Раз уж Вы попали на эту страничку, то неплохо бы побывать и здесь:

[ Гл. страница сайта ] [ Логическая история цивилизации на Земле ]

Государство – людоед

 

Государство – людоед

(Роман в письмах)

 

[ Оглавление романа]

[ Назад ] [ Вперед ]

 

 

Часть четвертая

Суды – мафия

 

Пятый мафиози

 

Я думаю, что предварительного введения и объяснения тут не нужно. Кто читал предыдущие главы, и без объяснений все поймет. Притом у меня – роман в письмах, так что «мысли от автора» типа рассуждений и чаяний толстовского «дуба» (все его в мои школьные дни учили) тут совсем ни к чему. Только и совсем уж без авторских мыслей, хотя бы кратких, – тоже не годится.

И вот какая мне вдруг пришла в голову мысль, прямо посреди повествования. Вернее даже – ближе к концу, ибо настоящий бандит у меня – пятый.

Я тут на каждом шагу называю всяческие российские ветви власти самыми последними русскими словами, изредка даже – матерными. Вот я и думаю, что обязательно найдется грамотей-законник, который возопиет: как можно? Ведь только суд… и так далее.

Вот именно для таких законников и сообщаю: бандит не может быть судьей, а судей – не бандитов мне не попадалось. Так что, смотри, как говорится, в корень! И не путай всеобщее явление с «отдельными недостатками», каковые нам сообщают по государственному ТВ.

Вы, надеюсь, еще помните, как я молил публичные власти, включая сюда даже иностранных послов, не говоря уже о прокуратуре и собственном президенте. Дескать, не пытайте нас, помилуйте! Мы ведь ни в чем не виноваты. Разве что поверили вашим словам о нерушимости частной собственности, чего, разумеется, нам делать было нельзя.

Вот именно отсюда, из этого рассуждения, и явился на свет, вернее, в Зюзинском суде «города-героя» Москвы, наш следующий иск к властям.

«В Зюзинский межмуниципальный суд,

Председателю суда,

г. Москва, ул. Кржижановского, 20/30, корп.4.

 

Синюков Борис Прокопьевич, жертва политических репрессий, ветеран труда, канд. техн. наук, член секции научного совета Госкомитета по науке и технике, изобретатель, награжденный правительственными и ведомственными наградами;

117216, г. Москва, ул. Грина, 16, кв. 9,

 

Ответчик Префектура ЮЗАО Москвы,

113209, Москва, Севастопольский просп., 28, корп.4.

 

Исковое заявление

«О компенсации материального и морального ущерба»

 

Ответчик систематически нарушает право нашей собственности (квартиры №9 по улице Грина, 16), не связанные с правом владения (статья 304 ГК РФ). Право нашей собственности подтверждаем (приложение 1).

Договором о техническом обслуживании нашей собственности РЭП-29 ДЕЗ «Северное Бутово» указанной префектуры являются Справки-извещения о квартирной плате и квитанции об их оплате (приложение 2 за 10.02), а также Извещения ГУП «Мосгортепло» и квитанции об их оплате (приложение 3 за 10.02). Указанные РЭП и ДЕЗ являются унитарными предприятиями указанной префектуры, поэтому вся ответственность за их деятельностью лежит на префектуре (ответчике).

Согласно статье 310 ГК РФ «недопустим односторонний отказ от исполнения обязательств» по этим договорам. Согласно статье 401 ГК РФ существует ответственность за нарушение обязательств, в том числе ответственность должника за своих работников (статья 402 ГК РФ).

Кроме того, данные обязательства ответчика подпадают под действие закона «О защите прав потребителей» (статьи 4, 7, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 20, 23, 24, 29, 31, 38), что, в частности, дает нам возможность беспошлинного обращения в суд за защитой своих прав.

Факты нарушения наших прав потребителя.

1.                  21.10.02 на сутки отключено холодное водоснабжение. Притом отключено в подвале нашего же дома дежурным слесарем ДЕЗа. Во всех окружающих домах вода, естественно, была. Когда пришел слесарь включать воду, мы его спросили: почему отключал? Он ответил: начальство велело, я отключил. То есть, никакой аварии не было. Ущерб: мы не могли пользоваться туалетом и ванной, варить пищу. Из-за этого физические и моральные страдания. Свидетели и доказательства в приложении 4.

2.                  07.11.02, в День примирения и согласия вновь выключили холодную воду и электроэнергию. Кроме указанных выше физических и моральных страданий был и прямой материальный ущерб – в оттаявшем холодильнике испортились продукты на сумму 2430 рублей, приготовленные к празднику. Кроме того, испортились недоваренные в микроволновой печи и духовке блюда на сумму 600 рублей. Свидетели и доказательства в приложении 4.

3.                  08.11.02 вновь была отключена электроэнергия. Кроме моральных страданий была «потеряна» важная информация в компьютере (980 рублей). Свидетели и доказательства в приложении 5.

4.                  09.11.02 вновь отключена электроэнергия. Кроме моральных страданий материальные потери составили 1810 рублей (установка нового программного обеспечения и испорченные продукты). Доказательства в приложении 6.

5.                  13.11.02 вновь отключена электроэнергия на 11 часов. Кроме моральных страданий вновь в холодильнике испортились продукты на сумму 1460 рублей. На бесперебойное компьютерное питание потрачено 6400 рублей (два блока к двум компьютерам). Испортилась при внезапном отключении электроэнергии стиральная машина. Ремонт – 3000 рублей. Доказательства и свидетели в приложении 7.

6.                  16.11.02 отключена холодная и горячая вода – моральные страдания. Доказательства и свидетели в приложении 7.

7.                  20.11.02 отключена холодная вода и электроэнергия. Моральные и физические страдания. Снова испортились продукты на сумму 840 рублей. Ни умыться, ни выстирать белье, ни приготовить пищу, сидим при свечах и пишем письмо Президенту (приложение 8).

8.                  21.11.02 вода и электроэнергия включена только около полудня. Телеграмма Президенту (приложение 9), письмо Уполномоченному по правам человека (приложение 10).

9.                  Потенциальные факты (статья 1065 ГК РФ). В квартирах, откуда выехали жильцы, на лестничных площадках выбиты стекла, двери подъездов не запираются. Отсюда неконтролируемая ситуация с перемерзания системы отопления и водоснабжения. И, значит, новые, теперь уже как бы нерукотворные (хотя именно рукотворные) аварии. Представитель префектуры г-н Гавриков предупредил нас в судебном заседании 19.11.02, что наш дом заполнят не только бродяги, но и мародеры. Дескать, берегитесь.

