Раз уж Вы попали на эту страничку, то неплохо бы побывать и здесь:

[ Гл. страница сайта ] [ Логическая история цивилизации на Земле ]

 

[ Оглавление ]

[ Назад ]                                    [ Вперед ]

 

Глава 8

Глава 8

Христианство

 

Введение или Закрепление предпосылок

 

Начну с хронологии, хотя терпеть ее не могу. Она, в скольких бы вариантах ни была, всегда сбивает с  толку, потому, что удовлетворительно отражающей время, она никогда не будет. Наши предки столь запутали ее, пытаясь распутать, что теперь ничего с хронологией уже невозможно сделать. Традиционная хронология Скалигера и Петавиуса дает рождество Христово в нулевом году, «Новохрон-1» дает его рождение в 4 веке, «новохрон-2» – в 11 веке. Разница между крайними датами более тысячи лет. Древний Египет существовал 2800 лет до Рождества Христова или 4800 лет от сегодняшнего дня, Израильское и Иудейское царства существовали при Давиде и Соломоне как единое царство 1000 лет назад от Рождества Христова или 3000 лет назад от сегодняшнего дня. Дату основания, как Египта, так и еврейского государства я сразу зачеркиваю как абсолютно недостоверные и присоединяюсь пока к мнению «новохрона-1».

Никакой истории не могло быть без письменности. Письменность же «изобрести» невозможно каждому народу по отдельности. Это озарение ума принадлежит одному-разъединственному еврею и никому другому. Правда, этот еврей назывался финикийцем. Все те глиняные таблички с клинописью, папирусы и прочие берестяные грамоты, которые откопали археологи, – просто попытки создания письменности, короче – иероглифы или письма картинками. Азбука – вот, что такое письменность. Картинкой невозможно написать цифры, разве что – палочками, как «древние римляне». Почему еврей, а потому, что евреям «вменялась обязательная грамотность» с этих самых пор и потому, что именно евреи сделали самые замечательные, абстрактные открытия 19-20 веков. И это нам всем известно доподлинно и не вызывает сомнений.

Евреи не могли создать письменности 3000 лет назад потому, что они бы сразу ей воспользовались, как воспользовались ею для создания иудаизма. Иудаизм же не мог быть создан без участившихся извержений Везувия и без «богинь-матерей», против которых первоначально был направлен. У евреев тоже был ведь матриархат, о чем говорит их «отвращение к свинине», женскому божеству «плодородия». Иудаизм не мог существовать достаточно долго как единственная религия, потому, что со всех сторон был окружен богинями-матерями. Он мог существовать как тайная религия евреев сколь угодно долго, но тогда бы и сегодня был матриархат, который стопроцентно существовал в Древнем Лациуме. Поэтому пришлось «изобретать» наряду с тайной религией для евреев, открытую религию для всех, которая бы положила конец матриархату в Средиземноморье и тогда бы появилась возможность тайной еврейской религии воздействовать на патриархат. По-другому быть не могло.

Но одна только фраза иудаизма «не делай себе литых богов» с каменной скрижали показывает, что развитие производительных сил было на достаточно высоком уровне во всем Средиземноморье. Поэтому евреи нисколько не старше всех остальных народов Средиземноморья, ни на один год. Просто они написали первые главы истории и отодвинули себя в древность для «престижа». Вот на этом я и закончу свою «хронологию».

Теперь обращусь к окружающему евреев миру и найду им место в нем. Для начала сравню еще раз, ибо я уже это делал выше, народ северной и южной Италии, так как видел это собственными глазами. Северный народ все время хочет отделиться от южного народа, ибо считает их закоренелыми лентяями. Северяне рассчитывают при своем труде жить в два раза лучше. Практически все северяне считают, что кормят южан. Я думаю, что зря они так считать не будут, наверное, у них есть для этого серьезные основания, не мне судить. На этот случай вернусь к ранее изложенному.  «Некоторые современные иудейские богословы усиленно отыскивают сентенции Талмуда, благословляющие ремесло,  а находят только: «вечно пользуйся службою рабов». Талмудисты учили, что народ подобен виноградной лозе; к виноградным гроздьям приравниваются мудрецы, а к листьям –труженики, которые своим трудом обязаны кормить мудрецов.  Особенно Талмуд  часто напоминает амхаарцу (буквально – народу земли), что человек – существо низкое и презренное. В понятие «амхаарец» Талмуд объединяет людей, не знающих Тору, - рабов, мелких крестьян и им подобных». Исходя из этой характеристики, можно понять северных итальянцев. Евреи ничего не умели и не хотели делать к моменту создания иудаизма, я думаю даже, что это сплошные потомки жрецов Кибелы, отожравшиеся и задумавшиеся о жизни на этой основе. Но, ведь истока иудеев негде больше искать кроме южной Италии.

Сейчас посетим островную Грецию тех времен. Можно почитать Энциклопедию, можно и писателя-фантаста Ефремова, суммировавшего все знания про островную Грецию в книге про Таис. В статье Крито-Микенская культура из Словаря античности следует, что островная культура Греции «возникла» в 3-2 тысячелетии до новой эры, что на 1-2 тысячи лет раньше, чем Иудо-израильское царство. Поэтому, без доказательств принимаем, что когда евреи создали письменность, эта культура уже существовала, но отсутствие у греков письменности не позволяло все это записать. Все хранилось в мифах, то есть устных сказках. С 1900 года начались систематические раскопки, и перед взорами возникла минойская культура: дворцы с настенными росписями, печати, «первоклассная керамика, богато украшенная изображениями цветов, животных и пейзажами, художественного ремесла, оружия с искусной инкрустацией, золотых перстней с печатями, металлических сосудов (чаши из золота и серебра), украшений, золотых масок, статуэток и так далее». Все это гибло дважды: 3800 лет назад и 3400 лет назад «в результате землетрясения, нападения врагов или внутренних усобиц. Прекратилась торговля. Вопрос о том, в какой мере микенская культура оказала воздействие на раннюю греческую культуру (материковую) исследован еще недостаточно».

Что тут скажешь? Скажу, что это было почти одновременно с рождением Моисея, только соплеменники его были несравненно ленивее островных греков, но хитроумные. Когда евреи завезли на островную Грецию свой алфавит, Гомер и прочие быстренько записали все свои предания, чтобы не позабыть окончательно. Надо добавить, что расцвет греческой островной культуры очень просто объясняется. Во-первых, трудолюбием, истекающим от довольно скудной природы, хотя и жаркой. Во-вторых, очень широким общением, как между островами, так и с материком на судах. В третьих, почти абсолютной безопасностью от внешних завоевателей. Кроме греков никто в мире не имел флота, если не считать лодки египтян из тростника. Евреям же понадобился их флот, чтобы направить своих агитаторов, и на Балканы, и в Малую Азию, - искать землю «обетованную», которую им обещал их бог Яхве. Кроме того, евреям нужны были технологии трудолюбивых греков, их научно-технический прогресс. Сами греки в иудаизме не были нужны, у них уже существовала устная греческая философия, отличавшаяся человеколюбием, несовместимым с идеологией иудаизма. Вы думаете, почему греческая философия развивалась уже в период письменности все еще как диалог или диспут? Именно потому, что письменности не было. Разговаривали, спорили, запоминали, учились. Поэтому еще долго не могли привыкнуть к нынешнему «соло» ученого типа диссертации, а все стремились создать себе противную сторону, даже воображаемую. Первоначально, без письменности: вопрос - ответ, потом, с письменностью: воображаемый вопрос самому себе – ответ на бумаге, воображаемое письменное оппонирование самому себе – возражение оппоненту, тоже в письменном виде. Ведь все древнегреческие философские труды так написаны. Потом и поэты этот принцип взяли на вооружение из «неписьменных времен», например «Разговор поэта с книгопродавцем».

В это время в Причерноморье Хазарского каганата, естественно, не было, но хазары, они же казаки-разбойники, они же калмыки и ногайцы, чеченцы и прочие северокавказцы как мышки-норушки, они же гунны, печенеги, готы, готфры и так далее, тоже естественно, были. Не было на этой сцене ни русских, ни украинцев, хотя их казаки-разбойники уже сидели около Запорожья, на лесосплаве. Русские только начали продавать своих людей в рабство, но торговля пока шла вяло, спроса не было. Сами сидели в своих лесах, женщин было слишком много, чтобы они могли начать матриархат, нынешние финны занимали почти полностью Подмосковье до Оки. Смоленцы и белорусы начинали рубить свои леса на продажу. Великий Новгород вел свою жизнь как описано выше, честную. Германская сборная нация понемногу консолидировалась, но южнее Альп еще не ходили. Будущие украинцы сидели пока в предгорьях Карпат, но уже подумывали закладывать Киев. Мешали разбойники.

В Малой Азии на берегах моря тоже немало народов обосновалось, ведь был же и сам город Библ, откуда еврейская, полноценная грамота пошла. В Месопотамии, как и в Египте, тоже давно уже народы жили и многому уже научились, кто не ленивый был. Но так как к христианству они имели малое отношение, то, дольше на них останавливаться не буду.

На «сапоге» с уходом Моисея с приверженцами жизнь, естественно, не остановилась. Южане не стали работящими, поедят, что выросло в диком виде, как латиноамериканцы бананов, и опять на боковую. Североитальянцы, произошедшие от слияния амазонок с братскими кланами и спускавшимися с гор на недолгое время мышками-норушками, начали работать. Им много леса понадобилось, зимой довольно прохладно, дома строить. Венецианцы начали забивать первые сваи под свои дворцы. Про Англию и Францию мало было слышно, они в дела Средиземноморья не вмешивались. Испанцы иногда плавали вдоль Африки вплоть до Италии, южные итальянцы на визиты не отвечали, ленились. О богинях-матерях, скопцах-жрецах, матриархате и амазонках я говорил выше.

Кажется, я предпосылки к христианству закрепил.

 

Византия по традиционной истории

 

Христианству негде было родиться, как только рядом с евреями, а почти все евреи переехали жить на Босфор, забрав с собой свое вновь созданное иудейство, в создаваемую их усилиями патриархальную, в смысле мужскую, а не старую, Византию. Поэтому надо рассмотреть ее официальную историю. Всем известно, что Византию создали римляне, когда им стало тесно в Западной Европе: всех без исключения завоевали, даже далекую Англию, на Великой русской равнине, правда, не были. Где лес брали для своей Венеции – неизвестно. Неизвестно также где набрали столько солдат для этого великого захвата. Столько солдат не должно поместиться на всем «сапоге», даже если записать в солдаты всех женщин, детей и стариков. Можно поверить даже, что захватили блицкригом как Наполеон или Гитлер, но удерживать столько веков – не поверю, если там, конечно, не были сплошь умалишенные с синдромом любви к римлянам. Потом римляне захватили Египет, Месопотамию и Малую Азию, словно там сидели такие же дураки, как в Западной Европе. И никто пальцем не шевельнул, чтобы освободиться. А, если не хотели освободиться, значит, не было никакого захвата, а «новохронисты-1» говорят, что не было и самой Римской империи. При таком раскладе я им верю.

Итак, официальная история Византии начинается с 395 года после смерти императора Феодосия Первого. Первоначальный этнический состав ее: греки, сирийцы, копты, армяне, грузины, евреи, эллинизированные малоазийские племена, фракийцы, иллирийцы, даки. По-моему, всех надо вычеркнуть, за исключением греков и евреев, а у малоазийских племен отбросить этот эпитет, так как эти племена скоро выгонят, и греков, и евреев не только из центральной части Малой Азии, но даже и с берегов морей, в том числе и из Царьграда-Константинополя. Спасибо историкам, что не забыли евреев, а то мне самому пришлось бы их туда поселять.  «В 4-5 веках в Византию в дополнение к вышеперечисленным народам пожаловали готы, в 6-7 веках – славяне, в 7-9 веках – арабы, в 11-13 веках – печенеги и половцы», словно это не страна, а гостиница. Одни хазары не согласились почему-то жить в Византии. Наверное, евреи не пустили. «В 6-11 веках в Византию входят этнические группы, из которых сформировались итальянцы». Это как же получается? В какую дверь Византии «вошли этнические группы», чтобы превратиться в будущих итальянцев? Как, интересно, они там превратились в итальянцев? И как они потом попали в Италию, чтобы начать новую свою жизнь в качестве итальянцев? Они, что, в Византии итальянский язык изучали? Наверное, эти «будущие итальянцы, были «прошлыми» итальянцами, с Везувия, а точнее итальянскими евреями, прибывшими туда с Иисусом Навиным, преемником самого Моисея? Похоже, что именно так. Потому, что «с 4 по 6 век язык в Византии был латинский»,  а потом  латинский язык заменился на греческий, «с 7 века».  Я даже думаю, что там была смесь из древнееврейского и  латинского, а потом из этой смеси родился греческий, или - наоборот.

Официальная история Византии делится на три периода: 4-7 века, с середины 7века по 1204 год и с 1204 по 1453 год. Первый период начался со свободных крестьян-арендаторов в 4 веке. У кого они арендовали землю – неизвестно. Произошла отчего-то аграризация городов, сеяли прямо посреди улиц, но центр общественной жизни переместился в деревни. Наступило неизвестно откуда христианство, создались монастыри. Издали законы против язычества. На чем держалась такая большая империя – неизвестно. Тут еще произошла варваризация армии. Людей вообще не хватало. Император даже вынужден был расселить у себя вестготов, как будто они приехали на электричке в садово-огородный кооператив. А они еще взяли да и подняли восстание. А тут еще на империю напали остготы, и пришлось их отражать. Возникли специфические внешние и внутренние отношения с варварами, и они едва не овладели Константинополем. Что это за империя? Города засеяны пшеницей, весь бомонд – по деревням, краса Великого проходного двора Константинополь почти без охраны, не сегодня–завтра, возьмет, кто захочет. Но тут как черт из табакерки явился Юстиниан Первый и стал наводить порядок. Он быстренько восстановил единство империи, подавил восстание самаритян в Палестине, восстание Ника недалеко от Константинополя и взялся за законы рабовладения, надо полагать, записывать в рабство своих свободных крестьян. Потом начал насильственно превращать еретиков в христианство под угрозой лишения гражданских прав и даже смертной казни. Потом усилил армию, отбил персов и славян и произвел обширные завоевания Запада (Африку, остготов в Италии, юго-восточной Испании). Это выглядит примерно так, как если бы Россия сегодня с бюджетом меньше чем бюджет Нью-Йорка завоевала бы не только бывшие республики СССР, но и всю Африку, Канаду и Америку, не пропустив Западную и Центральную Европу. Но, тут возникли восстания, в том числе и в армии, и уже в начале 7 века Византия все утратила, за исключением Южной Италии. К 8 веку от юстиниановой империи осталось не больше одной трети.

Тут надо остановить историков и спросить: а что делала в это время Римская империя? У нее давно уже отобрали Южную Италию со столицей, городом Римом, а она и ухом не ведет. Где ее хваленые римские когорты, центурионы и легионы? Они что, ослепли? Не видят, что столица в руках врагов? Где же они бои гладиаторов проводят? Колизей-то сперли византийцы. Молчит история, находящаяся в Большой советской энциклопедии. Но упоминание о Южной Италии мне нравится, что она принадлежит все еще Византии. Это же родина Моисея. Кому как не Византии ей принадлежать? Нравится и то, что Римская империя не упоминается, потому что ее просто нет, и пока не было. Нравится так же, что Северная Италия пока не завоевана. Там же живут вестготы, хазары по-нашему, точнее всякий сброд равнинный, частично с амазонками во главе, частично – с мужиками-бандитами.

Продолжим, с первым периодом византийской истории надо кончать. Славяне появились на Балканах и даже в самой Малой Азии, но так ловко, что взяли с собой, и язык, и быт, и культуру, как будто и жили тут вечно. В восточной части Малой Азии появились как снег на голову армяне, персы, сирийцы и прочие арабы. Однако все быстренько стали говорить по-гречески. На этом конец первого периода. Сообщаю историкам, что никакого первого периода не было. Кто как жил здесь, так и продолжали жить. Греки и евреи еще не появлялись, Христос – тем  более. Отсюда и иудаизма пока не было, не говоря уже о христианстве. Но более позднее переселение Моисеевой братвы и упоминание о Южной Италии как-то сюда затесалось, из будущего. Греческий язык у армян и прочих народов – тоже.

Второй период с середины 7 века начинается в мажорном ключе. Несмотря на потерю двух третей  территории, Византия остается одной из могущественных держав. Недавно введенное Юстинианом рабство было отменено и «стала преобладать свободная сельская община», точно такая, как была в начале первого периода в 395 году. Но города все еще были в упадке, засеянными пшеницей. Старые провинции заменяются военно-административными округами (фемами), почти точно такими, какие сегодня, в 2000 году, создает российский президент. Начальник такого округа, стратиг, обладает всей полнотой военной и гражданской власти. Но, как-то так выходит, что свободная сельская община передается в наследственные земельные участки. Это «ознаменовало децентрализацию государства, но зато укрепило военный потенциал и предопределило успехи в войне с арабами и болгарами». Началась «борьба с сепаратистскими тенденциями местной знати» совсем так же, как в России в 2000 году. Можно подумать, что историки заглянули в шпаргалку, называемую «распад СССР». Но, тут снова произошло разукрупнение фем совместно с ограничением самоуправления городов и иконоборчеством. Все это провернула Исаврийская династия византийских императоров, сам Исавр – сириец, но это не имя его, а прозвище, «не соответствующее действительности». Так и не узнали историки, кто же правил Византией от имени сирийской династии. Может быть Иосия, Иосафат, Озия из библейской династии? Странно как-то? Вдруг ни с того ни с сего, приходит кто-то из Сирии с одним прозвищем, «не соответствующим действительности», и устраивается на работу императором в Константинополе. И не только сам, но и свою династию в великой империи устраивает? Странно. По-гречески двух слов связать не может, а царствует, а греки сидят и подчиняются, молчат, как воды в рот набрали. Да и прозвище какое-то библейское, еврейское. Но, наворотила эта династия много. Начав с иконоборства, закончила изъятием в казну монастырских и церковных сокровищ. Иконоборчество усилило провинциальную знать. Император испугался и восстановил иконопочитание. «Примирение правительства и военной знати с высшим духовенством и монашеством сопровождалось жестоким преследованием павликиан» (армянская ересь от апостола Павла). 9-10 века – «создание централизованной феодальной монархии с сильной государственной властью и бюрократическим аппаратом». Крестьянство снова освободили от рабства и дали ему землю, но заставили платить «централизованную ренту в виде многочисленных налогов». «В отличие от Западной Европы вассально-ленная система осталась неразвитой, феодальные дружины скорее были телохранителями и свитой, чем войском вассалов феодального магната». Что-то сильно это все мне напоминает древнюю Русь времен князей-грабителей и их дружин.

В то же самое время «феодалы обеднили крестьян – основных плательщиков налогов». Со 2 половины 9 века – подъем городов и ремесел с сохранением института рабства. 9 век: требование церковью равноправия с государством (духовная и светская власть), что сильно напоминает борьбу папы Григория с немецким монархом. Церковь призвала к христианизации соседние народы. Кирилл и Мефодий. Разногласия между патриархом и папой – схизма (1054 г. - разрыв). 9-11 века – постоянные войны с арабами, славянами, норманнами. Святослав Игоревич воюет с Византией, сначала успешно, потом терпит поражение. На Руси Владимир Святославич, православие (989). 11 век – смуты, печенеги, турки-сельджуки, Византия потеряла Малую Азию, норманны завоевали Южную Италию, Византия борется с коррупцией. Глубокий экономический кризис, феодальная раздробленность, независимость феодалов от центра, города в упадке, ослабли армия и флот. Отпала Болгария, Сербия. Папство стремится подчинить Византию. «В 11-12 веках завершилось формирование институтов феодализма, возникает вотчинная эксплуатация крестьян, которую туда записали, поди, историки типа Ключевского. Свободные крестьянские общины существуют лишь на окраинах империи, как, например, в Пскове и Новгороде. Труд рабов почему-то утратил значение, несмотря на «вотчинную эксплуатацию крестьян». 12 век – Константинополь снизил производство, зато подъем производства в Фессалониках (Салониках), Коринфе, Фивах, Афинах, Эфесе, Никеях. Венеция и Генуя получили привилегии от императора, собственные города Византии начали беднеть. 4 Крестовый поход, вместо Палестины крестоносцы попали в Константинополь. 1204 год – Византия перестала существовать.

Если кратко повторить вместе первый и второй периоды истории Византии, то выйдет следующее. В 4 веке Византии принадлежало полмира, в том числе и несуществующий Рим. К 7 веку она растеряла две трети своих владений, но была «одной из могущественных держав». К концу 11 века у Византии не осталось ни одной пяди земли, кроме самого Константинополя. Давайте проверим. К 8 веку Византии принадлежало всего лишь Южная Италия и немного Малой Азии и Балкан. От этого остатка отпала к 13 веку Малая Азия, Южная Италия, Болгария и Сербия. Хотя в Энциклопедии ничего не говорится об островной Греции, думаю, что она тоже была в составе Византии. Думаю, ей принадлежал Пелопоннес и, естественно, Константинополь. Но, если Вы помните, то конец агитационного похода Моисея и Навина этим и закончился. Им ведь и нужен был Константинополь как стратегический пункт между Азией и Западной Европой при том обстоятельстве, что сухопутье около Дуная было почти перекрыто постоянными войнами между собравшимися там разбойниками.

Третий период в 250 лет, до взятия Константинополя в 1453 году ничем не отличался от второго по территории Византии. Никейская империя, хотя и называется империей, но фактически это небольшой городок недалеко от Константинополя, где сидел православный патриарх. Поэтому меня так и подмывает сравнить слово «империя» и слово и советское слово «комбинат». Есть, например, металлургический комбинат, занимающий десятки квадратных километров площади, на которой расположены сплошняком гигантские инженерные сооружения, плюс рудники и шахты за десятки и сотни километров от него. И есть банно-прачечный, тоже комбинат, имеющий сарай и сеть приемных пунктов в отгороженных фанерой подъездах жилых домов. Но у обоих на вывеске написано: комбинат. Вот такой «комбинат» - банно-прачечный, и есть «Никейская империя», как, собственно, и сама «Византия».

Я хотел бы обратить внимание на следующий факт. В 12 веке Константинополь резко снизил производство, зато оно резко возросло в Фессалониках, Коринфе, Фивах, Афинах и Эфесе. Венеция и Генуя, «получившие привилегии», росли как на дрожжах, а «собственно византийские города беднели». Во-первых, какие города были в Византии, кроме Константинополя? Эфес? Но Эфес совсем не византийский город. Эфес существовал, как и Библ, когда Византией еще и не пахло. Он основан греками еще в 12 веке до новой эры. Когда Моисей понял, что хорошо бы захватить Босфор, в Эфесе во всю культура цвела. Коринф? Так он тоже греческий и на 1000 лет старше Византии. Фивы греческие, потому что есть Фивы и египетские, тоже на 1000 лет старше, Афины – на 900 лет. Тогда какие же города собственно византийские? Турецкий Измир? Так это греческий город Смирна, год рождения – 2000 лет до новой эры. Может быть Трабзон? Так это греческий город Трапезунд 7 века до новой эры, когда о Византии никто еще и не думал. Единственно, что я в нынешней Турции нашел турецкого, так это их столица Анкара 7 века до новой эры.

Теперь понятно, почему в Византии «города аграризованные»? Да потому, что их просто не было. Пришлось деревни называть «аграризованными городами», врать, что «вся общественная жизнь переместилась в деревни». Какой город Византия построила, кроме, разумеется, Царьграда-Константинополя? Никакого. Тогда что же это за империя? Просуществовала больше тысячи лет и ни одного города не построила?

Обратимся к городам Венеции и Генуе, которыми, будто бы, владела Византия и ни с того, ни с сего дала им «привилегии от императора, а собственные города начали беднеть». Император их, византийский, что, совсем рехнулся? С какой стати он им дал  такие огромные «привилегии», что сам в единственных, праздничных штанах остался? Не согласитесь ли вы, что вся Византийская империя при таком раскладе, это всего-навсего Никейская империя, которую я чуть выше сравнил с банно-прачечным «комбинатом»? А нашим русским историкам она понадобилась только для того, чтобы «было» у кого взять Кирилла с Мефодием, а вместе с ними и христианство, очень уж православное?

Придется «восстанавливать» эту «империю» так, чтобы она хоть чуточку стала правдоподобнее.

 

Византия по более правдоподобной версии

 

 «В Царьграде царь Михаил, а у него золотое дерево. Остальные цари и короли мира ему страшно завидуют и посылают к нему то и дело своих послов то золотое дерево выменять на что-нибудь. Но Михаил не соглашается на любую мену. Зато сын его Левтасар (Левта-царь?) пропил и прогулял все дерево золотое. Осталась одна веточка, а на ней– золотой попугай». (Из сказки).

Итак, Древняя Греция  была островно-береговая группа минигосударств, очень тесно общавшихся друг с другом и с континентальными минигосударствами, представители которых приходили на берег моря что-нибудь купить-продать. Эгейское море «набито» островами как бочка селедкой. Это идеальные условия для первобытных людей, лучше даже, чем предгорья и горные ущелья, о которых я говорил в главе о географических предпосылках расселения народов. Здесь и общение возможно, и опасность нападения других, не морских народов минимальна, даже вообще почти невероятна. Естественно, что морские народы первыми придумали, как плавать по морю, изучили его «повадки», так что это была очень знакомая и безопасная «дорога». Морские народы, на каждом острове по народу, могли беспрепятственно общаться между собой, а привычки и нравы у них должны были развиться практически одинаковые, «морские». Я не буду удаляться в их древность, как делал это с другими народами, скажу только, что они очень напоминают предгорные народы, у которых возник матриархат. История греческого язычества, богинь-матерей, ясно подтверждает это, притом наиболее ярко.

Этим народам материк был непонятен и страшен, но любопытство одолевало. Поэтому они много плавали и организовали свои поселения по всему восточному участку Средиземного моря, но там, например, на «сапоге», предгорные народы жили почти на самом берегу моря, так как горы начинались прямо от береговой линии моря. Организовать здесь грекам свои поселения было невозможно, они сразу попадали под пристальное наблюдение, переходившее в недоброжелательность, а то, - и в прямой вооруженный отпор. Поэтому их взгляды обратились в сторону Мраморного моря, малоазийское побережье, на само Черное море. На всем протяжении Северного Причерноморья, на его береговой линии почти никого не было, исключая устья крупных рек. Заселен был только Южный берег Крыма какими-то аборигенами. Южное Причерноморье тоже никому не было нужно. Греки забрались даже «до Трабзона» и организовали свою факторию Трапезунд. Восточное побережье Эгейского моря тоже было пустынным, иначе бы греки не смогли там понастроить столько своих городов. Дружили они и с нынешней береговой линией Палестины и Ливана, ибо рядом был их большой остров Кипр с медными рудниками. Постоянное общение со столькими представителями береговых народов сделали их язык понятным и общим не только для самих островов, но и для береговых, континентальных народов, а нравы и, выработанное веками дружелюбие и взаимовыгодность общения, сделали их желанными гостями в любой точки этой обширной водной системы. Они имели самую полную информацию обо всем этом древнем мире, обо всех достижениях научно-технического прогресса и культуры. Поэтому нас и поражают сегодня их статуи, сооружения, религия, философия, мастерство, знание всех древних морских дорог.

