейду, а он знаток в этом деле, предназначены, прежде всего, на убийственную критику существующего порядка вещей. Фрейд придавал очень большое значение остроумию в деле завоевания любви женщины в древнейшие времена. Я на основе теории Геодекяна, когда женщин стало совсем мало, показал, что остроумие – это не только привлечение внимания женщины к своей персоне, но и через это – двигатель прогресса. Не останавливаюсь на том, что остроумием можно погубить в глазах женщины красивого соперника. Лучше сообщу: ведь как приятно женщине не только получить в подарок орхидею, но и хорошую мясорубку с самозатачивающимися ножами, но и хорошую иголку из рыбьей кости, в которую, вдевая нитку, не требуется очков, которые пока еще не изобрели мужчины.

Для иллюстрации пагубного для имперского государства остроумия представляю свежий анекдот, увязывающий в единое целое сразу два значительных события 2000 года: гибель атомной подводной лодки «Курск» и пожара на Останкинской телебашне, в которых наше имперское правительство вело себя не самым лучшим образом, «темня» напропалую. «Почему загорелась башня»? – «Столкнулась с американской башней». «А почему так долго тушили»? – «Так ведь ждали норвежских пожарников». Это же верх остроумия, по-моему, если учесть все то, что сообщало нам правительство в обоих случаях. Вы же помните, каким потоком шли анекдоты во времена Брежнева? Дня не проходило, чтобы не родилась пара с ног сшибающих правительство анекдотов, мгновенно распространявшихся от Чукотки до Кенигсберга.

Поэтому я считаю, что не диссиденты погубили коммунистический строй, а именно анекдоты. Каждый день народ их слышал, и презирал свое правительство, с каждым днем все сильнее и сильнее. Я, безусловно, преклоняюсь перед советскими диссидентами, перед их мужеством и бесстрашием, но их так мало было, и так их плохо было слышно, исключая Сахарова, конечно. Но ему сами коммунисты делали рекламу, ругая устами слесарей почем зря.  Судя по представленному мной анекдоту «процесс пошел», как выражался Горбачев. Только на анекдоты могут рассчитывать народы при освобождении от гнета в такой скроенной по одному стандарту, и донельзя «единообразной» стране, с мощнейшими «структурами» подавления, больше не на что. Но «броня ее крепка» еще.

Теперь перехожу к вопросу в заголовке. Кроме каких-то тихоокеанских островов, которых и на карте не найдешь, в мире есть на сегодня только одна конфедерация, Швейцарская. Федераций – много. Кроме России,  наиболее значимыми федерациями являются также Германия, Соединенные штаты Америки.

Конфедерация – форма государственного устройства, при которой государства, образующие конфедерацию, полностью сохраняют свою независимость, имеют собственные органы государственной власти и управления; специальные объединенные органы создаются только для координации действий в определенных целях (военные, внешнеполитические и т.п.). Федерация – форма государственного устройства, при которой государство образует федеральные единицы – члены, субъекты федерации. В федерации действует единая конституция, единые союзные государственные органы власти, устанавливается единое гражданство, денежная единица и так далее. Члены федерации, как правило, имеют собственные конституции, законодательные, исполнительные и судебные органы.

А теперь перехожу к сути Швейцарской конфедерации, процессу ее создания. На сегодняшний день эта конфедерация практически превратилась в федерацию. Она даже больше федерация, чем сами Соединенные штаты. Но происходило это последовательно и постепенно, снизу вверх, от кантона к государству, а не от государства к кантону. Первоначально совершенно независимые кантоны передавали постепенно свои права, одно за другим, центру на основе договоров и создания центральных властей последовательно, одну за другой. И на сегодняшний день, несмотря на то, что они передали почти все свои прерогативы центру, они не считают нужным переименовываться в федерацию. Кантоны сохранили за собой только один суверенитет, все остальное передали центральной власти, созданной ими самими на основе договоров. Поэтому, фактически являясь федерацией, юридически они конфедерация, и любой кантон в любой день может выйти из конфедерации для реализации своего суверенитета. Это самое демократическое объединение народов и государств в единое государство, создавших снизу самое крепкое государство в мире с тремя равноправными официальными государственными языками: немецким, французским и итальянским. И распад ему не грозит не потому, что его держат в кулаке силой федеральные власти, а потому, что, оставаясь свободными, они сами решили не тратить деньги на дублирование и содержание своих суверенных властей и передали свои полномочия федеральным властям. Но в любой момент могут и отозвать эти полномочия. Поэтому федеральные власти никогда не посмеют покуситься на насильственное присвоение себе любых полномочий с мест.