Нарушены не только наши права потребителя. Этими действиями ответчик подвергает нас пыткам. Вот как определяет пытку «Конвенция против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания» (Нью-Йорк, 10.12.84): «…пыткалюбое действие, которое какому-либо лицу умышленно причиняет… страдание, физическое или нравственное, чтобы… наказать его действия, а также запугать или принудить, или по любой причине, основанной на дискриминации любого характера, когда такое… страдание причиняется… иным лицом, выступающим в официальном качестве, или по их подстрекательству, или с их ведома или молчаливого согласия». Эта Конвенция ратифицирована Россией и поэтому согласно Конституции РФ является частью ее правовой системы (статья 15, пункт 4).

И я прошу суд при рассмотрении дела обратить свое внимание именно на это определение пытки Организацией Объединенных наций, которое в своей преамбуле «учитывает» Европейская конвенция по правам человека.

При рассмотрении этого дела прошу суд применить также статьи 1068, 1069 ГК РФ.

Общий материальный ущерб, причиненный моей семье, по пунктам 1 – 8 составляет 17520 (семнадцать тысяч пятьсот двадцать) рублей. Компенсация моральных страданий, учитывая их систематичность и квалификацию как пытки, должна быть, по моему мнению, не менее 50000 (пятидесяти тысяч) рублей. Итого 67520 (шестьдесят семь тысяч пятьсот двадцать) рублей.

Прошу указанную сумму взыскать с ответчика в пользу моей семьи.

Приложения:

1.                  Договор купли-продажи квартиры.

2.                  Договор и оплата обслуживания квартиры.

3.                  Договор и оплата обслуживания квартиры (Мосгортепло).

4.                  Первое письмо Президенту.

5.                  Второе письмо Президенту

6.                  Третье письмо Президенту

7.                  Четвертое письмо Президенту.

8.                  Пятое письмо Президенту

9.                  Телеграмма Президенту.

10.        Письмо Уполномоченному по правам человека.

                        26 ноября 2002 г. Б. Синюков».

 

Я уже стал большим докой в общении с судами, поэтому заявленьице это отправил по почте заказным письмом и с таким же уведомлением о вручении. Так что, ни «не получить» его, ни гонять меня от одной двери к другой (см. часть 1), судьи уже не могли. Уведомленьице пришло и показало, что председатель Зюзинского суда озадачился 02.12.02, ровно через 5 на 6-й день.

22.12.02, ровнехонько через 20 дней, я уже за государственный счет получил все до единой свои бумажки назад плюс еще два листика. Первый:

«В ваш адрес возвращаются материалы на 17 листах по иску к Префектуре ЮЗАО г. Москвы о возмещении материального и морального ущерба. Данное дело неподсудно Зюзинскому районному суду. С указанным заявлением Вам следует обратиться в участок № 7 района «Северное Бутово» г. Москвы, к мировому судье Балашкиной Т.М. Приложение: упомянутое на 17 листах. Судья Сухова Н.И.»

Второй листик, с печатью.

«ОПРЕДЕЛЕНИЕ

09 декабря 2002 года Судья Зюзинского районного суда ЮЗАО г. Москвы Сухова Н.И., рассмотрев исковое заявление Синюкова Бориса Прокопьевича к Префектуре ЮЗАО г. Москвы о компенсации материального и морального ущерба в рамках Закона о Защите Прав Потребителя,

установил:

Синюков Б. П. обратился в Зюзинский межмуниципальный районный суд с иском о компенсации материального и морального ущерба в рамках действия Закона «О защите Прав Потребителя», указывая при этом свой адрес: 117 216 г. Москва, ул. Грина д. 16 , кв. 9, юридический адрес ответчика : 113 209 г. Москва, Севастопольский проспект д.28 корп. 4.

Однако в силу ст. 117-118 ГПК РСФСР иск к юридическому лицу о защите прав потребителя предъявляется по месту нахождения органа, либо по месту жительства истца. В соответствии со ст. 113 ГПК РСФСР, если требование истца производно от имущественного требования, когда это допускается законом (в том числе, по делам о защите прав потребителя), то такие дела подсудны мировым судьям, если цена иска не превышает 500 минимальных размеров оплаты труда. В данном случае в исковом заявлении конкретизирована сумма материального ущерба - 17 520 рублей.

Поэтому Синюкову Б. П. следует обратиться в участок № 17 района «Северное Бутово» ЮЗАО г. Москвы к мировому судье Балашкиной Тамаре Михайловне с указанным заявлением (в случае, если иск предъявляется по месту жительства истца).

В соответствии со ст. 129 ГПК РСФСР судья отказывает в принятии заявления, если дело неподсудно данному суду.

Руководствуясь ст. 129 ГПК РСФСР, судья

ОПРЕДЕЛИЛ:

Отказать в принятии заявления Синюкова Бориса Прокопьевича к Префектуре ЮЗАО г. Москвы о компенсации материального и морального ущерба.

Разъяснить Синюкову Б. П. ,что он может с указанным заявлением обратиться в участок 17 района «Северное Бутово» г. Москвы к мировому судье Балашкиной Т.М.

На определение может быть подана частная жалоба в Мосгорсуд через районный суд в течение 10 дней. Судья: подпись», каковую я всегда почему-то называю закорючкой.

 

Так как все дальнейшее будет ясно из нашей переписки, у меня ведь роман в письмах, то лучше мне немного остановиться на личности этого так называемого судьи, тем более что она вам уже знакома. Это именно она, когда я впервые в жизни явился в суд, так ловко меня отшила, отправив искать по всему белу свету постановление Лужкова № 811-ПП, истребовать которое входило в ее задачу судьи. Но теперь-то я уже был не тот «чукча», в смысле своей подкованности, общаясь уже пятый раз с нашим «самым справедливым». Поэтому перехожу сразу к ее портрету.

Судья Ахмидзянова – сука из сук, но ведет себя с нами, чернью, как царица, выражая нам  в лицо свои вздорные решения с видом Софокла, каковой по моим данным вовсе не древнегреческий «драматург», а – судья. Судья же Сухова – тоже сука из сук, только внешний ее вид как у истерички, у которой муж чуть ли не каждый божий день не ночует дома. Суетливая, крикливо-визгливая, всех и вся вокруг ненавидящая, а посему колкая и одновременно трусливая. Но главное ее отличие состоит в том, что она глупа как пробка. По-моему, даже пробка от настоящего французского шампанского – умнее ее. Но я же не «дамский» писатель, обрисовывающий каждый мизинчик, включая на ногах, поэтому для портрета судьи Суховой – достаточно.

«Зюзинский районный суд,

Судье Суховой Н.И.

Синюкова Б.П., истца

Заявление

«О продлении пропущенного процессуального срока и

принятии жалобы к рассмотрению»

 

09.12.02 Вами постановлено Определение по моему исковому заявлению «О компенсации материального и морального ущерба» к префектуре ЮЗАО Москвы. По почтовому штемпелю на конверте письмо Вами отправлено мне 17.01.03, то есть через 38 дней после принятия. (По закону – 3 дня, добавлено – мной и здесь). Я его получил согласно почтовому штемпелю 22.01.03, то есть через 43 дня после принятия. О дне вручения мне Вашего письма и Определения Вам будет известно из Уведомления о вручении, которое будет Вам направлено почтой.