Поэтому я не могу не признать за ними большую древность, чем за Месопотамией и Египтом. Я даже уверен, что жизнь на открытых пространствах Месопотамии и Египта не могла быть древнее, ибо там очень слабые силы народов почти все уходили на войны друг с другом. Не обходилось, конечно, и без войн между греческими островитянами, но тут для войны нужен флот, поэтому весь свой народ от мала до велика на войну не бросишь, как это можно сделать, например в Египте. Пелопоннес поэтому греками освоен в самую последнюю очередь. Он, хотя и полуостров, но – почти остров. Потому «новохрон-1» и не признает за ним древность, Древнюю Грецию, говорит, что Древняя  Греция – совсем не древняя. Самая древность – это острова. Самое главное, что я хочу сказать про Древнюю Грецию в развитие моей основной мысли, это то, что им даже не приходило в голову устроить «всемирную таможню» на Босфоре. Широкое общение с миром сделало их интеллигентами, это же доказывает и их философия человеколюбия. Поэтому я беру свои слова о «не приходило в голову» обратно. Догадаться о «таможне» они, безусловно, догадались при своем знании географии, но устраивать ее им не позволяла интеллигентность. Впрочем, для кого им было ее устраивать, ведь плавали они там одни, остальные просто не знали, как это делать.

Континентальные народы не любят моря, горцы - тоже. Они сейчас любят ездить туда загорать и купаться недельки на две, не больше, ибо они начинают там скучать. Береговой народ на открытом пространстве возле моря жить не может, очень опасно. Надо, чтобы от моря сразу начинались горы, куда можно спрятаться, как в норку. Поэтому побережья Черного моря были пустынны. Яркий тому пример Черноморское побережье Кавказа. На месте нынешних черноморских здравниц еще в конце прошлого века были заболоченные тростники, там не жил ни один человек, все мингрелы, абхазы сидели по прибрежным кручам и ущельям. Греки же находили удобные бухточки и строили там свои города и причалы, рынки. Туда и стекались дороги и тропинки со всей примыкающей континентальной округи. Торговля была очень выгодной, для греков в особенности, ведь они знали конъюнктуру всего огромного региона. Они могли покупать товары в 10 раз дешевле, а продавать их в 10 раз дороже. Они всем товарам знали минимальные и максимальные цены и места, где они существуют. Поэтому греки, безусловно, были богаты. Богатство среди всеобщей бедности соседей многое обуславливает. Появляется деятельность, не связанная напрямую с добычей пищи. Это научно-технический прогресс, искусство. История показывает, что древние греки всем этим обладали. Достаточно вспомнить «греческий огонь», Пифагора, греческих философов, древнегреческие мифы, то есть литературу, театр, греческие трагедии. Но у греков не было нормальной, буквенной письменности, «узелки на платочке», конечно, были, но ими не передашь страдания Антигоны, не говоря уже о «страданиях юного Вертера». Поэтому у них долгие века были только устная история в виде мифов, устная литература в виде театра, «письменность» в виде скульптуры и росписи ваз. Если кто будет возражать против устного «интернета», я тому напомню, что большинство наших, российских народов получили свою письменность из русских букв после 1917 года, и только тогда записали все свои предания, ранее хранившиеся сотни лет «на языке». Даже древние скандинавские предания не избежали этой участи, хотя их носители болтались по всему древнему миру.

Тут один еврей в городе Библ и придумал нормальную грамоту, то есть алфавит. Если кто-нибудь все еще сомневается в том, что алфавит изобрел один человек и в его великом, абстрактном мышлении, то я спрошу его: «Почему теорию относительности, квантовую механику, теорию всемирного тяготения и так далее из революционных переворотов сознания людей, «изобрели» отдельные индивиды, а не одновременно в десятках совершенно разных стран, как говорится, «независимо друг от друга»? Буквенную письменность я ставлю не ниже этих всемирных открытий. Письменность распространилась, сначала очень медленно, а затем, все ускоряясь, в двух направлениях: на арабский восток и на запад, достигнув Везувия – центра первичной религиозности из-за непонятного огня из-под земли, сопровождающегося громом и молниями, землетрясениями. Метеорит в Каабе тоже сыграл немаловажную роль в религиозном чувствовании людей Востока. Но Восток почти как огня боялся моря и не подходил к нему даже близко. Пример тому Каспий с его пустынными берегами, северные берега Индийского океана в Пакистане, Красное море и Персидский залив, такие же пустынные. Греки же, наоборот, жили только морем, и я об этом только что говорил. Поэтому из одной письменности появились две ветви, восточная – изолированная в своем регионе, и западная, широко тиражированная греками. Вот на этой основе и надо возвращаться к Моисею с его бескомпромиссной борьбой против матриархата, с его навязчивой идеей «избранного богом Яхве народа», годного для «мирового господства», с его до предела эгоистической религией иудаизма, без которой никогда не достичь желаемого.

Куда бы вы пошли с этим набором, не имея кораблей, которых на горе Везувий не делали, но знали о них отлично, сами плавали на них, греческих: из Библа на «сапог» и обратно? Естественно, на всемирную «почту», к грекам, на острова. Пошли и сухим путем по берегу Адриатики, на север. На Босфоре две колонны объединились. Соляной и лесной транзиты во всю действовали. Тут же был транзит и русских рабов. Дело в том, что греки при всем их старании не могли придумать таких парусов как впоследствии англичане и испанцы, под которыми можно было плавать против ветра или под острым углом к нему, крутой бейдевинд называется. Притом они плавали по извилистому пути, вдоль берегов, так как компаса не было, поэтому им бы все время пришлось регулировать паруса по ветру и курсу судна, а это большое неудобство, ведь не в океане. При плавании через океан такая «английская» система парусов необходима, так как экономит силы команды,  позволяет долгое время плыть заданным курсом. Может быть, поэтому сложную систему парусов греки выдумывать и не стали. Они в дополнение к прямым парусам добавили рабов. Рабы ведь, прикованные к веслу, это что-то вроде очень экономичного двигателя, работающего на куске хлеба и глотке воды, «запчасти» для которого универсально стандартны: износившуюся выбрасываешь за борт, на ее место «усаживаешь» новую. Тут появился и военный флот, галионы, галеры, которым почти всегда приходилось плавать против ветра, спрос на рабов резко усилился. Надо не забывать и про недостаток женщин в тех краях, вызвавший, и матриархат, и женские религии. Дефицит которых все еще не был устранен окончательно. Поэтому рабыни тоже были в цене. Мальчики и девочки тоже требовались. Девочки по «прямой» потребности, мальчики – по «извращенной», тоже широко распространившейся в результате недавнего почти полного отсутствия женщин. Потом они переходили в отряд гребцов, как «запасные части».

Когда иудеи разобрались в ситуации, они тут же, руками дешевых русских рабов, начали строить Царьград, переименованный впоследствии в Константинополь. Затем натянули железные цепи через самое узкое место Босфора, как раз напротив Константинополя, а конец их протянули за стены города, чтобы не мочить ноги при их натягивании и ослаблении при проходе судов. Таможня получилась, что надо. Ни одно судно не могло проплыть, не заплатив пошлины. Вот этот город и кусок пролива с цепями и составляли всю империю под названием Византия. Иудаизм составлял одну из «тайн византийского двора». Жить иудеям стало не только «веселее», но очень даже весело. Сбылось «предсказание Моисея» в полном объеме. У иудеев, вечно напряженных, даже появилась не свойственная им ранее, страсть к «византийской роскоши». Вы только представьте себе: ворот, на который наматывалась цепь через Босфор, крутимый руками десятка рабов, приносил такие ошеломляющие дивиденды! Недаром историки говорят о «византийских»: сверхроскоши, тайнах, «утонченном» разврате и прочих «прелестях» сверхбогатых «византийцев», не называя их напрямую иудеями. Об это позаботились сами иудеи, написав, как единственные грамотеи тех времен, канонический текст этой «умозрительной» истории, которую с умным видом размножают «традиционные» историки по сей день. На кой черт «византийцам» нужна была вся остальная Малая Азия, которую им приписывают? Они даже не знали, кто там живет, турки какие-то, пока те не собрались с силами и не выперли их. Они даже специально «забыли» откуда сами заявились, напевая: «жизнь прекрасна и удивительна». На кой черт им были нужны древние Коринф, Измир и прочие города, где для них работали за деньги греки, в том числе и ранее уже упомянутый мной скопец Скопас, которого даже «вызывали» для украшения своей императорской жизни на бережок, в Малую Азию? На кой черт им были нужны все Балканы, «итальянский сапог» и сам Пелопоннес? Им нужны были только очень крепкие тройные стены вокруг Константинополя, и они их сделали руками дешевых рабов. Больше им ничего не было нужно. Кто хочет дать им денег, должны были сами приплыть на Босфор и отдать их им.

Ошеломленные таким вероломством греки, сначала пытались объяснить иудеям, что они поступают бессовестно, что они сами могли бы протянуть поперек пролива пресловутую цепь и построить тройные стены, за которыми стоит ворот для этой цепи, но посчитали это слишком наглым делом: пролив-то принадлежит всем желающим по нему плавать. Ведь есть и закон такой, что моря – общественная собственность, даже международная. Но иудеи и ухом не вели, натягивали цепь перед греческими кораблями, ведь других-то почти не было, а сами сидели на крепостной стене и посвистывали. Разозлившись, греки раз несколько попытались взять штурмом эти тройные стены, но не тут-то было, и «греческий огонь» не помог, а порох и пушки еще не изобрели. Греки стали платить таможенную пошлину практически ни за что, жить-то надо. А теперь почитайте несколько выше вновь о том, что нынешние иудейские богословы усиленно, но тщетно,  ищут сентенции в Талмуде о любви к ближнему и «благословляющие труд». Сегодняшние-то иудеи забеспокоились, как-то неудобно стало жить с такой эгоистической религией, ставшей в глазах «общественного мнения» остальных народов несколько постыдной.

 

Начало христианства – начало идеологии подчинения

 

Но, «не все коту – масленица, бывают и постные дни». Соли целые «кучи» нашли в Польше и Германии, один вид «бизнеса византийцев» пропал. Женщины рождаться стали намного чаще, «импортировать» их не стало острой необходимостью. Как снег на голову свалившиеся «норманны» открыли регулярные «рейсы» в Средиземноморье вокруг Европы, в Англии изобрели хорошие корабли и хорошие паруса. На этом я еще остановлюсь в подходящем месте, после так называемой «Реформации» католической церкви. Поэтому нужда в рабах-гребцах тоже начала отпадать. Против «любви к мальчикам» стало восставать общественное мнение,  – ведь женщин хватало. Зачем же «это извращение», которому и слово-то придумали именно это, обозначающее «стыдливость» его,  общественного мнения. Остался один лес, который можно сплавлять. Но «путь лиственницы» вокруг Европы постепенно начал соперничать и со «сплавными» сортами древесины. Вот тогда-то и возникли «проблемы» у Византии-Константинополя. Вот тогда-то и пришлось дать генуэзцам и венецианцам такие ошеломившие историков «льготы», «ничем здравым не обоснованные», а свои города, византийские, которых, впрочем, и не было в наличии, начали «хиреть». Вернее сказать, сам Константинополь начал хиреть, к нему перестали специально плавать, чтобы дать евреям денег на их «византийские» нужды. Но, у них уже были на примете «другие виды бизнеса», столь же ошеломительно прибыльные. Однако надо же когда-то начинать и про христианство.

Еще Моисей рассудил: зачем же делиться таким хорошим иудейством со всяким сбродом, встречавшимся по пути? Для всех остальных, не евреев, годится и «первая редакция скрижалей», где много внимания, как вы помните, уделено «нравственным аспектам». Но, сначала он все никак толково не мог разделить эти две каменные таблички. Получалось, что иудейство было двух типов, собственно для самих евреев – Второзаконие, и для всех прочих народов – «Первозаконие». Это был непорядок, путаница. Не знаю, сам он дал «завет» на христианство или его преемники сообразили. Во всяком случае, во вновь отстроенном Царьграде посадили команду с задачей «упорядочить религии» по Перво - и Второзакониям. Совсем так, как садили  умников в СССР, а нынче садят в России, на хорошо охраняемых дачах с необходимым запасом еды и водки, для разработки глобальных идей вроде «500 дней» или поиска где-то затерявшейся «национальной русской идеи».

В «команде», наспех скроенной, наполовину из разных «протеже», то есть откровенных дураков, попадались и умные. Поэтому, с одной стороны, преобразование «Первозакония» в христианство проведено на мудрой основе Рождества, а, с другой стороны, детали новой религии плохо «стыковались» с тем же, например, весенним равноденствием, так что пришлось составлять сложнейшие таблицы для определения дня Пасхи, так называемую Пасхалию. Это и был вклад дураков, попавших в эту «комиссию», который и сегодня исправить невозможно. И это только один пример из десятков «нестыковок». Невооруженным глазом видно, сколь поспешно создавалось христианство, а еще поспешнее утверждалось на «высшем уровне», результаты которого не подлежали критике и пересмотру никогда в будущем. Эту застарелую хроническую «болезнь» христианства невозможно вылечить и оно от нее, несомненно, скончается, рано ли поздно, но именно в тот день, когда не единицы, а хотя бы миллион верующих в него, научится немного мыслить абстрактно и не предвзято считать. На этот счет язычество богинь-матерей, которое было побеждено христианством, ошибок почти не имело, оно было очень обосновано простым здравым смыслом.

Как «команда» по преобразованию «Первозакония» в христианство, так и само христианство получилось наспех скроенным, без «глубокой проработки вопроса», как нынче говорят. Рассмотрим только один пример подробнее, о котором я уже упомянул – Пасхалия. Зачем она понадобилась в условиях острой нехватки бумаги, излагать которую на камешках «себе дороже». Дело тут вот в чем. Язычество, не мудрствуя лукаво, например, то же празднование «лучезарного юноши-бога» по словам Фрейда, а именно Митры, назначило на весеннее равноденствие, которое видно на небе: день равен ночи, но начинает с этого дня увеличиваться в своей продолжительности. Евреи последовали примеру язычников и назначили еврейскую пасху на этот же день. Достаточно было посмотреть на небо и можно начинать празднование, никаких календарей не нужно. «Конструкторы» христианства, более озабоченные тем, чтобы еврейская и христианская пасхи не были в один день, чем выбором самого дня для христианской пасхи, назначили этой пасхе не фактическое равноденствие, а конкретную дату того года, в котором создавали христианство, на неделю позже иудейской. Они, будучи дураками, думали, что это будет проще. Чем измерять долготу дня и ночи накануне, лучше заглянуть в календарь. Их извиняет, конечно, что они не знали о тренде чисел календаря, о високосном годе, но надо было подумать об этом, они просто обязаны были все предусмотреть, если собрались дело делать без брака. Из-за этого их головотяпства вскоре заметили, что с каждым годом жестко календарно закрепленная православная пасха начала приближаться к иудейской, жестко закрепленной природой. Пришлось даже менять календарь с юлианского на григорианский, прибавлять 5 дней с одним и тем же числом. Календарь меняли тоже дураки, иначе бы они придумали что-нибудь получше григорианского календаря, который не решал проблемы кардинально, а только отсрочивал ее решение. Навыдумывали невероятной сложности Пасхалию, которую рассчитать может только очень грамотный человек, а православный люд спрашивает друг друга на улице, когда нынче у нас пасха, в какой день календаря разговляться можно и выпивать?

Или взять тот же праздник Ивана Купалы, раньше бывший Праздником инцеста или промискуитета вернее, когда можно было немного позволить себе языческие сексуальные вольности. Его же ждут, не дождутся. А тут раз и назначили на этот день крещение народа, Ивана Крестителя, который Иисуса крестил. И произошла путаница: то ли водой обливаться по новому празднику, то ли совсем раздеваться и веселиться в таком «непотребном» для христианина виде? Иерархи с ног сбились, объясняя разницу, но народ их до сих пор не может понять. Одни атеисты празднуют оба праздника сразу, сперва обольются, а потом разденутся. Или насчет того, кто был папа Иисуса? Очень большие подозрения есть и вполне обоснованные в Коране, что Свяой дух тут ни при чем, а папой был родной братец Мариам, у меня об этом уже написано. Да и самого Святого духа взяли от Праздника Кибеллы, когда в языческих храмах, а потом и в христианских, такие оргии устраивали, дух захватывает. А куда из католических храмов каменные фаллосы дели, зачем портрет Джованны, женщины-папы убрали? Это же было очень хорошее напоминание о матриархате? Ну, и пусть бы висела, напоминала, может быть, мужики бы умнее были, сговорчивее с женщинами, менее заносчивыми. Да на такую тему вопиющих противоречий внутри христианства специальную книгу можно написать, скучной не покажется. А вот то, что христианство в большой спешке разрабатывали, показывает все это.

Или другой пример. В самом начале христианства очень уж большой вес имели диаконисы, дьяконы женского пола. Куда их дели из истории христианства? А, главное, зачем? Притом диаконесы были, как правило, незамужние, в основном вдовы. Не напоминает ли это о матриархате, который сперва примазался к христианству, а потом был выжжен из него кострами для ведьм? Нет, чтобы рассказать об этом и попытаться объяснить, приказано просто забыть об этом раз и навсегда, так как нормальной логикой этого всего не объяснить.

Теперь надо бы сказать о спешке, куда спешить-то было, впереди ведь вечность, успели бы. Дело в том, что народ эллинский стоял нараскоряку, одна нога в матриархате, другая в патриархате. Долго так не простоишь. Иудеи не собирались делиться с эллинами своим Второзаконием, тогда бы некого было эксплуатировать, все бы стали страшно эгоистичными. Вот поэтому и спешили. А также потому, что сами эллины жили в страшно специфических условиях: половина их мужиков все время была в командировках, то в Трабзоне-Трапезунде, то на Южном берегу Крыма, то на исторической псевдородине евреев. Что творили в это время с их супружеской честью оставшиеся дома жены, это надо читать Эсхила, Софокла и Еврипида во главе с Гомером, в общем, плохо вели себя, прикрываясь матриархатом. Поэтому на мужественных лицах эллинов ясно читалось страдание. Надо было срочно им помочь сбросить иго матриархата, не без выгоды для себя. Думаю, разрешение на постройку маленького городка на Босфоре, без сверхлимитных тройных стен, конечно, евреи получили от эллинов в обмен на слегка недопеченное христианство. Надо признать и то, что наиболее расторопные эллины мужского пола, проявившие себя в агитационной работе, получили статус иудеев, с неотъемлемым правом почитания бога Яхве по второй редакции каменных скрижалей, Второзаконию, что, безусловно, уравнивало их в правах с самими пришельцами. Спешить надо было и потому, что закоренелые иудеи надеялись на то, что греки, утвердившись немного в христианстве, развезут его по всему тогдашнему миру вместе со своими товарами. Только поэтому, я считаю, христианство не довели немного до ума, не опробовали его на двух-трех регионах, как коммунисты свои новые идеи, перед тем как их всех сняли с работы, а сразу запустили его в полный оборот. Жалеть иудеям было нечего, они сразу открестились от авторства христианства. Жалели о поспешности уже сами христиане, доверчивые мои.

Сейчас я приведу один пример, как «евреи в маске» внедряли христианство, чтобы доказать их прямое в этом участие, а потом снова и подробнее сформулирую задачи христианства, вообще «больших религий». Для этого я воспользуюсь книгой француза Джозефа Эрнеста Ренана (1823-92), историка христианства, иностранного члена Петербургской Академии наук (1860), репринтное издание которой осуществлено в 1991 году издательством «ТЕРРА» – «TERRA». Называется эта книга «Марк Аврелий и конец античного мира». Цитата из главы 5 «Возрастающее величие римской церкви. – Псевдоклиментины.» (стр. 46-47): «Греческий язык там (в Риме) был в употреблении едва ли не более чем латинский, и ничего не позволяло предугадывать великий восточный раскол (православие). Церковь пользовалась исключительно греческим языком; литургия, проповедь, пропаганда совершались по-гречески. Аникита (папа) руководил церковью полновластно. В числе азиатцев, посетивших Рим при Аниките (не позднее 180 года новой эры, смерти Марка Аврелия), должно помнить крещеного еврея, по имени Иосифа или Гегезиппа, родом, без сомнения, из Палестины. Он получил тщательное раввинское образование, знал еврейский и сирийский язык и обладал большими сведениями в неписаных преданиях евреев. Но в критике он был слаб. Как большинство обращенных евреев, он пользовался еврейским евангелием (выделено мной). Его рвение к чистоте веры побудило его к дальним путешествиям и к деятельности как бы апостольской. Он странствовал от одной церкви к другой, сообщался с епископами, знакомясь с их вероучением и преемственностью пастырей, связывавших их с апостолами. Догматическое согласие, найденное им в среде епископов, глубоко его порадовало. Все эти маленькие церкви, расположенные по берегам восточной части Средиземного моря, развивались в совершенном согласии. В особенности в Коринфе Гегезипп был чрезвычайно утешен своими беседами с епископом Примом и прихожанами, которых он нашел проникнутыми духом самого чистого правоверия. Оттуда он направился морем в Рим, вступил в сношения с Аникитой и тщательно отметил, в каком состоянии содержалось предание (Священное писание – это сама Библия, а Священное предание – книги, стоящие вслед за Библией, написанные позднее, из изустных преданий апостолов, а затем и римских пап). Гегезипп, хотя и жидовствующий и даже евионит, полюбил эти павловы церкви, и с его стороны это тем более похвально, что его тонкий ум был склонен везде усматривать ереси. «В каждом ряде епископов, - говорит он, - по всем городам, все совершается так, как предписано Законом, пророками и Господом». Он поселился в Риме как Юстин и прожил там более двадцати лет, весьма уважаемый всеми, несмотря на то, что его восточное христианство и странность его ума должны были удивлять».

С точки зрения здравого смысла: кто такой «обращенный еврей-христианин Гегезипп? Он в прежней своей иудейской вере мог быть даже первым заместителем самого Моисея  со своим «тщательным раввинским образованием и знанием неписаных законов евреев». Ну, и что? Какое это имеет значение для христиан? Ведь иудеи распяли их Христа. И даже сама бывшая принадлежность не только к самой верхушке иудейства, но и даже к рядовым его членам, должна бы насторожить христианских начальников, заставить принять его не совсем как равноправного себе христианина, а все же, как перебежчика. Во всяком случае, ему можно было не более как молиться среди прочих прихожан, не высовываясь из этой рядовой толпы. А он что делает? Он форменным образом инспектирует все подряд христианские церкви в Малой Азии, затем в Италии, а под конец и самого папу Римского. Да и еще высказывает свои критические или одобрительные отзывы обо всех христианских церквах подряд и даже о деятельности самого папы. Видано ли такое дело? Это кто же его назначил таким инспектором, что папа Римский показывает ему свои записи священных преданий и чуть ли не на коленях ждет разноса от новообращенного бывшего иудея высокого ранга. Уж не Иисус ли сам пожаловал посмотреть на дела свои земные? Ему ведь надо знать даже преемников действующих епископов, чтобы одобрить или отвергнуть их кандидатуры. А потом вообще остался на 20 лет как представитель президента. И никому не помешало то, что он все еще «жидовствует и даже евионит»? Вы как хотите, а я принимаю Гегезиппа за ревизора, не Хлестакова, а настоящего, наделенного очень высокими полномочиями, вплоть до увольнения папы от занимаемой должности.

Теперь о гегезипповом «иудейском Евангелии». Это еще что такое, иудейское евангелие? Евангелие – это запись рассказов четырех соратников Христа о его странствиях и делах на земле перед его распятием, жизненный путь, так сказать. С точки зрения иудеев Иисус – предатель дела Моисея и за это распят на кресте согласно действующему законодательству. Вспомните, как он гонял торговцев в храме Моисея, как орал во всю глотку и оскорблял слуг моисеевых в храме, дескать «книжники вы, фарисеи», от живой жизни отстали, городите, что попало, людей доверчивых обманываете. И после этого эти самые фарисеи пишут его подробную биографию? Нас же с вами учили, что в иудействе нет Евангелия. А тут явился инспектор в христианский храм, да еще и с иудейским Евангелием, проконтролировать, соответствует ли ему, вернее, иудейству, христианство? И все ему пытаются доказать, что да, мол, соответствует. А он сквозь губу «одобряет».

Ну, и напоследок о греческом языке. Вся Италия разговаривает по-гречески, как на своей собственной латыни. Литургия пусть будет по-гречески, лишь бы певчие пели красивыми голосами. А проповедь? Что с сурдопереводом она идет, или все с «синхронными» наушниками? Но и на улицах Рима «пропаганда» идет по-гречески. Ну и ну, римляне, древнейшая империя, как же вы ослабели. Похоже на то, что, и древнееврейский, и древнегреческий, и «древнеримский» – это один и тот же язык. Даже в первом веке нашей эры. О том же Гегезиппе. Специально указано, что он владеет еврейским и сирийским языками. Потом объехал все церкви  в Малой Азии с греческим языком без переводчика, а потом приплыл в Италию на латинский язык и опять без переводчика. Точно, все три языка одинаковые, то есть один и тот же.

 

Дохристианские государства

 

Я утверждал выше, что христианство основа для образования государств и искусственных народов. Пора рассмотреть государства дохристианские, какие они были. Как в традиционной истории, так и в обоих «новохронах» стараются показать, что империи существовали в дохристианскую эпоху, а христианство вроде бы не оказало существенного влияния на этот процесс. Даже, наоборот, как бы замедлило этот процесс. Более точно: историки не видят никакой связи христианства с образованием империй с кучей совершенно чуждых друг другу народов. Действительно, Британская империя и Российская империя созданы не на основе христианства. Первая основана на грабительских амбициях сильного в научно-техническом прогрессе государства, а вторая – на основе грабительских амбиций слабого в научно-техническом прогрессе государства, но достаточно сильного, чтобы поодиночке, один за одним, облагать данью в виде неравноценного обмена даже не государства, а отдельные племена. Россия на Западе ничего не могла сделать, сколько бы ни пыжились наши историки. Польша была «завоевана» потому, что она была чужда Западу, только сейчас Запад понял, что это не так, и она снова на Западе. Украина «завоевана» на этом же принципе плюс предательство верхушки.  «Окно» в Европу нам стоило столько, что можно было просто его купить, как американцы у нас Аляску. Но и это «окно» сегодня уже не окно, а форточка в окне. Думаете, в многочисленных турецких войнах мы Болгарию защищали, нет, мы Босфор хотели присвоить, но и из этого ничего не вышло. Крым мы завоевывали раз шесть, но его и защищать было практически некому: Турция далеко и ей защищать его было несподручно. Россия на Западе никогда не имела успеха долговременного, несмотря на то, что мы угробляли миллионы наших людей на эти «завоевания». Научно-технический прогресс и технологии не те, которые требуются для «малокровного» завоевания, а главное – для удерживания завоеванного.

