Раз уж Вы попали на эту страничку, то неплохо бы побывать и здесь:

[ Гл. страница сайта ] [ Логическая история цивилизации на Земле ]

Западная Европа

 

Западная Европа

 

Нынешние следствия из античности в качестве введения

 

Газета «Фигаро» в интерпретации газеты «Московские новости» (23-29 апреля 2004) объясняет нынешние взаимоотношения (после принятия в НАТО новых членов из бывшего «советского окружения») ЕЭС и России весьма просто. В Европе, дескать, существует два лагеря.

«С одной стороны, это осторожные и скептики, в основном страны Северной Европы, которые выступают за занятие более жесткой позиции по отношению к России. «Они указывают на зияющую пропасть ценностных разногласий между Москвой и ЕС».

Второй лагерь – это «романтики», в него входят в первую очередь Франция, Германия и Италия, которые считают, что надо поддерживать предпринимаемые Москвой усилия по модернизации страны, не зацикливаясь особенно на неприятных вопросах. Своего рода «нежная дипломатия, призванная не унижать Россию», по мнению представителей этого лагеря, является лучшим способом привлечь к берегам демократии российскую державу, производящую две трети импортируемой ЕС энергии и осуществляющую половину своего товарооборота с Евросоюзом. Представители этого лагеря склонны не придавать особого значения давлению русских на страны Балтии. А позиция Латвии, утверждающей, что Москва использует русскоязычные меньшинства для оказания давления на Брюссель, рассматривается чуть ли не как параноидальная.

Будучи отличным шахматистом, заключает «Фигаро», Россия поняла все козыри, которые она может заработать на этих противоречиях. Но время подгоняет Кремль. После 1 мая его бывшие союзники войдут в Европейский Дом вместе со своим опытом отношений с Россией, который усилит позицию лагеря скептиков. Хотя, если со временем Россия продвинется к демократии, новые члены Европейского союза станут не только естественным мостом между Россией и Западом, но и ее лучшими адвокатами». (Конец цитаты).

Получается довольно просто и основательно: из России идет нефть и газ по довольно низким ценам в основном на Юг Европы. И Россия еще может снизить эти цены по сравнению с Северной Европой, которая цены на свои энергоносители снижать не собирается, она их собирается повышать. Примерно как Юг – на апельсины.

Вообще говоря, все это верно на сегодняшний европейский день. Юг ради дешевых нефти и газа готов дружить не только с Россией, но и с самим чертом. Север же, будучи самодостаточным по энергоносителям, не готов терпеть, глядя на то, как власти России людоедствуют над своим народом, уверяя весь западный мир, что строят демократию.

Только я бы не стал на этом сиюминутном понимании общеевропейской обстановки останавливаться, а заглянул бы поглубже в прошедшие века. В основном на предмет «если Россия продвинется в демократии». И на предмет, станут ли «новые члены» НАТО ее (России) «лучшими адвокатами». Не упущу и «отличного шахматиста», особенно в том его смысле, что этот «отличный шахматист» во все века – «отличный шахматист», но всегда в конечном счете проигрывает. Я имею в виду и демократию, и российскую народную жизнь.

С точки зрения народной жизни нам было бы лучше придерживаться «скептиков» нежели «романтиков» с их иезуитской «нежной дипломатией», чтоб «не обидеть». Вот это-то и требуется доказать.

 

Настоящая Византия и ее влияние на Восточное

Средиземноморье

 

Этому вопросу я посвятил многие свои работы, например «Как дело Моисея чуть не погибло», «Греческий театр», «Происхождение ислама» и так далее. Поэтому здесь на этом вопросе останавливаться не буду. Скажу лишь, что дело Моисея, продвинувшись в Грецию, на Балканы и на Запад Италии, процветало до поры, до времени. С востока Моисеево царство граничило с Великой Арменией, каковая ни малейшего отношения к Второзаконию Моисея не имела, а жила по Первозаконию, как и весь остальной еврейский мир, включая в себя не только Японию, Индию и Китай, но и Центральную и Южную Америку.

Именно в Италии дальнейшее продвижение Второзакония было остановлено, и оно вынуждено было двинуться на Север Европы. Остальное вы узнаете из указанных статей. 

 

«Священная Римская» империя «германской» нации

 

Это идиотское название вполне официально употребляется в современной так называемой истории средних веков. Естественно, без кавычек. Я же ее называю католической империей Козимо Медичи, «отца страны». В книге «Эпоха возрождения. Европа – Азия – Африка». Издательство «Харвест АСТ», 2001, 26 авторов, как «26 Бакинских комиссаров» пишут на стр.414: «В начале 16 века «Священная римская империя германской нации» не имела ни общего управления, ни единого центра, ни столицы». А теперь взгляните на рисунок, на котором приведена карта этой «империи», ничего не имеющей, что империи положено иметь.

Во-первых, такой идиотской чересполосицы владений испанских и австрийских Габсбургов на территории империи Карла V  просто не может быть в природе. Это было бы примерно то же самое, если бы всеми 50-ю Штатами Америки владели бы через один, например, Россия и Англия. А президент Буш сидел бы в Вашингтоне и считал, что Штаты – его империя. Можно и следующим образом посчитать: наняли ресторан две большие свадьбы, только столики им выделила администрация ресторана не в двух разных углах, а – вперемешку. 

Во-вторых заметьте, Португалия, находящаяся рядом с Испанией, принадлежит не испанским Габсбургам, а – австрийским, а Нидерланды – не австрийским, что было бы понятно, а – испанским Габсбургам. Ну, и прочие «столики», поменьше.

В третьих, испанским и австрийским Габсбургам в таких условиях надо непременно воевать, а они не воюют. И если вы мне скажете, что родня не воюет, я вам тут же приведу тысячи примеров, что как раз родня-то именно и воюет всегда. И без всякого сомнения одна какая-нибудь ветвь родни одерживает верх и становится не австрийской и испанской ветвью, а просто Габсбургами. Возьмите, например, Север и Юг в той же Америки или Алую и Белую розы в Англии, да и тех же французских норманнов и провансальцев. И даже Рюриковичей и Романовых у наших родных осин. А если и это непонятно, то вернитесь к упомянутым двум свадьбам: там-то уж точно подерутся, притом только из-за первой же хоровой песни: через столики хором петь неудобно.

В четвертых заметьте, кажется, Карл V царствует не в Священной римской империи в целом, а только во Флоренции, каковая тогда была не городом, а «республикой» Медичи. Медичи или Карл V, сейчас уже не разберешь, успешно печатает индульгенции на станке Гуттенберга (см. специальную мою статью) и продает их в своей «империи». Естественно, не залезая в более темные пятна на карте.

В пятых, сама Испания монолитна под ветвью Габсбургов как булыжник, а Португалия на этом булыжнике – как чирей на носу. И ведь тоже не воюют. Во всяком случае, я об этом не слыхал. Однако, об Испании – ниже.

В шестых, странно выглядит «единая» страна, включающая в себя Папскую область и Венецию. Или Медичи в Папской области через одного не папы римские? Или Венеция – не вторая Византия, простершаяся далеко на север, по сравнению с нынешней Италией? Ведь согласно официальной истории Византия дала такие необъятные торговые преимущества Венеции, что сама стала чуть ли не ее прислужницей. И чего это ни Медичи, ни Габсбурги, продвинувшись чуть ли не в Скандинавию, никак не могут с нею справиться? Войск что ли не хватает у себя под носом?

В седьмых, вы заметили, что Османская империя простерлась аж в Австрию, прямиком почти к престолу Габсбургов? При этом Венецию, где потеплее и привычней туркам, их не тянет, а тянет на север, в их-то легкой одежде и чувяках на босу ногу. Как, собственно, и римлян тянуло в Туманный Альбион в сандалиях и с голым плечом как у индусов.

Что касается в пятых и в шестых, то объяснения этим пунктам – в упомянутых работах, здесь же я их указал, как дополнительное доказательства сговора Медичи после взятия Константинополя его крестоносцами с турками в лице Мехмета II (Магомета).

Такие сплошные идиотизмы возможны только в описательных науках, как история, но никак не в точных. В точных такие «гипотезы» разом обсмеют. Но я же устал уже повторять, что современная история написана в «Платоновской» академии Козимо Медичи, размножена на печатном станке Гуттенберга и таким образом стала «общепринятой».

 

«Ренессансные» папы, кланы Медичи и Борджиа

 

На стр. 352 упомянутой книги написано: «…политика так называемых «ренессансных» пап, чья деятельность определялась сугубо светскими интересами. Они стремились в первую очередь обогатить себя и свою семью. Примером может служить кратковременное возвышение сына папы Александра VI – Чезаре Борджа, политика Льва X и Климента VII в интересах семьи Медичи, создание Павлом III  государства для своего сына».

БСЭ услужливо сообщает: «Борджиа – аристократический род испанского происхождения (Арагон), игравший значительную роль в истории Италии. Начало его возвышению положил Алонсо Борджио (1378-1458), ставший папой (1455-58) под именем Каликста III. Его племянник Родриго – папа Александр VI (1492-1503), его сын Чезаре (1475-1507) – папой не был, зато в 1499 стал правителем Романьи и послужил прототипом государя в произведении Макиавелли».

«Романья – византийские владения в Равенне и других районах Италии (Равеннский экзархат). С начала 16 века в Романье прочно укрепилась папская власть». То есть, подтверждено, что Равенна – папская, но почему тогда «правитель Романьи» не был папой римским как его дядюшка? И почему Венеция не папская? Она ведь ясно нарисована на приведенной карте в качестве папской. Причем Равенне Византия никаких торговых льгот не предоставляла, она даже не знала, что такая есть. Выходит, что испанцы каким-то образом попали не только в правители будущей средней Италии, но даже, судя по карте, и Венеции? Но буквами этого не написано.

Полистаем упомянутую книгу, и на стр. 355 найдем: «Венеция была сугубо аристократической республикой. <…> Мелочный контроль и постоянная слежка за всеми вплоть до главы государства – дожа, власть которого была чисто символической, обеспечивали стабильность государственного устройства».

Тут у меня два комментария. Первый: что это такое сугубо аристократическая республика? Уж не византийцев ли, перебравшихся сюда с Босфора, так называют 26 молодцов? Оно ведь, если обращать внимание на главное в истории Византии, и сама Византия сугубо аристократическая республика, хотя нам врут, что правили там всякие византийские императоры наподобие нашего Путина, целиком и полностью подчиненного желаниям силовиков. Только ведь заметьте, Венеция-то вечно процветала, чуть ли не до наших дней, и сейчас не слишком бедствует, сгоняя миллионы людей посмотреть на себя за немалые деньги. Выходит, что процветание Венеции такое же самое, как торговое процветание Византии. И научно-технический прогресс в Венеции точно такой же высокий как и в Византии.