В связи с невозможностью отреагировать ранее на Ваше Определение прошу процессуальный срок в 10 дней продлить, а прилагаемую частную жалобу принять для передачи в Московский городской суд.

                                                      24.01.03 - Б.Синюков».

 

«Московский городской суд.

Судебная коллегия по гражданским делам,

 

Истец Синюков Борис Прокопьевич, ветеран труда

 

Ответчик Префектура ЮЗАО Москвы

 

Частная жалоба

на Определение Зюзинского суда в отказе

в принятии искового заявления

 

09.12.02 Зюзинским районным судом, судьей Суховой Н.И. постановлено Определение в отказе принятия моего искового заявления «О компенсации материального и морального ущерба», причиненного моей семье Префектурой ЮЗАО Москвы. Это Определение стало мне доступно только 23.10.03 (См. заявление о продлении процессуального срока).

С указанным Определением суда я не согласен. Указанное Определение суда я считаю необоснованным и противоречащим закону. Основания у меня следующие.

Основой отказа в принятии искового заявления судья считает статью 129 ГПК РСФСР, как «дело неподсудное данному суду», а подсудное «мировому судье Балашкиной Т.М».

Основой для применения статьи 129 ГПК РСФСР судья Сухова считает статью 113 ГПК РСФСР, формулируя ее применение в данном конкретном случае: «…если требование истца производно от имущественного требования, …то такие дела подсудны мировым судьям, если цена иска не превышает 500 минимальных размеров оплаты труда» (выделение – мое).

Во-первых, я «не производил» свое общее требование от «имущественного требования». Я заявил два равноправных требования: имущественное от фактического ущерба и моральное – от пыток. Ибо пытки имущественной оценке не поддаются. А то, что это именно пытки, следует из приведенной формулировки «Конвенции против пыток…».

Во-вторых, судье Суховой следовало бы прочитать до конца статью 113 ГПК РСФСР. Она бы там увидела: «В случае, когда при объединении нескольких связанных между собой требований, …новые требования становятся подсудными районному суду, а остальные – мировому судье, все требования подлежат рассмотрению в районном суде». У меня нет в исковом заявлении даже намека на то, что я предъявляю требование морального ущерба как развитие имущественного требования. Наоборот, я пишу: «Компенсация моральных страданий, учитывая их систематичность и квалификацию как пытки…». То есть, это самостоятельное требование, не связано с материальным ущербом, и зависит оно только от самих пыток, которые нельзя иначе выразить как в деньгах. Ибо они уже нами испытаны, и отменить их задним числом нельзя. Таким образом, в исковом заявлении указаны отдельные два требования – материальное и моральное. Первый – в пунктах 1 – 9 искового заявления, второй – в последнем абзаце. Поэтому ситуация в точности отвечает приведенной цитате из статьи 113 ГПК РСФСР.

Следует добавить, что пытки как таковые ни в коем случае не предмет разбирательства мировым судьей, ибо это прямое нарушение прав человека (статьи 17 и 21 Конституции РФ).

Материальный ущерб как таковой мог бы быть рассмотрен мировым судьей, если бы этот материальный ущерб не сопутствовал пыткам, о чем прямо говорит статья 113 ГПК РСФСР как «о связанных между собой исковых требованиях». И никто не может сказать, что отключение света, воды и канализации, приводящее к моральным страданиям (пыткам), не связано с порчей продуктов в оставшемся без электроэнергии холодильнике.

Из этого следует, что указанные два взаимосвязанные исковые требования подведомственны исключительно районному суду, а статья 113 ГПК РСФСР неприменима в данном деле. Поэтому и ссылка судьи Суховой на статью 129 ГПК РСФСР «о неподсудности» тоже остается без какого бы-то ни было обоснования. 

Кроме того, судьей Суховой нарушено еще одно требование процессуальной нормы  (статья 145 ГПК РСФСР) об «обеспечении полного, всестороннего и объективного выяснения всех обстоятельств дела, прав и обязанностей сторон».

Судья вычленила из иска материальную составляющую, а пытки оставила за рамками своего рассмотрения, несмотря на то, что они подтверждены свидетельскими показаниями в жалобах Президенту.

Я думаю, что это сделано специально, чтобы уменьшить общую сумму иска с 67520 рублей (не подсудных мировому судье) до 17520 рублей, и таким образом представить это дело в виде «подсудного мировому судье».

Судья Сухова также никак не отреагировала в своем Определении на мои ссылки на статьи 310, 401, 402, 1065, 1068, 1069 ГК РФ, на которые я обращал внимание суда в своем исковом заявлении. Если она считает, что эти статьи неприменимы к данному делу, то она должна мне объяснить в своем Определении: почему именно?

На основании изложенного прошу Определение Зюзинского районного суда, судьи Суховой отменить, и рассмотреть дело по существу, по всем без исключения фактам искового заявления.

Приложения: 1. Определение судьи Суховой от 09.12.02 на 1 листе.

                        2. Исковое заявление «О компенсации материального и морального ущерба» на 16 листах в 2 экземплярах.

                        3. Ксерокопия штемпелей на конверте суда на 1 листе. 

                                              24.01.03 - Б. Синюков».

 

Я вот тут хочу спросить читателя: приятно было бы Вам, чтобы таких два письмеца относительно Вас самих были направлены хотя бы даже вахтеру в подъезде, в котором Вы живете? Вот и судье Суховой было неприятно. И время замерло на месте. Хотя, если судить по календарю, наступило уже 24.03.03. Но судья Сухова не направляла мои письма ни в Мосгорсуд, ни мне – домой.

В общем, у судьи Суховой случилось со мной еще одно судебное дело, о котором вы еще не знаете, так как я к нему приступлю только в следующей главе под названием «Шестой бандит». «Дело»  там состояло в моей жалобе на судебного пристава-исполнителя, и пока о нем достаточно.

Так вот, судья Сухова, визжа и скрипя всеми своими «деталями», «рассматривала» это дело со мной наедине, так как «ответчик» не являлся. И вдруг, ни с того ни с сего, из фурии превратилась в херувима, проворковав как голубок мне несколько слов насчет «дела», составляющего предмет настоящей главы. Дальше все будет понятно из следующего письма.

«Зюзинский районный суд,

Судье Суховой Н.И.

 

Синюкова Б.П., истца,

 (Определение от 09.12.02 на исковое заявление) 

 

Заявление

«О невозможности представления оригиналов приложений»

 

19.03.03 в беседе со мной Вы заявили по поводу не отправки моей частной жалобы от 24.01.03 в кассационную инстанцию (Мосгорсуд) по той причине, что в деле фигурируют ксерокопии приложений, а Мосгорсуд, дескать, требует их оригиналы. В результате Вы потребовали у меня предъявить Вам оригиналы с тем, чтобы Вы заменили в деле ксерокопии оригиналами и после этого, дескать, направите мою частную жалобу в Мосгорсуд.