Теперь перехожу к федерации Соединенных штатов. Соединенные штаты в большей степени, чем Швейцария являются конфедерацией, так как, например, законодательные функции штатов выше, чем кантонов в Швейцарии. Но штаты объединены не завоеванием, а договором. Война Севера и Юга была не за захват территории, а между свободой и рабством чернокожих переселенцев из Африки. Победили те, кто был за свободу бывших рабов, Север. При объединении же штатов сразу договорились, полюбовно и окончательно, что суверенитет штатов передается в федеральное управление. Поэтому выход штатов из федерации невозможен, но это решили сами штаты, а не центральная власть за них. И сегодня в исключительном ведении штатов осталось много вопросов, но федеральная власть не покушается на них. Поэтому эта страна тоже крепкая своей организацией и договорным процессом ее осуществления, скрепленным навечно. Так они решили, основатели государства, без нажима извне. Конечно, были времена, когда США фактически захватили часть Мексики, отобрали колонии у Испании, но это же колонии отобрали, а не саму территорию Испании.

Рассмотрим теперь Российскую империю, Советский Союз и Российскую федерацию. Многие россияне очень удивились, когда Новодворская объявила, что России принадлежит по праву только Московская область, все остальное завоевано оружием, фактически порабощены соседние народы. Большинство думало из-за  пропаганды имперской идеологии, что завоевали мы только Сибирь, а все остальные «добровольно присоединились». Но даже молдаване, фактические румыны, не хотят присоединяться к Румынии, даже белорусы, много веков назад ставшие русскими, не хотят нынче терять свой суверенитет, даже «праматерь» по «версии» историков «Руси» – Киевская Русь, хочет быть «незалежней» Украиной.

Теперь давайте, перечислим (что уже подробно рассматривалось выше), как мы «брали», и «присоединяли» к Московской Руси «разрозненные» «русские» княжества. Тверь, Смоленск, Великий Новгород, Псков, Рязань, Владимир, Суздаль, Казань, Уфу. Я же перечисляю города, центры независимых княжеств, фактически же государств, равных по площади любой западноевропейской державе. Одно владение Великого Новгорода простиралось от Пскова до Урала, от Белого моря до Волоколамска. Это больше нынешней ФРГ или Франции, не говоря уже об упомянутой Швейцарии. И не надо говорить, что это все земли русские, только «разрозненные». Из них бы выросли совершенно самостоятельные державы, которые бы даже русского языка не понимали. Помните, как я описывал русское одноязычие? А, потемкинская Новороссия, от Пензы до Черного моря? А Северный Кавказ, за который воевал еще Лермонтов, и сейчас воюем.  А, Крым, Литву, Польшу, Прибалтику, Финляндию, Сибирь, Аляску, Хабаровск, Владивосток, Курилы, Среднюю Азию как «присоединяли»? Никак договоры есть о «добровольном присоединении»?  Может быть, и есть, подписанный пьяным чукчей, который владел не Чукоткой, а одним чумом на Чукотке. А древнейшая цивилизация Алтая и Саян никак сама запросилась «под цареву руку»? Да у них железо делали, когда предки русских князей на деревьях сидели, выколупывая мед из дупла грязными руками.

Теперь давайте попытаемся приспособить к этим завоеванным землям термин федерация. Но сперва обратимся к истории ФРГ.  История Германии и Австрии многим напоминает историю России. Здесь тоже «собирали» германские и еще, какие придется, земли короли и императоры, причем собирали тоже войнами. Первоначально отличились Габсбурги, потом пруссаки с Бисмарком во главе. Вообще немецким главарям, также как и русским, все время не хватало «жизненного пространства». Последний раз его расширить они попытались совсем недавно, во вторую мировую войну. И в очередной раз им это не удалось. Это стало приметой больших равнин, еще 1000 лет назад заселенных разрозненными лесными дикарями. Они и Прибалтику сильно онемечили, и Польшу, с которой то и дело воевали за Прибалтийские равнины. Но в лице русских царей встретили равного соперника, и остановились, грозя, друг другу постоянно.

Нашим русским дикарям, однако, повезло больше. На востоке, исключая чувашей, татар и башкир, жили вполне самобытно цивилизованные, но не создавшие сильных армий, народы, в основе своей доброжелательно встречавшие пришельцев. Указанные же три народа государственность имели, поэтому долго сопротивлялись русской экспансии и были завоеваны после того, как их завоеватели «собрали» Русь. Теперь до самого Тихого океана никого, достаточно сильного, чтобы оказать достойное сопротивление, не было. Результат налицо.