Второй комментарий у меня никак не связывается с первым и даже противоречит ему. Что, только  мелочный контроль над дожами  обеспечивали стабильность государственного устройства? Тем более что дожи, как и византийские императоры, имели власть чисто символическую. И при этой-то символической власти ни Габсбурги, ни Медичи, ни Борджиа в ранге римских-то пап никак не удосужились Венецию завоевать? Некогда им что ли было?  Так Венеция же им просто мешала ездить в свою Римскую империю германской нации, приходилось ее объезжать как валун на дороге. Или деньги платить за проезд, впоследствии названный транзитом.

Перейду-ка я к Борджиа, мне Медичи давно уже надоели, я им чуть ли не половину своих трудов посвятил, и отнюдь не связывая их имя с Ренессансом. Я их связывал в основном с «Маллеусом», инструкцией по борьбе с ведьмами, которую они издавали на печатном станке Гуттенберга в четыре раза чаще, чем Библию. И, естественно, с печатанием индульгенций, в печатные бланки которых надо было вписать от руки только ФИО и конкретный грех, например, «за измену».

Хотя, первоначально мне надо несколько сопоставить семейки Медичи и Борджиа. Козимо Медичи Старший в 1431 году был изгнан по суду из Флоренции, а тогда и много позже Флоренция была столицей Италии, за то, что слишком возвеличивал себя. В 1434 году народ его простил, а уже в 1438 году Медичи, словно он римский папа, единолично созвал Ферраро-Флорентийский церковный собор, который «работал» целых 7 лет, до 1445 года. И с этих пор он стал называться «отче», «отцом страны», что есть, так сказать разновидностью папы, только пока еще не римского, так как самого Рима вообще не было. Была простая деревушка, как Эль-Кудс на месте будущего Иерусалима в это же время. Причем вся «римская» (наверное, будущая) казна была у Медичи в кармане. Сами историки об этом говорят. Не я выдумал.

В 1453 году, по моему мнению, Козимо Медичи отлучился на крестоносную войну в Константинополь, где и получил от якобы его завоевателя Мехмета (Магомета) II все до единой древнегреческие рукописи всей бывшей Византии. Вернулся, а на папском троне сидит испанец Алонсо Борджиа под видом папы Каликста III  Причем он туда засел ровно в этом же 1453 году, пока отче не было дома. И сидел испанец чуть ли не до смерти Козимо Медичи Старшего, последовавшей в 1464 году. Алонсо Борджиа же сидел на папском троне до 1458 года.

Потом мне не известно, что было. Однако с 1492 по 1503 год на папском престоле сидел опять Борджиа, Родриго по «папскому» имени Александр VI, о нем выше уже упомянуто. Поэтому я могу судить, что к повторной папской власти потомки Козимо «главного» так и не добрались. Притом заметьте, народ попер своих владык Медичи даже из Флоренции и с 1494 по 1512 год они находились, черт знает где, только не во Флоренции. И только их восставший народ опять простил в 1512 году, как тут же на папском престоле оказался Джованни Медичи по папскому прозвищу Лев X. Это случилось в 1513 году. И сидел этот папа Саша в аккурат до смерти в 1521 году. Потом папой был два года некто, для меня неизвестный, а в 1523 году на папский престол снова сел Медичи. На этот раз Джулио под псевдонимом Климента VII, и, просидев там до 1534 года, помер. Только я этому не верю, так как  восставший народ еще раз выгнал Медичи из Флоренции, с 1527 по 1530 год, причем сделал это неблагодарный народ с родным сыном действующего дважды папы Джулио (Климента) – Джулиано Медичи.

Дальше мне стало неинтересно, так как род Борджиа куда-то запропастился. Вскоре запропастились и Медичи. Правда, наломав еще много дров уже во Франции, например, Варфоломеевскую ночь. Только не забудьте, что не было бы Медичи, не было бы и Возрождения. Так и продолжали бы мы жить в мрачном средневековье, каковое и есть медичево «возрождение».

Приступаю вплотную к Борджиа. То, что Борджиа – аристократический род испанского происхождения из Арагона, я вам уже сообщил. Теперь добавлю из той же книги, со стр.374: «Александр Борджа (1492-1503) типичный кондотьер на папском престоле. В 1542 папа Павел IV впервые опубликовал индекс (список) запрещенных книг. Орден иезуитов утвержден в 1540».

Опираясь на то, что Борджиа – из Арагона, взгляните на следующую карту, она нам поможет кое-что сообразить.    

 

Вы, надеюсь, сами видите какой деревенькой на границе Испании и Франции был Арагон в 9 веке нашей эры. Потом он стал расти как на дрожжах, и, наконец, дорос до нижней картинки, приткнувшись вплотную к Папской области. И стал королевством, как будто никаких испанских Габсбургов отродясь не было. Причем, заметьте, между папской областью и Венецией с ее  сугубо аристократической республикой и мелочным контролем над  дожем, появилась граница. Но не в этом главное.

Обратите внимание на город Картахену, по-английски ныне пишется как Cartagena, но ранее по латыни писалась и как Carthago, и как Carthigian. Буквосочетание же «th» читается как русское «ф», например, в слове catholic – кафолик (католик). И даже Пушкин еще bibliothica писал как «вивлиофика», хотя можно было уже читать и как «библиофика». То есть, это стопроцентно город Карфаген(а), каковой должен быть разрушен, но так и не найден до сего дня. Или вы забыли римскую историю, каковой по-моему вообще не было, она целиком высосана из пальца в «Платоновской» академии имени Козимо Медичи.

Кроме того, наши 26 исторических «комиссаров» нарисовали Картахену за пределами границ Арагона, тогда как «Британника» прямым английским текстом сообщает, что Картахену в 1262 году (карта, заметьте, 1476 года) взял какой-то из шишек Арагона по фамилии Арагон.

Что же все это значит? А значить это может только то, что в «Платоновской» академии компилировали «римскую» историю до новой эры из всем известных фактов 15 и даже 16 века. Только не забывайте, что ее размножили на станке Гуттенберга, и она с тех пор стала «общепринятой».

Теперь сравните карты эту и предыдущую. Первая датируется самым началом 16 века, а вторая 1476 годом, самым концом века 15. Их разделяет не больше 30 лет. Причем папа по имени Александр VI, а фактически  типичный кондотьер на папском престоле по фамилии Борджиа, как раз и царствует в католическом мире.

А сейчас уж можно взглянуть и на соседнее с Арагоном королевство Кастилия, которое и есть вотчина испанских Габсбургов согласно предыдущей карте. Так кто же здесь главнее? Я, например, думаю, что Арагон, а вовсе не Кастильское королевство, которое одновременно и королевство Габсбургов испанских, так как Борджиа все-таки папа римский, а Габсбурги испанские просто кастильцы почти что рядовые.

Не кажется л вам в связи с этим, что в традиционной истории нет ни капли смысла, и это просто набор фантастических рассказов не очень хорошего автора.

Перейдем к семантике слова Арагон. По-гречески gone – порождающий, но я давно знаю, что греки – это евреи Моисеева колена, то есть это слово еврейское. Поэтому оно пригодно не только в Византии, но и на Пиренеях. Слово «ар» чисто по-еврейски – земля, хотя некоторые лингвисты и говорят, что земля по-еврейски – арс. Вспомните хотя бы слово Самара, где первый слог «сам» – небо. То есть Самара – горизонт, где земля сходится с небом и обозначает также далеко, отдаленно. Поэтому Арагон по-еврейски – «порождающий земли». И если вы теперь снова взглянете на вторую карту, то согласитесь, что лучшего названия для королевства, растущего как на дрожжах, названия не придумаешь.

Как евреи попали на Гибралтар, у меня полно других работ, поэтому остановлюсь на эпохе великих географических открытий, особенно на открытии Америки. Колумб – генуэзец, но всю жизнь прожил в Испании и Португалии, соблазняя кастильских королей «коротким путем в Индию». Америго Веспуччи, которого надо все-таки считать мозгом экспедиции, а не приблудшим к экспедиции матросом, родился во Флоренции, километрах в ста от моря, на берегу ручейка. Ибо никто иной, как тоже флорентиец Паоло Тосканелли еще в 1480 году шибко забеспокоился в своих трудах о западном пути в Индию. Видите, сколько тут флорентийцев разом? Может быть, поэтому Магеллан назван простенько и со вкусом «проживающим в Испании», без указания корней? А тут еще папа Борджия VIтипичный кондотьер на папском престоле, причем сел на папский трон в 1592 году, а это ведь год открытия Америки. Недаром Колумб с этого года совершил аж пять путешествий в Америку. То есть плавал туда, как в командировку, пока Борджиа сидел за папским престолом. В чем же тут дело?

Я думаю, дело тут в том, что Козимо Медичи Старший создал неиссякаемый по тому времени источник богатств – продажу индульгенций, весь доход от которых шел с севера, из империи Карла V. И на эти сумасшедшие деньги не только можно было «Возрождение» организовать в отдельно взятом городе, столице «отца государства» Флоренции (Да Винчи, Микельанджело, Кардано и т.д.), но искать путь в Индию для дальнейшего обогащения католического престола. Именно поэтому потомки Козимо Старшего еще долго не могли вновь сесть на папский престол, он был прочно занят Борджиа.

А теперь подумайте, разве можно обо всем этом писать в истории, особенно о папах-кондотьерах? Тем более авторах «Возрождения».

Итак, пришла пора осваивать никому не нужную раньше Италию. Или у вас есть другая причина для образования Рима в самом закоулке Земли. Найдите тогда мне еще такой большой имперский город мирового значения на любом континенте, который бы не был на перекрестке больших дорог. От которого весь остальной мир казался бы совсем рядом. Вы мне укажете, я думаю, Мекку. Тогда я вам скажу, что она именно на таком же принципе основана, как и Рим. Только Мекка основана лет на 600 раньше Рима, как бы от этого вам, измученным хронологией римских императоров и выучившим ее назубок, не было неприятно.

Продолжу цитировать упомянутую книгу. Стр. 357: «В Италии элементы раннекапиталистических отношений появились уже в 14-15 веках, то есть значительно раньше, чем в других странах Западной Европы». Стр. 358: «В первой половине 16 века Флоренция открыла широкий рынок своих сукон в Турции. <…> Они занимали ключевые позиции в экономике Испании и финансовом мире Франции. Более трети импорта английской шерсти находилась в их руках. <…> Флорентийское сукноделие, используя кастильскую шерсть, в первые десятилетия 16 века процветало».

Все это – откровенное вранье, хотя в нем и есть доля истины, к Флоренции никакого отношения не имеющей. Истина состоит в том, что Венеция имела такое значение и отчасти Равенна, ибо они были прямыми наследниками византийских «греков», то есть евреев Моисеева колена. А Флоренция, в ста километрах от моря, в небольшом закутке, торгового и промышленного значения не могла иметь по своему местоположению. Тогда ведь торговыми дорогами почти не пользовались, притом на пересеченной местности, тогда в основном – плавали. Но денег от индульгенций во Флоренции было столько, что торговая Венеция и промышленный Милан ей только завидовали. Это во-первых.