По этому поводу я заявляю следующее.

Во-первых, с момента подачи частной жалобы прошло почти два месяца, и это недопустимое промедление (ст.343, п.3 ГПК РФ).

Во-вторых, никаких процессуальных действий по передаче частной жалобы в Мосгорсуд суд первой инстанции до 19.03.03 не предпринял, и письменных объяснений подателю ее по этому поводу не дал, хотя срок превышен в пять раз.

В третьих, ссылка на возможное непринятие Мосгорсудом частной жалобы без оригиналов приложений является голословной, заявленной в частной беседе, но не в зале суда. Нет определения по этому поводу ни суда первой инстанции, ни суда второй инстанции.

В четвертых, если судья Сухова имеет в виду копию договора купли-продажи квартиры, которую следует заменить на оригинал этого договора в судебном деле, то оригинал этого договора ни при каких обстоятельствах не может быть приобщен к делу. Ибо это равносильно «приобщению» к делу паспорта, без которого стороне процесса нельзя остаться ни на один день, даже учитывая возобновимость паспорта. И даже хуже этого, так как договор купли-продажи – единственное невозобновимое свидетельство права собственности самого крупного владения всей нашей семьи. Этот документ может быть представлен суду в оригинале с тем, чтобы суд сличил оригинал с его ксерокопией, и тут же вернул владельцу. Точно так же как это делает суд при установлении личности стороны процесса по паспорту.

В пятых, если судья Сухова имеет в виду ксерокопии моих жалоб Президенту РФ на пытки, подписанные свидетелями – другими жильцами злополучного дома № 16 по ул. Грина, то оригиналы этих жалоб суд может запросить у Президента РФ, ибо оригиналы отправлены именно Ему. Оригиналы этих заявлений Президенту РФ составлены и подписаны свидетелями в двух аутентичных экземплярах. Но второй комплект оригиналов не может быть приложен к делу, так как имеется довольно много примеров потери важных документов из материалов судебных дел. Поэтому эти оригиналы будут представлены суду только в судебном заседании как, например, паспорт на краткое время. Ибо вполне возможная, не исключаемая напрочь, пропажа документов из судебных дел существует де-факто. А судебные инстанции только начинаются. Притом, в этом же самом Зюзинском суде я столкнулся с реальным фактом изменения существа судебного решения после его оглашения в зале суда.

В шестых, Зюзинский суд в процессе рассмотрения моего Искового заявления «О компенсации материального и морального ущерба», до постановки обжалуемого в настоящей частной жалобе определения суда, вполне мог вызвать свидетелей, подписавших вместе со мной мои обращения к Президенту РФ и удостовериться в их подлинности. Но суд этого не сделал, отказал в рассмотрении искового заявления и тем самым вызвал частную жалобу на свое определение. 

В седьмых, задним числом после подачи частной жалобы судья Сухова не вправе принимать никаких постановлений, в том числе и в частных беседах между судом и истцом. Теперь это дело кассационной инстанции, куда и должна быть передана частная жалоба в том составе документов дела, по которому принято обжалуемое определение суда. Притом как можно скорее.

Настоящее заявление прошу считать ответом на устное предложение судьи Суховой об обмене документов в рассмотренном и завершенном судебном деле. И прошу приобщить настоящее заявление к материалам дела, направляемым в кассационную инстанцию согласно моей частной жалобе.

                                                24.03.03. - Б. Синюков».

 

Не думаю, чтоб и это заявление понравилось судье. Однако мой иск к властям через шесть с лишним месяцев после подачи достиг Мосгорсуда. И вот результат.

 

«Определение

06 нюня 2003 года Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе председательствующего Мироновой АЛ., судей Васильевой И.В., Базьковой Е.М. заслушав в открытом судебном заседании по докладу Васильевой И.В. дело по частной жалобе Синюкова Б.П. на определение Зюзинского районного суда Москвы от 09 декабря 2002 года, которым постановлено отказать в принятии заявления Синюкова Бориса Прокопьевича к Префектуре Ю3AО Москвы о компенсации материального и морального ущерба.

Разъяснить Синюкову Б.П., что он может с указанным заявлением обратиться в участок № 17 района «Северное Бутово» г. Москвы к мировому судье Балашкиной Т.М.

У с т а н о в и л а:

Синюков Б.П. обратился в суд с иском к Префектуре ЮЗАО Москвы о возмещении причиненного материального ущерба и компенсации морального вреда.

Судом постановлено вышеприведенное определение, об отмене которого просит Некрашевич А.И. по доводам частной жалобы. (Некрашевич сюда попал случайно, наверное, думала о нем, когда писала - мое).

Судебная коллегия, проверив материалы дела, обсудив доводы частной жалобы, находит, что определение суда подлежит отмене по следующим основаниям.

Отказывая в принятии искового заявления, суд исходил из того, что данное дело подсудно мировому судье, при этом руководствовался п. 5 ст. 113 ГПК РСФСР и Законом РФ «О защите прав потребителей», на который ссылался Синюков Б.П. С данным выводом суда согласиться нельзя, так как в соответствии со ч.2 ст. 113 ГПК РСФСР, в случае, когда при объединении нескольких, связанным между собой требований, изменении предмета иска или предъявлении встречного иска новые требования становятся подсудны районному суду, а остальные - мировому судье, все требования подлежат рассмотрению в районном суде.

В данном случае помимо требований материального характера Синюковым Б.П. заявлены требования о компенсации морального вреда. При таких обстоятельствах в силу вышеназванной нормы закона, а также действующей в настоящее время ст. 23 ч. З ГПК РФ, данное дело подлежит рассмотрению федеральным судьей районного суда. При этом судебная коллегия отмечает, что ссылка в определении на Закон РФ «О защите прав потребителей» является преждевременной, поскольку суд не выяснял, распространяются ли на возникшие между сторонами правоотношения положения данного закона. При таких данных, определение суда подлежит отмене, а частная жалоба Синюкова Б.П. – удовлетворению.

О п р е д е л и л а :

Определение Зюзинского районного суда Москвы от 09 декабря 2002 года отменить. Вопрос возвратить в суд первой инстанции со стадии принятия искового заявления.

Председательствующий, судьи (закорючки)».