Вернемся в дохристианские государства. Как бы историки не хотели, но Византия не была, ни империей, ни даже государством. Никто ее не боялся и не платил ей дань (исключая упомянутые пошлины), никаких фем и провинций у нее не было. Вся Византия – это только город Константинополь за тройными стенами и с воротом, на который наматывалась железная цепь через Босфор. Византия сама всех боялась и при известной наглости, напористости и, не экономя солдат, ее время от времени грабили прохожие молодцы.

«Империя» Александра Македонского мне напоминает знаменитый «рейд Ковпака по тылам немецко-фашистских захватчиков» во время Второй мировой войны. Как это было? Компактная, сильная, хорошо вооруженная, сплоченная, мобильная группа быстро перемещается на «оперативном просторе» от деревни к деревни, от городка к городку. Врывается в очередной населенный пункт, сильнее в 10 раз охраняющих ее «инвалидов Белгородской крепости», вешает наспех их, взрывает, что взрывается и растворяется в пространстве. Затем появляется в следующем городке, пропустив несколько по пути «без завоевания», поэтому проследить ее путь достаточно сложно, несмотря на авиацию и радиосвязь. Во взорванных городках власть немцев немедленно восстанавливается, как только Ковпак ушел. Вот это и есть «империя Александра Македонского», только значительно больше по площади его «рейда». Умер Александр, «рейды» прекратились, империя испарилась. «Империи» Навуходоносора и прочих древних не завоевателей, но рейдовых грабителей, наподобие Стеньки Разина с его походом в Персию. Тамерлана тоже туда отношу. Как помрут, так «империя» их кончается. В наших Причерноморских степях таких «империй» тоже было немало, начиная от Гуннской империи, и кончая Половецкой, или, если хотите, Печенежской.

Государства все же были. На одних греческих островах их было штук десять, даже больше, если их внимательно пересчитать. Это чисто этнические государства, этнос – государство. Сабиняне – государство, Лациум – государство, Ярославль с деревнями – государство, Великий Новгород, Тверь, Рязань, Киев, Салоники, Венеция и так далее – все отдельные, независимые и суверенные государства. Если все их перечислить, одни названия, страниц сто выйдет. Они, конечно, соединялись силой или выгодой, укрупнялись, разукрупнялись, воевали, мирились. Но почти любое такое укрупнение-разукрупнение происходило на памяти одного поколения, пока был жив вождь такой пертурбации. Иногда, правда, – чуток подольше.

Древней Римской империи, как не покажется оглушительно странно, тоже не было. А, с чего ей взяться? Какие силы могут удержать даже не десятки, а сотни народов в повиновении? Военно-полицейские? Так у них же автоматов не было. А на военный нож всегда найдется кухонный, еще острее. Идеологические силы? Так у них у всех свои собственные боги, которых они не столько любят, сколько уважают за их «силу». А все прочие боги, это всего-навсего портреты «политбюро», притом чужой страны. Лозунга: «человек – человеку: друг, товарищ и брат» еще не было, его-то и написал бог Яхве на скрижалях первой редакции. А все эти квадриги, легионы в каре и прочие римские штучки, так это же парадные войска, «слушатели» всяких римских академий плюс «кремлевский полк», который очень ловко держит строй, а стрелять не умеет, а тем более, «прятаться в складках местности». Конечно, эти легионы пропившиеся римские диктаторы водили кое-куда, не далее трех дней пешего пути, пограбить соседей, но и у тех были точно такие же легионы. Поэтому случались даже войны между этими легионами. Какой легион выиграет такую битву, тот и грабит, сколько может унести, любая половина награбленного – царская, остальное – личная собственность легионера. Все просто и понятно, как веретено в руках римских дам. Награбив, надо же нести это все домой, не оставаться же там навсегда, там же легионерам абсолютно нечем заняться. Притом часто случалось так, что легион ушел грабить направо, а сосед слева узнал, что ушли «защитники отечества» и пришел грабить семьи этих, на данный момент уже не защитников, а грабителей. Так тоже очень часто случалось, судя по древним мифам. Поэтому грабители, награбив всякого добра, спешили домой, становиться защитниками награбленного. И пока не истратятся до «исподнего» или их главарь не проиграется в кости, новых «завоеваний», как правило, не устраивали. Какая уж тут «Империя», да еще и «Римская»? Вот когда туда сел папа по фамилии Римский, да подкопил деньжат немерено, вот тогда другое дело, тогда заговорили амбиции, прикрытые слегка идеологией, дескать, вы не тем богам молитесь.

Для создания империи нужна имперская идеология, а до христианства, таковой не было. Иудаизм для военного завоевания и создания империи не годится, ибо иудаизм – это идеология  личная, она объединяет отдельных людей по «правилам жизни». Но из этого же нельзя даже государства создать, не то, что империю. Поэтому евреи так и не создали ни одной империи под своим собственным именем, если не считать Хазарский каганат, в котором они деньги считали и «культ соли» ввели. Однако, они принимали самое активное участие при создании всех империй, начиная с Римско-Германской. И в любой из них чувствуют себя, исключая малые периоды «гонений на них», хорошо. Что касается имперской идеологии, то для меня нет сомнения, что ее не только создали, но и усиленно внедряли именно евреи, для чего и был приведен пример с Гегезиппом. Можно и другие примеры привести, включая древнего римского историка иудейского происхождения Иосифа Флавия. Об этом даже можно почитать у иудейского писателя Фейхвангера, убежавшего от Гитлера в Америку. Если хорошо покопаться, то можно установить, наверное, что вообще всю историю написали евреи на правах первых грамотеев, за исключением истории Древней Греции, потому что это и есть значительная часть Иудеи. Вот потому-то и оказалась история такой запутанной, никак истока евреев не найти, хронология совсем худая, а дела их очень уж видны, даже невооруженным взглядом, во всех исторических перипетиях. Что касается Фейхтвангера, то я очень его люблю, хотя бы за то, что он показал иудейскую идеологию в самом чистом виде и в литературной форме, правда, не ссылаясь на Второзаконие, на примере своего «Еврея Зюсса». Что же от него больше ждать? Чтобы он вывернулся наизнанку? 

Вот еще что я хотел сказать, заговорив о Фейхтвангере. Голливуд, по-моему, сегодня, так же как и телебашня в Останкино, контролируется иудеями. Уж очень широко освещается Голливудом мировая история на традиционной основе. Начиная от римских цезарей во главе с любвеобильной Клеопатрой, покорившей их сердца. Жизнь там показана такая сусальная, почти что рыцарская, что не соответствует действительности из-за отсутствия «Первозакония» Моисея в те поры. В те времена свирепствовал промискуитет, браки с самыми наиближайшими родственниками, никто не знал слова «чужое», не говоря уже о грамотности. А молодые люди мужского пола в наши дни феминизировались, у них пропал аналитический ум из левого полушария, поэтому они не читают аналитических книг, а все воспринимают через эмоции, в картинках, совершенно как женщины. Вот для них Голливуд и выпускает эти «исторические» фильмы, чтобы они хоть немного отличали кесаря от «кесарева сечения».

 

Первые два века от Рождества Христова. Католичество

 

Я выше говорил, с какими большими «недоделками» сдали в эксплуатацию здание христианства. Сколько же лет эти недоделки устраняли? Сколько их еще осталось не устраненных, в самом фундаменте, подвергнутом «вторичной засыпке» на века? «Внедрять» христианство в таком виде было опрометчиво, кто же будет жить в доме на сваях, половина которых «висячие», то есть на принципе трения, а половина «отказных», забитых до скалы? Висячие сваи будут все равно понемногу опускаться ниже, в то время как «отказные» будут стоять намертво. Но дом-то не резиновый – лопнет. Как видите, пока не лопнул, хотя и весь в трещинах, разделяющих христианские «толки». Но стоять ему все равно недолго, фундамент разваливается на глазах и ремонту не подлежит.

Для анализа возьмем мнение Эрнеста Ренана о первых двух веках католического христианства, выработанного им в книге «Марк Аврелий и конец античного мира». Репринтное воспроизведение издания Н. Глаголева издательством  «Терра» – «Terra», 1991. В Предисловии он пишет: «Чтобы быть логичным, я должен бы был начать Историю возникновения христианства с истории еврейского народа. Христианство получило начало в 8 веке до Р.Х., когда первенствующие пророки, овладев израильским народом, сделали его народом Божиим, призванным внести в мир чистое богопочитание. До тех пор, культ Израиля не отличался существенно от эгоистического, алчного культа всех соседних племен, о котором свидетельствует, например, надпись царя Мезы. Переворот совершился в тот день, когда вдохновенный человек, не принадлежавший к духовенству, осмелился сказать: «Как можете вы думать, что Богу угодны курения ваших жертв и тук ваших козлов. Оставьте эти жертвоприношения, которые суть мерзость перед Господом; делайте добро». Исайя был в этом смысле первым основателем христианства. Иисус, в сущности, только выразил общедоступным и пленительным языком то, что было сказано семьсот пятьдесят лет до него, на классическом еврейском языке. Прежде чем выводить Иисуса на сцену его деятельности, следовало бы показать, каким образом религия Израиля, не имевшая, быть может, первоначально никакого преимущества перед культами Аммона или Моава, сделалась религией нравственной, и как история религии еврейского народа была постоянным стремлением к богопоклонению в духе и правде. Но жизнь коротка, и ее продолжительность неведома. Поэтому я взялся сначала за самое спешное, бросился в средоточие вопроса и начал с жизни Иисуса, предположив уже известными предшествовавшие перевороты еврейской религии».

Я вынужден сказать российскому академику, французу Ренану, что как раз «самым спешным» и было рассказать «как история религии еврейского народа была постоянным стремлением к богопоклонению в духе и правде», ибо «жизнь Иисуса» и без Ренана столько раз описана, что в ней сами апостолы запутались: один говорит так, другой – эдак. А вот «предшествовавшие перевороты еврейской религии» до сих пор остаются неосвещенными. Выше я уже показал, как Фрэзер на чистом «этого быть не может потому, что не может быть никогда» «доказал» нам, что Второзаконие было «Первозаконием». Я, надеюсь, обоснованно его  поправил. Ренана «поправлять» у меня нет никакой возможности, так как он совсем отказался исследовать вопрос, заявив без всяких на то оснований, как сомнамбула в спящем виде, что «религия Израиля сделалась религией нравственной». Поэтому я говорю ему коротко: «Загляните в наш век оттуда, где Вы есть в настоящее время, может быть у Вас сейчас мнение на этот счет изменилось?».

Последняя моя фраза отнюдь не означает, что Ренан «плохой» источник для моего анализа. Как раз наоборот. Только на первых 30 страницах его книги в сносках упомянуто 33 древних автора, на слова которых он ссылается. Мне никогда не добраться до стольких первоисточников при всем моем желании. Поэтому, кроме ценности его рассуждений, еще большую ценность представляет его цитирование. Он ведь ни одной своей мысли не высказывает, не подтвердив ее словами древних авторов. Конечно, выбор цитат из них и направление общей мысли Ренана мне не нравятся, поэтому пользоваться его ссылками против его самого будет трудно, но что поделаешь, у меня нет другого выхода.

Чтобы войти, так сказать, с головой в эту эпоху цитирую отрывочно ее характеристику из главы: «Воцарение Марка Аврелия»:  «В первой книге своих Дум, Марк Аврелий сам начертал нам картину той чудной среды, где, как бы в чудесном сиянии движутся благородные и чистые образы его отца, матери, деда, наставников. Благодаря ему, мы имеем возможность понять, сколько в старинных римских фамилиях, которые видели царствования дурных императоров, сохранилось еще честности, достоинства, прямоты, гражданского и, смею сказать, республиканского духа. Там чтили память Катона, Брута, Тразея и великих стоиков, душа которых не преклонилась перед тиранией. Царствование Домициана там ненавидели. Воцарение Антонинов было лишь призванием к власти того общества, чье праведное негодование нам изобразил Тацит, общество мудрых, сплотившихся путем союза всех, кого возмущал деспотизм первых цезарей. Ни суетная роскошь восточных царств, основанных на низости и глупости людей, ни педантическая гордыня средневековых владычеств, воздвигнутых на преувеличенном уважении к наследственности и наивной вере германских племен в права крови, не могут дать нам понятия о чисто республиканском владычестве Нервы, Траяна, Адриана, Антонина и Марка-Аврелия. Греческая педагогия достигла тогда высшего совершенства, и, как бывает в вещах такого рода, совершенно приближалась к упадку. Ученые и философы делили между собою общественное мнение и горячо враждовали один с другим».

Прочитав эту характеристику эпохи кануна 33-летия Христа, я сразу подумал, а на кой, простите, черт, он вообще родился? На земле уже присутствуют «честность, достоинства, прямота, гражданский и даже республиканский дух». Всем понятна «суетность и роскошь восточных царств». «Низость и глупость людей», «гордыня», «преувеличенное уважение к наследственности», «чисто республиканское владычество» тоже известны.  И они не только присутствуют, но, оказывается, даже сохранились с древнейших времен. А Иисус как раз и родился, чтобы их «внедрять». Как будто Богу неизвестны дела земные. Я не могу никак с этим согласиться. Если Бог послал Иисуса, то дела должны были обстоять с упомянутыми категориями нравственности как нельзя хуже. Или он прибыл с совершенно другой целью. Иначе бы «игра не стоила свеч». Так как все упомянутые Ренаном нравственные категории уже были, и сам Ренан с помощью древнейших  авторов это подтвердил, то я ничего не могу придумать лучшего, как высказать предположение следующего вида: «Пора было сбрасывать матриархат, переходить к патриархату с единым богом для нескольких десятков народов и на этой  основе создать первую империю, пробную или, пожалуй, экспериментальную, чтобы красивее звучало. А теперь о присказке «как бывает в вещах такого рода». Очень уж она мне не нравится в контексте с «упадком греческой педагогики, достигшей высшего совершенства». Я, конечно, согласен с Ренаном, что высоко забравшиеся вещи могут упасть с этой высоты, но это-то как раз и не аксиома. Могут и не упасть, если не качаются, свесив ноги, а укрепляют и расширяют эту высоту. Поэтому более вероятно что, достигнув высоты, остаются на этой высоте, а, отнюдь, не приближаются к упадку. Доказательств этому миллион. Ведь, не забыли мы на сегодня, слава Богу, ни арифметику, ни теории вероятностей, относительности и так далее? Да и вряд - ли забудем, если не случится атомная война и «ядерная зима».

Вот почему, используя знания Ренана, я не согласен с ним самим, даже с тем как он ставит вопрос для своего исследования. Он заранее любит христианство, о вкусах не спорят, пусть любит, его это право, любить. Но сама любовь ничего не доказывает. Но с толку сбивает. Я тоже всего несколько лет назад любил христианство. Его так украшают выше упомянутые шесть заповедей, которые Моисей отбросил во второй редакции скрижалей. Я думал, что они не были известны до христианства, поэтому я христианство и любил. Но когда начал с этим разбираться, то оказалось, что христианство почти только для видимости взяло на вооружение эти прекрасные пожелания, а само поставило священников в полковые капелланы, строго-настрого наказав им благословлять на победу воинов, благословлять убийство людей. Вот тут-то я и задался вопросом: а зачем, собственно, оно возникло? И постепенно пришел к выводу, что оно искусственно и даже неумело создано только для прекращения матриархата и организации империй. Поэтому я сейчас его не люблю уже, а потому и рассуждать могу более здраво. Любовь меня не сбивает с толку как Ренана. 

Сейчас Ренан будет доказывать мою версию, не подозревая даже, что он сам докажет совершенную бесполезность христианства с точки зрения улучшения жизни людей. Слово Ренану. Глава «Улучшения и реформы – Римское право»: «Как государь, Марк-Аврелий был осуществлением либеральной политики в высшем ее совершенстве. Основу его действий составляло уважение к людям. Он знает, что в интересах самого добра не следует проводить его слишком непреклонно, так как нестесненное проявление свободы необходимое условие человеческой жизни (выделено мной). Общественная помощь, получившая начало при Нерве и Траяне, развитая Антонином, достигла при Марке-Аврелии высшей точки своего развития. Принцип, в силу которого на государство возлагались родительские, до известной степени, обязанности по отношению к своим членам (и об этом принципе мы должны вспоминать с благодарностью, даже когда его перерастем) был впервые возвещен миру во 2 веке. Постоянный эдикт Сальвия Юлиана был первым полным выражением этого нового права, которому предстояло сделаться всемирным. Это было торжество греческой мысли над латинскою. Жесткое право уступать дорогу справедливости; кротость берет верх над строгостью; правосудие кажется нераздельным с благотворительностью (выделено мной). Получили начало акты гражданского состояния и метрические записи, множество постановлений, направленных к водворению правосудия, распространили во всех органах правительства дух кротости и человечности. Наибольшие благодеяния Антонин и Марк-Аврелий оказали рабам. Некоторые наиболее чудовищные стороны рабства были смягчены. Допущена возможность несправедливости владельца по отношению к рабу. Виды телесных наказаний определены законом. Убить раба становилось преступлением. Чрезмерно жестокое обращение признается проступком, обязывающим владельца продать несчастного, которого он истязал. Наконец, раб появляется в судебных учреждениях, становится личностью, членом общества. Он владеет своим достоянием; имеет семью; нельзя отдельно продавать мужа, жену, детей. Применение пытки ограничено. За некоторыми изъятиями, владелец не может продавать своих рабов для боя с дикими зверями в амфитеатрах. Рабыня, проданная под условием ne prostituatur, ограждена от дома терпимости. Установлен, так называемый favor libertatis; в случае сомнения, принимается толкование, наиболее благоприятствующее свободе. Постановляются приговоры по человечеству, вопреки строгости закона, часто даже наперекор букве завещания.  По существу, начиная с Антонина, юрисконсульты, проникнутые учением стоиков, считают рабство нарушением естественного права и изыскивают лазейки для его ограничения. Отпускать на волю поощряется всячески. Марк-Аврелий идет дальше и, в известных пределах, признает за рабами право на имущество владельца. Сын, жена, малолетний сделались предметом законодательства разумного и человечного. Сын остался обязанным отцу, но перестал быть его вещью. Ненавистнейшие излишества, которые старейшее римское право считало естественным предоставлять родительской власти, были отменены или ограничены. На отца возложены были по отношению к детям обязанности, за исполнение коих он ничего не мог требовать. Сын, со своей стороны, обязан был пропитанием родителей, соответственно своим средствам. По прежнему праву мать почти не принадлежала к семье мужа и детей (выделено мной). Сенатские постановления 158 и 178 года установили право наследования матери по ребенку и ребенка после матери. Чувства и естественное право берут верх. Превосходные законы о банках, о торговле рабами, о доносчиках и клеветниках положили конец множеству злоупотреблений. Фиск всегда был суров, требователен. Теперь постановлено было, чтобы в случаях сомнительных дело решалось против фиска. Налоги, сбор которых озлоблял население, были отменены. Длительность тяжбы уменьшена. Уголовное право сделалось менее жестоко, и обвиняемому были дарованы драгоценные гарантии. Основной принцип стоиков, что вина в воле, а не в факте, сделался душой права. Таким образом, окончательно сложилось чудесное целое, названное римским правом, тоже своего рода откровение, честь коего, по неведению, присваивается компиляторам Юстиниана; но которое, в действительности, было делом великих императоров 2 века, превосходно разъясненным и продолженным выдающимися юристами 3 века. Римскому праву предстояло торжество менее шумное, нежели христианству, но в известном смысле более прочное. Вытесненное сначала варварством, оно воскреснет к концу средних веков, станет законом возрождающегося мира и при небольших изменениях сделается законом новейших народов. Этим-то путем великая школа стоиков, попытавшаяся во 2 веке преобразовать мир и испытавшая, как казалось, полную неудачу, в действительности одержала полную победу. Собранные классическими юристами времен Северов, искаженные и измененные Трибонианом, тексты сохранились и стали впоследствии законом всего мира. Марк-Аврелий всегда относился к человеку, как к существу нравственному, никогда не выставляя его машиной или средством, как часто делают политики, почитаемые трансцендентальными. Он не мог изменить ужасного уголовного уложения того времени, но смягчил его в применении. Основан был капитал для погребения бедных граждан; погребальные коллегии получили разрешение наследовать, и стали юридическими лицами с правом владеть недвижимостью и рабами, которых могли и отпускать. Сенека сказал: «обратившись к началу вещей, увидим, что отцами всех людей были боги». Завтра Ульпиан скажет: «По естественному праву все люди рождаются свободными». Марк-Аврелий желал прекратить отвратительные зрелища, зрелища, которые превращали амфитеатры в истинные места ужаса для каждого, не утратившего нравственное чувство. Ему это, однако, не удалось; эти гнусные представления стали частью народной жизни (все выделено мной).  Толпа кричала: «Он хочет лишить нас удовольствий, чтобы заставить нас философствовать». Завсегдатаи амфитеатров были единственными лицами, которые его не любили».

Вы представляете себе, в этом длиннейшем абзаце я скомпилировал фразы Ренана, часть из них выпустив, но, не добавив в приведенные грамматические предложения даже запятой. Это же Гимн Праву, Ода Право,  Кантата Правосудие, Оратория Презумпция Невиновности, наконец, величайшее из всех прав, Право Естественной Свободы Человека! 

Все это существовало до христианства! Я недаром упомянул, что Ренан каждую свою мысль обосновывает точными ссылками на древние первоисточники, вплоть до страницы. Я добавлю только, что выделенную мной фразу «по прежнему праву мать почти не принадлежала к семье мужа и детей» следует читать: «отец почти не принадлежал к семье матери и детей». Это простительная «опечатка» Ренана, ведь он не читал Фрэзера, ибо тот намного младше. Как я и обещал, Ренан исчерпывающе доказал ненужность христианства в деле становления не только моральных принципов, но и естественного права человека быть таковым. Ренан и я с его помощью описываем события с 161 по 180 год новой эры (царствование Марка Аврелия), а Христос только приступил к своим обязанностям Бога в 33 году новой эры. Еще надо было написать про него книжки, создать христианство и хотя бы немного его распространить. Поэтому начало христианства и Марк Аврелий практически синхронные события. Прошу об этом не забывать. А если будете все время это помнить, то у вас даже не закрадется тени сомнения в том, что христианство совсем не было нужно для всего того, что описано выше. Тогда прошу подумать, а зачем оно тогда понадобилось, если для права, закона, презумпции невиновности, естественного права свободы человека не было нужно? Только для провозглашения любви к ближнему? Христианство, что, добилось этой любви за 2 тысячи лет? Или прокукарекали, а там хоть не рассветай? Да сама любовь всех ко всем физиологически противоестественна. Вот, видите, как развертываются события?

Еще я хотел обратить ваше внимание на чернь, которую словами древних авторов описывает Ренан. Это же точная копия нашей советской черни, мировой черни. Чернь всех стран, соединяйся! Не таков ли лозунг в своей сути «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!». Жалкие Вы, коммунисты. Пожелания-то у вас благие. Только кого вы призываете? К чему? Вы же не призываете, нобелевских лауреатов объединяться за показ гладиаторских боев? Вы чернь призываете бить и крушить все вокруг, притом, не ею построенное. Притом, «основоположники»-то ваши читали, поди, у Ренана, а может быть и в самих первоисточниках, описание «нравов» черни?

Однако вернемся к тому, как Ренан доказывает ненужность и несвоевременность внедрения христианства в главе «Владычество философов»: «Никогда еще до тех пор задача осчастливления человечества не преследовалась с такой последовательностью и настойчивостью. Подвергавшаяся в течение двухсот лет насмешкам грубых римлян, греческая философия побеждает их силой своего терпения. Уже при Антонии были философы привилегированные, получавшие пенсии, пользовавшиеся, до известной степени значением должностных лиц. Теперь Марк-Аврелий  буквально окружен ими. Бывшие его наставники сделались его министрами, государственными людьми. Вполне естественно было, что те, в ком еще сохранялась твердость, неподатливость и сила прежнего римского духа, отнеслись с неудовольствием к этому захвату высших должностей республики людьми без предков, без боевой отваги, принадлежащих большею частью к восточным расам, которых истые римляне презирали.  Стоицизм, столь много сделавший для улучшения душ, оказался немощным в борьбе с суеверием; он возвысил сердца, но не умы. Число истинных ученых было ничтожно. Все исступления ума находили приверженцев, самые вредные колдуны имели успех. Таким образом, умственный прогресс нисколько не соответствовал общественному. Его (Марка-Аврелия) целью было улучшение людей, а на это требовались века. Христианство имело эти века перед собою, у империи их уже не было. Марк-Аврелий: «Как изменить внутреннее расположение людей? А без перемены в их мыслях, что можешь ты получить, как не рабов подъяремных, выказывающих лицемерные убеждения. Довольствуйся тем, что немного улучшил дело, и не считай этот успех неважным»».

Милый Ренан, какой же Вы, однако, наивный, или прикидываетесь? Надо было просто выглянуть в окно. Вы писали эту книгу где-то в 1860-х, например, в год избрания иностранным членом Петербургской Академии, точной даты у меня нет. Прошло с момента описываемой Вами картины 1700 лет. Выгляньте, пожалуйста, в окно и не скрывайте от нас своих наблюдений. Разве видимые Вам в окно ваши «римляне» «не презирают» всех и вся? Разве христианство, вытеснившее любезный Вам «стоицизм», не оказалось «немощным в борьбе с суеверием»? Разве христианство «возвышенные стоицизмом сердца» довело до возвышения «умов» этих сердец? Разве на улицах Парижа в 1860 году, через 1700 лет,  «умственный прогресс уже соответствовал общественному»? У Вас же все еще не наступила Пятая республика. И разве Вы не почувствовали при этом, что французскому народу еще потребуются века два для более или менее сносной демократии по Марку Аврелию плюсом к уже прошедшим семнадцати? Разве Вы не подумали при этом словами Марка Аврелия, приведенными Вами же чуть выше о почти тщетности своих усилий, но которые все равно надо прикладывать? Это же великие слова, как их можно забыть, выглядывая в Ваше окно? Неужели Вы не видите в окно «рабов подъяремных, высказывающих лицемерные убеждения»? С Вашим-то умом. Кто же тогда все это увидит? Я-то их и сегодня вижу в свое окно, в 2000 году. Так что никакого прогресса в этом деле христианство за 1700 лет не добилось, и Вам это было отлично видно в Ваше окно. Самое смешное, господин Ренан, это то, что у христианства эти века, о которых Вы говорите и в которых оказываете Марку –Аврелию, прошли уже, притом на Ваших глазах, целых семнадцать, Вы же историк. Вам надо было сказать поэтому, что никакого прогресса христианство не принесло в рассматриваемом Вами вопросе. Но Вы продолжаете, как бы надсмехаться над стоиками, и все еще надеяться на христианство: авось добьется успеха, хотя Вам уже совершенно ясно, что нет. Вы, выглядывая в окно, совершенно машинально не заметили, что на дворе уже не католичество, а протестантизм – большая тема моего дальнейшего, в специальном месте, исследования. Уже прошла так называемая Реформация – это величайшее достижение человечества, единственное в своем роде, единственное в целом мире, целиком и полностью принадлежащее гению Западной Европы, в основном Германии и Англии. Российская империя потому и осталась в стороне от прогресса, будучи европейской, но не западноевропейской. Она вовремя перешла из католичества, ставшего протестантизмом, в совершенно рабское православие, не давшее ей присоединиться к Западной Европе до сего дня. Я поговорю об этом более подробно в соответствующем месте.