Во-вторых, представьте себе, чтобы, например Австралия и Новая Зеландия начали бы возить сегодня всю свою шерсть куда-нибудь в Гренландию. Именно такой «Гренландией» была Флоренция для Кастилии, Англии и Франции. В самой же Флоренции овечек по пальцам и сегодня можно пересчитать. Я не говорю, что во Флоренции не было сукноделия, оно есть по всей Земле. Только слишком «жаркие» сукна Флоренции так же нужны по определению, как бикини эскимосам. Притом, надо свести всю шерсть во Флоренцию, а потом везти сукна в Турцию. Это же чушь собачья. Много вы видите сегодня турок в сукнах?

Вы должны понять простую истину. Денег во Флоренции благодаря стараниям Медичи – необъятные горы. Но нельзя же вам знать, что они от продажи индульгенций. Вот историки из «Платоновской» академии и воспользовались славой Венеции, чтобы распространить ее без всякого на то основания на Флоренцию. И получилась очень приятная для всех история. И деньги тут – от сукон, а из них уже проглядывает «Возрождение». Медичи же – благодетели всей Земли. Так как якобы без Возрождения не было бы протестации,  лютеранства, кальвинизма и, само собой, – просвещения. Ловкие ребята, скажу я вам.

Продолжаю цитировать (стр.363): «В 80-90 годы 16 века начали проявляться экономические трудности, возросшие в первое десятилетие 17 века. В первую очередь пострадало сукноделие. Во Флоренции число сукнодельных предприятий с 1586 по 1646 год упало с 114 до 41 и продолжало уменьшаться. <…> К началу 17 века итальянский рынок уже был наводнен шерстяными тканями заальпийского производства (выделено – мной). Несколько позже начался упадок шелковой промышленности. К концу 17 века производство шелковых тканей в Генуе, Милане и Венеции резко сократилось, а в Комо,  Кремоне,  Павии фактически исчезло.  В первой половине 17 века сокращалось металлургическое производство в Ломбардии, кораблестроение в Венеции, разработка на серебряных рудниках Пьетрасанты (Санта Пьетро? Святой Петр?), уменьшилась выработка железа, печатание книг, производство бумаги. На исходе 16 – в начале 17 века итальянцы полностью утратили свою роль на мировом рынке. <…> Испанская шерсть и сицилийское зерно перевозились в северо-итальянские порты на голландских и английских кораблях».

Вся эта цитата – чистейшее иезуитство. Печатные станки стали достоянием не только клана Медичи (читайте мою статью ««Возрождение» как торжество мракобесия»). Можно обратиться и на стр. 495 упомянутой книги: «К концу 15 века в Германии действовало несколько десятков типографий». (Впервые Библия была напечатана в 1450 году). Поэтому стало невозможно скрывать существующее положение дел. Пришлось приводить Италию, особенно Флоренцию, в позицию, каковую она занимала всегда. Вот что в действительности означают приведенные «страдания».

Но «26 разбойников» не согласны со мной. Они пишут на стр. 364: «Самой существенной причиной упадка было то, что экономические успехи Италии достигались отдельными городами в условиях политической раздробленности, преобладания торгово-финансового капитала и ориентации на внешний рынок. Конкурентами Италии стали крупные централизованные государства, где успешно шло первоначальное накопление капитала, что давало возможность пользоваться дешевой рабочей силой». <…> Стр. 369: «В голодный 1555 год в небольшом местечке Сан-Миниато близ Флоренции из 1300 жителей 400 человек ежедневно получали хлеб в виде милостыни».

Мне, конечно, жаль треть населения местечка близ Флоренции, но истина, как говорят, дороже. Во-первых, успехов Венеция достигла не от условий политической раздробленности, а потому, что как наследник Византии занималась внешней торговлей, каковая не может существовать без оборотного капитала (торгово-финансового). а что касается политической раздробленности, то Италия всю свою жизнь раздроблена, фактически она совсем недавно стала единым государством, и вновь, кажется, готова раздробиться в наши уже дни. И Северная Европа достигла скачка научно-технического прогресса в раздробленном виде, только в едином, нынешнем виде ей все равно стало лучше. То есть, дело не в этом, а в том, что Италия всегда была самой отсталой страной в Европе в области научно-технического прогресса, такой же, как и Испания. И только после второй мировой войны, с помощью американцев, она стала нынешним развитым государством. Главное, что в Венеции было, кому заниматься внешней торговлей со знанием дела. Этим занимались византийские греки, то есть евреи. Но именно их-то и выжил Козимо Медичи из Италии вместе с их Второзаконием (церковь и суд отдельно), и они вынуждены были поехать на Север Европы. (См. упомянутую статью о том, как дело Моисея чуть не погибло).

Конечно, меня тут же ткнут носом в мной уже упомянутых корифеев Возрождения, все как один – флорентийцы. И все как один – во временах Медичи, а потом почти мгновенно корифеи там перестали рождаться, их гены прямиком улетели на Север Европы. И назад уже не возвращались. Поэтому я тут же обращу ваше внимание на Советский Союз, и вообще на Россию. Это во все времена – самая отсталая страна в Европе по жизни людей и научном прогрессе, несмотря на все потуги наших властей не показывать и вида, как мы отстали. И только в последние 50 лет, потратив все силы народа  на атомную бомбу и военный космос, мы вроде бы стали мировой державой по прогрессу. Только он не имеет никакого отношения к жизни народа. Оно ведь и фигушка Северная Корея бомбу и пару ракет сделала, заставив весь свой народ есть одну траву. Я прямо хочу сказать, что все идиотское итальянское «Возрождение» не что иное как хвастовство, и даже не меценатство. Просто вырученные от продажи индульгенций деньги некуда девать. Это точная копия русского барина, у которого на дворе целая куча всяких там странников, пилигримов и приживальщиков, ласкающая хозяина и потребляющая объедки с его стола. Ну, конечно, и роскошь, характерная для любого восточного богатого эмира. Но, в основном, – пустой звон, как с выкупкой каким-то русским банкиром «Черного квадрата» Малевича.

Хорошие слова говорили коммунисты – искусство принадлежит народу. Только кто же выполняет эти красивые слова в только что описанной ситуации.

Так что «26 Бакинских комиссаров» не нашли ни вразумительной причины большого скачка Флоренции, ни вразумительной причины обвала итальянской науки, искусства и технологий вплоть до американцев в 1945 году.   

 

Макиавелли глазами «26-ти»

 

О сочинениях Макиавелли много толков до сего дня, но ни одно из этих толкований не удовлетворяет меня. Меня удовлетворяет собственная концепция. Состоит она в том, что я ставлю сочинение Макиавелли и «Маллеус» на одну доску, или на две чашки весов, которые находятся в завидном равновесии. Я глубоко убежден, что и «Маллеус», и «труд» Макиавелли, оба – коллективное творчество. Оба – инструкции для людоедских правителей любого ранга, и составлены не в один день и час и не за одним пюпитром, а набирались годами, многими людьми, в основном из спецслужб, а потом – обобщались.

В связи с этим частично процитирую, частично перескажу мнение «26-ти» о Макиавелли и его «трудах». Стр.370-371: «В 1497 г. – Макиавелли секретарь Совета десяти во Флоренции. Вроде бы участвует в заговоре против Медичи. В то же время папа Климент VII (Джулио Медичи – мое), вроде бы находясь в Риме, призывает его ко двору».

Для меня, например, ясно, что Макиавелли нечто вроде обиженных гэбэшника Литвиненко, телевизионщика Малашенко или самого Березовского, рассказывающих всю подноготную власти, «кинувшей» их. Например, о взрыве домов и покушения на Березовского.

Теперь о самой сути учения.

«Вмешиваться в людские дела с целью действовать на них с помощью точного знания их вкусов, желаний, наклонностей, господствовать над людьми благодаря умению отгадывать сокровенные движения человеческой души». Так это же технологии «диссидента» Глеба Павловского. Не больше и не меньше.

«Рассмотрение государства с точки зрения его процветания и благополучия. При достижении намеченных целей правительство может смело прибегать ко лжи, обману, жестокости, измене». Господи! И вы верите, что все это Макиавелли написал в тиши кабинета? Притом придумав тут же. А за каким тогда чертом он служил столько лет секретарем Совета десяти во Флоренции? Он же каждый божий день все это наблюдал собственными глазами, и слушал в разное время эти самые слова от всех Десяти, особенно от их главы Медичи. Ему же только надо было крадучись записывать крылатые слова, впрочем, он это был обязан делать по своей должности, а для себя – крадучись.  

«Религия – только орудие политики. Церковь должна подчиняться государству». Ах ты, боже мой! Какая глубина мысли! Так ведь только дурак не знает этого. И оглушенные на век пропагандой и чудесами Христа бабушки. А то Алексей Михайлович Романов «Тишайший», батюшка «великого» Петра, не делал то же самое, причем практически одновременно с Макиавелли.

«Заботиться о том, чтобы обеспечить себе любовь и преданность подданных, совершенно излишне для правителя. Население должно лишь бояться правителя, слепо повиноваться ему, вести себя смирно и поставлять нужное количество солдат. Счастлив при этом народ или нет – безразлично».

Самое смешное то, что все цари без исключения делают то же самое и до Макиавелли, и после. А если только лет пять не станут этого делать, то тут же государство рассыпается на составные части. А нам выдают откровения Макиавелли чуть ли не за три закона Ньютона. Или за теорию относительности Эйнштейна. Спросили бы лучше народ во все прошедшие века, включая нынешний: сильно ли они любят своих правителей? Для этого ведь надо только постоять в очереди, поездить на метро или в автобусе. А потом не врать. И не более того.

«Государь должен обращать внимание преимущественно на развитие военной силы государства, охранять его от внешней опасности». Кстати, – и от внутренней, зачем тогда инквизиция, КГБ и прочие голубые мундиры. А что касается внешней опасности, так Россия и до Макиавелли все силы народа употребляла на развитие военной силы государства. И не только Россия, а все государства вообще, каковые сегодня все еще существуют на карте. Если сами не догадываетесь, почитайте мои работы.

«Цель каждого правительства заключается в поддержании беззакония и связано с сохранением существующего общественного строя. Государь должен беспощадно истреблять всех врагов, аристократия должна избивать представителей всех свергнутых династий, а демократия – всех аристократов. Негативная реакция населения – безразлична, потому что все новое, приходящее на смену старому, будет столь же плохим».