 

Конечно, вся эта тройка, примелькавшаяся не только мне, но, поди – уже и вам, разумеется –  сучья. Хотя она и отменила совсем уж идиотское определение судьи Суховой. Я думаю, потому, что та совсем уж – дура и не поймет «тонкий» намек, который я выделил в тексте жирными буквами. Заметьте, в своем иске я сослался на 15 (пятнадцать) статей закона «О защите прав потребителей», а эти три вечно потенциальные (так как никогда суда над ними не будет) преступницы все не могут понять, нахожусь я или не нахожусь под защитой этого закона? Ну и представили бы мне их, все 15 статей по порядку, и раскритиковали бы меня в письменном виде. Нет, они отправляют за этим снова в Зюзинский суд. Самим ведь не только лень отклонить 15 статей, но они ведь и не знают, как это сделать?  Пусть «зюзинцы» ломают над этой неразрешимой проблемой свою башку.  

Но и «храбрейшая» нарушать закон Ахмидзянова, к тому же «умнейшая» по праву зам председателя Зюзинского суда, не совсем врубилась в «пожелания» трех сук из Мосгорсуда. Ибо она меня вновь пнула не совсем так, как хотели стервятники «мосгорсудовские». Глядите сами.

«Определение

17 июля   2003 года федеральный судья Зюзинского районного суда города Москвы Ахмидзянова Н.Ф., рассмотрев заявление Синюкова Б.П. к префектуре ЮЗАО города Москвы о возмещении ущерба, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Синюков Б.П. обратился в суд с иском к префектуре ЮЗАО города Москвы о возмещении ущерба и компенсации морального вреда, указывая, что в ноябре 2002 года систематически отключались электроэнергия  водоснабжение в доме № 16 по ул. Грина, в котором он проживает.

Заявление  должно быть оставлено без движения, т. к. истцом   не выполнены требования ст. 131 ГПК РФ: не указано, на каком основании на префектуру должна быть возложена обязанность по возмещению истцу материального ущерба и компенсации морального вреда.

Руководствуясь ст. 136 ГПК РФ,

ОПРЕДЕЛИЛ:

Оставить заявление  Синюкова Бориса Прокопьевича  без движения, разъяснив о необходимости устранить недостатки в срок до 04 августа 2003 года, в противном случае заявление будет считаться неподанным и возвращено.

На определение может быть подана частная жалоба в Мосгорсуд в течение 10 дней.

                Судья (зкорючка)».

 

Надеюсь, вы помните, что в исковом заявлении у меня написано насчет унитарных предприятий префектуры, таких как РЭП и ДЕЗ, каковые и творили нам всякие «веерные» отключения. Так что я не зря, думаю, выделил для вас эти слова в писульке Ахмидзяновой.  Дело в том, что храбрая как Грушницкий и такая же любительница «путеводительных звездочек» судья Ахмидзянова сопроводила только что представленное вам определение письмецом в две строчки, по смыслу, дескать, «направляю Вам». Главная особенность письмеца, что в нем, как и вообще в судейских письмах, неизменно принято ставить даты задолго до того, как они сдают письма на почту. Как будто судьи не знают, что почта все равно поставит ее, притом два раза, в начале пути и в конце. Это я предупредил вас, что последует не один документ, а – два. Первый:

 

«Зюзинский районный суд,

Судье Ахмидзяновой Н.Ф.

 

Синюкова Б.П., истца,

 

Заявление

«О продлении пропущенного процессуального срока и

принятии частной жалобы для направления в Мосгорсуд»

 

Во-первых, 17.07.03 Вами (я не мог заранее знать об этой дате) постановлено Определение по моему исковому заявлению «О компенсации материального и морального ущерба» к префектуре ЮЗАО Москвы, вернувшееся на Ваше повторное рассмотрение из Мосгорсуда. По почтовому штемпелю на конверте письмо Вами отправлено мне 22.07.03, то есть через 5 дней после принятия. В почтовое отделение 216 для адреса ул. Грина, 16, кв.9 Ваше письмо пришло согласно штемпелю 25.07.03. Но я не проживаю по этому адресу, и в материалах дела сведения об этом имеются. Как и о новом моем адресе. Однако я позаботился, чтобы письма, направленные мне по старому адресу, были мне доступны. Для этого я попросил служащих почтового отделения сообщать мне по телефону о прибывшей на мое имя корреспонденции. И такое телефонное сообщение я получил 26.07.03, и в этот же день съездил и получил Ваше письмо с обжалуемым определением на почте. Но, 26 и 27.07.03 – выходные дни и суд не принимает жалоб, а 27.07.03, кроме того, является предельным сроком подачи частной жалобы.  

Во-вторых, мне не направлено Зюзинским судом (дело находится у Вас в повторном производстве) определение Мосгорсуда по первому рассмотрению моей частной жалобы на первое определение Зюзинского суда (судья Сухова Н.И). Это определение Мосгорсуда имеет существенное значение для повторного рассмотрения дела Вами и моего отношения к нему. Так как 26 и 27.07.03 – выходные дни, я смог съездить в суд и получить это определение Мосгорсуда с большими трудностями у Вашего секретаря (повторяю: дело у Вас, а не в канцелярии) только 28.07.03 (об этой дате есть отметка в деле). А это – первый день просрочки процессуального срока для подачи частной жалобы на Ваше определение.

Таким образом, у меня не было физической возможности обжаловать ваше определение в установленный законом срок.

В связи с невозможностью отреагировать ранее на Ваше Определение прошу процессуальный срок в 10 дней продлить, а прилагаемую частную жалобу принять для передачи в Московский городской суд.

Кроме того, Вы отправили мне письмо по старому адресу, что вызвало для меня дополнительные трудности в получении Вашего определения. Поэтому прошу обратить внимание на адрес в заголовке настоящего заявления. Он действующий, и он Вам отлично известен, так как именно по Вашему решению я стал по нему проживать. Дом со старым адресом по ул. Грина не существует, он снесен.

Приложения: 1. Частная жалоба от 29.07.03 на определение от 17.07.02 в 2 экз.

                        2. Копия почтового конверта с Вашим определением.

                                     29.07.03  Б. Синюков».

 

Только заметьте, пока я не начал переписывать второй «документ» Ахмидзяновой, что не такая уж она дура, чтоб не суметь рассчитать так дни, чтобы я получил ее писульки как раз когда закончится процессуальный срок обжалования. Второй документ:

«Московский городской суд.

Судебная коллегия по гражданским делам

 

Истец Синюков Борис Прокопьевич, ветеран труда

 

Ответчик Префектура ЮЗАО Москвы,

 

Частная жалоба

на Определение Зюзинского суда об оставлении

искового заявления без движения

 

17.07.03 Зюзинским районным судом, судьей Ахмидзяновой Н.Ф. при повторном рассмотрении (после возвращения дела Мосгорсудом) постановлено Определение об оставлении моего искового заявления «О компенсации материального и морального ущерба», причиненного моей семье Префектурой ЮЗАО Москвы без движения. Это Определение стало мне доступно только 25.07.03 (См. заявление о продлении процессуального срока).

С указанным Определением суда я не согласен. Указанное Определение суда я считаю не только необоснованным и противоречащим закону, но и препятствующим дальнейшему судебному движению дела. Основания у меня следующие.