Сейчас я передам словами Ренана, что же представляло собой раннее христианство (глава «Гонения на христиан»): «Философия, так прочно укрепившаяся в сердце Марка-Аврелия, была враждебна христианству. В целом, сословие греческих педагогов было враждебно христианству. Марк-Аврелий, несомненно, знал многих христиан. Тот род сверхъестественности, который составлял основание христианства, был ему противен; а относительно евреев он разделял чувства всех римлян. Должно помнить в особенности, что христианство не просто требовало свободы культов: всем культам, которые сами были терпимы к другим, жилось очень свободно в империи; причина же исключительного положения христианства и, ранее его, иудаизма, заключалась в их нетерпимости. Закон требовал гонений, но народ был гонителем в еще большей степени. Злонамеренные слухи, распространяемые евреями и разжигаемые озлобленными миссионерами, как бы странствующими приказчиками клеветы, настраивали враждебно самые умеренные и искренние умы. Народ был привержен к своим суевериям и раздражался против тех, которые выступали против них с насмешками. Когда в большом государстве интересы известной партии в противоречии с благом целого, ненависть неизбежна. Между тем, христиане желали в сущности, чтобы все шло, сколько возможно хуже. (Совсем как коммунисты – добавлю я). Они не только не стояли заодно с добрыми гражданами и не старались победить опасности, угрожавшие отечеству, но, напротив, ликовали по их поводу».

Ниже, из главы «Возрастающее величие римской церкви» даже у Ренана, апологета христианства, прямо отмечается стремление к мировому господству, пока не государства, но церкви. А несколькими строками выше показана веротерпимость римлян: «всем культам жилось очень свободно». Итак: «Греция продолжала путем гностицизма свою работу чистого мышления, Рим отдался с поразительной последовательностью делу организации и управления. Все авторитеты и все ухищрения признавались для этого годными. Политика не уступает перед обманом, а политика уже свила себе прочное гнездо в сокровеннейших советах римской церкви. Около этого времени пробилась новая струя поддельной литературы, посредством которой римская церковь попыталась еще раз подчинить себе христианский мир.

Христианская проповедь развивалась и сливалась с богослужением. Проповедь сделалась существеннейшей частью священных собраний. Вся эта литература 2 века отмечена характером совершенного единства. Главной отличительной ее чертой является дух практической организации. Делом Рима была дисциплина, католицизм. Церковь – корабль, где, для спасения пассажиров, каждой должности присвоены известные обязанности. Нравственность строга и уже отдает монастырем. Любовь к богатству порицается. Женские наряды лишь вызов к греху. Женщина ответственна за грехи помышлением, в которые из-за нее впадают. Не читать языческих книг – Библии достаточно, в ней все есть. Это правила для мирян. На епископах, священниках, дьяконах, вдовах лежат обязанности более сложные. Так как христиане представляли все свои споры на суд епископа, то его судилище действительно становится гражданской инстанцией, имевшей свои уставы и законы. Смешанное общество язычников и христиан сделалось невозможным. Запрещалось принимать участие в увеселениях язычников, есть, веселиться с ними. Подготавливалось владычество сильной теократии».

Самое замечательное в том, что Ренан пишет правду, как она есть, ибо он хочет доказать, что это и развалило Римскую империю. Но никакой империи и не было. Она только подготавливалась католическим христианством. Ибо Римскую империю можно было за три дня пройти пешком, как я уже говорил выше.

Я уже отмечал скоропалительность конструирования христианства, когда наделали кучу ошибок. Теперь передам словами Ренана исток православия и католичества и их разлада (глава «Вопрос о Пасхе»):

«Усилиями взаимного снисхождения удалось набросить покров на глубокое различие между двумя христианствами – тем, которое считало себя продолжением иудейства (православие), и тем, которое признавало себя разрушителем иудейства (католичество). День пасхи был причиною глубокого разлада между христианскими церквами. Римская церковь переставила пасху, отнеся ее к первому воскресению, следующему за 14 низана, и отождествляя его с праздником воскресения Христова (что и привело потом к пяти одинаковым числам и григорианскому календарю, игнорируемому астрономами). Большинство епископов Азии, верные традиции первых Евангелий, и ссылаясь на Матфея, настаивали на том, что Иисус перед смертью вкушал пасху со своими учениками 14 низана. Таким образом, они праздновали этот день в одно время с евреями, в какой бы день недели он ни пришелся. Потом договорились о воскресном праздновании. Это обсуждение имело большое значение. Этот спор помог церкви лучше уяснить себе свою организацию. Во-первых, выяснилось, что миряне стали совершенно ничтожны. Одни епископы вмешиваются в вопрос, выражают мнения. Возник, таким образом, как бы зародыш федеративной организации, попытка к разрешению вопросов посредством провинциальных соборов, под председательством епископов, сносящихся потом между собой».

В скобках мои замечания. Главное же в другом. Само первоначальное совпадение иудейской и православной Пасхи показывает на автора первичного христианства – православия: иудеи. У иудеев Пасха же не празднование Христова воскресения, а у христиан – именно празднование воскресения Христа, но какое же это воскресение, если оно первоначально было, например, с понедельника до субботы, в любой день. Вот почему я и говорил о «комиссии балбесов», которые, кто в лес, кто по дрова. Такую галиматью можно придумать только в спешке при острой потребности. Разве это религия? Да любая разновидность язычества, и стройнее, и изящнее.

Империю, вернее принцип ее необходимости придумали отнюдь не полководцы-разбойники, они же цари-короли. У них голова болела, где бы пограбить, поэтому была «маленькая», зато руки крепкие. Религию, как основу власти придумали жрецы-умники, которым было мало своих «приходов». Вот как описывает это Ренан в главе «Полное торжество иерархии. Последствия монтанизма»: «Таким образом, благодаря иерархии, признаваемой представительницей предания двенадцати апостолов, церковь совершила, не ослабив себя, труднейшее из превращений. Она перешла из состояния кружкового, если позволено будет так выразиться, в состояние светское, из маленькой общины ясновидцев стала церковью, открытой всем и, следовательно, подверженной многим несовершенствам. Что бы ни говорили монтанисты, стало возможным быть христианином, не будучи святым. Повиновение церковной власти теперь важнее в христианине, чем дары благодати. Иерархия даже предпочтет грешника, прибегающего к обычным способам примирения, высокомерному аскету, который сам себя оправдывает или воображает, что не нуждается в оправдании. Так как идеал совершенства, положенный в основу Галилейской проповеди Иисуса (монтанисты) и от которого немногие истинные ученики никогда не отступятся, не может существовать в мире, то должно было создать, для осуществления этого идеала, закрытые миры, монастыри, где бедность, самоотречение, взаимный надзор и исправление, послушание и целомудрие строго бы применялись. Монтанизм был крайностью, он был обречен на погибель». Этими словами Ренан доказал, что совершенство, проповедуемое Христом недостижимо, тогда зачем само христианство, как не для власти над людьми? Видите, повиновение иерархам важнее благодати? У коммунистов и фашистов – то же самое.

Следующий отрывок можно было и не приводить. Но он очень хорошо иллюстрирует совершенно идиотское «общественное мнение», застрявшее в нашем сознании как кость в горле: не проглотить, и не выплюнуть. Я уже вдоволь нахохотался, когда писал, как шли гунны с Тихого океана в Германию. Ренан же, пишет о том же самом с совершенно серьезным видом в главе «Марк-Аврелий у Квадов. Книга дум»:

 

«Действительная опасность была за Рейном и Дунаем. Там жили в грозной неизвестности энергичные племена, преимущественно германского происхождения, которых римляне знали лишь по красивым и верным телохранителям, которыми иные императоры любили себя окружать, или по великолепным гладиаторам, которые возбуждали бурные восторги амфитеатра, когда внезапно разоблачали красоту своего нагого тела.  Все германские и славянские племена, от Галлии до Дона, маркоманы, квады, нариски, гермундуры, свевы, сарматы, виктовалы, роксоланы, бастарны, костобоки, алланы, певсины, вандалы, язычи, как будто сговорились прорвать границу и наводнить империю. Но давление шло издалека. Теснимая северными варварами, вероятно готами, вся славянская и германская масса пришла в движение. Эти варвары с женами и детьми требовали, чтобы их допустили в империю и дали им землю или денег, предлагая себя в обмен для военной службы. Вполне удостоверена истина, что философское усовершенствование законов не всегда соответствует развитию государственной силы. Война дело грубое, она требует грубых людей. Поэтому часто случается, что нравственные и общественные улучшения приводят к упадку военной силы. Армия остаток варварства, которое развивающийся человек оставляет как необходимое зло. Уже Антонин имел сильное отвращение к применению оружия. Прием на службу варваров совершенно изменили характер легиона.  Конечно, и христианство уже стало отвлекать лучшую часть государственной силы. Если подумать, что, рядом с этим обветшанием, волновались не имеющие отечества толпы, ленивые к обработке земли, любящие только убийство, охочие только к побоищу, хотя бы со своими, то станет ясным, что предстояло большое перемещение рас. Цивилизованное человечество еще недостаточно укротило зло, чтобы предаваться мечте о прогрессе путем мира и нравственности». Ха-ха, да, и только. Хотя можно и подробнее.

Это кто же нас теснил с Северного полюса на римлян? Никак белые медведи? Племя готов, если помните, в Византию приняли на работу традиционные историки. С женами и детьми только цыгане кочуют, но они в жизни своей никогда работу не требовали, притом военную. Прием на службу варваров – это по-нынешнему вербовка, сами не придут. Вербовали, как и в советские времена, самую рвань и дрань на стройки коммунизма. А вербовали зачем? Разнежились, денег католические попы накопили. Они до сих пор для своей охраны швейцарцев используют за деньги. А из России царь не пустит, я это ниже докажу. Единственно верно то, что более образованные граждане не хотят на фронт, и если их пулеметами сзади не подталкивать, сами не пойдут в атаку. Но это не только к образованным гражданам относится, а вообще ко всем, если их посылают не родину защищать, а завоевывать для своих царей престиж и жизненное пространство.

Мы часто представляем описываемые времена, как времена сплошных идиотов, хоть и в штанах. Я на это уже много раз обращал внимание. И всякий раз оказывалось, это не так. Одновременно с «внедрением» христианства находились и его остроумные и много знающие критики. Но силы первых и вторых были неравны. Тогда-то и проявилась впервые власть денег. Посмотрите на сегодняшние предвыборные кампании. Десятки тысяч платных агитаторов ходят по квартирам и «агитируют» кто чем, от красивых речей и обещаний до бутылки водки с хвостом селедки. Я никому и никогда не поверю, что и в те времена не было точно таким же образом. Поэтому разумные голоса не были слышны в этом гвалте, как и сегодня. Пример из главы: «Цельс и Лукиан»: «Религиозные и общественные движения побеждаются временем и успехами разума. Показать вздорность всего сверхъестественного, - вот путь к радикальному излечению фанатизма, по мнению Цельса. Провидение, угадывание, храмовые чудеса, оракулы, бессмертие души, будущие награды и наказания представляются Цельсу составными частями государственного вероучения. Сам Вольтер не лучше разбивает библейскую историю: невозможность книги Бытия, понимаемой в прямом ее смысле, наивное ребячество рассказов о сотворении мира, о потопе, о ковчеге. Ярко выставлен кровавый, жестокий, эгоистичный характер еврейской истории, странность божественного выбора, отдавшего предпочтение такому народу и назвавшего его народом Божиим. Злобность еврейских насмешек над другими сектами резко порицается, как выражение несправедливости и гордости. Весь мессианический план иудео-христианской истории, основанный на преувеличенном значении, которое люди, и в особенности евреи, присваивают себе во вселенной, опровергнут рукою мастера. Оскорбляет его крайняя общественная приниженность христиан и темнота среды, в которой действует их пропаганда. Они стараются привлечь дураков, рабов, женщин, детей. Подобно шарлатанам, они, по возможности, избегают порядочных людей, которых обмануть трудно, и ловят в свои сети невежд и дураков, обычную пищу плутов. Цельс враг христианства в особенности, как патриот и сторонник государства. Он считает химерой мысль об абсолютной религии, без национальных религий. По его мнению, всякая религия национальна, национальность – единственное основание религии. Евреями люди рождаются, а христианами становятся по выбору. Вот почему Рим никогда не думал серьезно об уничтожении иудейства, даже после ужасных войн Тита и Адриана. Книгу Цельса очень немногие прочли. Прошло около семидесяти лет, прежде чем христианство заметило ее существование. Он был прав с точки зрения естественного здравого смысла, но когда простой здравый смысл сталкивается с потребностью мистицизма, его очень мало слушают.

Во второй половине второго века мы видим только одного человека, который выше всех предрассудков, который имел право посмеяться над всеми человеческими безумствами, и одинаково обо всех пожалеть. Это Лукиан. Как и христиане, Лукиан, разрушитель язычества, подчинившийся, но не любящий подданный Рима.  Никогда не проглядывает у него патриотическое беспокойство, одна из тех забот государственного человека, которая так волнует его друга Цельса. Он был первым проявлением человеческого гения, которым полнейшим воплощением был Вольтер, и который во многих отношениях есть истина. Так как человек не может серьезно разрешить ни одной из метафизических задач, которые он неосторожно возбуждает, то, что же делать мудрому среди войны религий и систем?  Не вмешиваться, улыбаться, проповедовать терпимость, человечность, беспритязательную благотворительность, веселость. Зло в лицемерии, в фанатизме, в суеверии. Заменить одно суеверие другим, значит оказать плохую услугу бедному человечеству. Радикальное исцеление нам дает Эпикур, который одним ударом рассекает религию, ее предмет и страдания, которые она влечет за собой. Лукиан является нам как мудрец, заблудившийся в мире безумцев. Он не питает ненависти ни к чему и смеется над всем, кроме серьезной добродетели. Поражение здравого смысла совершилось. Через поколение человеку, вступающему в жизнь, будет предоставлен лишь выбор суеверия, а вскоре не будет и этого выбора.

«Бескорыстное доброволие» апологетов христианства, и вместе с ними - остроумных противников его, рисует Ренан в главе «Новые апологии. Атенагор, Феофил Антиохийский, Минуций Феликс»: «Никогда борьба не достигала такой ожесточенности как в последние годы Марка-Аврелия. Гонения дошли до крайней степени. Нападение и отпор встречались. Стороны занимали одна у другой оружие диалектики и насмешки. У христианства был свой Лукиан в лице некоего Ермия, который поставил себе задачей дополнить все преувеличения Тациана относительно злодейств философии. Крайняя почтительность, почти раболепство отличает Атенагора, как и всех апологетов. Он льстит в особенности идеям о наследственности и уверяет Марка-Аврелия, что молитвы христиан могут обеспечить его сыну правильное престолонаследие. «Кто более достоин, быть благосклонно выслушанным государем, чем мы, молящиеся о вашем правительстве, дабы наследование установилось между вами, от отца к сыну, как всего справедливее, и чтобы ваша империя, постоянно приращаясь, распространилась на всю вселенную» (выделено мной).

А это слова противника:  «Человек и животные родятся, оживляются, растут самопроизвольным сочетанием элементов, а потом это расчленяется, растворяется, рассеивается. Все идет кругом, возвращается к источнику, и никакое существо при этом не играет роли фабриканта, судьи, творца. Так соединения элементов огненных беспрестанно воспламеняет все новые и новые солнца. Так пары, выходящие из земли, собираются в туманы, поднимаются облаками, падают дождем. Ветры дуют, град трещит, гром ревет в облаках, молнии сверкают, грозовой удар разражается. Все это как попало вкривь и вкось. Молния ударяет в горы, в деревья и, без выбора, в священные и дурные места, настигает виновных, а часто благочестивых людей. Что сказать об этих силах, слепых, капризных, уносящих все без порядка, без разбора: при кораблекрушениях добрые и злые сравнены, заслуги их также. При пожарах смерть постигает невинных так же, как и злодеев. Когда небо поражено чумным ядом, смерть всем, без различия. В ожесточении боя гибнут храбрейшие. В мирное время злодейство не только сравнено с добродетелью, но предпочитается. Если бы мир был, управляем высшим провидением и властью какого-либо божества, разве Фаларис и Дионисий заслужили бы венцы, Рутилий и Камилл – изгнание, Сократ – яд? Вот до какой степени справедливо, что истина от нас скрыта, запрещена нам, или точнее, что случай один властвует среди бесконечного и неуловимого разнообразия обстоятельств».

Неужели не видно, что первый абзац – это то, что мы и сегодня видим: унизительная лесть, мерзкая, неприкрытая, подобострастная. Второй абзац – речь достойного человека. Но достоинство проигрышно и сегодня, низкая лесть и сегодня – в выигрыше. И еще вот на что надо обратить внимание. Христианство внедрялось в те времена, когда люди не хуже, чем сегодня, понимали, выражаясь школьным языком: «круговорот воды в природе», и не только воды, а живых существ; понимали вспышки сверхновых звезд, догадывались о «чумном яде», то есть о бактериях. Ведь Ренан приводит выдержки из современников той поры. А, это, в свою очередь, делает понятным возможность возникновения не только христианства, но и гитлеризма, и сталинизма, и «религии» Асахары. Всегда людей будут подстерегать такие опасности, на любой стадии развития. И в сусальном коммунизме – тоже. И в сусальном капитализме «за бугром» – безусловно. Поэтому закон – должен быть главнее любой религии, всегда. Вот почему слова уставшего от трудов просвещения и законопочитания Марка-Аврелия, приведенные выше, стоят большего, чем все религии вместе взятые: «Как изменить внутреннее расположение людей? А без перемены в их мыслях, что можешь ты получить, как не рабов подъяремных, выказывающих лицемерные убеждения. Довольствуйся тем, что немного улучшил дело, и не считай этот успех неважным».

Теперь о потакании черни. Тациан: «Картина нравов христиан крайне мрачна. Хорошо, что они прячутся эти сектанты: они не смеют показываться. Их тайные ночные собрания – сходбища для гнусных удовольствий. Пренебрегая всем, что почтенно, священством, пурпуром, публичными почестями, неспособные сказать слова в приличных собраниях, они сходятся по углам, чтобы пререкаться. Эти полунагие оборванцы, о верх дерзости, презирают мучения настоящего в виду веры в мучения будущие и еще сомнительные. Страшась умереть после смерти, они не боятся умереть теперь. Они узнают друг друга по особым приметам, по тайным знакам; любовь у них заводится почти прежде знакомства. Затем разврат становится религией, связью, которая их спутывает. Они все безразлично называют себя братьями и сестрами, так что благодаря этим священным именам то, что было лишь прелюбодеянием или совокуплением, становится кровосмешением. Тщеславное и безумное суеверие, таким образом, гордится своими преступлениями. Если бы в основе этих рассказов не было доли правды, немыслимо, чтобы мирская молва, всегда проницательная, распространяла про них столько чудовищного. Отчего у них нет алтарей, храмов, известных изображений? Отчего они никогда не говорят публично? Зачем этот ужас перед свободными собраниями, если бы то, что чему они поклоняются, не было постыдным? Что это за бог, единственный, одинокий, бедствующий, какого не имеет ни один свободный народ, ни одно царство? Одна жалкая еврейская национальность поклонялась этому единственному богу; но, по крайней мере, она поклонялась ему открыто, с храмами, алтарями, жертвоприношениями, церемониями».

Приведя этот древний текст, Ренан добавляет: «Заслуга автора этого любопытного разговора заключается в том, что он нисколько не ослабил доводов своих противников.  «Вам было сказано, что порядочный человек может сделаться христианином, почти ничего не переменяя в своих правилах. Теперь, когда уловка удалась, вам, кроме того, подносят к уплате громадный счет. Эта религия, которая была, как уверяли, лишь естественной моралью, предполагает сверх того невозможную физику, метафизику странную, историю баснословную, теорию всего божественного и человеческого, которая во всем прямая противоположность рассудку».

Сегодня немцы страшно удивляются, как это нацистам удалось в несколько лет совратить такую грамотную, работящую, обстоятельную нацию на те безумства, которые произошли перед, и во время Второй мировой войны? Но немцы все это осудили и покаялись, и по сей день каются, в том числе и в денежном выражении, перед людьми, которым навредили. При этом даже не сами навредившие, их дети и внуки. Это высокий нравственный пример. Между тем, коммунисты, навредившие несравненно больше, причем, своему народу, чувствуют себя превосходно, нисколько не виновными, и продолжают свою агитацию. Это тоже нравственный пример, с обратным знаком. Поэтому я совершенно уверен, что пока не будет широко, гласно, всеобще, не для «галочки», стыдливо и с увертками, осужден коммунистический террор, в каждой советской квартире, включая сюда и Кремль, по всем каналам информации, притом до «оскомины», ничего России в дальнейшем не светит. Ни при каких благоприятных «обстоятельствах».

Организационное «становление» католицизма произошло столь же быстро как коммунистической структуры и структуры нацизма. Это говорит об их родственности. И не надо тыкать в лицо их шестью моральными заповедями, которые только «числились на работе», но не работали, разве что в отдельных редких приходах, при хорошем священнике. А разве у коммунистов на словах были плохие заповеди? Получше католических, но кто их выполнял? Как и сталинскую конституцию? А у нацистов благие пожелания сделать одну единственную нацию «счастливой» за счет всех остальных? Она напоминала, конечно, иудейскую, но была слишком уж сильно разрекламирована. Посмотрим, как это было. Глава «Успехи организации»: «Среди обстоятельств, по-видимому, столь трудных, организация церкви довершалась с поразительною скоростью. Великая опасность гностицизма, заключавшаяся в разделении христианства на бессчетные секты,  уже устранена. Теперь уже христианство не сектантское, христианство большинства епископов, противящееся ересям и пересиливающее их все, имеющее, если угодно, лишь отрицательные признаки, но этим самым предохраняемое от пиетистских нелепостей и от рационалистического разложения. Как все партии, желающие жить, христианство само себя дисциплинирует, отсекает собственные излишества. Средний уровень торжествует. В церкви есть совершенные и несовершенные, но участвовать в ней могут все. Мученичество, пост, безбрачие отличные вещи, но и без геройства можно быть христианином и хорошим христианином. Без всякого вмешательства гражданской власти, без всякой поддержки жандармов и судебных мест, епископство сумело поставить порядок выше свободы, среди общества, построенного первоначально на личном вдохновении. На первый взгляд, творение Иисуса не родилось жизнеспособным. Это был хаос. Основанная на вере в близкую кончину мира, ошибочность которой обличали проходившие года, Галилейская община, казалось, должна была раствориться в анархии. Личное вдохновение творит, но и разрушает тотчас то, что сотворило. После свободы нужен порядок. Дело Иисуса могло считаться спасенным в тот день, когда было признано, что церковь имеет прямую власть, представляющую власть Иисуса. С тех пор церковь господствует над личностью и, в случае надобности, изгоняет ее из своей среды. Церковь стала всем в христианстве. Еще один шаг и епископ стал всем в церкви. Повиновение церкви, затем епископу, считается важнейшим долгом. Новшество – признак ложности. Ересь отныне злейшее преступление христианина. Для обличения еретика, нет надобности рассуждать с ним. Можно сказать, что организация церквей имела пять последовательных ступеней развития: сначала первобытная община, все члены которой одинаково проникнуты Духом.  Затем старейшины или пресвитеры приобретают в церкви существенные полицейские права и поглощают церковь.  Затем председатель старейшин, епископ, поглощает почти совершенно власть старейшин, а, следовательно, и права церкви. Затем епископы различных церквей переписываются между собою и образуют католическую вселенскую церковь. Между епископами есть один, римский, очевидно предназначенный к великому будущему. Папа, церковь Иисуса, превращенная в монархию, со столицей в Риме виднеются в неясном далеке. Христианство и империя смотрели друг на друга, как два зверя, готовые растерзать один другого».

Только одно замечание. Никакой империи не было. Вот сейчас она будет сооружаться на основе папской власти над князями, светскими владыками.

О католичестве: Глава «Христианство в конце 2-го века. Догма»: «Великая книга нового культа есть еврейская Библия, его праздники – суть праздники еврейские. Три ипостаси еще не сосчитаны, но Отец, Сын и Дух уже предуказаны для трех понятий, которые должны оставаться обособленными, не разделяя, однако, неделимого Иеговы. Мария, мать Иисусова, предназначена к колоссальному росту; фактически она сделается одним из лиц Троицы. Греческая философия сильно воздействовала в том смысле, чтобы заменить своим догматом о бессмертии души старинное еврейское представление о воскресении и земном рае. Богословы вскоре осудят мечты первых христиан и возненавидят Апокалипсис. В теории организации церкви, все более и более берет верх идея, что апостольская преемственность есть основание власти епископа, который, таким образом, является не представителем общины, но продолжателем апостолов и хранителем их авторитета. Точного списка писаний Новой Библии еще не существует».

О православии, там же: «Восток никогда не переставал иметь в составе своего населения христианские семьи, соблюдавшие субботу и применявшие обрезание. Абиссинцы настоящие иудео-христиане, соблюдающие все иудейские правила, часто даже строже, чем сами евреи. Коран и ислам являются лишь продолжением этой древней формы христианства, сущность которой заключалась в веровании во второе пришествие Христа, в докетизме и в устранении креста. Иисус уже стал богом, но многие еще не решаются назвать его этим именем. Отделение от иудаизма совершилось, но многие христиане соблюдают еще все предписания иудаизма. Воскресение заменило субботу, но она все-таки соблюдается иными верующими. Христианская пасха отличена от еврейской, но целые церкви держатся еще старинного обычая. На вечере большинство употребляет обыкновенный хлеб, но некоторые, особенно в Малой Азии, допускают только пресный хлеб».