Тут только есть одна особенность, проглянувшая только в наши дни. Людоедские правители делают и поныне это совершенно открыто у себя на родине, и только немного стесняются Запада, мухлюют мелко, как шулеры в подземных переходах. Нынешним демократическим правителям тоже охота так поступать, именно так им править народом легче. А только дурак создает себе трудности. Однако Второзаконие, внедрившееся в сознание людей в демократических краях, не позволяет им этого делать не только перед лицом «чужих», но и своих собственных граждан. Тем не менее, они то и дело срываются. Например, маккартизм в Америке, да и нынешняя борьба с терроризмом скатывает демократические власти в ту же сторону. Это же не столько из-за терроризма происходит, сколько для облегчения своих усилий. И другого не дано.

А вот самая смешная цитата: «Сикст V, Карл  V, Екатерина Медичи и Генрих III не расставались с книгой Макиавелли. Мурад IV и Мустафа IV велели перевести ее на турецкий язык». Это ж надо же? Да у этих всех правителей столько у трона болтается прихлебателей, готовых мать родную продать, что уже никаких книжек не надо. Вы только посмотрите на путинских прихлебателей, начиная с Починка и Зурабова. Неужели не виден их макиавеллизм невооруженным глазом, да такой, что постоянно перебарщивают в своих проектах порабощения, и президент их то и дело поправляет. Любвеобильный такой.

Короче, перевести книгу Макиавелли мог попросить какой-нибудь пятиклассник, не столько вознамерившийся с детства стать царем, сколько заинтересовавшись, как же они царствуют? В крайнем случае – комсомольский активист, прицелившийся в ту же сторону. Состоявшимся же уже царям это совершенно ни к чему. Им только глазом повести надо по сторонам. И ткнуть пальцем в персоналию.

Впрочем, может быть и такой вариант. Приболел что-то старик. И загрустил. А молодой сынок где-то, как всегда, в театре или у гетер болтается, больного отца не навещает. А секретарь Десяти тоже как всегда, у ног больного расположился, причитает: «Да на кого же ты нас покидаешь, отче страны?»  Тут старик и смекнул, что пока молодой сынок его прохлаждается с девкам, этот секретарь на кресло его прицелился. Примеров тому – тьма. Осерчал, конечно, и говорит: «Слушай ты, щелкопер! Напиши-ка кратко и по возможности ясно, что мы тут в Совете десяти делали, о чем мечтали, что выполнили, а что – не удалось. Я думаю, недельки две тебе хватит. Напишешь, сыну отдай, а я прослежу, пока дышу». 

В дальнейшем, естественно,  суть книжки этой назвали макиавеллизмом. И именно этим постарались прикрыть искони известные всем правителям вещи. И «26 гавриков» именно так его и характеризуют: «Макиавеллизм – полное отсутствие честности и справедливости, только – успех. Только создание единого централизованного государства сможет предотвратить междоусобицу. Единственным средством уничтожения раздробленности является установление сильной неограниченной власти государя. В его распоряжении должна находиться постоянная армия, организованная на основе всеобщей воинской повинности, так как в наемных войсках правителя в военное время ждет не помощь, а гибель, в мирное же время они занимаются лишь грабежами».

И Макиавелли прославился, хотя и написал банальнейшую вещь, для молокососов.

 

Второзаконие и католицизм на Севере Европы

 

Вообще-то это все описано у меня в упомянутой статье «Как дело Моисея чуть не погибло» и других работах. Здесь же я хотел все свои прежние тезисы еще раз подтвердить цитатами из «26-ти», которые надо понимать отныне несколько не так как они повествуют о тех временах. При этом сразу же говорю, предваряя дальнейшие объяснения, что все то, что я буду цитировать из упомянутых авторов, надо первоначально отнести к Венеции и другим свободным городам Юга Европы, куда перебрались «греки» из Византии. Затем, когда их выжили Медичи оттуда, они же сделали из Севера Европы чуть ли не рай земной, каковой им и обещал их бог Яхве еще в Египте. А Юг Европы без них вновь захирел, хотя историки и врут по этому поводу, не обнажая главные пружины.

Итак, стр.415-416 из той же книги: «Первое место среди высших имперских чинов занимали курфюрсты (князья-избиратели), обладавшие правом избрания и смещения королей, – архиепископы Трирский (эрцканцлер королевской Бургундии), Майнцкий (эрццканцлер Германии), Кельнский (эрцканцлер Италии) и светские князья – пфальцграф Рейнский (императорский казначей), король Чешский (императорский виночерпий). Другой важный политический фактор – города: императорские, подчиненные императору как синьору (например, Нюрнберг, Франкфурт-на-Майне), и «вольные» (Кельн, Вормс, Майнц, Аугсбург, Регенсбург и др.), завоевавшие автономию. В 16 веке различия между имперскими и «вольными» городами по существу стерлись. И те и другие обладали автономией и включали обширные территории, где городские магистраты, подобно князьям, имели всю полноту власти. Города проводили собственную политику, заключали союзы друг с другом, с имперскими князьями и низшей знатью. Согласно матрикулу 1521 года в Германии находилось 85 «вольных» городов».

Во-первых, отметим, что Священная римская империя германской нации не имела ни общего управления, ни единого центра, ни столицы. Во-вторых, обратим внимание на то, что главные шишки этой «империи» – курфюрсты (князья-избиратели) были ничем иным как католическими епископами, которым в делах чисто католических подчинялись огромные территории. В третьих, отметим, что в каждом таком епископате существовало не менее десяти-пятнадцати территорий (всего их 85) во главе с вольными городами, и эти вольные города-территории управлялись светской властью – магистратами, имевшими всю полноту власти. Согласно этой вольности эти территории не только заключали союзы друг с другом, но и с самим императором. Кстати, а где сам император? Во Флоренции, – отвечаю я.

Отсюда я делаю неоспоримый вывод, что никакой светской империи не существовало. Все земли жили сами по себе, что и положено в демократии. Только вот откуда она взялась? Так как в официальной истории кроме темных намеков на этот счет не существует никакого мнения, предлагаю свою концепцию, которая с более или менее значительными подробностями изложена в упомянутой моей работе «Как дело Моисея чуть не погибло».

Напомню, что ни одному народу на заре развития абсолютно не нужны города, чем шире рассредоточено первобытное население, тем легче ему прокормиться. Города нужны только торговому племени, выработавшему кроме торговли и непосредственно из нее кредит и товарное производство. А Моисей, отделив церковь от суда и провозгласив в неявном виде свободу вероисповедания (подробности в других работах), создал предпосылки к самоуправлению, так как торговое племя не могло подчиняться местным, безграмотным абригенским царькам. И именно это мы видим на примере небольшой цитаты.

Только у свободы вероисповедания есть один существенный недостаток: церкви, как и государства, борются между собой, и побеждает сильнейший, наглейший и подлейший. (См. «макиавеллизм»). Придумать прощение грехов за деньги – высокое искусство. Это примерно то же самое как Сталин «добровольно» заставлял весь народ покупать облигации, не собираясь их погашать никогда. Именно на эти деньги Медичи и Борджиа создали курфюрстов (князей-избирателей) по всей Европе. Другими словами на Север Европы существовали две параллельные власти – демократическая, созданная торговым племенем Моисеева колена, и – церковная, обиравшая народ. Именно это записано в приведенной цитате, если ее растолковать ее суть. Две власти разом долго быть не может, между ними начинается борьба. Чем она закончилась, вы и без меня знаете. Моисеево колено победило. И не могло не победить, что бы историки не врали, ибо у них в руках был научно-технический прогресс и Второзаконие – основа демократии.

26 историков продолжают, как будто все это с неба свалилось (стр.417): «Формировались ландтаги как органы представительства политически и хозяйственно активных сословных групп земли или территории». Стр.419: «В рейхстаг входили три  курии: курфюрсты, духовные и светские князья, имперские и «вольные» города». Но ведь самое главное для историка узнать, откуда все это взялось? Почему именно хозяйственно активные люди составили власть, а духовные князья туда успешно проникали? Об этом у них ни слова, так как они никак не связывают с вышеизложенным свой следующий свой опус (стр. 421): «Купец, сбывавший продукцию ремесленного производства более или менее крупными партиями на отдаленных рынках, авансировал ремесленников деньгами или доставляемым издалека сырьем, обеспечивая таким образом бесперебойное поступление готовых товаров в нужном количестве и на выгодных для себя условиях. В ряде случаев в качестве авансирующего лица выступал разбогатевший мастер, ставший купцом и предпринимателем».

Именно купец, и только иногда разбогатевший мастер!  Согласно другим моим исследованиям, особенно по архитектуре, доказано, что на втором этапе своего торгового продвижения в народы евреи организовали товарное производство, как Моисеевы последователи, так и последователи Исы (ислам, буддизм, христианство). Но главное тут не в этом. Главное – в самообмане, каковому «всяк обманываться рад» по словам, кажется, Пушкина. Ныне этот самообман называется товарный кредит. Конечно, хорошо занять новый дом, сесть в дорогую машину, заплатив за них сущие гроши и потом постепенно рассчитываясь с долгом. Но ведь никто специально не подсчитывает тех, кто, самообманувшись, потерял все. Предпочитают говорить только о выгодах товарного кредита. Неспроста, я думаю. Ибо кредит на развитие и кредит на жареную индейку – совершенно разные вещи. Кредит на развитие приносит прибыль, кредит на индейку – говно. И именно таким кредитом способом ловкие торговцы делали своих новых сограждан своими добровольными рабами. Повторю еще раз, евреи не вели ни единой войны (Израиль – не евреи, вернее, неудачливые евреи) за все предшествующие века, сколько бы историки не пыжились, они подчинили себе весь мир с его, мира, добровольного согласия. Это еще Аристотель заметил, обрисовывая добровольное рабство и склонность к нему некоторых народов, и его именно за это сильно ругают псевдофилософы. И цитата из «26-ти» именно это как нельзя лучше подтверждает. Надо только постараться понять, что за ней кроется. Простой же народ всегда обманываться рад.

Стр. 423: «По добыче серебра Германия значительно превосходила все остальные страны Европы. Вплоть до массового притока драгоценных металлов из Нового света. Крупные торговые фирмы владели разработками серебра в других странах Европы (Чехия, Австрия, Венгрия)». Стр. 424: «Князья и императоры габсбургского дома заключали займы с крупными торгово-ростовщическими фирмами и закладывали горные богатства своих территорий с правом получения всей добычи. Эти фирмы владели даже разработками меди и серебра в Америке. Эти фирмы в основном были в Южной Германии». Стр. 425: «Опытные в ведении крупных торговых операций южногерманские купеческие компании стремились извлечь для себя всевозможные выгоды из вновь открытых морских путей и развили энергичную деятельность в Португалии и Испании, а также в Индии и Америке. Преимущество южнонемецких фирм заключалось в огромных размерах их капиталов. Только во второй половине 16 века южнонемецкая торговля начинает утрачивать первенство». Стр. 427: «Путешествующий купец начинает заслоняться купцом-оптовиком. Паевые товарищества. Банкирско-ростовщические компании монополизируют целые сферы деятельности. Появляются купцы-меценаты».  Стр. 428: «Ярко выражен демографический рост Германии. Товарное производство».