Но есть и существенная разница в создании своих федераций между немцами и русскими. Немцы всегда были на пике научно-технического прогресса, потому что там не было прямого жесткого рабства, русские же всегда в этом деле были в самом хвосте цивилизации из-за того же всепоглощающего рабства. Поэтому русским пришлось использовать это самое рабство для завоеваний, не подкрепленное технически, и валить в войнах свой народ миллионами. К этому времени работорговля в Кафе прекратилась, и русские цари просто не знали, куда девать своих рабов. Насчет технической «вооруженности» русских войск говорит хотя бы тот факт, что совсем недавно русские безграмотные воины во главе с такими же безграмотными полководцами использовали для чистки ружей не оружейное масло и щелочь как все, а молотый кирпич.

Народы силой составленной германской федерация благодаря отсутствию рабства, науке и образованности людей постепенно поняли, притом снизу, что в объединенной стране жить легче, содержать армию дешевле, а всеобщие правила жизни на всей территории обеспечивают экономию в управлении, большие возможности в товарообмене и разделении труда, образовании. Другими словами, германские нации согласились в том, что им федерация нужна, даже необходима. Поэтому она сегодня такая же крепкая, как и федерация Соединенных штатов.

Теперь вернемся к Российской империи. Рассмотрим вначале давно «присоединенные» народы. Я имею в виду новгородцев, рязанцев, смолян и так далее. Сколько раз новгородцы, псковитяне, татары пытались возобновить свой суверенитет? Бессчетно. На новгородчине даже пришлось «менять» население, а потом создавать знаменитые военные поселения Аракчеева. Смоленск осаждали дважды, Казань не переставали «усмирять», Прибалтика то и дело переходила из рук в руки, в Польше неустанно «подавляли» восстания, знаменитое Соловецкое восстание после «присоединения» Новгорода длилось более 10 лет. Не успел Ермак «покорить» Кучума, как сам оказался полностью разбит, и Сибирь снова стала свободной.

При таком положении дел нечего было даже думать о дальнейших завоеваниях. Пришлось заняться Великороссией, создавать тут федерацию, да такую крепкую, что все поголовно, и князья, и народ, оказались в равнозначных холопах грозного московского царя. Потом так крепко «спаяли» кнутом Великороссию, что стала она «единым» государством. Сейчас и думать никто не думает о том, что Великороссия по сути своей – насильственная федерация Смоленского, Новгородского, Псковского, Рязанского и других суверенных когда-то государств. Свыклись, притерпелись, вряд ли разойдутся. Хотя наперед загадывать, тоже не годится. Очень уж их сильно обижали последние 70 – 80 лет коммунисты. Никакого развития, только грабеж на нужды империи. Старорусские города в упадке, что построили при царе, то и стоит сегодня.

Создав из Великороссии единое «этническое» государство вместо федерации, русские цари принялись за завоевания дальше. Средняя Азия, Кавказ, Новороссия, Малороссия, Прибалтика, Сибирь, Дальний Восток, Север, Аляска. И это только перечень крупных регионов, каждый из которых, в свою очередь, состоит из нескольких суверенных государств. О том, как эта «федерация» была склеена, говорят два факта. Как только царская Российская империя утратила свои военные силы, так сразу как черт от ладана федераты разбежались, пришлось Фрунзе завоевывать снова Среднюю Азию, всем вместе – Дальний Восток и Сибирь, усмирять «бунтарей» на Украине. Но все равно всех собрать под крыло не удалось. Как только Советский Союз одряхлел, так снова все федераты разбежались. Значит Российская империя, хотя и федерация по названию, по сути, она – силой завоеванные и «присоединенные» земли и страны.

Почему Ельцин пошел на беспрецедентную «раздачу суверенитетов» субъектам федерации? Да потому что видел, силой не удержать, потому что силы не было. Одну Чечню не можем «усмирить» вот уже который год. Поэтому он как увидел все происходящее, так и скуксился, так и запил горькую. Так и начал показывать зарубежным главам государств, что он представляет «великую державу», Кремль отремонтировал. А что он еще мог сделать? Когда собственной еды в стране хватало только на Кремль, остальные все ели подаренные на бедность американские «ножки Буша».

В сложившейся ситуации можно сделать одно из двух:

-                                  усилить «вертикаль власти», то есть силой заставить, как и прежде, всех беспрекословно подчиняться центральной власти, то есть вернуться на тысячелетние круги своя;

-                                  создать шансы народам тянуться к центру, тянуться в федерацию.