Становление католичества расписано Ренаном как по нотам. Но он очень убежден в существование древних империй. Почему? Потому, что он плохо представлял себе войну вообще, и имперскую войну, в частности. Совсем не представлял он себе, как удержать в повиновении огромные завоеванные пространства и народы. Был ли у него на глазах какой-нибудь опыт в этом деле? Давайте посмотрим. Умер он в 1892 году. Цитируемую книгу он написал, безусловно, раньше, допустим в 1860-1870 годах. В 1970 году родился Ленин. Чертов мост из северной Европы в Южную, который брал Суворов уже стоял на месте. Но он был страшно узенький, по нему можно было ездить только в одну сторону, двум экипажам не разминуться. Это я насчет того, много ли людей ездило из Германии-Австрии в Италию. По Дунаю попадаешь в российскую Бесарабию, там кочуют цыгане. Железнодорожный транспорт только начинал внедряться. Наполеона он уже не застал, но папа, поди, рассказывал об его империи. Была Российская империя, в те времена очень сильная, на Западе ее боялись. В Париже в те времена даже пришлось снять с постановки спектакль про Клеопатру, но с намеком на Екатерину Великую, о ее многочисленных любовниках. А то наш царь обещал послать посмотреть этот спектакль два миллиона своих солдат. Как русский царь держал в повиновении такую империю никто вообще не знал, только догадывались. Считалось, что существует империя австро-венгерская, но какая –это империя? Так себе империйка, Наполеон прошел и даже не заметил. Была, конечно, Британская империя, очень большая. Но все знали, что это империя не в полном смысле империя. Там в каждой стране, в наиболее благоприятном месте, стоял красивый белый каменный дом, окруженный войском. В доме безвылазно сидел генерал-губернатор английский в белом пробковом шлеме с чадами и домочадцами и чиновниками. Вокруг была страна, для них почти неизвестная, откуда войска привозили чай, латекс, кофе и бананы. Все это грузилось на корабли и плыло в Англию. В такой стране оружия огнестрельного не было, оно было только у охраны губернатора. Поэтому дань поступала более-менее исправно. Когда ружья у аборигенов появились неизвестным образом, генералы уехали.

Зато Ренан много читал. Про империю Александра Македонского, Римскую империю, вообще обо всех, какие сегодня упомянуты в истории, в том числе и про Византию, про которую и я кратко сообщил официальную версию. Ренан же читал очень подробные описания, там все битвы расписаны, даже такие как про 28 героев-панфиловцев, только греческих. Там кесари, цари и прочие императоры владели такими земельными участками, что даже на карте представить трудно. Поэтому у него выработался стереотип: написано, значит было. Он столько много читал, что на обдумывание прочитанного просто не хватало времени. Притом на улице, видимой из окна, такого не было, чтобы выработать другой стереотип.

Вот этим и объясняется его мнение, что католичество не создавало империи, а, наоборот, разрушало существующие, например, Римскую. У нас же, почти все империи рассыпались на глазах, поэтому мы знаем, как их трудно удерживать в стабильном состоянии. Вы, господа, только взгляните, во сколько цветов раскрашена политическая карта нынешней Африки? А когда я учился в 7 классе, на ней было всего три цвета: английский, бельгийский и французский. Поэтому завоеванные оружием империи рассыпаются, как карточные домики, как только завоеванный народ получит близкое к завоевательскому оружие или политическую поддержку соседей. На последнем принципе рассыпался Варшавский договор. Российская империя была удерживаема страхом мощи соверена, только на одном страхе, который то тут, то там поддерживался показательными карательными экспедициями. Играл, конечно, свою роль и принцип «прислонения» слабого народа к более сильной империи: «Как бы мне, рябине, к дубу перебраться», когда такая «рябина век одна качалась» между сильными соседями. Но, как только у очередного «дуба» подгнивали корни, и он ослабевал, так все «рябины», как по команде, старались прислониться к более сильному на данный момент «дубу». Таким «дубом» сейчас является НАТО. И «рябины» не надо обвинять в этом, на то она и есть «тонкая рябина».

Совсем другое дело империя, созданная на одной и той же идеологии, например, католичестве. Такой и явилась «Римская империя германской нации», которая просуществовала достаточно продолжительное время, скрепленная этим самым католичеством. Дело дошло до того, что вся Россия, тогда еще до Урала, включая Украину, оказалась католической. И не надо нам врать, господа историки, что это не так, что, дескать, мы православие приняли еще в конце 10 века от самой Византии, которой как я доказал, вообще не было. Все мы, вернее, наши деды, крестились по-католически, двумя перстами. Потому-то наши учителя, Кирилл и Мефодий, отчитывались в своей работе, не перед константинопольским патриархом, а перед римским папой.

 

Католичество с 3 века до Реформации и позже

 

Мне очень хочется сразу перейти в 11 век, к папе Григорию Седьмому Гильдебранду,  родом из Германии. Пропущенные века, во-первых, все заняты католическими германско-римскими империями, во-вторых, может быть, что они и фантомные, потому что Гильдебрант был ярый цезарист и очень похож по внешнему виду на самого Иисуса Христа. При этом все его знают, и католики, и православные.

Начнем с православных сведений. Карамзин: «Изяслав обратился к папе, славному в истории Григорию Седьмому, хотевшему быть главою всеобщей Монархии, или Царем Царей, и послал в Рим сына своего. Жертвуя властолюбию и православием восточной церкви и достоинством государя независимого, он –признавал не только духовную, но и мирскую власть папы над Россиею; требовал его защиты и жаловался ему на короля польского. Григорий отправил послов к великому князю и к Болеславу, написав к первому следующее: «Григорий Епископ, слуга слуг Божиих, Димитрию, князю россиян, и княгине, супруге его, желает здравия и посылает апостольское благословение. Сын ваш, посетив святые места Рима, смиренно молил нас, чтобы мы властью Св. Петра утвердили его на княжении, и дал присягу быть верным главе Апостолов. Мы исполнили сию благую волю – согласную с вашею, как он свидетельствует, - поручили ему кормило Государства Российского именем Верховного Апостола, с тем намерением и желанием, чтобы Св. Петр сохранил ваше здравие, княжение и благое достояние до кончины живота, и сделал вас некогда сопричастником славы вечной. Желая также изъявить готовность к дальнейшим услугам, доверяем сим послам – из коих один вам известен и другой верный – изустно переговорить с вами обо всем, что есть и чего нет в письме. Примите их с любовию, как послов Св. Петра; благосклонно выслушайте и несомненно верьте тому, что они предложат вам от имени нашего – и проч. Всемогущий Бог да озарит сердца ваши и да приведет вас от благ временных ко славе вечной. Писано в Риме, 15 маия, индикта 13» (т.е. 1075 году). […] В письме к Болеславу говорит папа: «Беззаконно присвоив себе казну государя Российского, ты нарушил добродетель христианскую. Молю и заклинаю тебя именем Божиим отдать ему все взятое тобою или твоими людьми: ибо хищники не внидут в Царствие Небесное, ежели не возвратят похищенного». Таким образом Изяслав, сам не имея власти над Россиею, дал повод надменному Григорию причислить сию державу ко мнимым владениям  Св. Петра, зависящим от мнимого Апостольского наместника!».

Оскорбив папу Григория, Карамзин продолжает: «заступление гордого папы едва ли имело какое-нибудь действие, […] но, вскоре к счастью Изяславову обстоятельства изменились, он собрал несколько тысяч поляков и вступил в Россию». Заметьте, Изяслав пожаловался папе на поляков, папа поляков пожурил и они отдали не только деньги, но и дали Изяславу  даже войско, чтобы он утвердился во власти у себя в России. Он и утвердился. Карамзин: «Нестор пишет, что Изяслав, приятный лицом и величественный станом, не менее украшался и тихим нравом, любил правду, ненавидел криводушие; что он истинно простил мятежных киевлян. […], совершенно уничтожил смертную казнь. При Изяславе был основан славный монастырь Киевопечерский…». Неплохого князя нам помог посадить на престол папа Григорий. Как Изяслав княжить перестал, так и смертная казнь возобновилась. Эту «темноту» я с помощью самих же историков разгоню, а пока заметьте, как только папа принял участие на стороне Изяслава, так он и князем стал, да еще и хорошим, лучше многих.

Приведем теперь данные «новохрона-1»: «Перелом произошел в 1073 году, когда при шумном восторге толпы на престол был избран Григорий Седьмой Гильдебранд. Историк Григоровиус так характеризовал его деятельность: «Григорий впервые внес в церковь дух цезаризма. Эта, как ему казалось, совершенная система должна была соединить в себе все другие политические формы: демократическую, аристократическую и монархическую, но на деле вышло иное. Зависимость всего от воли одного лица и сосредоточение всей догматической власти в руках одной касты не могли не породить всего зла, к которому обыкновенно приводит произвол и деспотизм, и поэтому вполне понятно, что за системой, созданной Григорием Седьмым, должна была последовать немецкая реформация». При нем римская церковь присвоила себе множество прав, зачастую весьма курьезных. Так, Григорий Седьмой считал себя государем Руси, потому что какой-то выгнанный из Новгорода князь, посетивший Рим, объявил свою страну ленным владением Ватикана». Прерву ненадолго. Как же так? Этот князь построил знаменитую Печерскую лавру, которой и сегодня очень гордится Киев, отменил смертную казнь, простил бунтовщиков-князей. И вдруг «какой -то выгнанный из Новгорода»? Значит, это монарх был «долговременный», а вовсе «не какой –то». 

Однако продолжу цитировать «новохрон-1»: «Он считал себя государем Венгрии, так как предыдущий император Германии, покорив Венгрию, принес в дар базилике св. Петра государственное копье и корону этой страны. Вступив на престол, папа немедленно послал кардиналов в Испанию, на Корсику, Сардинию, в Скандинавию, Польшу, Англию, совершенно серьезно считая их своей собственностью». Через полстраницы: «Генрих (Четвертый), в свое время утвердивший Григория в должности, направил ему указ о смещении с нее. Григорий не только не выполнил указ, но в свою очередь отлучил императора от церкви и объявил его низложенным с трона. Это был сильный удар! От Генриха Четвертого сразу отвернулись все германские бароны, ведь он уже не помазанник божий! Смиренный император тут же поехал в Рим, явился к замку Каносса, резиденции папы, и три дня в одежде кающегося грешника, зимой, босым простоял у ворот. Папа снял с Генриха отлучение и вернул трон. А Генрих, вернувшись домой, тут же издал новый указ о смещении папы. И папа снова отлучил его от церкви. Но этого уже никто не воспринял всерьез. Отлучить человека от церкви, так же как и повесить, можно только один раз. Генрих Четвертый, надо сказать, подвергался папским отлучениям и преемниками Григория Седьмого, после смерти последнего. Вопрос никак не разрешался. Генрих Четвертый пытался назначить «антипапу» Климента Третьего, а Григорий Седьмой способствовал избранию нового германского короля Рудольфа. В 1084 году император собрал армию, взял Рим и разграбил его. Это тоже был сильный ход в противостоянии светского и духовного правителей. Папа бежал и обратился за помощью к норманнам, к тому времени захватившим Сицилию; те, конечно, откликнулись на зов и разграбили Рим еще раз. Мы не думаем, что горожане остались довольны. Во всяком случае, Григорий Седьмой вернуться в свою резиденцию не решился. Умер он в Салерно 25 мая 1085 года. Его последние слова: «Я любил справедливость и ненавидел неправду, и за это умираю в изгнании». Эту эпопею можно закончить словами, тоже из «новохрона-1»: Только в 1122 году, когда этих владык уже не было на свете, был достигнут компромисс: короли Англии и Франции отказались от инвеституры кольцом и посохом, сохранив за собой передачу скипетра в своих странах; за германским же императором оставался еще и формальный акт передачи земель кандидатам при выборе духовных лиц Италии». Из приведенной цитаты следует, что папа Гильдебранд был фактическим императором многих земель, и не как Александр Македонский или какой-нибудь Дарий, а очень длительный срок, более 30 лет. Вот что сделало христианство за 85 лет своего существования. Столько же, сколько коммунисты сделали приблизительно за этот же срок со своей новой идеологией, полюбившейся люмпен-пролетариатом, или чернью по тогдашнему названию этого понятия. Я хочу сказать, что новая люмпенская идеология всегда приводит к быстрым и сокрушительным победам. Так же было и с национал-социализмом Гитлера. Разве не так? Но идеология-то люмпенская, а к власти благодаря ей, приходят вовсе не люмпены, а представители интеллигенции, запустившие эту люмпенскую идеологию, юрист, живописец. Или Ленин не юрист, а Гитлер не живописец? Или юристы и живописцы не относятся к интеллигенции? Да и сам Гильдебранд, хотя и сын плотника, но образование-то получил солидное около церкви.

В «новохроне-2» приводится довольно большая таблица параллелизмов из жизнеописаний папы Григория Седьмого и Иисуса Христа. Если произвести к датам жизни Христа прибавление величины 1053 года, то и даты, а не только события, почти совпадают. Гильдебранд умер в 1085 году, Иисус в 1053 + 33 = 1085 году. 1054 году – раскол церквей, связанный с реформой Гильдебрнда;  «нулевой» год – год начало христианства (0 + 1053 = 1053). Гильдебранд – сын плотника, Иисус – тоже. Реформам Гильдебранда предшествовала деятельность Иоанна Кресцентия, перед Иисусом был Иоанн Креститель. Гильдебранд издал декрет против симонии – продажи церковных должностей, Иисус «начал выгонять из храма продающих в нем и покупающих». Гильдебранд начал реформу церкви в 1049 году, в возрасте 29 лет, «Иисус, начиная Свое служение, был лет тридцати» (Лука, 3:33). У Гильдебранда была соратница графиня Матильда, у Иисуса – Мария Магдалина, раскаявшаяся грешница. Григоровиус пишет: «Еще удивительнее, что не сохранилось ни одной монеты Григория Седьмого», зато сохранилось много монет с изображением Иисуса». Надо добавить, что все папы увековечены на монетах кроме Гильдебранда. Против Гильдебранда организовал заговор Ченчий, против Иисуса – Иуда Искариот. Ченчий предложил Генриху Четвертому помощь в свержении Гильдебранда, Иуда Искариот «пошел и говорил с начальниками, как Его предать им» (Лука 22:4). Главным помощником Гильдебранда был Петр Домиани, главным апостолом Иисуса был Симон, тоже  Петр. Согласно древним русским хроникам Русь была крещена сами апостолом Андреем, но в то же время это было в 10 веке, один из апостолов Иисуса был Андрей, но он жил в 1 веке.

«Новохрон-2» довольно основательно доказывает астрономическими фактами этот сдвиг в 1053 года. Поэтому весьма вероятно, что вообще вся писаная история началась с 11 века, тогда понятно будет еще более противодействие лидеров государств притязаниям папы на власть во всеобщей империи. Но тогда выплывает на божий свет, что дохристианское развитие науки и культуры и «языческой» религии было очень высоко, а христианство (католичество) в борьбе за мировое господство открыло костры инквизиции, запугало народы, как запугал народы  СССР  Сталин своим ГУЛагом. Тогда яснее становится то, что западноевропейские народы совместно со своими правителями не стали ждать больше тысячи лет под гнетом папы римского, чтобы начать Реформацию за свое освобождение.

Посмотрим хронологию Реформации, отметив про себя, что Гильдебранд умер в 1085 году. Ян Гусс – знаменитый зачинатель гуситских войн (1371 – 1415) – сожжен на костре. Ян Жижка – знаменитый полководец «гуситов» (1360 – 1424).  Мартин Гуска (неизв. – 1421) – сожжен на костре. Гуситское движение 1419 – 1437 годы. 1438 – 1439 годы: Уния Ферраро-Флорентийского собора между католической и православной церковью с участием от 100 до 200 представителей русских во главе с митрополитом Исидором. Исидор подписал унию и был арестован в Москве за это. Хотя, мне кажется, что это выдумка наших хронистов или переписчиков, так как из русской тюрьмы не убежишь, а Исидор мгновенно «убежал» и продолжал служить у папы. Лютер 1483 – 1546 годы. Кальвин 1509 – 1564 годы. 1596 год – Брестская  уния между Украиной и Литвой с одной стороны и Римом с другой стороны. Эта уния предусматривала, в подписавших ее, Украине и Литве: догматы – католические, а обряды – православные.  В 1653 – 1654 годы  в Москве печатаются новые церковные книги, старые уничтожаются. 1654 год – Великий раскол на Руси. Отныне троеперстие вместо двоеперстия, аллилуйя провозглашается три раза вместо двух. Ослабло гонение на «староверов только после того как коммунисты уничтожили самое церковь, а староверы  ушли в необитаемые дебри Сибири.

1054 год – разделение христианской церкви на Западную и Восточную. Папа Григорий Гильдебранд – идеолог крестовых походов. Первый крестовый поход был через 11 лет после его смерти, в 1096 – 1099 годах, восьмой и последний – в 1270 году. Между походами отрезок времени колебался от 7 до 48 лет, в среднем – 21 год. Реформация, таким образом, началась почти сразу после последнего крестового похода.

Католичество и православие настолько прорастали друг в друга, что разделить их полностью невозможно. В то же время, католичество очень отличалось от православия и, именно, из католичества родилась Реформация, а затем и Просвещение, на самом, что ни на есть, Западе. Центральная Европа, как принято сегодня называть, запад бывший при СССР Восточной Европы, подчиненной Советскому Союзу, осталась при католичестве. В полном смысле Западная Европа на 80 процентов стала протестантской (англиканской, лютеранской, кальвинистской и прочее), то есть полностью отошла от католичества. Самый Восток Европы, бывший в составе СССР тоже разделился сегодня  в вопросах веры, крайний Восток Европы – православие, запад же этой части Советской Европы примкнул через униатство к католикам. Вот этот процесс отхода крайне  Западной Европы к Протестантизму нам и надо проследить, оставив в стороне связи католичества с православием, а потом вернуться к ним в сравнении с реформированной западной церковью.

Из характеристики, данной словами Ренана, первых двух веков католичества следует, что развитие «языческих» научно-технического прогресса и культуры было на очень высоком уровне. Критика христианства «языческими» философами всех мастей была исчерпывающе доказательна, убийственна, непреодолима,  даже на уровне простого здравого смысла, доступного любому необразованному уму.  И все-таки католицизм победил. Потому, что он опирался на люмпен-пролетариат, как его назовут позднее. Достаточно вспомнить попытку отмены Марком Аврелием боев гладиаторов, которая была встречена в штыки плебсом. Поэтому надо вообще вспомнить все революции на нашей грешной земле, и что же мы увидим? То, что все они опирались на плебс, ставший пролетариатом и трудовым крестьянством. Самой обездоленной части населения, притом обездоленной не извне, а самими собой, своей ленью, непредусмотрительностью, нежеланием задуматься хоть немного. Винить плебс за это тоже нельзя, эта их черта независима от них самих. Но надо бы плебсу сказать, что, сколько бы они не бунтовали, плоды их бунта им никогда не достанутся по той же самой причине, плодами их бунта воспользуются все те же преуспевавшие и ранее деятельные натуры.

Теперь остановлюсь на хронологии, которую не люблю. Я раньше присоединился к авторам «новохрона-1», которые вели свой счет годам от Диоклетиана, по их мнению, не римского, а византийского императора, то есть с начала 4 века. Теперь я готов перейти в «веру» «новохрона-2» и начать отсчитывать эру не с 4, а с 11 века. Они же сами начинают отсчет с 13 века, к чему я присоединиться не могу. Я понимаю, почему им потребовалось начать отсчет с 13 века, чтобы «доказать» свое «больное» «великое завоевание Русью-Ордою всего мира», к чему я отношусь, мягко говоря, с недоверием. С 11 века у них ничего не получалось с этим делом. Поэтому они и объявили все предшествующее совершенно «темным» временем. Я их поймал на том, что тогда было бы невозможным то величайшее развитие философии, науки и искусства «языческой» Древней Греции, которую я  уже выше объявил колыбелью цивилизации, присоединяясь к традиционным историкам. А Ренан это исчерпывающе доказал. Если принять версию «новохрона-2», то времени для этого совершенно нет. И я продолжаю утверждать, что алфавит изобрели евреи, так как без алфавита невозможно создать религии. «Новохронисты-2» на свою беду доказали, что Иисус и папа Гильдебрант – одно и то же лицо, исключая мелкие недоразумения, вполне возможные в таком деле. Мы, русские переписывали свою историю бессчетное число раз, и только в последний век – раза четыре.

Перечитывая еще раз приведенные выдержки из Ренана, и сравнивая эти данные с известными революциями, я прихожу к выводу, что «переход» от язычества к христианству (католичеству) произошел именно известным нам всем революционным путем во главе с идеологами-иудаистами силами плебса. Здесь есть и «ленинский шалаш в Разливе», и «выступления с броневичка», и фанатики-революционеры, и «послушный им народ», и «тайные вечери», и языческие «жандармы в голубых мундирах». В общем, все есть, что бывает в случаях с революциями. Имеются в наличии и «кадеты» (конституционные демократы). Которые «критикуют» оголтелость крайне левых «революционеров» от христианства. Власть денег тоже видна, и деньги тоже не местные, а привозные, из Греции-Византии. Совершенно, такие же, как и у Ленина.

Но с такой интерпретацией не вяжется очень большой срок безраздельной власти католичества, более тысячи лет. Но всю известную нам историю писали католики и даже традиционную хронологию впервые составили католики, служители католической церкви Скалигер и Петавиус в конце 16 - начале 17 веков. Кстати, я немного проследил за семьей Скалигеров и вот что выяснил. Жозеф Жюст Скалигер (1540 – 1609) – французский историк, живший в Голландии. Кроме основания современной традиционной хронологии, комментатор античных текстов, первый издатель Хроники Евсевия (1606), в большой части им самим восстановленной, первый комментатор надписей на древних захоронениях». Представьте, как важно было «восстановить» хроники Евсевия, «прокомментировать» античные тексты? Ведь как он это сделал, уничтожив все подлинные следы, так мы их сегодня и читаем. Его отец Скалигер Юлий Цезарь (настоящее имя Джулио Бордони) (1481 – 1588) – французский филолог, критик, поэт Возрождения. А вообще Скалигеры – род владетелей Вероны (провинция Венеции в предгорьях Альп), захваченной Миланом, освободилась в 1387. Так что род этот вовсе не голландский и не французский, а итальянский, католический, а значит, предполагаю, противник Реформации. Кальвин ведь родился в 1509 году, а умер в 1564 году. Когда умер Кальвин, Скалигеру-историку было всего 24 года. Но нигде не написано, что Скалигер был сторонник Кальвина, его приверженец. Значит, он был противник, историк католицизма.

Именно католики воспользовались азбукой евреев, тиражированной  на другие языки. Вы только посмотрите. Если принять внедрение христианства в 1 веке, на чем настаивает традиционная хронология, то до Яна Гусса «пройдет» 1400 лет полной тишины и спокойствия. А куда же девались те демократические силы, которые так четко описал Ренан? Утонуть в «мрачном средневековье» они не могли, не те это силы. Как говорится, «шила в мешке не утаишь». При принятии версии «новохрона-1» срок безраздельного «торжества» католичества сократится до чуть больше тысячи лет, что тоже нереально. Не могли столько терпеть противоборствующие католичеству силы разума и прогресса, потому, что не могли же они «окуклиться» на времена «мрачного средневековья»? Тогда бы мы о них не узнали никогда.  «Новохрон-2» слишком затянул «начало» своей «истории», и их «начало истории» слишком грубо вторгается прямо в «гуситские войны». Я понимаю, почему они вопреки здравому смыслу, пренебрегая известными им данными о Древней Греции, отнесли и ее чуть ли в современность, чтобы она «проросла» в нужные им династии русских царей, английских и германских  королей и императоров. Но мне-то это совершенно не нужно. Поэтому я и говорю, согласуясь с их же данными о Христе и Гильдебранде, что начало писаной истории надо бы принять за 1000 год, незадолго до рождения Гильдебранда, а начало безраздельного владычества католицизма – с 1100 года, вскоре после его смерти. Начало иудаизма же вместе с Моисеем я бы отнес так лет на 200-300 назад, не более.

Надо сказать и о том, что верхушка католиков не догадалась уничтожить, всех до единого, своих просвещенных противников, как это гораздо позже сделали Ленин и Сталин, а затем Гитлер, учась на их ошибках. Хотя некоторых из них и сожгли на кострах. Разбушевавшийся в ходе революции плебс, купленный ими христианскими оргиями, гладиаторами и возможностью покомандовать аристократией с палками в руках, они быстренько усмирили, положив на костер в каждом городе по паре-другой. Плебс, насколько быстро  «вскипает», настолько же быстро и «охлаждается», да так, что становится совершенной  конской  «ледышкой», которую мальчишки пинают по зимней улице. Исход побежденных греков в Троянской войне против христианства – это не сами греки, а их искусство, наука, вообще прогресс. Все это хлынуло на равнины Западной Европы, которые стали источником всех богатств. Греки на островах и глазом моргнуть не успели, как весь их древний «бизнес» начал рассыпаться на глазах. Они в некотором недоумении заметили, что на их островах почти ничего не растет, везде один камень, а население увеличилось, морская торговля почти прекратилась из-за нововведения - границ. В то же время на равнинах собирались богатые урожаи, строились мануфактуры, жизнь стала перемещаться из предгорий на равнины, там даже ввели полицию для охраны от разбойников. Продукции уже хватало, чтобы ее содержать. Поэтому греки стали переезжать на постоянное место жительства на материк, на равнины, взяв с собой свою философию, демократию и искусство. Вместе с произведениями искусства они всучивали равнинным людям как довесок понемногу, и демократии, и философии. Естественно, на нашу причерноморскую равнину они не ходили: там творилось черт знает, что, те же печенеги, половцы, хазары с хазарятами, грабят, убивают, рабов сплавляют с «милого севера в сторону южную», по словам поэта Лермонтова. В общем «изгнанные троянцы», хотя их никто и не изгонял фактически, здорово помогли Западу очухаться от всеобщего подчинения католицизму. Вы только вспомните, как император германский в рубище, зимой стоял на коленях и просил папу Григория пустить его в ворота свои для покаяния?

Католицизму утвердиться и укрепить свою власть очень помогли крестовые походы. Вы только обратите внимание, как нашему новому демократическому правительству помогает Чечня, которую даже близко нельзя сравнить с крестовыми походами. Видите, как маленькая Чечня решает почти все наши вопросы? От нехватки денег в бюджете до «великорусской» национальной идеи. Как я выше докладывал, каждое новое поколение, достигшее 21 года, отправлялось на «освобождение гроба Господня». Так продолжалось до 1270 года, пока все не поняли, что никакого гроба их молодежь не освобождает, а «походы» – это отвлечение молодежи, падкой на подвиги, от насущных задач народа постарше. 

Поэтому, мне очень хочется поговорить немного о психологии масс. По книге Ле Бона «Психология масс»: «Какими бы ни были несхожими и разными индивиды, только фактом своего превращения в массу они приобретают коллективную душу и совсем иначе чувствуют, думают и поступают, чем каждый из них в отдельности. Сознательная умственная жизнь представляет собой лишь незначительную часть бессознательной  душевной жизни. В массе индивид попадает в условия, разрешающие ему устранить вытеснение бессознательных первичных позывов, в которых заключено все зло человеческой души. Массовая душа имеет следующие характеристики.