Приведенные слова, хотя немного мной и сокращены, но это все же – цитаты. Конечно, все это – верно, только надо сделать одно уточнение. Непонятно, откуда все это взялось? Особенно прогресс в народонаселении. И как могли закладывать месторождения серебра курфюрсты, они же попы? В то время как они ничем фактически не владели кроме как индульгенциями. И почему не слышно именно здесь о ландтагах?

На один из этих вопросов, о продаже земель, свидетельствует Глеб Успенский, русский писатель. На примере башкир. Так вот, эти башкиры своими кочевыми сходами распродали русским купцам половину  своих кочевых угодий в начале 19 века. Они думали, что с ними просто шутят, давая им деньги, ибо, по их непросвещенному мнению, чистое поле продать невозможно. Кто же будет его потом охранять от их посещений?   Поэтому у меня есть серьезные подозрения, что залежи серебра западноевропейские аборигены распродали точно так же.

На другой вопрос, о бурном развитии капитализма, у меня есть умозрительное заключение. Это отчего же на всей остальной Земле, ни в одном ее уголке, такой штуки не возникло? Ведь должно же возникнуть, если здесь возникло без всяких на то причин. Тогда неминуемо придется прийти к выводу из кучи темных намеков об «исходе греков из Византии», что именно сюда они и «изошли». А если вы почитаете мои другие работы, то для вас это станет совершенно ясно и непреложно.

Что касается упора «26-ти» на Южную Германию и на германские рудники в Америке и развитие энергичной деятельности в Португалии и Испании, а также в Индии и Америке, то повторю, что изучаемую нами историю написали в «Платоновской» академии Козимо Медичи, а попросту – римские папы. В книге «Загадочная русская душа на фоне всемирной еврейской истории» я объяснял, почему именно Южная Германия оказалась впереди, а в других своих работах дополнительно объяснил, как туда попали евреи. А к первенству Португалии и Испании в мировых открытиях я всегда относился скептически, особенно это касается Португалии, так как именно она согласно общепринятой истории была даже впереди Испании. Что же сегодня-то Португалия такая, как она есть? Заскорузла в своих былых достижениях.

И не только приведенная цитата подтверждает мои сомнения, но и непреложный факт, что гитлеровские беженцы почти все оказались в латинской Америке, на своих, так сказать, рудниках. О латинско-испанских наречиях там надо бы сказать особо, и подробно. Здесь же выскажу только свои подозрения, что причина всему – насильственный латинизированный католицизм, коего и в Германии не удалось избежать. Только народ здесь по сравнению с «латиносами» оказался крепче.

Кроме того, сама невнятность открытия Колумбом Америки и флорентийское происхождение Америго Веспуччи, «мечты» о пути в Индию флорентийца же Паоло Тосканелли какие-то все сказочные, чтобы быть историческими.      

А о взаимосвязи научно-технического прогресса и ростом народонаселения – забудьте, ибо это непреложный факт. И голову над ним ломать – ныне совершенно не нужно.

Но главный вывод все-таки вот в чем состоит. Нас с пеленок приучили, что христианство в Западной Европе «возникло» еще в древнеримские времена. И это до сих пор сильно сбивает вас с толку. Вам кажется, что и католичество возникло тогда же. Между тем, надо наконец дать себе отчет, что католичество, оно же древнеримское христианство возникло в Европе во времена Козимо Медичи Старшего. И привезено оно им же из Византии, вернее, из выкупленных у Магомета II византийских рукописей. Подробности – в других работах. И это здорово меняет дело.

Получается, что рассматриваемые нами времена находятся сразу же за исходом греков из Византии и последующим внедрением католичества. Именно в этих временах мы сейчас находимся. И на Севере Европы разгорелась борьба прямо на ваших глазах между многоконфессиональным по сути своей учением Моисея с католичеством Медичи. И тогда приведенные мной цитаты из «26-ти» заиграют всеми цветами радуги. И вы начнете, наконец, понимать лучше, ранее вам не бросавшиеся в глаза, различия между Севером и Югом Западной Европы. Именно поэтому я начал эту статью с довольно большой цитаты из современной газеты. Вы поймете даже почему Путин так семейно сдружился с Берлускони. Но надо по порядку.

Заиграет, например, следующая цитата со стр. 438: «16 столетие ознаменовалось крупнейшим кризисом римско-католической церкви. Папские дипломаты, сборщики церковных налогов и продавцы индульгенций заполонили все страны Европы. Огромные суммы денег шли в папскую казну. Это призвало Лютера» (1517 г. – тезисы). Видите, как вас загоняют «крупнейшим кризисом» в древность, а потом тянут вас за уши в современность 16 века? Так это же не кризис «1500-летнего» христианства-католичества, это всего лишь пик продажи им индульгенций. А само католичество создано стараниями Ферраро-Флорентийского собора, «созванного» Медичи всего лишь чуть больше 50 лет назад, в 1438 году, и действовавшего почти как парламент 8 лет, до 1445 года.

Еще большее понимание ситуации должна вызвать следующая фраза со стр. 375: «Реформационное движение в Италии было искоренено. Лютеране и кальвинисты бежали во Францию, Женеву, Нидерданды, Польшу». И со стр.390: «Медичи, изгнанные из Флоренции в 1494 году, снова вернулись с помощью испанских войск в 1512 году.  Во время нового восстания во Флоренции Медичи были снова изгнаны в 1527 году. В 1530 Флоренция, обессиленная голодом и внутренней изменой, была взята при папе Клименте VII из рода Медичи. Микеланджело строит и украшает капеллу Медичи – «новую ризницу» при церкви Сан Лоренцо». Но перед этим, добавлю я, проявляет свой гений инженера в укреплении городских стен Флоренции.

То есть, католическая верхушка не столько занималась борьбой с реформацией у себя на родине, сколько боролась между собой, кланами Медичи и Борджиа. Что касается искоренения реформации в Италии, то она же ведь поныне там искоренена, или вы много знаете протестантских храмов в Италии? Короче, ее, реформации, там отродясь вообще не водилось. Так, не водилось, значит. А в Испании и Португалии водилась? Тоже отродясь не было, иначе бы там точнехонько в это же самое время не возникла, как жизнь на Земле, инквизиция. Вот этим-то до сих пор и отличается Юг от Севера Западной Европы. Прошу это иметь в виду, когда вы рассуждаете о нефти и газе из России. Ибо нефть и газ – не главное, главное – родственные чувства наших и южноевропейских политиков. И даже Советский Союз из всех стран Западной Европы больше всех торговал, кроме Италии, все с той же Испанией. У нас – людоедское правление народом, у них  – близкое к нему. У нас – азиатская формация, у них – близкая к ней. (Подробности насчет сути людоедского правления и азиатской формации – в других моих работах). Думаю также, что Европейский Суд по Правам Человека не даст мне соврать. Впрочем, и сами 26 авторов это подтверждают на стр. 560: «Реформация застала римско-католическую церковь врасплох. В контрреформации важнейшую роль сыграли новые религиозные ордена, инквизиция, книжная цензура, деятельность и постановления Тридентского собора».

Только не надо бы этим авторам врать напропалую: «Стр.402. Джордано Бруно (1548-1600) развивает идеалы итальянского гуманизма в духе флорентийской платоновской академии. Бруно вступил в непримиримый конфликт с тогдашним христианством, католическим и протестантским миром, со схоластической философией и университетской наукой. Свои главнейшие произведения Бруно написал в Лондоне». «Дух» этой флорентийской платоновской академии у меня описан в других нескольких работах, здесь только сообщу, какая от этого «духа» – вонища. И я даже думаю, что «макиавеллизм» возник именно там. Только при очередной приборке комнат его оттуда потихоньку вымели, и подбросили, куда надо.

На вопросы: «Как Вы смеете?» отвечать не буду. Читайте и думайте сами, если мозги есть. Лучше я вам напомню, что о ту пору лучше протестантизма на свете ничего не было. И, кстати, Коперник свои труды писал тоже не во Флоренции, так что кроме Лондона Бруно писать было негде, разве что в Германии.

А вот еще одно вранье: «Стр. 564. Первые каталоги запрещенных книг были составлены по инициативе местных церковных властей в Лувене, Париже, Венеции, Флоренции и Милане». Авторов насчет местных властей выдает то, что они упомянули сразу 5 городов, и не забыли Флоренцию. Согласно теории вероятностей совместность такого рода событий практически невозможна. А уж то, что «законы о книжной цензуре имели в виду не только издателей и торговцев, но и частных лиц, которым угрожало инквизиционное преследование за чтение, хранение, распространение запрещенных книг или недонесение о них», притом разом в пяти городах как под копирку, согласно той же теории – просто недопустимо. Поэтому надо признать первоначальным импульсом следующие строчки 26 авторов: «В 1599 году в Риме появился пресловутый Индекс запрещенных книг, обязательный уже для всей церкви».  Только здесь надо Рим заменить на Флоренцию, слово «уже» убрать, а 1599 год оставьте на свое усмотрение. Только имейте в виду, что этому году следовало бы наступить сразу же за 1517 годом, годом вывешивания Лютером на паперти католического храма своих знаменитых «тезисов».

Мы, особенно русские, совершенно справедливо привыкли слово «иезуит» употреблять как ругательство, совершенно не обращая внимания на его семантику. Между тем, оно происходит от слова Иезус, то есть по-русски Иисус, по-арабски Иса, Ис, а окончание слова «ус» – чисто латинское, прибавляемое неизвестно зачем ко всем лекарствам. Поэтому «иезуит» сегодня – примерно как русское «е. твою мать». Причем вместо «матери» взят Христос. И это, я думаю, не случайно в свете недавнего появления его на западноевропейской сцене. Появись Христос там давно, примерно 1600 лет назад, его имя ни в коем случае не присвоили бы этому «ордену иезуитов» спустя эти же годы, так как взаимоувязывать борьбу с противниками Христа с его же именем спустя 1600 лет – глупо. И глупость эта была бы слишком видна,  ясна всему народу, ибо народ его уже любит беззаветно 1600 лет кряду. А вот на первых порах внедрения Христова учения в народ, его приверженцев нельзя было назвать иначе, нежели иезуиты. Тогда еще в хорошем смысле этого слова.

Посмотрите, как ловко бы это выглядело при первом знакомстве с христовым учением на Севере Европы, по-гречески политеистической: «стр. 564-568. Члены «Общества Иисуса» связывали себя особой клятвой верности римскому первосвященнику. Устав общества требовал по предписанию начальника совершение греха вплоть до смертного. Даже внешне иезуиты напоминали скорее светских ученых, нежели монахов. Не молитвы должны занимать их, но светская деятельность. Они должны были находиться в центре политических и общественных интересов, иметь возможность оказывать на них решающее влияние. Главное средство – воспитание и дипломатия. Ранее всего орден обосновался в итальянских государствах, Португалии, Испании. В скором времени иезуиты превращаются в самую мощную и влиятельную корпорацию».