Во-первых, основой отказа в оставлении искового заявления без движения суд считает статью 131 ГПК РФ: «не указано, на каком основании на префектуру должна быть возложена обязанность…». Но в статье 131 нет такого требования, как «на каком основании»? Там есть (п.4): «в чем заключается нарушение»? В том, что нарушены права потребителя (не предоставлены услуги по договору) и права человека (пытки не предоставлением услуг). Там есть (п.5): «обстоятельства, на которых истец основывает свои требования, и доказательства, подтверждающие эти обстоятельства». Эти обстоятельства заключаются в преднамеренном одностороннем прекращении обслуживания по договору, приведшие к страданиям, а преднамеренность причинения страданий – квалифицируется как пытка. И эти обстоятельства доказаны не только письмами к Президенту, подписанные свидетелями, но и фактами моего обращения как к самому суду в том же составе с жалобой на пытки (дело № 3416/02), так и к послам зарубежных стран. А, что касается требуемого от меня судом «основания», то оно для суда изложено в статьях 11 и 12 ГПК РФ, согласно которым именно суд должен установить это «основание». Требуя от меня то, что я делать согласно закону не только не обязан, но и не имею возможности для этого, суд тем самым  ставит меня в положение невозможности выполнить его определение по существу. Что, в свою очередь, ведет к возвращению мне моего искового заявления без рассмотрения. То есть, право по статье 3 ГПК РФ для меня суд упраздняет.  

Во-вторых, фраза «заявление будет считаться не поданным и возвращено» противоречит постановлению пленума ВС РФ и ВАС РФ от 01.07.96 № 6/8: «Предъявление гражданином иска к органу местного самоуправления, допустившему соответствующее нарушение, не может служить основанием к отказу в принятии искового заявления либо к его возвращению без рассмотрения. В этом случае суд привлекает в качестве ответчика по делу соответствующий финансовый или иной управомоченный орган. При отсутствии средств иск удовлетворяется за счет имущества соответствующей казны». Примерно это же трактует статья 41 ГПК РФ «Замена ненадлежащего ответчика».

В третьих, именно Зюзинский суд и именно в том же составе рассмотрел два иска префектуры «о выселении» к моей семье. Первое решение Мосгорсуд отменил. Тогда этот же суд в этом же составе удовлетворил второй, совершенно аналогичный, иск «о выселении», причем «между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям». Мало того, постановил определение о немедленном исполнении решения суда. В процессе рассмотрения этих исков в материалах дела есть мои жалобы и обращения к суду как первой, так и второй инстанции, о пытках, творимых префектурой над нами с целью принудить нас к «добровольному» выселению. После этого невозможно делать вид, что суду неизвестно «на каком основании на префектуру должна быть возложена обязанность…».

В четвертых, если факты пыток отключением властями коммуникаций будут установлены, а они никем не могут быть подвергнуты сомнению, так как свидетели – весь четырехэтажный дом, то все это дело не представляет никакой юридической сложности. Оно станет данностью, очевидностью. Я на это потому обращаю внимание кассационной инстанции, что дело это тянется с 26.11.02, целых 8 месяцев, и  за все это время оно даже не начиналось рассматриваться по существу. В связи с этим напоминаю, что этот же самый Зюзинский суд под председательством федерального судьи Суховой Н.И. отказал в рассмотрении этого дела под совершенно надуманным, не основанным на законе предлогом. (См. определение судебной коллегии по гражданским делам Мосгорсуда от 06.06.03 – прилагается). И вновь, этот же суд повторяет под председательством федерального судьи Ахмидзяновой Н.Ф практически то же самое.  Разве это может быть простым совпадением? Это скорее – тенденция, тенденция зависимости суда от властей, пристрастности, несправедливости и неразумности срока разбирательства.       

Учитывая, что суды первой и второй инстанции, фигурально выражаясь, играют моим делом в пинг-понг, имитируя судебное производство, не начиная его с 26.11.02, прошу рассмотреть настоящую частную жалобу согласно ГПК РФ в мое отсутствие, уведомив меня о своем постановлении согласно ГПК РФ.

Приложение: определение Мосгорсуда от 06.06.03.   

                               29.07.03 - Б.П. Синюков».

 

 

«Определение

14 августа 2003г. Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе председательствующего Жбановой Т.Н., судей Малыхиной Н.В., Ионовой И.А., рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу Жбановой Т.И. дело по частной жалобе Синюкова Б.П. на определение Зюзинского районного суда от 17 июля 2003г., которым постановлено оставить заявление Синюкова Б.П. без движения,

установила

Синюков Б.П. обратился в суд с иском к Префектуре ЮЗАО г. Москвы о возмещении ущерба и компенсации морального вреда.

Судья постановил указанное определение, об отмене которого просит Синюков Б.П.  Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, судебная коллегия приходит к выводу, что определение суда подлежит отмене, как постановленное с нарушением требований ст. 136 ГПК РФ.

Основания, по которым судья оставил заявление без движения, не предусмотрены законом.

Руководствуясь ст. 374 ГПК РФ, судебная коллегия

Определила:

Определение судьи Зюзинского районного суда от 17 июля 2003г. отменить и передать вопрос на новое рассмотрение в тот же суд.

Председательствующий, судьи (закорючки)

Моя отметка на этом документе: Получено 22.09.03».

 (В скобках замечу, в определении нет ни одного слова о моем присутствии на этом заседании).                    

 

Я бы на вашем месте пока не радовался, а обратил бы внимание, знаете, на что? Ведь своевольная Ахмидзянова совсем не обратила внимания на то, что ей как бы подпольно рекомендовал Мосгорсуд при отмене еще определения Суховой и направления дела именно к ней: «ссылка в определении на Закон РФ «О защите прав потребителей» является преждевременной».  Это – раз.

Отправив мой иск на третье уже «рассмотрение», которое даже еще и не начиналось вот уже скоро год, судьи как будто забыли приписать как обычно в таких случаях: «…в тот же суд в новом составе суда». Это – два, и «два» немаловажное.

Дуре Суховой отправить нельзя: нагородит новой чуши. А вот «в том же составе суда» – в самый раз, притом, не заостряя на этом специального внимания. Пусть Ахмидзянова еще раз почитает их рекомендацию: «ссылка в определении на Закон РФ «О защите прав потребителей» является преждевременной».

Хотя, с другой стороны, этим сукам и запрещено «предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, о преимуществе одних доказательств перед другими» (статья 369, пункт 2 ГПК РФ, действует с февраля 2003 года). Или «рекомендация», что «ссылка в определении на Закон РФ «О защите прав потребителей» является преждевременной» – не предрешение? А что тогда это?  

В общем, я думаю, своевольная Ахмидзянова поняла. И отреагировала самым «добросовестным» образом, то есть «адекватно». 