Массовая душа, – душа ребенка, масса легковерна и легко поддается влиянию, масса некритична, неправдоподобного для нее не существует. Масса не знает ни сомнений, ни неуверенности, масса немедленно доходит до крайности. Тот, кто хочет на нее влиять, не нуждается в логике, надо только использовать очень яркие краски, преувеличивать и всегда повторять одно и то же. Масса нетерпима и подвластна авторитету, она уважает силу, не имеет доброты, она требует силы, даже насилия. Масса питает глубокое отвращение ко всем новшествам, благоговеет перед традицией. Массы никогда не знали жажды истины, они требуют иллюзий». Неплохая среда для крестовых походов и вообще революций?

По  Мак Дугаллу масса крайне возбудима, импульсивна, страстна, неустойчива, непоследовательна и нерешительна и, притом, в своих действиях всегда готова к крайностям. Ей доступны лишь более грубые страсти и более элементарные чувства, она чрезвычайно поддается внушению, рассуждает легкомысленно, опрометчива в суждениях и способна воспринимать лишь простейшие и наименее совершенные выводы и аргументы. Массу легко направлять и легко ее потрясти, она лишена самосознания, самоуважения и чувства ответственности, но дает сознанию собственной мощи толкать ее на такие злодеяния, каких мы можем ожидать лишь от абсолютной и безответственной власти. Она ведет себя скорее как невоспитанный ребенок или как оставшийся без надзора страстный дикарь, попавший в чуждую для него обстановку; в худших случаях ее поведение больше похоже на поведение стаи диких животных, чем на поведение человеческих существ».

Мак Дугалл противопоставляет описанной массе  высокоорганизованную массу и называет пять условий поднятия душевной жизни массы на более высокий уровень:

«постоянство состава массы,

каждый индивид массы представляет себе природу, функции, достижения и требования массы,

масса вступает в контакты с другими массовыми образованьями и соперничает с ними,

наличие в массе традиций, обычаев, установлений при общении между собой,

наличие в массе подразделений, выражающихся в специализации и дифференциации работы каждого отдельного человека». Не премину добавить, что у католических пап в руках были все рычаги и такой «организации» массы, впрочем, как и у фашистов, и коммунистов.

Фрейд отмечает, что условие, которое Мак Дугалл называет «организацией», с большим основанием можно было бы описать иначе. Задача, по его мнению, состоит в том, чтобы придать массе именно те качества, которые были характерны для отдельного индивида и были потушены у него при включении в массу. Фрейд хочет доказать, что масса образуется только от любви к своему вождю. У христиан – это Иисус, у войска – полководец. Я доказательства Фрейда приводить не буду. Если хотите, они у меня в приложении, но я им не верю. В крестовые походы, что, от любви к Христу ходили? Ладно, это было давно, и вы можете поверить, что именно от любви к Христу. А евреев в газовых камерах морили, что, от любви к Гитлеру? А соседей предавали в годы сталинских репрессий тоже от любви к Сталину? А Павлик Морозов предал отца тоже от такой «любви»? Так что верьте лучше Ле Бону и Мак Дугаллу, а не Фрейду. 

Христианство чисто механически использовала черты массы, описанные Ле Боном и Мак Дугаллом, и преуспело. Эти же черты массы использовал Наполеон, Ленин, Гитлер, наконец, Асахара. Греческая философия не могла и не хотела использовать эти качества массы, потому и проиграла. Однако я остановился на том, что последний крестовый поход, организованный католичеством, был в 1270 году. Ровно через сто лет родился Ян Гусс. В России коммунистическая идеология просуществовала тоже около ста лет, считая от первого номера ленинской газеты «Искра», из которой разгорелось такое пламя, такое пламя…, не хуже католического. Может быть, у нас в России тоже сегодня кто-то родился, но президента Путина я к таким не отношу.

Сохраненная совершенно незначительное время, а не тысячелетие как выходит по Скалигеру, греческая философия и демократия начинала действовать. 1400 год, грубо говоря, дата начала ее открытого действия. Но греческая философия и демократия не могла действовать как католичество или коммунисты по типу: сразу и много. Она предпочла эволюционный путь, наиболее ей близкий, то есть последовательную Реформацию. Все началось, несомненно, от перенапряжения народов. Задавленные католическими десятиной (Кстати, не знакома ли вам церковная десятина у нас, в православии, пока оно было католичеством?), индульгенциями, продажностью и развратом своих «пастырей», народ, то тут, то там начал «возникать». Это слово возникать хоть и из «новояза», но очень точно и понятно нынешнему поколению выражает суть. Вожаков католики сжигали на кострах, но это мало помогало. Гуситские войны 1419 – 1437 годов сменились крестьянскими войнами 1524 – 26 годов. Потом возникла Мюнстерская коммуна 1534 – 35 годов, Аугсбургский мир 1555 года, сменившись Тридцатилетней войной 1618 – 48 годов. Но этого мало, это так сказать, настроение общества, готового к переменам. Как раз между Гуситскими и Крестьянскими войнами родился Лютер (1483 – 1546), почти следом – Кальвин (1509 – 1564). Как пел Высоцкий «вожака недоставало». Вот они, не вожаки обезумевших громил, а идеологи борьбы. А сейчас я перечислю по порядку рождения выдающихся деятелей Реформации, а потом опишу их работу. Вольтер (1694), Ричардсон (1689), Монтескье (1689), Гольбах (1690), Кенэ (1694). Все они как один наследники греческой философии и демократии. Ричардсон писал романы о чести, Кенэ создавал новую понятную экономику, Монтескье впервые в новом мире вспомнил о греческом принципе разделения властей, Вольтер занимался всем этим разом.

Не успели эти мэтры сойти в мир иной, как заблистала следующая плеяда: Руссо (1712), Дидро (1713), Смоллет (1714), Д’Аламбер (1717), Франклин (1706). Особенно заметно на фоне католицизма «рассуждение о начале и основании неравенства» Руссо (1755), «Об общественном договоре» в государстве (1762), создание Энциклопедии, конституции Соединенных штатов (Франклин). Близко к середине 18 века появились на свет Бомарше, Лессинг, Гете, Шиллер, Шеридан, Тюрго, Джефферсон, Пейн. Последний провозгласил право народа свергать правительства, вышедшие из-под контроля народа, Тюрго создал теорию общественного прогресса. Некоторые правительства, наиболее развитых стран, провели лютеранскую реформу сверху, и тем самым защитили себя от свержения. Дания, Норвегия, Исландия, Англия. В Нидерландах и Англии появились кальвинистские консистории – центры с организационно-политическим руководством массами. Официальная религия кальвинизм в Нидерландах (1573), Англии (1534). Это же чуть-чуть позднее знаменитого Шпейерского съезда в Германии (1529), где подписана рядом городов и провинций Протестация против большинства этого съезда, за лютеранство. Эти великие люди не ходили во главе разгневанной толпы, они создавали основы демократии. Кант в 1784 году написал труд «Что такое просвещение?», Гоббс, Декарт, Лейбниц, Ньютон, Спиноза выдвинули идею просвещенного абсолютизма. Наши коммунистические критики этой идеи с пеной у рта доказывают ее несостоятельность вот уже сто лет, и эти же сто лет она действует на благо половины народов Западной Европы. Теория естественного права человека о прирожденном равенстве людей – это законодательный акт, о котором немного выше говорили «древние греки», критикуя католицизм. Так Реформация плавно перешла в Просвещение. А как вам нравится на фоне католицизма то, что государство не божественное право, а институт договора между людьми? Вот в России бы удивились? Карамзин, уже после Наполеона все еще льстиво заглядывая в глаза императору из его флигеля, бормотал, что русские цари от самого бога. Потому-то карамзинскую историю невозможно выучить, как если бы заставили выучить все кухонные сплетни со всей Москвы, разделенные по годам.

Что же такое лютеранство, кальвинизм и, вообще, Реформация и Просвещение? Человек должен быть уверен, что он является божьим избранником и доказать это своей жизнью и деятельностью. Показателем избранности богом является успех в его профессиональной деятельности. Мирской аскетизм выражается в простоте жизни и скопидомстве, в уничтожении многочисленных католических праздников и в увеличении числа рабочих дней. Это специально для люмпен-пролетариата, по-моему. Деятельные и целеустремленные натуры и без кальвинизма так поступают. Республиканская организация кальвинистской церкви коренным образом отличается от иерархического построения католической церкви. Во главе церковной общины стояли старейшины (пресвитеры), избираемые из светских членов общины, и проповедники, обязанности которых не были связаны со священнической деятельностью, а являлись лишь службой, так сказать, на общественных началах. Отсюда, влияние сильных людей на общину. Церковь должна быть дешевой, ибо она проповедует не роскошь, а знание. Нужно упростить культ, не смотреть два часа подряд как священника, то и дело, переодевают (как у нас), а слушать проповедь, полезную.

Слово Протестантизм – от Протестации, о которой уже упомянуто, открытый протест в письменной форме несогласных с большинством. Поэтому протестантизм понимается как публично доказывающий (свобода печати отсюда). Одно из главных положений протестантизма, в корне отличное как от православия, так и от католицизма, это учение о непосредственной связи человека с богом. Божественная благодать даруется непосредственно богом, без посредничества церкви, духовенства, а спасение достигается только через личную веру человека. В протестантизме нет противопоставления духовенства мирянам, и каждый может по-своему толковать «слово Божие». Это «принцип священства всех верующих». Круг церковных «таинств» сведен всего к двум: крещению и причастию. Богослужение сводится к проповедям, совместным молитвам и пению псалмов. Сравните у православных, как в кино: стоишь, смотришь, крестишься и молчишь. Протестанты не признают святых. И правильно делают. Святые часто, по прошествии времени, оказываются душегубами. В протестантизме нет монашества, которое у нас на 90 процентов – рабы, на 10 процентов – помещики. Протестантизм почитает только Библию (Священное писание), священное предание – это свод указов папы, который – человек и не более, присвоивший себе право писать указы от имени бога. Для протестантизма характерна активная миссионерская деятельность. А как же иначе возьмешь католицизм, имеющий такой громадный штат «сотрудников» на зарплате? Вылитый идеологический отдел ЦК КПСС или геббельсовское министерство пропаганды.

Реформация католической церкви произошла, конечно, не без ведома князей. Князья Саксонии, Мекленбурга, Померании, Бранденбурга, Гессена, Пфальца, Брауншвейга и други «земель» присвоили себе все церковные богатства. Войны протестантских и католических князей гремели. В это время развернулась антиреформация, возглавляемая папством и орденом иезуитов. Реформация была подавлена на землях Габсбургов, части Германии, в Польше. Слабые ростки реформации в Италии и Испании были срублены на корню.

Что же мы видим сегодня? Италия до 1945 года, пока ее не освободили американцы от их дуче Муссолини, была самая отсталая страна Западной Европы. После войны итальянцы разбрелись по всей Европе в поисках заработков, особенно в возрождающуюся Германию. Гастарбайтеры – это первый наплыв итальянцев, потом их заменили турки, сейчас – из третьего мира, в том числе и из России, и Украины. Для Испании было все равно, что католики, что Франко, они немного стали шевелиться только после 1970–х годов. Коммунисты потому и торговали с ними, что их товары долгое время не очень ценились на западных рынках. Сегодня Италию почти не отличишь от Германии, респектабельная страна. Гасарбайтеры все давно уже дома. Австро-Венгрия до сих пор почти социалистическая, не говоря уже о Польше, Болгарии и Румынии с осколками Югославии типа Хорватии и Македонии. Вот эти страны и показывают нам, как плох был католицизм по сравнению с протестантизмом.

Теперь о мировом значении протестантизма, реформации, просвещения. Наши идеологи, записные и самобытные типа уважаемого Солженицына, очень часто говорят о недостатках западной демократии, дескать, и то надо подправить, и это изменить. Солженицын в нашей тюрьме сидел, но он не сидел в их тюрьме. Поэтому он не может сравнивать. Остальные вообще пишут, что им скажут. Ненасытность человеческой натуры известна из сказки о рыбаке и рыбке. Чем больше есть, тем больше надо. Поэтому,  каждому, кто намерен честно написать о разнице между Востоком и Западом, я бы посоветовал сходить на экскурсию, приближенную к действительности. В их тюрьму и – в  нашу,  в их армию и – в  нашу, к их госчиновнику и – к нашему. Все, больше ничего не надо. Ни конституции сравнивать, ни законы, ни прокуратуры, ни суды, ни наши и их холодильники. Садись, сравнивай, пиши, только – честно. Я отлично знаю, что найдутся сотни «причин, объясняющих…».  Ничего не надо «объяснять». Надо вникнуть в суть. Больше на земле таких последовательных эволюций: протестантизм, реформация, просвещение нигде не произошло. Везде были одни революции, начиная с России и, заканчивая маленькой Кампучией или Камбоджей, кому как нравится. Но ни у кого не было в предшественниках Древней Греции, в которой было все сформулировано давным – давно. У нас в России принято говорить, что мы – наследники греческой веры, надо прекратить эту болтовню. Вместе с верой мы могли бы чуток и их философии, и демократии взять. Она бы к нам сама пришла, если бы мы были наследники, вместе с верой. Но наши правители от стыда за «быт и нравы» своего народа давно закрылись от мира.

Не могу не отметить следующий факт, в противовес тем, кто выскребает из западной жизни их «отдельные недостатки». Америка осваивалась как раз в период реформации, притом ее представители даже участвовали в ней самой. Вот она такая и получилась, какая имеется в наличии сегодня. А теперь сам факт. Италия, разоренная отсталая страна 1945 года, после американцев стал к 70-м годам вполне западной страной, с филиалами всех известных в мире корпораций. Южная Корея из феодальной страны превратилась в «Сингапур», только пришлось посадить парочку начальных президентов. «Оккупированная» американцами  Япония выросла в мирового лидера, скупив не только Австралию, но и половину предприятий самих «оккупантов». Филиппины – то же самое, правда, президента первого тоже пришлось посадить, или он успел умереть, уже не помню. Остров Гренада – нормальная страна, мы даже забыли о ней, так там теперь тихо. Та же самая Чили, президент которой «сотрудничал» с американским ЦРУ, настолько демократизировались от «демократии Альенде», что уже там «рассуждают, как во взрослых странах», Пиночета хотят сами судить. Никарагуа. Мы столько навозили туда оружия «сандинистам» в обмен на зеленый кофе и зеленые бананы, что и сегодня бы там воевали, не появись «американские эмиссары». Теперь там все наладилось. В общем, там, куда американцы экспортировали «свой образ жизни», тишь, благодать и достойный образ жизни. Там, куда мы совали свой нос, везде голод и разруха, или такие амбиции как у северокорейцев или у Садата, что даже нам, привыкшим к ужасам жизни, и то страшно становится.

Таким образом, сегодняшняя, западная демократия – это не правило развития народов на земле, это исключение из правила земной цивилизации.

 

Православное христианство

Что такое христианское православие, откуда оно взялось, сегодня никто не знает. Все то, что написано в русских источниках о православии, это сплошная ложь, или просто выдумки. Ренан, неплохой знаток религий, о православии (правоверии, как он говорит) ограничился одним абзацем. Вот его смысл: восточная ветвь христианства это иудео-христиане, евиониты. Восток никогда не переставал иметь семьи, соблюдающие субботу и применяющие обрезание. Под Востоком Ренан понимает побережье Малой Азии, бывшие города греков, ставшие Сирией, Палестиной, Ливаном, Турцией. Абиссинцы (предгорья в верховьях Нила) – настоящие иудео-христиане, соблюдающие все еврейские правила даже строже самих иудеев. Коран и ислам – продолжение этой формы, сущность его – второе пришествие Христа, устранение креста. К 200 году уже существует правоверие (православие), ставшее пробным камнем для устранения ересей. Суббота – сотворение мира. Воскресение – воскресение Христа. Здесь оба дня празднуются. Крещение заменило обрезание, которому оно только предшествовало, так как перед входом в храм, где производилось обрезание, обрезаемый подвергался возложению ему на голову рук священника, манипулирующих особым образом, посвящающих его на обрезание. Оскопление священников уже было избытком усердия, оно уже не требовалось по ритуалу посвящения. Заметьте, я говорил, что иудаизм придумали наевшиеся досыта жрецы Кибелы, решившие заменить матриархат патриархатом. А они все были скопцами, как я рассказывал. Вот предыдущие строки и доказывают мою мысль. 

Ренан, несмотря на то, что был российским академиком, ни слова не говорит о правоверии (православии) России. Подчеркиваю, что все изложенное выше, относится только к Малой Азии, но не к островной и континентальной Греции. Помните, оттуда приезжал крещеный еврей Гегезипп в Рим в инспекционную поездку? Может быть, он считал, что у нас было католичество?

Католичество внедрялось на Западе в борьбе со светской властью, чему пример жизнь Марка Аврелия, боровшегося с христианством, и заявлявшего, что церковь – это государство в государстве, что церковь и армия несовместимы, так как служить двум господам (церкви и государству) невозможно. Католичество пробило себе путь из подпольных кружков, в которых разрешалось «философствовать» точно так, как в подпольных кружках коммунистов. Впоследствии это вылилось в проповеди священников на «заданную тему» из священного писания. У коммунистов же «философствование» прекратилось с расстрелом «неправильно философствующих», философствовать стало возможным только в пределах «канона». Другими словами, католичество внедрилось революцией снизу вверх чернью во главе с идеологами, как октябрьская революция внедрилась люмпен-пролетариатом во главе с Лениным. Поэтому, как в Италии, так и в России сменилась власть: в Италии главой стал папа, в России – Ленин.    

Православный катехизис растолковывает, что под требованием почтительного отношения к родителям следует подразумевать не только отца и мать, но и всех тех, кто «заступает место родителей», т.е. «начальников гражданских и начальников духовных». В первую очередь царя, затем духовных пастырей и, наконец, вообще «всех начальствующих в разных отношениях». Надо быть покорным властям, потому что всякая власть от бога, повиноваться господам не только из страха, но и по совести, не только «мягким» господам, но и жестким. Заповедь «не убий» распространяется только на единоверцев. Из этого следует, что не только мусульман, но и католиков можно убивать. С католиками на западе России воевали даже больше, чем с мусульманами. Несмотря на то,  что христианство объявило раба человеком перед богом, охранительная функция шестой заповеди фактически не распространяется на рабов. Избиение строптивых рабов господином рассматривается в Евангелиях  как его бесспорное, законное право. Грех лжесвидетельства понимается тоже не однозначно.  «Благочестивый обман» на пользу церкви был возведен в принцип действия церковников. Из того проглядывает уже подтвержденное историей внедрение православия в России сверху, а не снизу как католичество.

В этом и есть основное их различие, а не «опресноки» и прочие штучки, наподобие троеперстия, вбиваемые нам в голову. Поэтому, православие еще хуже, чем католичество, которое само по себе плохое по сравнению с протестантизмом. Но очень хорошая религия для создания империи во главе со светской, а не с церковной властью, ибо светская власть в России на протяжении всей своей истории то и дело «заточала» своих первосвященников, а то и просто убивала их, меняя как перчатки, а не наоборот, как католический папа Гильдебранд, заставляя светского императора сутками стоять на коленях перед своими воротами. В этой принципиальной разнице католичества и православия я и сегодня вижу препятствие в общении этих церквей, исходящее, прежде всего, с нашей стороны. Нынешний папа Иоанн-Павел Второй предпринимает совершенно явные шаги в сторону сближения наших церквей, в то время как патриарх наш Алексий Второй, не находя ни единой разумной и понятной всем причины, молчит навстречу, как воды в рот набрал. Я понимаю, что папе далеко ездить в Южную Америку к своей основной пастве и желательно бы приблизить саму паству к Ватикану, российскую. Может быть, в душе наш патриарх и согласен с этим, тогда можно при хорошем старании переехать жить в Италию, где гораздо теплее. Но кто же ему это позволит? Ведь, хотя наша церковь и «отделена от государства» вот уже почти сто лет, но, как и тысячу лет назад могут «заточить», в крайнем случае, просто «снять с работы». Одного генерального прокурора посадили в тюрьму, другого выгнали как нагадившую в квартире собаку, а патриарх это такая «мелочь». Его можно давно уже было посадить в тюрьму за одну только торговлю беспошлинными водкой и сигаретами. Или «он не знал»? Как «не знали» наши почти -что все правители?

Только поэтому, я думаю, наш патриарх и молчит, сказать-то просто абсолютно нечего. А нашим правителям, потерявшим национальную русскую коммунистическую идею, ничего не осталось, как возвратиться к «царской национальной русской идее», где вторым пунктом после «самодержавия» идет «православие». Как же такую хорошую штуку отпустить жить в Ватикан? С чем останутся? С одним «самодержавием»? Вы же сами видите по телевизору, как крестятся наши нынешние правители, совершенно так же, как держит сигарету и стряхивает пепел с нее человек, закуривший в первый раз в жизни. Вы только сравните картинки в телевизоре за 2000 год и эдак лет пять всего назад. Сегодня же православных попов с «хорошей стороны» не устают показывать. Неужели не видно, куда клонит нас власть?

Совет до рассмотрения «истоков» православия. Чтобы не делать больше революций в нашей стране, надо нам сперва мирно прейти в более лучшее, по сравнению с православием, католичество, затем уже родить своего Лютера и Кальвина, а потом уже, опять же мирным путем, перейти к реформации и, одновременно, - к просвещению. Долго, конечно, но что поделаешь, другого, более быстрого способа, просто нет в наличии. Наших люмпенов, а их в стране большинство, заметьте себе, не наших правителей, а именно наших люмпенов, другим способом не одолеть. Поэтому, я и ставлю перед собой цель, узнать, почему у нас люмпенов большинство? Частично я уже на этот вопрос ответил, когда рассматривал истоки работорговли русских русскими. Теперь надо сюда прибавить и христианские истоки, вернее сказать, исламо-христианские.

С этой целью я хочу обратиться к «новохрону-2», половина книг которого посвящена доказательствам, с которыми я полностью согласен, того, что в раннем христианском средневековье повсюду, кроме Ватикана, в христианских храмах, как в католических, так и православных, использованы совместно, и христианский крест, и мусульманский полумесяц со звездой. Половина русских городов на своих гербах использует, то крест, то полумесяц, то оба разом. В христианско-католическом средневековом Кельне вообще обошлись одним османским полумесяцем со звездой на шпиле главного собора, правда, недавно снятом оттуда. На картинке, изображающей Куликовскую битву, войска обеих из противных сторон этой битвы имеют на своих знаменах, как кресты, так и полумесяцы. Над городом Константинополем развеваются знамена, как с крестами, так и с полумесяцами, на кораблях в гавани – то же самое. И, почему собственно, историки решили, что мусульманство значительно «моложе» христианства? Да они, оказывается, близнецы-братья, от одних папы с мамой.

Но даже «новохрон-2», не говоря уже об официальной версии истории, почему-то не хочет этого. Объяснение у «новохрона-2» следующее. Русские с турками, которые на самом деле русские казаки, только почему-то с полумесяцами, под своими знаменами завоевали не только всю Германию, но и вообще весь мир, исключая Австралию, а затем свои знамена оставили на память всем завоеванным, в том числе и Кельну, но уже в качестве, так сказать, эмблемы. Я бы, может быть, и согласился с ними, но мне мешает то обстоятельство, что русские с османами почему-то не оставили своих эмблем в Ватикане, хотя он по данным «новохрона-2» тоже, не только был завоеван, но даже и основан русскими. Ибо Ватикан = Батый-хан, который тоже русский, с чем я, кстати, что он русский согласен. Но и это еще не все, как говорят в рекламных роликах. Меня очень смущает несоответствие «производительных сил» «производственным отношениям», которые согласно марксизму-ленинизму должны «соответствовать» друг другу. А «новохрон-2», по-моему, очень даже марксистская «версия» истории.

Для завоеваний такого вида турки и русские должны были обладать производительными силами, которые грубо состоят все по тому же марксизму-ленинизму из людей и машин. Людей было навалом, как говорят «исказители» русского литературного языка. А вот что касается машин, с этим у них было очень туго. Вернее сказать, вообще ничего не было, кроме кривых сабель-ятаганов и дубин, почему-то называемых «палицами». От стыда, наверное. Прошу с походом Наполеона не сравнивать. Тогда по всей Западной Европе мосты каменные стояли на всех реках. Понтоны имелись в наличии для переправ через реки. И вообще пушки были, достаточно надежные и не взрывались сами через раз вместо того, чтобы стрелять. Не говоря уже о ружьях. Да и дороги были, на западе – хорошие, на востоке –плохие, потому что они и сегодня намного хуже западных. А вот во времена русско-турецкого «завоевания» ничего этого не было, даже дорог, подвозить припасы солдатам. Вот и представьте себе, что с такими «производительными силами» русские и турки повесили на купола Кельнского собора свои эмблемы. А чуть северо-восточнее Кельна, как раз на пути завоевателей, стояли уже и работали шахты, железоплавильные печи и прочая промышленная инфраструктура Северного Рейна-Вестфалии – основа всей нынешней германской мощи. Не знаю как Вам, а мне это представить трудно.

И это даже не все. Вспомните, что с 1096 по 1270 год крестоносцы с завидной регулярностью обрушивали свой завоевательский порыв на почве «Гроба Господня» как раз на те места, откуда и должны были направиться в поход турки. А сами турки и ухом не вели, как будто их и не было на свете. А одним русским с их палицами было одним не справиться с мощью Северного Рейна-Вестфалии. То есть до 1270 года о походе на Запад и думать было нечего.

Правда, после 1270 года такие основания появились. На Западе началась реформация, силы тратились на противных католиков, и завоевать их в это время уже не составляло такой неразрешимой проблемы. Но если бы их и стали завоевывать, то это бы, безусловно, заставило католиков и протестантов хотя бы на время, до изгнания врага, объединить свои усилия в один кулак. Тогда бы в истории появилось это радостное сообщение, а его как видите, нет. Вся история Запада целиком и полностью занята одной реформацией. Для других событий там просто не хватает места. Да уж, если бы и произошло такое завоевание, то в истории все же остался бы хоть маленький след этого, «фальсификаторы истории» просто не в состоянии были бы скрыть все его следы, ни при каких обстоятельствах.

Ведь не скрывают же они, а наоборот, всячески «раздувают» попытки турок, воспользовавшихся реформацией, начать само завоевание? Но дальше Балкан турки никогда не могли продвинуться. Они там застревали всякий раз, откатывались на время и снова начинали. И опять застревали. Что уж тут виновато, иди слабость их «производительных сил», или «сильность» обороняющихся, не знаю. Знаю только, что даже до металлургического завода в Линце (Австрия), не говоря уже о Северном Рейне-Вестфалии, они никак не могли добраться, их все задерживала всякая «мелочь» вроде Болгарии, Македонии, Сербии и прочих. Да, и как понять можно турок, бросившихся завоевывать славный город Кельн, оставив незавоеванными Италию, Грецию и прочие лежащие рядом страны с очень хорошим климатом, который больше им по нраву, чем в Кельне.