Я не буду это подробно объяснять, только обратите, пожалуйста, внимание на выделенные слова. И вспомните хотя бы, как внедрялось на Руси православие в виде борьбы со староверами, они же католики. И почему верность Христу подменяется верностью папе римскому, который фактически флорентийский? И как понять преднамеренный грех?  Если не сможете объяснить, вернитесь к макиавеллизму.

Но этого же «иезуитства» в хорошем понимании этого слова (см. выше) не может просто быть при 1600-летнем уже христианстве, которого кроме католического, другого в Европе не было. А вот иезуитский нажим на Север Европы должен был дать свои плоды. 

Кроме того, я прочно доказал в других своих работах, что до самого Козимо Медичи и его христианства в Западной Европе был матриархат. И приехавших туда евреев – греков  делать свои торговые, промышленные, научные и другие дела это совершенно не касалось, им на это было плевать, плюрализм по-современному. А вот католикам во главе с Христом, единственным богом мужского рода, матриархат был совершенно ни к чему. Ему не столько сам матриархат мешал, сколько богини-матери (читайте мои другие работы) и их весталки, что равнозначно монахиням, каковые имели слишком большой вес в народах Европы. Именно поэтому и именно в это же самое время появился «Маллеус», издаваемый в четыре раза чаще, чем сама Библия. Иезуиты и «Маллеус» делали одно и то же дело в одно и то же время. Одного этого достаточно для доказательства моей концепции истории.

Перейдем к Тридентскому собору: «стр. 568-569. Подготовка собора продолжалась 10 лет. Начался в Тренто (Tridentum) и продолжался 18 лет». Думаю, что это примерно то же самое по своему существу, что и Ферраро-Флорентийский собор и «Платоновская» академия, и «орден» иезуитов. То есть, практически постоянно действующие институты насилия над Севером Западной Европы. На Юге Европы это была уже – форма жизни – людоедское правление народом, азиатская формация, следы которых, если приглядеться, существуют по сей день.

 

Юг Франции, Германии

 

Как ни странно это звучит, но Юг и Север Франции объединила именно Екатерина Медичи, хотя именно против этого она боролась: «стр. 609. В 1572 Екатерина Медичи искусно маневрировала между католическим и протестантским лагерями. Варфоломеевская ночь (резня католиками гугенотов-протестантов) 1572 года была политическим актом, задуманным Екатериной Медичи. Но последствия Варфоломеевской ночи оказались иными, чем ожидала Екатерина Медичи. Весь Юг образовал гугенотскую Конфедерацию».

Для меня это – важная цитата. Особенно на фоне того, что и Юг Германии тоже был весьма привержен католицизму. То есть границы Италии с двумя совершенно разными странами представляли именно переход от католицизма укоренившегося к католицизму внедряемому.

Напомню, что французы-северяне до сих пор не сгорают от любви к южанам, и наоборот. Но именно на границе Франции и Испании зарождался Арагон. Тот же самый Арагон оказался на границе Северной и Южной Италии, Арагон – с юга (взгляните еще раз на карту). Так ведь и Север Италии до сего дня все пытается отделиться от Юга. Так что же это такое? Закон природы, если учесть еще и Германию? И почему это Ришелье в точном соответствии с законами «макиавеллизма» (стр. 619) «рекомендовал начинать с применения закона, а потом уже искать доказательства вины». Так это же и есть людоедское правление народом и азиатская формация.

А вот Катя Медичи поспешила, вернее, круто взяла, впрочем, это генетическая черта всех Медичи. И получила обратный результат, расплодила протестантов на Юге. И я думаю, что именно протестанты Юга и Севера нашли общий язык, протестантизм объединил французскую нацию, не сразу, разумеется. Во всяком случае, я не слышал, чтобы северные французы по примеру северных итальянцев хотели бы отделиться от южан.

Напоследок мне надо разобрать корни еще одной цитаты со стр. 624: «С конца 15 века во Францию приезжают итальянские писатели, художники, историографы, филологи: поэт Фаусто Андрелини, филолог Юлий Цезарь Скалигер, художники Бенвенуто Челлини, Леонардо да Винчи, историограф Павел Эмилий. Последний пишет «Десять книг о деяниях франков»».  Непростая это цитата, хоть на вид и проста.

Во-первых, не одни писатели и художники двинулись из Италии во Францию, в основном на Юг. Сами Медичи туда двинулись, и Екатерина – тому пример. Во-вторых, Челлини и да Винчи я рассматривать не собираюсь, тем более что Да Винчи туда приехал просто помирать, он во Франции даже кисть ни разу в руки не взял. И не только Екатерина Медичи оказалась надолго во Франции, при трех своих сыновьях – французских королях фактически царствовала.

Вот еще одна цитата (стр. 677): «Сказывалось деление Франции на север и юг. С 60-70 годов 15 века итальянские банкиры во главе с домом Медичи переносят в Лион из Женевы свои конторы. Французский престол в 1559-89 годах последовательно занимали три слабых и неспособных к управлению короля, сыновья Генриха II: Франциск II (1559-1560), Карл IX (1560-1574) и Генрих III (1574-1589), на которых имела сильное влияние их мать Екатерина Медичи (1519-1589). По матери она происходила из французской знати». То есть ее папаша итальянец, а мать – француженка.

Но ведь так и должно быть, судя по второй карте. Начало Арагону положили не то французы, не то испанцы, потом все оказались в Италии. Поэтому я сильно подозреваю, что сам Медичи Старший (папаша его Биччи, неизвестно, как и откуда оказался во Флоренции) тоже имеет корни в пресловутом Арагоне. И это сильно меняет дело. То есть Медичи и Борджиа: два сапога – пара. Поэтому мне надо остановиться кратко вообще на Гибралтаре. (Подробнее – в других работах).

Западное колено торгового племени через Баб-эль-Мандебский пролив попало в Эфиопию, потом по Нилу спустилось к Средиземному морю и начало осваивать торговлей его южные берега, на восток и запад. На западе достигло Гибралтара, на востоке Финикии (часть нынешнего Израиля). Восточное колено раздельно: южная часть морем добралось до Индии, и даже перебралось через Тихий океан, северная часть через Центральную Азию и Северный Китай добралось до Японии и Кореи и тоже переплыло Тихий океан. Но сейчас речь идет о Гибралтарских евреях. Дальше Мальты они не плавали, так как не было компаса, отсюда и про Италию они ничего не знали. Освоение Италии шло уже от Гибралтара  по северной части Средиземного моря. Это доказывается хотя бы тем, что Арагон как раз здесь и оказался. И не только Арагон. Генуэзский залив был освоен торговым племенем в первую очередь, и сама Генуя – древнейший торговый город был построен ими. Пробираясь все южнее по «сапогу», в конечном счете добрались до Сицилии под видом «норманнов», и это имя «северян» к ним больше относится, так как приплыли они именно с севера Италии, а про «норманнов» со Скандинавии надо бы забыть. К этому времени навигационные приборы стали совершеннее, поэтому переплыть с Сицилии на материк Африки уже не составляло труда. С этого момента южная часть Италия привлекла их как уютненькое место вдалеке от «больших» дорог. Тут можно было вдалеке от мира и Рим начать строить в 13-14 веке, и деньги прятать, и католицизм внедрять. Но евреев как таковых уже не было.  

Теперь мне надо остановиться на том, как это произошло, хотя все это и описано уже у меня в других работах. Повторю кратенько. Дело в том, что у всех описанных колен евреев действовало Первозаконие, главная суть которого состоит в том, что, во-первых, – единобожие с мужчиной во главе вопреки женскому началу всех богов-богинь во всех уголках Земли. Во-вторых, – винегрет из литургии и морали, то есть неразрывная связь бога с моралью, вернее, контроль бога, а значит, его служителей, над моралью.

Вообще говоря, винегрет только на закуску хорош, питаться им одним – ноги протянешь. Винегрет в религии еще хуже. Душа профессионального торговца, работающего не ради равноценного обмена, а ради торговой прибыли, всегда в страдании. С одной стороны, не обманешь – не продашь, с другой стороны – угрызения совести перед Яхве замучают. Поэтому торговое племя должно было либо пренебрегать прибылью в торговле, а она была совершенно сумасшедшая по тем временам, либо разрешить обманывать только всяких там язычников, оставив мораль только для своего круга. То есть, придумать для язычников какую-нибудь религию с упором незыблемую предопределенность судьбы и возможность только просить бога, из чего проистекает вечное послушание. И придумали ислам, буддизм и прочие религии, причем долго не думали, а списали основные посылки из своего достаточно разработанного Первозакония. Всем бывшим язычникам стало очень хорошо, а вот евреям – плохо. Внутренняя противоречивость между не укради,  и укради у чужого, действует разлагающе. Именно поэтому, я считаю, торговцы, а они никогда не жили кучно, наоборот, разрозненность – их процветание из-за конкуренции, стали ассимилироваться среди «покоренных» ими народов с целью войти в верхушку действовавшей до них там родовой власти. И переставали торговать, так как управление народами давало больше плодов при меньшей опасности. А что никакого бога в виде бородатого дядьки нет, они давно знали, недаром они поклонялись золотому тельцу. И первую букву своего алфавита так назвали. Так евреи перестали быть евреями. Понятнее это будет, когда я перейду к Второзаконию Моисея.

Моисей в Египте увидел эту ассимиляцию и решил сохранить свое племя. Поэтому он выбросил из Декалога Второзакония все до одной моральные заповеди, оставив там только литургию богу. И подкрепив ее кошерной пищей, по которой, как говорится, рыбак рыбака видит издалека. С этого момента евреи, объединенные Второзаконием, стали эллинами, Эл или Элоим – первоначальный их бог. За послушание он их привел на Босфор, в землю обетованную, где можно было вообще ничего не делать, а только брать пошлины с проплывающих кораблей, перекинув железную цепь через Босфор.

Не знаю уж, тут же, или немного погодя, Моисей создал суд, ибо мораль осталась за границей епархии бога. Суд, если он есть, и впервые создан, не может быть не равным для всех. Ибо тот суд, который существовал до Моисея, был не судом, а просто наказанием (уложением о наказаниях), осуществляемым светской или церковной властью без состязания сторон. Просто по факту. 

Именно поэтому эллины, ставшие уже греками, фантастически двинули научно-технический прогресс, на который повлияло не только Второзаконие, но и возможность думать на досуге, случающемся все чаще и чаще от обилия еды, добытой таможенной политикой на проливе. Греки стали расширять свою сферу влияния, в основном на Западе, но об этом я уже сказал. Сказал я и о том, что они оказались в клещах: с одной стороны – ислам, с другой стороны, он же самый, Гибралтарский. И греки ушли на Север Европы.