Кажется, наше правительство выбрало первый путь, тупиковый. Но им хватит до смерти насладиться эти путем. То есть, не самим путем, разумеется, ибо он особенно тернист, а возможностями похвастаться единой могучей державой.  Я недаром посвятил столько места хвастовству наших правителей. Я не думаю, что они не понимают сегодня, что «закручивание гаек» по централизации всей жизни «федерации» прямо и незамедлительно ведет к ее распаду. Просто местные руководители все еще очень боятся центральной власти, которая ради себя готова на все, но стоит хотя бы одному показать пример и насмелиться, как его тут же поддержат все остальные, притом пойдут единым фронтом, точно так, как это сделано в Беловежской пуще. Потом, достигнув своей мечты, они, конечно, разойдутся в разные стороны и попытаются наладить в своей вотчине точно такую же тоталитарную власть, и исходов из этого столько, сколько обнаружится самостийных государств. Они же, воспитанные в системе такой «федерации», какая у нас существует, будут стараться ее сохранить. Однако вернусь к большой «федерации».

Так вот, преотлично зная, что на нынешнем уровне понимания свободы, им не удастся надолго сохранить тоталитарную федерацию, а принудительное  усиление централизации только усугубляет дело, они надеются, что до своей смерти, что равно отставке, они продержат ее в кулаке и попользуются благами хвастовства. Горбачев ведь тоже так думал, но посмотрите, как он жалко выглядел, когда остался без портфеля, который у него, собственно, никто не отбирал, просто управлять стало нечем. Должность есть, а к чему она прилагается, уже не существует. Вот так же, по-моему, и Путин думает, что продержится, а я за это не могу ручаться. При таком неустойчивом положении страны, стоящей на одной ноге, да еще и в пьяном виде, любой маломальский катаклизм вроде пожара на Останкинской телебашне может кардинально изменить ситуацию, словно громкий крик в горах, спускающий снежные лавины.

Федерация наша крепка не политически, политически она как раз очень слаба, а экономическими связями, укреплявшимися сотни лет, а в последнем веке – еще и насильственной изоляцией от всего остального мира. Не один регион России сегодня не может поставить конкурентоспособной продукции на мировой рынок, если не считать природных богатств, сырье: нефть, газ, алмазы, лес, другие полезные ископаемые на самой низшей стадии переработки. Те регионы, в которых таких богатств нет, делают неконкурентоспособную для Запада продукцию, но вполне годную для  внутреннего рынка из-за дешевизны, вытекающей из отсутствия передовых технологий, влекущее низкое качество. Поэтому, как говорится, сам бог велел, экономическое сотрудничество наших регионов, объединяющее федерацию.

Поэтому второй путь, путь создания привлекательности для регионов оставаться в федерации, на сегодня существует. Это путь Швейцарии, которая, несмотря на статус конфедерации, крепче любой федерации. Для осуществления такой идеи, которая является единственной возможностью сохранить Россию от неминуемого развала, нашим федеральным правителям надо поступиться только одним, возможностью хвастовства большой державой за рубежом, которую они, дескать, держат в кулаке, и барскими привычками не считать деньги на содержание Кремля. О, это очень тяжелая, конечно, утрата, я понимаю их. Но, если они честные люди, болеющие за единство России, они поступятся этим «принципом», который в глазах общественности не стоит и гроша.

Для того чтобы создать новую Россию, надо до конца разрушить старую, вассально-ленную. Иного пути просто нет. Для начала надо собрать всенародно избранных губернаторов и объявить им, что суверенитет их территорий в незыблемых существующих границах передается этим территориям, и отправить их домой для выработки на местах всего того, что связано с их суверенитетом. Причем договориться на этом собрании о переходном периоде, в течение которого действуют общефедеральные структуры для обеспечения общефедеральных задач: армии, финансов, трубопроводов, железной дороги и авиаперевозок, почты, пенсионного фонда, внешних границ, особо опасных объектов и других, важных для всех дел.

Начнется законодательный процесс внутри субъектов федерации, консультации между субъектами, организация новых общефедеральных структур по тем вопросам, которые субъекты договорятся передать центру. Разумеется, начнется печатание местных денег, но этому процессу ни в коем случае не следует мешать. Придет время, и деньги будут снова объединены, но уже снизу как «евро» в Европе, а не сверху. Разумеется, также, что новому центру будут переданы самые минимальные права. Обжегшиеся на молоке субъекты, будут дуть на воду. И если все пойдет далее на взаимовыгодных условиях, передача полномочий в центр будет нарастать как снежный ком, совершенно так же как в Швейцарии. Суверенитет территорий будет передан центру в самый последний момент, если вообще будет передан. Тогда вместо федерации будет конфедерация, что не помешает ей наладить жизнь народа как в Швейцарии, или даже лучше, учитывая гигантские природные ресурсы.