Ну, представьте себе, что в истории абсолютно ничего не осталось, кроме полумесяца со звездой на шпиле Кельнского собора? Разве так может быть в совсем уж близкие к нам времена, когда грамотеев благодаря Просвещению было пруд пруди, а не только «официальных историков-фальсификаторов»? Хоть в одном любовном письме сведения такие, да сохранились бы. Нынче же, грамотеев стало столько, что все те бумаги, даже любовные письма давным-давно напечатаны.

А теперь о «союзе» русских с турками против всего остального мира. Конечно, русские цари переписывались, время от времени с турецкими султанами, в основном по поводу жалоб на крымских татар, но нельзя же из этого заключить, что русские и турки вели совместно боевые действия против «третьих» стран? Да и как им соединить свои войска, в какой точке, когда между ними была страшная во всех отношениях Причерноморская степь, а за ней – еще более страшные крымские татары? На Кавказе соединиться, безусловно, нельзя, так как там сидели в своих щелях-ущельях и сегодня не очень нам приятные чеченцы. До Константинополя мы ходили, конечно, но с большим войском там впервые появился граф Румянцев с молодым Суворовым уже при Екатерине Великой. Граф Миних был в тех краях немного раньше, но до Константинополя все же не дошел. В Константинополь ходили торговцы, а с ними, переодевшись в купцов, наши дипломаты для передачи жалоб на татар. Вот и все, больше ничего с турками у нас общего не было.

Теперь о казацких атаманах, ставших турецкими оттоманами, «создателями Оттоманской империи», потом и янычарами, подданными самих себя. Это правда. Но это происходило совсем не так, как хотят нам представить авторы «новохрона-2». Дело в том, что прирожденные воины, получившиеся из прирожденных казаков-разбойников, с детства сидящие в седле с шашкой наголо, всем требовались. В те времена, когда русские цари, усилившись на работорговле своими людьми, стали чванливо показывать свою силу казакам (впрочем, за дело), довольно большая часть казаков «устроилась на работу» к турецкому султану охранять Крым. А потом, показав свое умение в этом деле, была переведена «без разрыва трудового стажа» на службу в самую Турцию. Вот это и есть янычары, но они не имеют никакого отношения к «оттоманам», хотя их атаманы и созвучно зовутся. Конечно, эти янычары никогда не были турецкими рабами, как их представляют нам традиционные историки. Ибо раб никогда не будет воином за исключением, разве что, Спартака. Психология не та, о которой ниже в главе про Аристотеля. Позднее, когда русские цари очухались, они сами пригласили остатки бывших разбойников «вступить в русскую службу», казаки покочевряжились и согласились. Жить разбоем стало трудно. Западноевропейских разбойников на Миланской равнине еще раньше «прижали к ногтю».

Теперь о якобы турецких надписях на мечах и шлемах «высшего руководящего состава» русского воинства, которые, по мнению авторов «новохрона-2», «подтверждают» союз русских и турок. Ничего подобного. Кто постарше, может подтвердить, что до поднятия «железного занавеса» весь мужской состав Советского Союза гонялся за иранскими лезвиями для бритья, пренебрегая русскими лезвиями завода «Балтика», что в бывшем Ленинграде, единственном на Союз. Русскими лезвиями можно было только затачивать чертежные карандаши, не более. Иранская, она же дамасская, сталь ценилась с глубокой древности за прочность и остроту заточки. Даже Вальтер Скотт посвятил этому вопросу лучшие страницы своих книг о крестоносцах, например «Квентин Дорвард» или «Ричард Львиное сердце». Так вот, надписи на «русских» клинках совсем не турецкие, а иранские, что почти одно и то же, по-арабски. Теперь о том, где мы эти сабли и мечи брали? Если бы их втридорога, притом по случаю, не покупали, то «турецкие» надписи были бы у всех русских солдат на оружии, а не только на оружии князей, притом князей первой величины, таких как Александр Невский. Оружие это покупали в низовьях Волги, помните, Ибн-Федлана и Ибн-Дасту? Помните откуда они родом? Помните, что купцы знали, что возить на продажу?

А теперь о русской стали. Разве я не говорил уже о том, что русские сталь не производили. Первую русскую сталь на Урале стал плавить тульский кузнец Демидов. Но Урал надо было еще завоевать. Тульский кузнец Демидов родился в 1656 году, дворянство получил в 1720 году,  уже при Петре. Вот эту, последнюю, дату и надо иметь в виду, когда мы начинаем говорить о русском оружии. Кузнецы в Туле, разумеется, появились раньше, но они «перековывали мечи на орала», иногда наоборот, когда действовало эмбарго на продажу оружия русским. Новгородцы покупали оружие у немцев, за беличьи шкурки. Поэтому у русских и было две, так сказать, модели оружия, кривые, легкие и острые восточные сабли, и тяжелые как кувалда, немецко-ганзейские мечи.

Видите, сколько времени у меня и вас отняла неправильная информация о причинах появления серпа со звездой на колокольне собора в Кельне? Я уже вообще чуть было не забыл, что заголовок у меня о русском православии. Придется возвращаться. Но без объяснения причин появления этого полумесяца, если версия, изложенная  авторами «новохрона-2», меня не удовлетворила, мне дальше ни шагу нельзя. Иначе неудобно: «плохую» причину отвел, а свою, «хорошую», не сообщил.

Я думаю, что сначала у всех христиан  были точно такие же полумесяцы со звездой, как символ самого Константинополя, он же Царьград. Ибо, когда евреи основали его как таможенный пост, им пришлось выдумывать ему и эмблему или герб. В те времена так полагалось. Но евреи уже имели свой герб, так называемую звезду Давида. Как бы ее поточнее описать? В общем, это шестиконечная звезда, еще точнее – два равносторонних треугольника, наложенных друг на друга так, что два основания разных треугольников, параллельны друг другу. Вот и получилась звезда, у которой видны не только внешние границы звезды как у советской пятиконечной звезды, а и находящиеся пересечения линий внутри самой звезды. «Прозрачная» шестиконечная  звезда получилась. Но ограничиться этим своим «гербом» для города на чужой территории было несколько стеснительно, мало ли что подумают греки? Ведь не такие уж они дураки, и евреи не хуже меня знали об этом. Что касается полумесяца, то он сверкал над ними чуть ли не ежедневно, весь, как говорится, подлунный мир его видел. Я не думаю, что кто-то из народов раньше не использовал это наглядное пособие, находящееся всегда «под рукой», вернее на небе, когда было нужно. Поэтому не буду вдаваться в подробности. Они тут ни к чему. Скажу только, что и я бы использовал это наглядное пособие, чтобы долго не раздумывать и не «изобретать велосипед».

Точно так же поступили и евреи, избрав полумесяц в качестве основного элемента герба своего города, который построили в качестве таможни. О цепях через Босфор я уже говорил. Но не будь евреи евреями, чтобы этим и ограничиться. Им надо было показать, кто владеет этим городом, но показать интеллигентно, ненавязчиво, с присущей им «скромностью». Поэтому в центре круга, описывающего полнолуние, с вписанным в него полумесяцем с достаточно узким «серпом», они поместили свою любимую звездочку Давида, только очень маленькую. Издалека эта звездочка вовсе не казалась звездой Давида, а казалась небесной звездочкой, но именно с шестью лучами, какие ставят нынче в книжках справа и немного выше буквы. Вблизи же она была совершеннейшей звездой Давида. Видите, как остроумно они подошли к выбору герба. Я уверен, что им самим этот герб очень понравился. Поэтому, когда изобретали новую веру, герб ее уже был под рукой. Притом, заметьте, было удовлетворено и чувство тщеславия. Но наглеть они не стали, помещая в герб христианства именно свою «прозрачную» звезду Давида. Здесь она точь в точь была копией звездочки из книжки, три перекрещивающиеся палочки. Только одни авторы и знали, что это такое на самом деле.

С этой довольно сложной эмблемой христианство и начало свой путь, как православие, так и католицизм. Но в Ватикане, да и по всей южной Италии все еще помнили восстание Спартака, хотя, может быть вполне, что такого восстания вообще не было. Главное помнили, что восставших и побежденных Марком Крассом рабов вешали вдоль Аппиевой дороги именно на крестах, хотя христианства еще и в помине не было. Поэтому им показалось естественным, что и Христос должен висеть на кресте как восставший против иудеев раб. На том и порешили, кресты же на Аппиевой дороге делали простые, с одной перекладиной для рук. А в Малой Азии вообще в древние времена просто «столбовали», вешали на столб, без перекладины для рук, а иногда, даже не иногда, а чаще всего, просто садили на кол. Это тоже называлось столбованием. Если вы помните, то я где – то уже говорил, что римляне сочетали кол с крестом. Просто кол вбивали в основание креста, и наказываемый садился на этот кол так, что он оказывался у него между ног, а руки привязывали к большой перекладине или прибивали гвоздями – так надежнее.

Но вы же помните, насколько силен был папа в те годы, императоров унижал всячески. В общем, папа издал указ или буллу по-тогдашнему, что мол, с такого-то числа эмблемой католичества считать крест простой, с одной перекладиной. Всем заменить. И подпись: папа. Но германские светские правители, вообще недовольные папой, и в особенности в городе Кельне, сказали в ответ: «Ваше благородие, вертолета мы пока не изобрели, а новые строительные леса вокруг собора ставить, денег нет, мы только старые леса сняли и сожгли в печках. Вот как будет капитальный ремонт, мы в смете предусмотрим ваше папское высочайшее пожелание. Но до капремонта никак нельзя». Папе пришлось согласиться, потом он умер, и все забылось. Так бы и сейчас эта эмблема висела, если бы не авторы «новохрона-2». Они приехали, убедились, что эмблема висит, и высказали вслух свою идею, что турки с русскими заставили повесить эту эмблему в честь своего завоевания, и Кельна, и всей Германии. Градоначальник обиделся, вызвал вертолет, и эмблему сняли. Теперь это «доказательство» лежит в музее, разобранное на части. Точно такие пертурбации произошли и с католическими знаменами, нарисованными в древних гравюрах. Кляксы на знамена не стали ставить, но сами гравюры теперь никому не показывают, особенно русским «новохронистам», даже без порядковых номеров.

В российском православии Аппиевой дороги не было. Крестов тоже не было. Покойников просто сжигали, а урну с прахом ставили на простой столб придорожный, наподобие верстового, версты отсчитывать. Эмблема же была точно такой же, как на Кельнском соборе и над самим Царьградом. Теперь я должен сводить вас, уважаемый читатель, на экскурсию. В городе Москве, около всем известной гостиницы «Россия», стоят совсем рядом несколько старинных русских православных храмов, напоминающих рядом с гостиницей детские игрушечные заводные машинки рядом с карьерным автомобилем грузоподъемностью 120-тонн Белорусского завода БелАЗ. Вот на одном из них, на храме, забыл на котором, водружены русские православные кресты древней работы, восьмиконечные. Вообще русский православный крест восьмиконечный: столб, с тремя перекладинами, верхняя короткая, средняя самая длинная, нижняя – тоже короткая, но не перпендикулярная столбу,  как первые две, а чуть наклонная. Но с таким крестом нам не добраться до истины. Поэтому я и повел вас на экскурсию. На «экскурсионном» храме крест немного не такой: у него вместо нижней перекладины полумесяц и без наклона к столбу, как бы лежит рогами кверху. Вот этот полумесяц, точная копия мусульманского полумесяца, и приоткрывает тайну. Мусульмане даже официальное обращение по этому поводу сделали к Московскому патриарху. Дескать, нам обидно, ваш крест стоит на поверженном набок нашем полумесяце, а это показывает ваше пренебрежение к нашей религии. Если бы они узнали истину, то отозвали бы свое письмо. Я ее всем сообщаю. Это всего-навсего «модернизированная» слегка, первоначальная христианская эмблема, которая, может и сегодня где-нибудь висит, в истинно мусульманском Стамбуле.

Дело в том, что изготовить такую эмблему для водружения на палке довольно сложно. Нарисовать ее легко, а вот сделать трудно. Полумесяц просто ставят вертикально на палку и дело в шляпе. Но, звездочка-то должна висеть в воздухе между рогами. В Кельне исхитрились и саму звездочку сделали из толстых палок, а прикрепили ее к полумесяцу тоненькими палочками, издалека еле видными. Все это сделали из железа. Получилось красиво, звездочка как бы парит в воздухе, не удаляясь с предназначенного ей места между рогами полумесяца.  Для русских такая изобретательность показалась не очень остроумной. Русские сделали, как их сказочный Левша: английскую блоху подковали, но она перестала прыгать. Так и с эмблемой византийской, она абсолютно изменила свой облик, хотя все ее элементы сохранились, даже «подковки» и «гвоздики» не понадобились. За основу они приняли еврейскую звездочку из трех перекрещенных палочек. Но они преобразовали ее, палочки начали пересекаться не в одной точке, а в двух точках. Палочка прямая – столбик, две другие – перекладины, но разной длины. Так что некоторое соответствие звездочке осталось. Не у дел остался полумесяц. Они его значительно уменьшили, уравняли с короткой перекладиной, и поместили в качестве третьей перекладины, пониже длинной. Стало еще больше походить на звездочку, мерцающую слегка из-за трех точек пересечения со столбом, как на небе. Потом русским из-за природной лени стало неохота каждый раз вырезать серпик месяца. Поэтому перешли на прямую третью палочку, но в знак того, что это все-таки не палочка, а полумесяц, стали прибивать ее чуть наклонно. Вот и вся история с русским православным крестом. Вместо шести-лучевого он превратился в восьми-лучевой.

Я даже знаю, почему русская конструкция стала таковой. Дело в том, что, как я уже докладывал неоднократно, у русских была большая нехватка металла. Все делалось из дерева. Вот и представьте себе, как сложно было повторять довольно часто, из-за малого срока службы древесины на крыше под дождем, кельнскую конструкцию.  Три перекрещивающиеся в одной точке палочки из дерева мгновенно сгнивали в точке пересечения, выполненной «в шип». Тоненькие палочки, невидимые издалека, крепежные, не несущие «идеи»,  в нашем влажном климате выходили из строя еще быстрее. Полумесяц надо было вырезать из очень широкой доски, чтобы хоть чуть-чуть походил на полумесяц. При этом у дощатого полумесяца от дождей то и дело бы отваливались рога, так как древесина от постоянной смены сырости на сухость растрескивается вдоль волокон мгновенно. В общем, не эмблема, а наказание Божие. Ох, и кляли, поди, русские деревянных дел мастера византийских изобретателей, пока не нашли  столь радикальный выход из создавшегося положения. Добавлю только, что это произошло, конечно, не сразу, а постепенно, лет эдак за сто. И серпик вместо нижней палочки на отдельных крестах – тому доказательство.

Основание христианства на Руси в 989 году Владимиром, которое вбито в нас с детства, не выдерживает никакой критики. Во-первых, потому, что как я показал выше, вообще вся история христианства началась с папы Гильдебранда, он же Иисус Христос, около 1100 года. Во-вторых,  сказка о выборе себе веры из предложенных нам трех религий, уже трижды, в разных вариантах, рассказана в Красной, Желтой и Зеленой книгах о хазарах. Единственно, что мы добавили в четвертый раз к этой набившей оскомину сказке, это то, что «Руси любят пити», поэтому мусульманство нам не годится. Перечитав вновь Карамзина, я нашел там все ту же сказку. При этом Карамзин даже все известные историкам факты, преподносит так, как будто мы с тех пор никогда не меняли своей православной религии: как «взяли ее у греков через посланных нам греками же Кирилла и Мефодия, так и остались с ней по сегодняшний день. Но это же чистое вранье. Я уже приводил выше мнение «новохрона-1» по этому поводу, повторю его еще раз.

«Любой прилежный ученик средней школы знает историю возникновения славянской письменности и крещения Руси. Два брата-славянина, монахи Кирилл и Мефодий, приглашенные из Греции в Моравию, заслужили славу созданием славянской азбуки – кириллицы. Из этого традиционного описания можно понять, что проповедовали они в духе восточной церкви и были ее представителями. Но это не так. Факты говорят о другом. Братья действительно были славянами, родились они в македонском городе Салуни (ныне Салоники). Но из этого вовсе не следует, что они были адептами патриаршества. Начав славянскую проповедь в Моравии, они были вынуждены бросить дела и по требованию римского понтификса Николая ехать… в Рим. Понтификса возмутило, что они в своей миссионерской деятельности пользуются не латынью, а славянским языком. Если бы братья принадлежали юрисдикции царьградского патриарха, с чего бы им отправляться в дальний путь оправдываться перед чужим начальником? Но они не только поехали, а для смягчения гнева владыки Ватикана повезли с собой открытые ими в Херсонесе мощи святого Климента. Причем, не спросив на то разрешения у византийского патриарха – случай вообще неслыханный. Кстати говоря, византийские богослужения велись на греческом или библейском (еврейском) языках. Славянский тоже был под запретом, но патриарх за это братьев не ругал, потому что они ему не подчинялись.

В Рим братья прибыли в 869 году. За время их пути понтификс Николай преставился, а новый понтификс, Адриан, обрадовавшись мощам, не только принял братьев ласково, но и почел их деятельность как славянских миссионеров полезной. Мефодий был рукоположен им и стал архиепископом Моравским, а Кирилл (Константин) – стал епископом. На этом деятельность Кирилла закончилась, поскольку он заболел и вскоре умер. Он похоронен в Риме, рядом с привезенными им мощами св. Климента. Рим, чтобы уменьшить влияние Византии в примыкающих к ним землях и «оттянуть» их к себе, разрешил богослужение в этих землях на местных языках, для чего и создали Кирилл и Мефодий славянскую азбуку. В тех же целях новообращенным христианам разрешено было сохранять свои языческие имена. Обо всем этом можно прочитать в учебнике И. Беллярминова (издан в начале 19 века, переиздан в 1933 году). Удивляет утверждение ученого о том, что Священное писание было переведено с греческого языка. Наличие в нашем Священном писании Третьей Книги Ездры, которая присутствует в Вульгате (Библии на латыни), но которой нет в греческом и еврейском ее варианте, говорит о том, что наше Священное писание переводилось изначально с латинского, а не с греческого образца. Канонической считается Первая Книга Ездры, Вторая существует только на греческом языке, Третья – только на латыни. С нее и сделан перевод первого варианта Библии на старославянский язык.

Так Россия приобщилась к христианству с Запада, от Рима, и превратилась со временем в униатское государство, вынужденное платить Ватикану дань. Календарь, основа богослужения был у нас не греческий, а латинский. Уже не говоря о названиях месяцев (в Византии они были другие), начало года было у нас как на Западе – в марте, а не в сентябре, как у греков. Еще одно подтверждение римской основы нашей веры заключается в том, что имена первосвятителей Ольги и Владимира остались языческими. Это могло быть только при принятии крещения по западным правилам (более поздняя традиция называет и их греческие имена). Если посмотреть на нашу историю, сразу бросается в глаза – то имена князей сплошь языческие: Владимиры, Ярославы, Святославы… А то исключительно византийские: Василии, Иоанны, Михаилы… Само слово староверы совершенно четко показывает нам, что православие не было исконной верой земли нашей». Конец длинной цитаты. Что поделаешь, надо же доказывать.

 «Новохрон-2», ссылаясь на «Большой катехизис» 1627 года, изданный при Михаиле Романове, отце Алексея Романова, «запустившем Великий раскол», деде Петра Первого, утверждает, что «было четыре крещения Руси. Первое от апостола Андрея. Второе крещение – от патриарха царьградского Фотия, «во время царства греческого царя, Василия Македонянина, и при великом князе всея Руси Рюрике. И при киевских князех при Асколде и Дире». Ни для первого, ни для второго крещения «Катехизис не знает никаких дат. И это в начале семнадцатого века! Третье крещение датировано. Это крещение произошло при великой княгине Ольге, согласно «Катехизису», в 6463 году «от сотворения мира», то есть около 955 года новой эры. Четвертое крещение Руси – это знаменитое крещение Руси при князе Владимире. «Катехизис датирует его 6497 годом, то есть около 989 года новой эры». Сделав вызывающие доверие расчеты, авторы «новохрона-2» утверждают, что четвертое крещение Руси было в 1489 году, а «предыдущее крещение при Ольге перемещается в середину 15 века», то есть в 1455 году.

Приведу слова Карамзина: «Сличив рукописные харатейные Евангелия 12 века и разные места Священного Писания, приводимые Нестором в летописи, с печатною московскою или киевскою Библиею, всякий уверится, что россияне 11 и 12 столетия имели тот же перевод ее. Мы знаем, что она несколько раз была исправляема при Константине, волынском князе, в 16 веке; при царе Алексее Михайловиче, Петре Великом и Елисавете Петровне; однако ж, несмотря на многократное исправление, состоящее единственно в отмене некоторых слов, сей перевод сохранил, так сказать, свой начальный, особенный характер, и люди ученые справедливо признают оный древнейшим памятником языка славянского. Библия чешская или богемская переведена с латинской Иеронимовой в 13 и 14 веке; польская, украинская и лаузицкая еще гораздо новее». Ну, и горазд же врать, Карамзин. Впрочем, не буду его сильно винить. И сегодняшние наши историки тоже пишут с подсказки правителей, тогда напечатают, и даже денег дадут.

Гораздо интереснее то, что все выше изложенное еще раз подтверждает, что никакой византийской империи не было, а был город-таможня по имени Царьград, затем Константинополь. Христианство-то пошло отсюда, только контроль над ним был быстро потерян. Посмотрите выше, у Ренана, как ловко Ватикан провел свою организацию и создал громадное богатство, используя чернь в своих интересах. Кроме того, и русский крест, и кельнский полумесяц со звездой, нашли свое полное оправдание.

Теперь, оттолкнувшись от неоспоримого факта, что до Великого раскола православной церкви в 1654 году, когда даже все книги старые церковные сожгли и заменили новыми, у нас было католичество, вернемся вглубь веков и посмотрим, что там было.

Но сперва опишем сам раскол словами из Советской энциклопедии. Эта старая коммунистическая подпевала, несмотря на борьбу против «опиума народа», тем не менее, не хочет говорить правду, а несет околесицу, стараясь ради «Рюрика», а попросту – ради власти, поручившей ей это дело. Поэтому смена веры представлена в ней как «укрепление церковной организации, за ликвидацию местных различий, за унификацию богословской системы». Но и этих слов достаточно, чтобы понять: исправляется ошибка католических пап, позволивших церковным общинам «рассуждать» по вопросам веры. При этом, «имея в виду в дальнейшем объединение под эгидой московского патриарха православных церквей Украины и России». Но я-то знаю, что еще в 1438-39 годах была подписана Ферраро-флорентийская уния и весь Запад бывшего СССР (Украина, Смоленск, Белоруссия, Прибалтика) «перешел» в католичество. Кстати сам Константинополь тоже перешел, так как подписал эту же унию. И Московская Русь тоже подписала, но затем, якобы, отказалась от нее. Как же она отказалась, если продолжала креститься двумя перстами и петь «аллилуйя» дважды до Раскола, до 1654 года, больше двухсот лет? Все, до единого, русские историки, в том числе и коммунистические, врут.

БСЭ продолжает: «Хотя реформа затрагивала лишь внешнюю, обрядовую сторону религии, но получила значение большого события. Защитники старой веры получили поддержку низшего духовенства, части высшего духовенства, различных слоев русского общества». Через 12 лет «раскол достиг своего апогея». «Церковные и светские феодалы отошли от раскола». «Народ уходил в глухие леса Поволжья и севера, на южные окраины государства». Через 27 лет «правительство отмечало в 1681 году умножение церковных противников, особенно в Сибири». «Только через 70 лет наступил спад движения, когда Петр снизил преследования староверов, но установил для них повышенное налогообложение». Они готовы были платить за свою веру. С чего бы это? С того, что никоновская церковь стала империалистической, но не для себя, как папская, а для батюшки-царя. Православная церковь становилась совершенным орудием императорской власти.

Давайте, сюда присовокупим еще и Соборное уложение 1649 года, то есть русский судебник, который на пять всего лет опередил «православие с тремя перстами». Заметим, что все это «воздвиг» на едином дыхании папа Великого Петра, Алексей Михайлович, всего второй Романов, династию которого некоторые из вас сегодня так сильно хотят восстановить. Чем же характеризуется этот Судебник. «Государственные преступления, под которыми подразумеваются, прежде всего, действия, направленные против личности монарха и царской власти. За действия «скопом и заговором» против царя, бояр, воевод и приказных людей полагалась смерть без всякия пощады. Глава 1 посвящена защите интересов церкви от «церковных мятежников», а также защите дворян, даже в случае убийства ими холопов и крестьян. В главе «Суд о крестьянах» собраны статьи, которыми окончательно оформлялось крепостное право – устанавливалась вечная потомственная зависимость крестьян, отменялись «урочные лета» для сыска беглых крестьян. За укрывательство беглых крестьян устанавливался наивысший штраф, ликвидировались частновладельческие слободы в городах, возвращались в число податных сословий люди, принадлежащие ранее к категориям, освобожденным от уплаты госналогов». Заметьте, это Соборное уложение полностью сохранило свою силу до 1861 года! Более 200 лет!

Раньше конца 11 века нашу историю вообще не надо читать, ее просто не было. Времена татарского ига тоже надо пропустить. Я их уже описал, хотя и не упоминал ни одного князя поименно. Я ведь пишу историю не русских князей, как делают все историки, я пишу про формирование загадочной русской души. А когда я писал о работорговле, то, как раз в эти времена она, русская душа и закладывалась. Открываем Карамзина, больше из русских историков некого. Самой главной отличительной чертой его истории является принцип, как можно меньше сказать о главных событиях, и как можно длиннее о второстепенных. Я перескажу сейчас смысл его истории очень кратко. В наличии имеются: Казань, крымские татары, Литва, Польша, прибалты немецкие и коренные, немного шведов, все остальные страны занимают от силы 2 – 3 процента. Казань обманула, пошли войска. Не успели вернуться, напали шведы. Едва отбились от шведов, возникли ляхи, потом Ольгерд литовский, потом крымский хан. От всех отбились, начинаем, наоборот, с крымских грабежей и доходим до Казани. Можно и с середины начинать, притом со всяческими неинтересными подробностями, вплоть до меню обедов. О главных событиях, таких как принятие католичества в Литве, в Беларуси и на Украине, и прочих поворотных событий в истории, у Карамзина найдешь разве что абзац, некоторые крупные события вообще не упоминаются. Например, о «лютеранской ереси» он так темно написал на полстранице, что не поймешь, хвалит он его или ругает, хотя, скорее, ругает, чем хвалит. В идеологическом отделе ЦК КПСС ему бы цены не было.