Теперь о «Башмаке». Это первое народное движение против сверхприбылей греков. Если забыли, вернитесь к кредитам проедаемым в отличие от кредитов на развитие. Потом это вылилось в многочисленные крестьянские войны, только я бы их назвал войнами наемной рабочей силы. Ибо крестьянские войны просто невозможны при любой религии, каковая – идеология людоедского правления народом. А то, что за «восстания» крестьян выдают по всему миру, или выдумки, или простые бунты, немедленно подавляемые людоедской властью. Часть из них – просто династические войны, как, например, восстание Стеньки Разина. Успешная, победоносная  война наемной наемной рабочей силы с кредиторами возможна только при Второзаконии, при справедливом и равном для всех суде. Иначе это будет просто бунт, подавляемый без всякого суда, волею власти. И поэтому бунты всегда подавляются. Войны же на Севере Западной Европы, единственные войны в мире такого рода, закончились победой наемного труда. Конечно, индульгенции здесь тоже сыграл свою роль, только в том смысле, что более богатые и умные «торговцы» примкнули к этой войне и встали у ее руководства.

Русские историки делают основной упор, что эти освободительные войны явились результатом нещадной эксплуатации крестьян  крупными земледельцами. Какого же тогда черта точно такие же войны-бунты, например, в России, Китае и так далее, закончились пшиком, а вот в Западной Европе – победой?  Пусть они найдут другую причину кроме той, которую я указал, тогда разговор этот можно продолжить.

 

«Водораздел» между исламом и христианством

 

Пока я не написал этой статьи, об этом говорить было рано. Теперь можно рассмотреть барьер между исламом и христианством, который отчетливо существует по некоей параллели Земли. Параллель эта проходит от Западного Китая через Центральную Азию, Кавказ, Черноморье и Средиземноморье и заканчивается на Гибралтаре: с юга ислам, к северу – христианство. И нигде на этой линии, исключая Испанию и частично Турцию, особенно крупных войн по разделению конфессий не было, причем даже в Турции и Испании войны на указанной границе происходили не столько между приверженцами религий, сколько из-за амбиций светской власти. Войны турков и армян также не совсем конфессиональные войны, это соперничество рассмотрено у меня на примере Великой Армении, которая некогда занимала большую часть нынешней Турции. И здесь, хотя армян-христиан и вырезали турки-мусульмане, это не война конфессий христиан и магометан, а война турков и армян за территории, возглавляемая светскими властями. Каковые и пытались в целях поднятия воинского духа подневольных солдат перевести свои притязания на территории в область всенародного дела путем оболванивания религией. Единственный, пожалуй, случай религиозной войны – нынешнее противостояние ислама и индуизма в Кашмире, да и здесь я сильно сомневаюсь отнести это противостояние в сферу религии, так как смотри выше «макиавеллизм», особенно тезис о том что «религия – это только орудие политики».  Другими словами, простые люди исламской и христианской веры в отличие от их правителей равнодушны и веротерпимы. Собственно, так же как и в нынешней Западной Европе, едут в куче общественного транспорта совершенно мирно, и одни сходят на остановке «Синагога», другие – на остановке «Костел», третьи – «Мечеть», ну, и так далее. 

То, что ислам, христианство и даже буддизм произошли от одного и того же имени Исы Христа (Креста), только ислам от первого имени, а христианство – от второго, у меня рассмотрено в других работах. Там же рассмотрено, что по большинству проблем жизни людей как таковых, ислам и христианство практически не отличаются: все задано и предопределено, и об изменениях можно только просить бога, христианского или мусульманского, но ни в коем случае не своевольничать.

Разумеется, ревнители той и другой религии найдут десятки различий, каковые кажутся им значительными, но на самом деле не стоят выеденного яйца для повседневной жизни людей. Например, крест или полумесяц как эмблемы, но всего лишь триста – четыреста лет назад оба этих символа прекрасно уживались вместе, например, в русских храмах в качестве православного восьмиконечного креста. Таких мелочей, не влияющих на жизнь людей непосредственно и часто, можно набрать предостаточно, их правомочность с пеной у рта будут доказывать священники-нахлебники с той и другой стороны, но суть останется – различия эти несущественны. Примерно как беленький или синенький трамвайный билетик для пассажира, он все равно его безжалостно выбросит не позднее выхода из трамвая. И никогда о нем не вспомнит.

При описанной обстановке межконфессиональных взаимоотношений невозможно объяснить не только жесткую границу между ними, но и понять, чем же все-таки они отличаются друг от друга, и почему граница прошла именно по указанной параллели, а не по какой-нибудь иной, и даже по меридиану.

Есть все-таки одно кардинальное отличие ислама и христианства, которому как-то не придается большого значения, хотя и упоминают о нем часто, не делая, однако из этого никаких выводов. Различие это – в отношении к женщине. Между тем, именно на этом основана и граница между исламом и христианством, и положение ее именно по параллели, а не по меридиану, либо еще как-нибудь, сикось-накось. Я в своих работах еще не рассматривал эту проблему, хотя и объяснял уже неоднократно источник этого феномена. Поэтому не буду экономить бумагу.

В своей книге «Загадочная русская душа на фоне мировой еврейской истории» и в последующих работах я доказал, во-первых, предпосылки для возникновения богинь-матерей и амазонок, крепкой дружной семьи и так далее. И у меня вышло, что богини-матери произошли потому, что мужская часть населения, особенно в теплых южных краях перестала в отличие от большинства животных заботиться о беременных и кормящих женщинах. И случился их длительный и массовый «падешь», если так можно выразиться даже и о первобытном человеке.

Но, например, в первобытной Австралии этого не случилось, и там образовалась геронтократия на фоне брачных пар по любви, каковую даже пришлось узаконить.

Глубоко на севере, где снег лежит полгода и более, при пренебрежительном отношении мужчин к нуждам беременных и многодетных матерей народ бы вообще вымер, все до единого, поэтому и здесь создалась крепкая и дружная семья.

В средней полосе, такой как Россия, где зимой бывает снег, а мужчины ленивы от природы (подробности в  других работах),  женщины образовали чисто женские сообщества-деревни, а мужчины болтались по тайге небольшими группами (см. работы о Бабе-Яге), являясь только на совокупление в самый жаркий день лета, в Иван-Купалу. Семьи здесь были созданы принудительной уже при первичном христианстве – несторианстве. И до сих пор мужчина то и дело стремится убежать от семьи и от детей, называя их чисто русским словом «обузой», суживающей его древние «права».  И до сих пор в среднерусской семье именно женщина – глава семьи, ибо она держит в руках семейный бюджет, выдавая мужу ежедневно «на обед» энную сумму денег. Когда все такого рода сведения, например, как мужик-мусульманин вышивает крестиком и торгует на базаре, соберешь из всех моих предыдущих работ, выходящих за рамки настоящей статьи, окажется, что можно делать выводы о границе между исламом и христианством в женском вопросе.

Они таковы в мусульманстве. Мужчина несет на себе весь груз по обеспечению семьи всем необходимым, женщина – только присматривает за детьми. При этом мужчина занимается и такими делами, которые на севере делают исключительно женщины, например, вышивают крестиком и пекут хлеба. Не говоря уже о полевых работах. Но жена – его собственность, такая же, как его дом или его лавка с зеленью. И он ее просто-напросто купил. И это не могло произойти иначе, чем от всеобщего недостатка женщин в предшествующие времена. И если мужчина богат, ничто не мешает ему купить сколько угодно жен, и расстаться с ними в любой момент, когда он пожелает этого, достаточно выйти в людное место и крикнуть: «С Фатимой развожусь!»  Предел для простого народа в объеме четырех жен – это всего лишь упорядочение, чтоб всем хватило, и прирост народонаселения обеспечивался, не касающееся правителей, у них – гаремы.

Главное при этом, что у торгового племени, имеющего своим истоком юг Аравии, тоже вначале был матриархат, возникший из недостатка женщин, и переход к патриархату произошел именно оттого, что мужчина на основе прибыльной торговли стал содержать семью и этим возгордился. А за прошлые обиды матриархата пожелал сделать женщину рабыней, фактически убрав ее из социума и заперев в доме. Без такого резкого изменения статуса мужчины и женщины невозможно было перейти от матриархата к патриархату.

Мужчина торгового племени в южных краях не только мстил женщине за прошлое ее величие, он этим рабством жены давал ей понять, вернее запугать, чтоб она ему не изменяла, ибо он вечно в отлучке по своим торговым делам. Возможность унизить женщину, обеспечивая ее прожитье, упала на благодатную почву в южных краях. В душах южных мужчин, не торговцев, настрадавшихся без женщин и получив возможность их покупать, в том числе «за границей», нашли отклик еврейские строгости к женщинам. Поначалу, я думаю, при некоторой стабилизации соотношения мужчин и женщин, мужчина не торговец был рад своей покупке и любил ее, как мы сегодня любим дорогую вещь, лелеял ее и холил, «вышивая за нее крестиком».  Но соблазн собственника под названием «мое, хочу – люблю, хочу – выброшу» нашел в нем отклик, и в конечном счете еврейский принцип отношения к женщине закрепился в южных краях. По-моему о южных краях достаточно, желающих узнать подробности направляю к другим моим работам.

Принципы севера. В упомянутой книге я приводил расчеты благоприятных сезонных беременностей и родов, здесь я не буду их повторять. Скажу лишь, что это было время медвежьей берлоги, массовой берлоги, когда женщины оставались одни, брошенные ветреными и случайными мужьями. Они вынуждены были объединяться для того, чтобы остаться в живых и выкормить детей. На относительной границе севера и юга, где можно было не прятаться на зиму в берлоге, а провести зиму на природе, образовывались кланы амазонок (Причерноморье, Ломбардия, сабинянки). Далее на север – берлоги, и обязательно в виде деревни, иначе – пропадешь. Далее на север, где двенадцать месяцев – зима, остальное – лето, имела место настоящая сегодняшняя семья в походном чуме.

В результате в средней полосе, между границами амазонок-сабинянок и чумов, то есть в полосе берлог-деревень, проявлялась полнейшая самостоятельность женских кланов, вокруг которых «казаковали» и «полкали» по тайге разрозненные шайки мужчин-производителей. Они заботились только о собственном пропитании, и то и дело обращавшихся к Бабе-Яге (престарелый командир клана) за помощью в деле совокупления. Недаром по всей северной Европе отдельных, пойманных по случаю мужчин, а позднее только их чучела в виде ряженых снопов, женщины-труженицы земледелия  сжигали в честь праздника урожая. В общем, статус оседлой женщины был намного выше статуса мужчины-бродяги. В первом случае был социум, во втором – антисоциум, вплоть до продажи на рынках  персидским купцам наловленных женщин.