 

«ОПРЕДЕЛЕНИЕ

03 сентября 2003 года Федеральный судья Зюзинского районного суда города Москвы Ахмидзянова Н.Ф.,  рассмотрев заявление Синюкова Б.П. к Префектуре ЮЗАО города Москвы о возмещении ущерба, компенсации моральною вреда,

УСТАНОВИЛ:

Заявление должно быть оставлено без движения, т.к. истцом не выполнены требования ст. ст. 131,  132 ГПК РФ: в исковом заявлении не указаны доказательства, подтверждающие обстоятельства, на которых истец основывает свои требования, к исковому заявлению не приложены:  документ, подтверждающий оплату госпошлины, документы, подтверждающие обстоятельства, на которых истец основывает свои требования, копии этих документов для ответчика.

Руководствуясь ст. 136 ГПК РФ,

ОПРЕДЕЛИЛ:

Оставить заявление Синюкова Бориса Прокопьевича без движения, разъяснив о необходимости устранить недостатки в срок до 29 сентября 2003 года, в противном случае заявление будет считаться не поданным и возвращено.

На определение может быть подана частная жалоба в Мосгорсуд в течение 10 дней.

                   Судья (закорючка)».  (Выделение – мое).

 

Тут есть одна хитрость, каковую можно принять за благо. Благо – срок большой «для устранения недостатков», аж до 29 сентября. Такого же сроду не было, чтоб суд мне разрешил столько времени баклуши бить. Не верите, обратитесь вновь к моим страданиям с процессуальными сроками с 1 по 5 главу. Только этот срок 29 сентября не годится для подачи частной жалобы, а без частной жалобы никаких «устранений недостатков» и быть не может, так как они неустранимы в принципе. Как, например, нельзя устранить недостаток ума.

Поэтому мне судья как бы и намекает: думай крепкую думу, как устранить недостатки до 29 сентября. А когда придешь к выводу, что они неустранимы, где-то в районе 25 – 29-го, пиши частную жалобу. А мы ее у тебя не примем, так как срок-то десятидневный кончился еще 13-го сентября, а за продлением ты не обращался, думая, что время на устранение недостатков, и время на подачу жалобы – одно и то же. А сейчас, после 13-го, у тебя и оснований-то нет для продления. Вот и пойдешь ты, так сказать на х.., со всеми своими претензиями к нашей любимой публичной власти.

Я думаю, что эту «неудачную» шутку разгадал. Поэтому об устранении недостатков даже и не стал думать, а сразу же сел за вот это письмецо.

    

«Зюзинский районный суд,

Судье Ахмидзяновой Н.Ф.

 

Синюков Б.П., истец,

 

Ответчик: префектура ЮЗАО Москвы,

 

Заявление

«О восстановлении пропущенного процессуального срока и

направлении частной жалобы в Мосгорсуд»

 

03.09.03 Вами постановлено определение по моему исковому заявлению о возмещении ущерба, компенсации морального вреда.

08.09.03 это определение отправлено Вами мне по почте (истекла половина процессуального срока), но почтовый индекс на конверте был указан неправильно (105062 вместо 117042), поэтому письмо поступило в отделение связи 117042 только 17.09.03, и вручено мне 18.09.03 (ксерокопия конверта прилагается).

14.09.03 закончился процессуальный срок для подачи частной жалобы на указанное определение, но я физически не мог отреагировать на него до истечения указанной даты.

Учитывая изложенное, считаю, что процессуальный срок пропущен мной по уважительной причине.

Прошу восстановить процессуальный срок подачи частной жалобы и направить прилагаемую частную жалобу в кассационную инстанцию.

Приложения: 1. Частная жалоба от 22.09.03 на 4 листах.

                        2. Копия конверта с определением суда от 03.09.03.

Весь пакет документов на 6 листах в 2 экз. 

22 сентября 2003 г.  Синюков Б.П».  

 

«Московский городской суд

Судебная коллегия по гражданским делам,

 

Истец Синюков Борис Прокопьевич, ветеран труда,

 

Ответчик Префектура ЮЗАО Москвы,

 

Частная жалоба

на Определение Зюзинского суда от 03.09.03 об оставлении

искового заявления без движения

 

03.09.03 Зюзинским судом, судьей Ахмидзяновой Н.Ф. в мое отсутствие (я не вызван в суд) постановлено определение об оставлении моего искового заявления без движения. Это определение стало мне доступным только 18.09.03 (см. Заявление о восстановлении процессуального срока).

С этим определением я не согласен не только по его сути, но и по причине преднамеренного отказа мне Зюзинским судом в правосудии в форме «неразумности срока судебного разбирательства» по статье 6 Европейской Конвенции. Это видно из следующего.

Исковое заявление мной подано в Зюзинский суд 26.11.02.

09.12.02  в мое отсутствие, без вызова меня в суд, мне отказано определением суда (судья Сухова Н.И) в принятии его к рассмотрению (в деле), причем определение это мне отправлено судом спустя 38 дней после его постановки. И получено мной 22.01.03, спустя 43 дня после постановки.

24.01.03 на это определение судьи Суховой мной подана частная жалоба. Но, рассмотрена она Мосгорсудом только 06.06.03, спустя 4,5 месяца. Определение судьи Суховой отменено и мое исковое заявление направлено на новое рассмотрение судье Ахмидзяновой в тот же суд.

17.07.03 судья Ахмидзянова в мое отсутствие, без вызова меня в суд, постановляет определение об оставлении моего искового заявления без движения, но высылает его мне только 22.07.03, я его получаю 25.07.03, за два дня до окончания процессуального срока его обжалования.

29.07.03 я сдаю в канцелярию Зюзинского суда частную жалобу на это определение судьи Ахмидзяновой от 17.07.03 в сопровождении заявления о продлении пропущенного процессуального срока по уважительной причине. И жду, когда меня вызовут в кассационную инстанцию для рассмотрения моей частной жалобы, или хотя бы направят мне постановление Мосгорсуда, если это рассмотрение осуществлено Мосгорсудом для меня заочно. 

До 18.09.03 (почти 2 месяца) никаких известий у меня по рассмотрению указанной частной жалобы нет, но я все-таки надеюсь, что когда-либо Мосгорсуд рассмотрит мою жалобу. Тщетно жду. 

Вдруг, вместо известия о рассмотрении моей частной жалобы от 29.07.03 в Мосгорсуде, я 18.09.03 получаю новое определение судьи Ахмидзяновой от 03.09.03 о новом оставлении моего искового заявления без движения. В сопроводительном письме к этому определению нет ни слова о предыдущей моей частной жалобе на аналогичное определение того же судьи Ахмидзяновой. Вроде этой моей частной жалобы от 29.07.03 нет в природе.

Таким образом, с момента подачи мной искового заявления в Зюзинский суд прошло почти 10 (десять) месяцев. За это время суд даже не начинал рассматривать ее в судебном заседании и по существу. И этот факт прямо относится к статье 6 Европейской Конвенции, являющейся согласно Конституции РФ составной частью российской правовой системы.