Конечно, некоторой суматохи, неразберихи и трудностей на их преодоление не избежать, но у нас сегодня в единой державе этих суматохи, неразберихи и трудностей – более чем достаточно. Конечно некоторые субъекты, ошалевшие от свободы, захотят стать «японцами», американцами на правах штатов за номерами свыше пятидесяти, «присоединиться» к другим странам. Но в этих странах тоже не дураки правят, оценят ситуацию, притом может вполне оказаться так, что примут наших субъектов на правах колоний, и они потом будут очень жалеть о своей опрометчивости. Но этому процессу нельзя мешать. Все «устаканится», как мы любим образно говорить. Вот единственный путь, и вполне может случиться, что новая федерация останется в прежних границах, хотя утверждать это, наверное, не возьмется никто.

Но я не для того описывал этот сценарий, ибо он утопический. И утопический не потому, что неосуществим практически, как раз возможность его практического осуществления у меня не вызывает никаких сомнений. Он неосуществим потому, что центральное правительство никогда на него не пойдет по чисто шкурным, для себя лично, соображениям. И если бы одно правительство? Вы, надеюсь, не забыли про элиту, которой я посвятил столько много места. Я имею в виду федеральную элиту. Вы помните, как она, освободившись от холопства царского, тут же принялась менять самих царей как перчатки. Все вместе – это такая сила, такая жажда не менять ничего, что справиться с этим невозможно, судя по рассмотренной мной выше характеристике «электората» в комплексе с его предпочтениями и «ценой». Вот почему самый разумный путь, вместе с тем и самый утопический.

Скорее всего, и это уже видно по нашему нынешнему президенту, «укрепление» федерации пойдет силовым путем, даже войсками, вообще-то предназначенными воевать за пределами федерации или на своей территории, но только в случае оккупации ее иностранными войсками. Может быть, поэтому у наблюдательных людей сегодня такое ощущение, что так называемых внутренних войск всех сортов у нас сегодня едва ли не в два раза больше, чем в «непобедимой и легендарной». Я думаю даже, что войска будут применяться, в крайнем случае, в основном же будут на первом этапе уничтожаться в фигуральном и даже в прямом смысле все лидеры, получившие какой-либо авторитет в народе. Мне не дают покоя внезапные и таинственные смерти академика Сахарова, священника Меня, «авторитета» Квантришвили, генерала Рохлина, офтальмолога Федорова, журналиста Боровика, банкира Кивелиди и многих других. Так же как и совершенно бессовестные гонения журналистов Савицкого и других. Заостряю: я ничего не могу доказать, только сообщаю, что мне не дают покоя эти смерти, и я чувствую, что со всех сторон окружен «внутренними» войсками. И нас все время запугивают взрывами, которые никогда не раскрываются армадой спецслужб. И мне кажутся очень подозрительными «учения», когда «учебный взрыв» жилого дома предотвратили его жильцы, а спецслужбы перепирались при этом как нашкодившие школьники.

Я понимаю, что народу наплевать на «федерацию», он научился выживать в любых условиях, как я докладывал в предыдущих разделах. Только записные «участники войны», да «военные летчицы», которых и быть нынче не должно согласно моим расчетам, представленным там же, призывают трясущимися от старости губами «крепить мощь». А молодежи на эту мощь тоже плевать, им на танцульки надо. И мне больно и смешно, когда подводную лодку загнали на такую глубину, что там рыбьим малькам только резвиться, угробили экипаж вместе с лодкой, и «вознаградили» покойников за что, не знают сами. Контрактникам в Чечне уже не платят оговоренные деньги, скоро туда откажутся ездить, придется силой посылать малышей. А федеральные чиновники гребут и гребут деньги, готовятся к взрыву народа. Тогда они быстренько смотаются в бессчетную «волну» эмиграции. Вот тогда начнется развал империи, но более ужасный. Дай бог, чтобы без планетарных катастроф: ядерных, химических, бактериологических, экологических. Потом начнется интеграция, болезненная, долгая, на грани выживания народа. Этого хотят? Думаю, да.

[ Оглавление ]

[ Назад ]                                    [ Вперед ]

 

 



Hosted by uCoz