Торговое племя, размножавшееся на торговых прибылях как на дрожжах, заполонило все теплые края, наступила очередь холодных краев. И тут разом от Тихого океана до океана Атлантического идеология исламского отношения к женщине отказала. Пришлось менять идеологию в корне. В качестве доказательства привожу ареалы возникновения христианства. Несомненно доказано, что помесь ислама с христианством под названием несторианство возникло где-то в северном Китае, Центральной Азии, на Кавказе, на севере Аравии и, как врут историки, даже в Риме. Вспомните хотя бы римскую волчицу, каковая в виде скульптуры найдена в Риме, а на стенке нарисована в Центральной Азии.

При этом надо рассмотреть разом действовавшие три  особенности. В Восточной Европе, на Урале и ближней Сибири внедрением протохристинства занимались хазары, и в основном – казаки-разбойники (см. многие  мои другие работы). Здесь женщин ломали, как ломают только грешников в аду. Но все же не сломили окончательно, хоть и продвинулись в этом вопросе весьма далеко. Муж бьет жену за каждую провинность, но все равно она держит семейный бюджет, и пока муж как всегда на фронте, дела его семьи не разрушаются, а даже несколько поправляются. Во всяком случае, в психологическом климате и воспитанию мальчиков в трудолюбии.

В северном Причерноморье и Средиземноморье пришлось составлять «Маллеус», иначе ничего не выходило с протохристианством. На Пиренеях пришлось даже менять уже укоренившийся ислам полностью на христианство. Здесь с женщинами совершили почти  то же самое, что и в России. Запугали и подчинили, но (подробности – в других работах). Но так и не смогли отобрать все их права. Протохристианство, вытеснив женщин напрочь из богослужения, вплоть до того, что начали использовать кастратов в церквах для имитации бывших женских голосов всяких там весталок и жриц, но в общественной жизни семьи они остались теми же, что и в России. И главное – весь сельский труд лежал на их хрупких плечах. Мужчин- трактористов, сами понимаете, не было.

Третий путь и особенность – из Византии, от древних греков с Моисеевым Второзаконием в руках. Поражает обилие цариц в Византии и окружающих греческих городах Средиземноморья, смотрите мои другие работы. Там, где есть суд и политеизм, там женщина – под их охраной. С этой идеологией греки и прибыли на север Европы Западной. Именно здесь равноправие мужчины и женщины окрепло, и никакому исламу здесь уже не было места.

Все это не может быть исторической случайностью. Ислам с его отношением к женщине не мог прижиться в средних и высоких широтах, и естественная граница между исламом и христианством обозначилась, четче просто некуда. И это объективная реальность, данная нам в ощущениях. И против этого, как говорится, не попрешь.

Есть черты, изначально приобретенные и закрепившиеся в генетической памяти, так сказать, широтного народонаселения в целом, вне зависимости от его национального состава от Тихого океана до Атлантики. И есть граница, за которой этот феномен уже не действует. Таким феноменом явилось отношение к женщине в средних широтах северного полушария Земли. Боролись с этим проявлением свободы женщины ужасно, но безрезультатно. И ислам пришлось модифицировать в христианство именно на указанной границе.

Другим примером, характеризующим подобный феномен, является пьянство, внедряемое, без всякого сомнения, как исламом, так и христианством в целях приобщения к религии с помощью чвана (емкость, от которой на Руси произошло слово чваниться) вина или водки, выдаваемых бесплатно в храмах. До тех пор, пока именно за этим туда не стали поголовно ходить все население, а уж затем превращенное в так называемое причастие ложечкой вина. И не просто так, а потому, что народ стал причащаться все чаще и чаще, притом не в храме, а за его стенами.

Почти все знают, что ислам запретил вино, но мало кто знает, что это случилось совсем недавно. Ибо древние исламские поэты, которые доступны нам, столь же пышно и красиво излагали прелести пития вина как и древнегреческие поэты. Для народов теплых стран питие виноградного вина столь же привычно как купание в теплом море,  а для северных народов питие спиртосодержащих напитков столь же противоестественно как купание в снегу. Ибо у них никогда не было в окружающей их среде ничего такого кроме кислого молока, из чего можно было бы получить этиловый спирт.

В результате генетических мутаций южные народы, употребляющие с древности вино, нашли в себе генетические же силы, противостоящие поголовному пьянству, ибо оно прекратило бы вообще их род. У северных народов такой генетической защиты не было, и ей не из чего было родиться. И, опрокинув в свою глотку несколько дармовых чванов водки в церкви, народ верно пошел к прекращению своего рода совсем. Примеры на нашем Севере. И на скандинавском. И на всех прочих, ближе к Полярному кругу.

Кажется, я отклонился от женщин, зато приблизился ко второму наиболее значительному отличию христианства от ислама. Между тем и винопитие, и отношение к женщине – одного поля ягоды. Запрет винопития на подступах к границе между исламом и христианством прошел незаметно для народа, так как он генетически привык ограничивать себя от пагубного действия злоупотребления вином. За этой же границей, особенно с приближением к Полярному кругу, запрет винопития был таким же бесперспективным, как и борьба с ведьмами. Именно поэтому, я считаю, христианство разрешило людям пить не только вино, но и водку, а на дальнем севере – чистый спирт.

И только по рассмотренным причинам христианство и ислам по большому счету можно считать одной и той же религией. Или вы думаете, что многоженство и моногамия, водка и отказ от нее – достаточные основания, чтобы их считать различными?          

 

Гибель Исы

 

Разумеется, ислам раньше Исы Христа возник, потому он исламом и называется. Недаром было в иудейской истории столько Иисусов. Но речь у меня в данном случае идет об Исе Христе, распятом на берегу Босфора, как весьма ловко доказали Носовский и Фоменко. Дело в том, как мне кажется, что этот самый очередной Иса Христос явился непосредственно в Царь-град и попытался свергнуть Моисеево Второзаконие именно там, в его источнике. Читайте другие мои работы о фарисеях и книжниках, которых громил Христос одновременно выгоняя их храма торговцев.

Его поймали, арестовали, велели паспорт показать как у того чижика с петербуржской Мойки. А потом распяли на кресте, покойника же сбросили в пролив Босфор, упомянутые авторы хорошо описали обрыв к морю в том самом месте. И якобы могилу Христа длиной метров эдак в пятнадцать. Но сами упомянутые авторы пишут, что в могиле никого нет. А факт воскресения из мертвых пока не доказан. Поэтому я и решил, что его сбросили в море, ибо следов его не нашли. И это было бы самое верное решение в смысле искоренения и духа его старого-престарого учения, которое он хотел возобновить с новой силой, притом совершенно самонадеянно, в епархии самого Моисеева Второзакония, что само по себе – наглость.

Козимо Медичи же, выкупив все рукописи об этих событиях у Магомета II, велел своей «Платоновской» академии переписать их и напечатать как надо. Кажется, об этом малозначительном факте – достаточно.

 

Современная борьба Исы с Моисеем

 

Собственно, судя по введению, именно ради этого я и начал писать эту статью. До сих пор в Западной Европе менталитет народа и правителей стран с преобладанием католицизма достаточно отчетливо отличается от менталитета народа и правителей стран с преобладанием протестантизма. Главное, заметьте, что это все существует уже на генетическом уровне. Как в случае с отношением к женщине и к водке. Но так как народ и его правители суть – одно и то же, то можно употреблять в общем: северяне и южане.

Иса вроде бы младше Моисея, если судить по тому, что он явился в Царьград сокрушать учение Моисея, но это только, если судить по Царьграду и побережьям Средиземноморья, где Царьград не царствовал, но возглавлял Второзаконие. В то же самое время вокруг Царьграда и прибрежного Средиземноморья царствовал ислам (на восток – до Тихого океана, на запад – до Гибралтара и на юг – до Индийского океана). Причем не только как ислам, но и как его разновидность буддизм. И уже нарождалось в глуби ислама христианство. И все эти религии сшиты на одну колодку, только украшения – разные. Поэтому Иса намного старше Моисея.

Об отношении к женщине я уже говорил, но основное отличие производных от Исы религий – это людоедское правление народом, и оно в разной степени, но неизменно отличается от Моисеева учения отсутствием независимого от религии суда. Это, в свою очередь, дает возможность объединиться религии и государству в подавлении свободы подвластного им обеим народа. Тогда отношение к женщине отступает на второй план. И становится как бы просто покраской обуви, сшитой по одной колодке, в разный цвет.

И самое главное при этом, что все это закрепилось в генах народов. Эти гены есть и в западной Европе, но они уже у новорожденных – спящие. И для их возбуждения надо прикладывать довольно большие усилия. Поэтому западное общество и можно свернуть, как это происходило, например, при Гитлере, но в таком состоянии надо силой продержать народ примерно поколения три-четыре. Тогда новорожденные начнут рождаться с генами испуганного подобострастия к властям с первым же вздохом.

Другое дело в царстве Исы, и не только Христа, но и всех тех Ис, кто первыми и последовательно внедряли Первозаконие задолго до Моисея, перепутав в нем в нераспутываемый клубок мораль и литургию. Здесь новорожденные дети, вздохнув первый раз, уже готовы генетически подчиняться властям, что бы государственные и церковные власти с ними не делали, как бы они их не истязали.

В связи с этим я уже больше не удивляюсь, что молодежь в мировой епархии Исы никогда не выступает против властей. Ни школьники, ни студенты, ни молодые рабочие, инженеры и техники. Они генетически неспособны к этому.

В связи с таким положением дел становится много значимой величина государства. Россия, Китай и Индия показывают, что за свободу в них бороться невозможно. Подавят пренепременно, посмотрите хотя бы на площадь Тяньаймынь, или как она там называется, язык об нее сломаешь. А в России – еще хуже.

Именно поэтому от таких стран надо отщипывать куски, что сейчас и делает Америка. И огромное ей спасибо за это.

Между тем старушка-Европа, которая не сама завоевала себе порядок Второзакония, ей его принесли на блюдечке с золотой каемочкой «греки», изошедшие из Византии, ныне здорово хитрит. Как говорится, и вашим, и нашим. Покупая российские ресурсы – плод рабского труда, она делает вид, примерно как покупала хлопок с американских рабских плантаций в позапрошлом веке, что ничего плохого не делает. Но если бы Европа (я не отмечаю, что Западная, так как Россия – Азиопа) не пошла на сделку «Газ – Трубы» еще 25 или даже 30 лет назад, то, несомненно – ныне была бы другая геополитическая обстановка.

Я хочу сказать, что Европа должна помнить свою историю, которую я ей растолковал во множестве своих работ: ей помогли евреи Моисеева колена, а она никому не хочет помогать, купаясь в роскоши в результате этого.

А Америка, между тем, уже изнемогает.

 

                                                                                                        25.01.05.    

Раз уж Вы попали на эту страничку, то неплохо бы побывать и здесь:

[ Гл. страница сайта ] [ Логическая история цивилизации на Земле ]



Hosted by uCoz