Поэтому, начну-ка я с «отмены» «татарского ига» в 1380 году, но прежде скажу о дедушке Дмитрия Донского Иване Даниловиче Калите. Карамзин его очень хвалит, впрочем, наши современные писатели-деревенщики – тоже. При этом хвалят за то, что у нормальных людей вызывает омерзение. Карамзин: «Иго татар обогатило казну великокняжескую исчислением людей, установлением поголовной дани и разными налогами, дотоле неизвестными, собираемыми будто бы для хана, но хитростью князей обращенных в их собственный доход: баскаки, сперва тираны, а после мздоимные друзья наших владетелей, легко могли быть обманываемы в затруднительных счетах. Мы понимаем избыток (надо полагать богатство) Ивана Даниловича, купившего не только множество сел в разных земля, но и целые области, где малосильные князья… волею или неволею уступали ему свои наследственные права… (Углич, Белоозеро, Галич, Ростов, Ярославль – сделались великокняжескими). Вы не забыли еще, господа читатели, что я как раз и говорил, что наши князья-грабители договорились с волжскими, донскими и днепровскими казаками-разбойниками о продаже через них русских рабов, в том числе и в Кафу. Но я предположил тогда, что не русские обманывали казаков-«татар», а казаки обманывали русских, давая им за рабов сущую безделицу, так как русские не знали им цену в Кафе. Вот вам и официальное подтверждение главного русского историка.

Хотел на этом остановиться, но вспомнил еще про одного историка, М. Тихомирова, советского академика. Вот как он начал: «Татарское иго легло тяжелым ярмом на русский народ», а вот так закончил: «Распространенным явлением становятся браки между русскими князьями и татарскими царевнами и княжнами. Ростовский князь Глеб женился в «татарах». Так же поступил ярославский князь Федор Ростиславич». Затем, как и положено коммунисту: «Такое стремление некоторых князей к сотрудничеству с татарами встречает бурное сопротивление со стороны широких народных масс». Будто народу нечего делать, как только следить, на ком женился их князь. Да народ и знать про это не знал. Не его это народное дело. Ему, народу надо думать, как с голоду не умереть и не попасть на продажу. Лучше бы оставил народ в покое и рассказал, как на это смотрели другие князья? Им-то доподлинно все было известно. А если не говорит об этом, то надо признать, что это было нормальным явлением, «сотрудничеством». А какое может быть сотрудничество, если не совместная работорговля?  

Где-то вскоре после Куликовской битвы Дмитрий Донской отменил традиционное русское княжеское наследование: от старшего брата к младшему, заменив его наследованием от отца к сыну. Кроме этих слов у Карамзина ничего больше не нашлось сказать по этому поводу, а ведь это крупное событие. Заметьте, по времени оно почти соответствует рождению Яна Гусса (1371 год). Я,  разумеется, эти события не связываю, просто напоминаю, что вскоре начнутся гуситские войны за освобождение от «ига католичества», точнее, от «ига римских пап».

Наследование главаря бандитской шайки как идет, не знаете? Правая рука бывшего главаря шайки становится главарем этой шайки. Представляете ли вы, чтобы сын главаря шайки, у которого материно молоко на губах не обсохло, стал наследником своего отца? И не надо ничего представлять себе, так не бывает, никогда. Но родные братья часто бывают в одной шайке. Как правило, при таком случае старший брат возглавляет, а младший брат у него в главных доверенных лицах, почти всегда, - в наследниках. Если вы мне не верите, а судебную хронику не читаете, то хотя бы посмотрите фильм, называется «Крестный отец». Там все подробно показано о «наследовании» в бандитских кланах. Если вы не хотите смотреть даже фильм, буду объяснять.

Бандиты – всегда предательские люди. Поэтому они никому не верят. Они вечно обманывают и предают друг друга, и сами все прекрасно об этом знают. Только самое близкое родство, и то, далеко не всегда, способно подвигнуть их на какое-то подобие чести. Сын главаря шайки никогда не может быть наследником, знаете почему? Потому что отец никогда не сможет дожить до того счастливого дня, когда его сын сможет хорошо управляться с кистенем, притом, завоевать авторитет у сообщников. Папу-главаря убивают намного раньше такого счастливого стечения обстоятельств. И тогда младший брат вступает в наследство, вернее в вакантную должность. Это еще и потому происходит, что любой главарь всегда скрывает от сообщников большую часть их совместных доходов от грабежа, для себя лично. Кому же из «соратников» он доверит свой клад, как не брату? Поэтому младший брат главаря, даже если он непригоден в главари по своим воровским качествам, все равно станет главарем, правда временно, вскоре его убьет кто-нибудь из «соратников». Тогда шайка вновь получит «хорошего» главаря.

Я очень подробно объяснял выше, кто такие были русские князья – форменные бандиты. Теперь объяснил принцип наследования у русских князей, аналога которому не было нигде в мире. Когда Дмитрий Донской стал главарем главарей в русском государстве, победив в битве в самой Москве, на Кулишках («новохрон-2») сборную «армию» всех остальных главарей, которых историки называют «татаро-монгольским игом», он мог себе позволить передавать наследство своему сыну. Но заметьте, чтобы провести в жизнь эту смену принципа наследования, потребовалось еще сто лет. Те главари, которые считали себя наследниками Дмитрия Донского по старому праву,  еще целых сто лет не могли смириться с новым  «принципом» и снова,  и снова пытались восстановить силой старый принцип. Можно, конечно, попытаться объяснить «русский» принцип наследования и по-другому. Например, сказать, что, дескать, времена были тяжелые, и молодому неокрепшему организму сына трудно было справляться с невзгодами царствования. Поэтому, дескать, и передавалось наследство брату, как более крепкому физически. Но, возражу я, вся история полна царями-младенцами, от года и старше. Однако, добившиеся нового «порядка» цари, не стали переходить обратно на «братское» наследование. Потому что оно очень ущемляет «свободу совести» папаши, а «регенты, регентши и прочие приживальщики» - всегда наготове у смертного одра папаши-царя: клянутся и плачут, дескать, мы всегда готовы умереть за вашего обожаемого сына. Что получится в дальнейшем, папаша-царь, конечно, не узнает, а нам об этом очень доходчиво рассказали авторы «новохрона-2» на примере «Лжедмитрия», фактически настоящего царя, совершенно законного. По вопросу «разделения» царя Ивана Грозного на четыре персонажа я с авторами «новохрона-2» полностью согласен и благодарен им за хорошее расследование.

Теперь, в контексте «братского» наследования, я хотел бы остановиться на семейных отношениях южнорусских, украинских князей, зачастую просто украинских. Дело в том, что, по мнению царского историка Соловьева, эти семейные отношения больше походили не на семейные отношения, а на договорные, например, как при объединении двух фирм в корпорацию. Корпорация как устроена? Фирмы, входящие в нее, полностью самостоятельны, решают свои проблемы автономно и даже соревнуются между собой. В то же время, рынки сбыта контролируются ими совместно, чтобы не мешать друг другу на этом поле деятельности, а поддерживать друг друга, совместно устанавливать цены, взаимовыгодные. Точно так обстояли дела в супружеской паре наших древних князей. Соловьев: «При Владимире жена его имела такую же многочисленную дружину, как и сам князь. Муж и жена соперничали, у кого будет больше знаменитых витязей». При этом нам всем хорошо  известно, что в большинстве случаев при смерти князя ему наследовала жена, например, та же знаменитая Ольга. Уже при Романовых то и дело происходили подобные же наследования. Достаточно вспомнить жену-любовницу Петра Екатерину под номером один, жену царя Петра III Екатерину под номером два. У Романовых это уже было в генах, так как внешних причин уже не было. Что касается первых русских князей, то там, как мне кажется, причины были чисто внешние. Дело в том, что, по «догадкам» историков, в Южной России, рядом с Причерноморьем, обитали таинственные амазонки. Тут же обитали и братские кланы разбойников мужского пола. Совершенно такие же, как сабинянки и мужские братские кланы в Древнем Лациуме. Я это все достаточно подробно рассматривал выше.  Поэтому у меня есть все основания для отождествления семейных отношений князя и княгини, как простой договор о сотрудничестве их кланов, слегка затуманенные потом историками супружескими «обязанностями», выглядевшими несколько своеобразно. Особенно на фоне позднейшего христианского понятия, что жена сделана из ребра Адама.

За дополнительным подтверждением этого своего вывода, и без того довольно доказанным, обращусь к древним историкам. «Византийские историки» словами Карамзина: «Самые жены их ополчались и как древние Амазонки мужествовали в кровопролитных сечах». «Славянки ходили иногда на войну с отцами и супругами, не боясь смерти. Так при осаде Константинополя в 626 году Греки нашли  между убитыми Славянами многие женские трупы». Сказав это, Карамзин сразу же начинает «уточнять», «наводя тень на плетень»: «Мать, воспитывая детей, готовила их быть воинами и непримиримыми врагами тех людей, которые оскорбили ее ближних». Думаю, что Карамзин нашел где-то этот источник и даже упоминание об амазонках, но данные его быстро перевернул  так, как ему было удобно, наговорив при этом сущей глупости. Что же у него получилось? «Мать, воспитывая детей», брала их с собой на войну, чтобы «воспитывать» их своим примером, как будто мужиков не было. Амазонки так могли воспитывать, но не замужние женщины, о которых Карамзин пишет. А сам «византийский источник» Карамзин скрыл от нас, чтобы не копались.

Вторым своим неизвестным нам деянием, кроме наследования, наш освободитель от «татарского ига» ввел смертную публичную казнь, ибо «надлежало князьям или повиноваться, или быть казненными». Круто брался Дмитрий Иванович устанавливать право наследования своему сыну.

При Василии Темном (1425-1462) прошел Ферраро-Флорентийский собор, или подтвердивший наше более древнее католичество, или принятие его впервые. Сказку о том, что, дескать, Исидора посадили в тюрьму за подписание унии, выдумали специально, чтобы дезавуировать задним числом подпись Исидора под унией. Ведь все историки начали бы тыкать этой подписью в глаза российским властям. Да и по обстоятельствам дела выходило, что даже византийцы, которые присылали нам патриархов, подписали эту унию. Что же, Московская Русь в единственном числе отказалась от унии, когда ее подписали и выполняли Украина, Белоруссия, Смоленск и Прибалтика? В то же время Россия, вопреки отказу от подписания унии, продолжила или только начала креститься и петь аллилуйя по-католически? Вранье, а в особенности в истории, тяжелейшее преступление. Вот тогда-то и был основан (1455) Соловецкий монастырь, как раскольническая обитель, подальше от всевидящего ока папы римского.

Иван III царствовал долго (1462 – 1505). Что он сделал, если не описывать как Карамзин все его обеды и охоты? При нем «владения Московские прислонились к хребту гор уральских». Демидов, как я сказал выше, туда попал и освоился только в 1720 году, то есть грубо через 200 лет. С посольства в Венецию, я думаю насчет продажи леса, в Москве появились каменные строения. В 1469 году еврей-«монетчик» Фрязин поехал в Рим сватать невесту Ивану. «Папа Сикст хвалит Иоанна за то, что он, как добрый христианин, не отвергает собора Флорентийского и не принимает митрополитов от патриарха константинопольского, избираемого турками, что привержен к главе церкви». Господин Карамзин, так какая же все-таки у нас религия, чет возьми? Как могут мусульмане-турки избирать православного патриарха константинопольского, а мы – ездить свататься к нашему злейшему врагу с 1054 года? Вы же, господин Карамзин, раз и навсегда приговорили нас с 989 года к православию? Мало того, зачем Вы, господин Карамзин, направили невесту своему царю кружным путем, из Италии через Австрию в Любек, а затем еще и морем до Ревеля, фактически по вражеской католической территории, а затем она поехала опять на юг, через Псков на Москву. Не проще ли было привезти ее по истинно православной земле в Константинополь и далее на Москву по той дороге, по которой татары набеги делали? Ближе же вышло бы? Тем более что казаки-разбойники, они же «татары», вместе с вашим царем свой бизнес на рабах делали? Сами же об этом сказали чуть выше? Я же нашел эти принципиально важные вещи, состоящие из нескольких абзацев, в вашей же «мякине» на трехстах страницах? Да я вообще бы не стал сватать царицу своему православному царю в Риме, в Константинополе-то невесты православные. Не надо скрывать, что мы молимся двумя перстами, это ведь мелочь по сравнению с царско-церковной идеологией. А вот то, что Вы приурочили строительство в Москве к этому конкретно времени, и каменных стен, и домов, и даже Грановитой палаты – это правильно. А вот «главное действие этого брака то, что Россия стала известна в Европе» совсем уж не лезет, как говорится, ни в какие ворота. Будто провезли невесту царю, которая еще может и не понравиться ему, и весь цивилизованный мир заговорил не о невесте, а о государстве, куда ее везут. Согласитесь, господин Карамзин, что это выглядит смешно, особенно, когда Вы заостряете: «главное действие»?   

Далее Иван III уже в который раз покорил Новгород, завоевал Тверь, «лишил князей Ростовского и Ярославского прав владетельных», в очередной раз покорил Казань, свергнул очередного жидовствующего митрополита, впервые направил посольство в Турцию, как будто в этой самой Турции не было так называемой Никейской империи, где и сидел самый главный православный митрополит. Далее он «осадил» Смоленск, но, по-видимому, не взял, завоевал югру, и в заключение упросил турок продать ему клочок земли и построил в Константинополе, на Афонской горе, наш монастырь. Кстати, с этой горой тоже греха, то есть вранья не оберешься. Гора Афон ведь в Греции. Не может быть, чтобы две горы, в Греции и в Византии, вернее в Константинополе, имели одинаковое название. По теории вероятностей это просто исключено. Кстати, совсем уж недавно, в начале августа 2000 года, какую-то православную «греческую» икону, гостившую у нас, в России, повезли не в константинопольский Афон, а в греческий. Так есть все-таки константинопольский Афон, или нет его?

Сын Ивана III, Василий Иоаннович (1505 – 1533), ничего больше не делал кроме походов: снова на Казань, Ливонию, Крым, Литву, снова Новгород, снова да ладом, Псков. Смоленск он не только осадил, но и взял. Потом присоединил Рязань. Надо заметить, что со времен Калиты Московские князья перестали «покупать деревни и целые области», они просто приходили и «брали» их, один Смоленск пришлось «осаживать», причем дважды. За счет чего же они «брали»? Наверное, силушка появилась? Ничего подобного. Всего на пять дней «отлучился» однажды Василий, «война длилась пять дней» – говорит Карамзин, а 100 000 (прописью, как для денежной суммы в чеке: сто тысяч) своих подданных «великороссиян», вернувшись,  недосчитался. Карамзин, который только что перечислял его победы и «взятия», сокрушается: «но мы не могли отбить пленников, уведенных неприятелем в свои улусы. Саип-Гирей хвалился: 100 000 рабов». Как вам известно, самолетов не было в те времена, расчет дней пути до Перекопа я уже приводил, два месяца непрерывного пешего марша. И наше воинство никак не могло их догнать? Да послали бы человек двести верхом, взбодрили бы наших пленных сто тысяч, да те бы голыми руками передушили всю тысячу  «татар», ведущих их по степи, «ременными веревками» связанных. Продал их великий московский князь Василий Иванович, на лодках их увезли по Дону казаки-разбойники, и сбыли «татарам», вернее евреям, в Кафу. Другого объяснения и быть не может. Совершенно нереально другое развитие событий.

Правление Ивана Грозного (1533 – 1584), Четвертого, ибо III Иван тоже был Грозным, я описывать не буду. Лучше об этом почитать в «новохроне-2», там очень убедительно представлена эта эпоха. Кратко перечислю события, которые нам могут пригодиться. Во-первых, Ермак Тимофеевич взял несколько земельных участков за Уралом, но сам погиб, а казаков его местные «племена» выгнали. Подробно описана «любовь россиян к самодержавию», строгая церковная православная иерархия, как в парашютно-десантной дивизии: приказ сначала выполняется, а потом обжалуется самому приказавшему. «Храмы древние пустеют».  «Запретить книги аристотелевы!». Население вовсю празднует свои языческие праздники: «Накануне Иванова (Купалы) дня, Богоявления и Рождества люди сходятся ночью, пьют, играют, пляшут. В утро Великого четверга (Чистый четверг перед Пасхой) палят солому и кличут мертвых, мужчины, женщины, иноки и инокини моются и совершают грех содомский». Значит, у «мирян» вообще нет никакой веры, ни православной, ни католической. Празднуют они свои древние языческие праздники, в дни которых христианско-еврейские «умники»-бракоделы назначили и христовы праздники. Но я уже говорил об этом несколько выше. Но сами языческие праздники очень напоминают языческие праздники древних греков и римлян. Даже не «напоминают», а точная копия их. Поэтому, я с полным основанием могу заключить, что еще до христианства, мы, «простые русские люди», «приняли» римско-греческое язычество и с ним оставались до 17 века, ведь фантомный царь Грозный помер в 1584 году, накануне 17 века. А если вы помните, четвертое крещение по расчетам авторов «новохрона-2» совершилось в 1489 году, а собор Ферраро-Флорентийский, решения которого якобы мы не стали выполнять, имел место быть в 1439 году.

Так как народ российский до 17 века не имеет никакого отношения к христианству, ни к православному, ни к католическому, посмотрим, что же делали в это время православные наши священники и правители? Верить своим «очевидцам» не будем. Посмотрим, что говорят пришлые люди. Представляю «график посещения нас» иностранцами, оставившими свои воспоминания: 5 – 7 века – 3 человека, 9 – 10 века – 3 человека, 15 век – 1 человек (1475 год), первая половина 16 века – 2 человека, вторая половина –14 человек, 17 век – равномерно 17 человек, 18 век – 1 человек (!). Этот график показывает, что представленные выше события с 1300  до 1550 года,  никто, кроме нас самих, не видел, а верить нашим свидетелям, как я уже доказал, совершенно невозможно. Так что придется довольствоваться свидетелями рубежа 16-17 веков и далее.

Г. Штаден (1576): «В русской земле не знают и не употребляют ни латинского, ни еврейского, ни греческого языков, ни митрополит, ни епископы, монахи или священники, ни князья или бояре, ни дьяки или подьячие. Все они пользуются только своим собственным языком. Однако и самый последний крестьянин так сведущ во всяких шельмовских штуках, что превзойдет и наших докторов-ученых, юристов во всяческих казусах и вывертах. Если кто-нибудь из наших всеученнейших докторов попадет в Москву – придется ему учиться заново!». С. Маскевич (1609 – 11): «один из наших купцов привез с собою в Москву кучу календарей. Царь, узнав об этом, велел часть этих книг принесть к себе. Русским они казались очень мудреными. Сам царь (Шуйский) не понимал в них ни слова, посему опасаясь, чтобы народ не научился такой премудрости приказал все календари забрать во дворец, купцу заплатить, сколько потребовал, а книги сжечь». Вот вам и «учение аристотелево».

Р. Гейденштейн (1600 – 1620): «…у них не позволяется священнослужителям говорить никаких проповедей к народу, которыми он бы наставлялся в вере, но они перевели на свой язык для этого употребления то, что передано им древними греческими отцами и, тщательно сделав выборку, всенародно читают по писаному. Так делается для того, люди, не обученные никаким наукам, не полагаются на свои способности, или же, что кажется ближе к правде, для того, чтобы стремление находить новое, при пытливости человеческого ума, не повело к отступлению от старины и истины». Я. Рейтенфельс (1670 – 73): «…они, до настоящего времени, при этом находятся в глубочайшем невежестве относительно Божественного Откровения». А. Мейерберг (1662): «В Неделю Пасхи все Попы и прочие церковники, взявши для облегчения себе какого-нибудь мальчика носить за ними святую икону, либо крест, в лучшей одежде ходят по перекресткам  городов и деревень бегом, посещают всех прихожан и других знакомых, и упиваются с ними до совершенного опьянения». Н. Гальковский: «Оказывается этому ужасному пороку (грех против седьмой заповеди, содомия и скотоложство) был подвержен даже глава русской церкви, митрополит Зосима, как это видно из сочинений преп. Иосифа Волоцкого». Заметим себе, что Кальвин в это время уже не только родился и сделал свое великое дело, но уже через два года умрет.

Теперь, когда я привел эти скудные данные о наших православных священниках, следует, пожалуй, возвратиться к Соборному уложению (судебнику) и практически одновременному с ним Расколу в православной церкви (соответственно 1649 и 1654 годы). Изнеможенный народ, который продавали в рабы оптом, под видом «татаро-монгольского ига», согласно Уложению 1649 года стали продавать совершенно на законных основаниях в розницу. Раньше народу объясняли, дескать, налетели татары, они и налетали с совершенно русскими фамилиями по заранее обусловленной договоренности между «татарами» и «князьями». Догнать «татар» по какой-то фатальной причине никогда не удавалось. Темный народ, конечно, догадывался, в чем тут дело, но молчал, ибо «не пойман – не вор». Притом разрешалось уходить от своих князей к другим князьям, все-таки разнообразие. А тут – бац, и все резко изменилось. Все население, до последнего посадского ярыги, закрепили в наследственное «пользование» таким же людям, с двумя ногами, как и они сами.

Что же было в 1649 году в Западной Европе? Ян Гусс уже умер 230 лет назад, гуситские войны закончились 212 лет назад. Лютер, сделав свое великое дело, умер, уже сто лет назад. Даже Кальвин умер 85 лет назад. Реформация католической церкви завершилась 76 лет назад в Даниии, Швеции, Англии, Германии. Через 40 – 50 лет родятся Вольтер, Монтескье, Гольбах, Кенэ, Франклин, Ричардсон, чуть позже: Руссо, Дидро, Лессинг, Д’Аламбер, Тюрго, Джефферсон, Пейн.

Вы представляете, что, таким образом, Западная Европа – на грани общества, в котором они живут сегодня? А у нас в Московской Руси законодательно вводится рабство, самое жестокое, какое не снилось даже Древнему Риму. Вы помните, что я цитировал из Марка Аврелия? Там не позднее 180 года новой, нашей эры, рабам были предоставлены права, которых не было в России до 1861 года? Вы помните, что в Древнем Риме рабыню нельзя было заставить заниматься проституцией? Вы помните, что нельзя было по отдельности продавать семью рабов? Вы помните, что рабы имели право на часть имущества их хозяина? Вы помните, что рабы имели право на судебный иск? А теперь взгляните немного выше, где я описывал этот Судебник 1649 года, и сравните с Древним Римом? Вам сразу станет так стыдно за нашу любимую Родину с большой буквы.   

Итак, никакого православного христианства не существует на свете. Это идеологический отдел ЦК КПСС плюс министерство пропаганды Геббельса, только в тысячу раз мощнее. Он полностью подчинен властям со дня его основания и по сей день. Он служит только им и никому другому. А Иисус Христос посиживает себе на небе и делает вид, что ничего не видит. У Ватикана, наверное, денег нет, что он хочет объединиться с русской православной церковью, ныне разбогатевшей на беспошлинных водке и сигаретах. А то там, в Ватикане меньше моего знают о нашей церкви. Не думаю.

Итак, никакого раскола нашей церкви не было. Просто ее построили по военному принципу, где ничего, никогда обжалованию не подлежит. Главной движущей силой раскола был упомянутый судебник, русские рабы все равно никак не крестились, ни двуперстием, ни трехперстием, они работали даже в праздники, а потом напивались, даже тормозной жидкостью. Но когда вступил в строй судебник, а беглых рабов начали доставать даже на Дону, вот тогда ошалелый, измученный, безнадежный народ бросился в леса, в скиты, в раскол и, когда его и там находили царские гончие псы, народ жег себя вместе со своими жилыми и молельными домами. А мы все удивляемся, читая наших русских писателей, как можно, как допустимо себя жечь, вместе с женами и детьми? Наиболее стойкие, мужественные сгорели. Остальные превратились в скотину. И эта скотина никак не может уже понять, что такое мужество.

Приводить примеры? Или так поверите? Чувствую, что не поверите. Приведу. Во-первых, судебник 1649 года был, так сказать последней точкой. До него один за другим, начиная с 1497 года, вышло подряд три судебника – 1550, 1589 годов и – венец 1649 года. Каждый последующий был для народа все хуже и хуже, будто время шло не вперед, а назад, к заре человечества. Работорговля в Кафе падала, все плавали уже не на гребцах-рабах, а на английских парусах, Константинополь-таможня скуксился. На Дону казаки впервые засеяли черноземы свои. Вот, русские князья и перешли на местную работорговлю, постепенно, по мере падения спроса на рабов. 1547 год – восстание в Москве, Иван Грозный укрылся в деревне Воробьево, Глинского убили, восстание прокатилось по всем окрестным селениям. 1648 год – «соляной бунт» – бунтовали все сословия из-за увеличения налогов намного и сразу. 1654 год – бунт из-за медных инфляционных денег. 1662 год – опять бунт, 1666 – бунт Уса. 1668 – соловецкое восстание, 9 лет. 1682 год – Хованщина, стрелецкое движение. Затем последовал Степан Разин. Это только крупные бунты, так сказать Всемосковские. А убийства помещиков и убег в леса – это как у нас сегодня Чечня, ее же никто не замечает, западники одни суетятся, не понимают, что это обычное российское состояние. Сколько сегодня КГБ рассекретило бунтов даже в советское страшное даже в мыслях время?

Православное христианство получило свое развитие только после освобождения крестьян в 1861 году. Поинтересуйтесь, когда построены «храмы» в ваших городах и деревнях? Почти все они построены в это, иди более позднее время. На сегодня православию не больше 140 лет, максимум - 150. Из них надо вычеркнуть еще 70 лет советской власти, когда церкви были закрыты, священники, преданные самодержавию, расстреляны. Сегодня работают в основном священники, преданные советской власти, прошедшие отбор в КГБ. Монастырь православный на Афоне в Константинополе построен Иваном III в 1495 – 1505 годах, уже при турках (турки взяли Константинополь в 1453 году). Там и сидит патриарх константинопольский, якобы греческий. Сдается мне, что больше ничего в Стамбуле православного нет. Поэтому я православие из дальнейших исследований загадочного русского характера исключаю. Молодо и зелено. Влияния не оказало.

Все вышеизложенное про русское православие не имеет отношения к действительным подвижникам русской православной веры, которые иногда появляются на экранах телевизора, с глазами чистыми, светлыми, добрыми. Таким был и священник Александр Мень, которого убили за привнесение света в русское православие. Эти священники – редкий случай и они служат, не церкви, не правителям, а народу своему, в общем-то, православному, который не знал, не знает, и вряд ли  когда узнает, что такое свобода совести. Такой видится мне Зарубежная русская православная церковь, которая хотя и создана потомками русских рабовладельцев, но они пережили много, может быть и очистились.

[ Оглавление ]

[ Назад ]                                    [ Вперед ]

 

 

 

 



Hosted by uCoz