Теперь по существу определения судьи Ахмидзяновой от 03.09.03.

Во-первых, суд вновь ссылается на невыполнение мной статьи 131 ГПК РФ, безосновательность ссылки на которую я уже обжаловал безответно (не рассмотрена) в своей предыдущей частной жалобе от 29.07.03 на определение от 17.07.03, в котором суд в том же составе впервые сослался на эту статью. Поэтому повторная ссылка на эту статью без предъявления мне определения Мосгорсуда по первой жалобе незаконна. (См. частную жалобу от 29.07.03 в составе дела).

Во-вторых, суд, в дополнение к ссылке на статью 131, ссылается на статью 132 ГПК РФ, каковой не упомянуто в первом определении суда от 17.07.03. Сам факт, что в деле не было изменено ни единой буквы с момента определения от 17.07.03 до момента определения суда от 03.09.03, свидетельствует, что суд небрежно относится к своим обязанностям согласно статье 156, ч.2 в части всестороннего и полного исследования обстоятельств дела. И это приводит к преднамеренному затягиванию разумного срока разбирательства дела. В частности:

- «неприложение к делу документа, подтверждающего оплату госпошлины» (ст. 132, ч. 2) специально оговорено мной в исковом заявлении со ссылкой на закон. Поэтому, если суд считает, что этот закон не нарушен в отношении меня, а это и есть предмет иска, то суд обязан доказательно исполнить свое постановление о том, что я не пользуюсь защитой по статье 89, п. 8 ГПК РФ, и только тогда я «приложу к делу документ, подтверждающий оплату госпошлины». Поэтому голословное упоминание судом о «неприложении документа» является нарушением судом моих прав по упомянутой статье 89, п.8;

- «неприложение к делу копий документов для ответчика» не соответствует действительности. «Копии документов для ответчика», включая само исковое заявление, изначально, 26.11.02, то есть 10 месяцев назад направлены мной в суд в положенном числе экземпляров (в двух). И это доказывается теми тремя фактами, что ни судья Сухова, ни Мосгорсуд, ни сама судья Ахмидзянова в своих более ранних определениях не указывали, что я «не приложил копии документов для ответчика». Кроме того, это же доказывает мое письмо судье Суховой от 24.03.03 «О невозможности предоставления оригиналов приложений» (в деле). Ибо, если судья просит оригиналы на замену копий, то копии в деле имеются. Поэтому, если бы я в действительности «не приложил», а три суда «заметили» это только 10 месяцев спустя, то это явный факт преднамеренного затягивания разумного срока судебного разбирательства по статье 6 Европейской Конвенции;

- что касается остальных «недостатков», повторно указанных в определении («не указаны доказательства…»,  «не приложены документы, подтверждающие обстоятельства…»), то все это уже было мной отражено в своей частной жалобе от 29.07.03 на определение суда в том же составе от 17.07.03 (по поводу статьи 131 ГПК РФ). Поэтому суд не может ссылаться на эти факты, не предоставив мне постановления Мосгорсуда по результату рассмотрения предыдущей частной жалобы от 29.07.03. А постановления этого в моем распоряжении как не было, так и нет.

В третьих, абсурдные требования компетентного суда, повторяющиеся с завидным постоянством вот уже 10 месяцев подряд (вместо рассмотрения дела по существу), по праву заставляют меня усомниться в том, что я имею дело с независимым и беспристрастным судом, что я имею право на справедливое судебное разбирательство (статья 6 Европейской Конвенции). Это же я отношу и к Мосгорсуду, заставляющему меня «бегать по кругу» без какого бы-то ни было результата.

В четвертых, абсурдность трижды повторенных требований Зюзинского суда в целом к моему исковому заявлению не является безобидным фактом. Это очень серьезный факт, ибо мне постоянно напоминают, что если я не выполню абсурда, который выполнить невозможно, то исковое «заявление будет считаться не подданным». Но, в таком случае абсурд и является предпосылкой, чтобы преградить мне путь к правосудию. И я вынужден эти действия суда понимать именно как преграждение доступа к правосудию.

В пятых, заявленные мной пытки, творимые над моей семьей, не становятся предметом судебного разбирательства по пункту «в четвертых». Именно поэтому я должен заявить, что действия публичных властей, к которым предъявлен гражданский иск, подлежат квалификации как уголовное преступление – покушение на жизнь и здоровье моей семьи, хотя бы в редакции статьи 125 УК РФ «Оставление в опасности». Причем эту «опасность» публичные власти создали преднамеренно своими действиями, отключив отопление в моей квартире при минус 17 градусах мороза на улице.

Прошу:

1. Определение судьи Ахмидзяновой от 03.09.03 отменить как несоответствующее закону, а дело, в гражданской его части, принять к собственному рассмотрению по существу.

2. Предоставить в мое распоряжение постановление Мосгорсуда по моей частной жалобе от 29.07.03, если рассмотрение ее Мосгорсудом все-таки состоялось, в чем я не уверен до сих пор.

Приложение: Копия определения суда от 03.09.03.

Пакет материалов представляется в составе частной жалобы и заявления о восстановлении пропущенного срока с собственным приложением – все в двух экземплярах.

       22 сентября 2003 г. Б.П. Синюков».

 

Вы, конечно, выше видели уже это определение Мосгорсуда от 14 августа 2003 года. Только попало оно мне в руки 22 сентября 2003 года, о чем стоит на нем моя заметка. И вышло это так. Ранее 22 сентября канцелярия Зюзинского суда мне отвечала, что в ее распоряжении все еще нет этого определения Мосгорсуда. И когда я писал только что приведенную частную жалобу, мне не было известно об его существовании. Потому я и написал: «2. Предоставить в мое распоряжение постановление Мосгорсуда по моей частной жалобе от 29.07.03, если рассмотрение ее Мосгорсудом все-таки состоялось, в чем я не уверен до сих пор». Ибо никто меня в Мосгорсуд не вызывал.

А вот когда я пришел в Зюзинский суд сдавать упомянутую частную жалобу от 22 сентября (я всегда пишу дату на отправляемом документе в момент его представления на почту или в канцелярию, чтобы не возникало дополнительной путаницы в датах написания и отправки), клерк мне сказал: «Кстати, определение, которое Вы ждете, появилось». И выдал мне сей документ.

Передо мной возникла дилемма:

- или я иду домой, не сдавая частную жалобу в канцелярию и исправляя ее в отношении упомянутого пункта 2, но тогда я уже не могу ничем оправдать пропущенный дополнительно процессуальный срок к выше приведенному письму о его продлении;

- или я сдаю частную жалобу вместе с приготовленным письмом в том виде, в котором они приведены здесь, без исправления. Главное при этом, что я уложился в оправданное объективно увеличение процессуального срока, и не требую его как бы неоправданного дополнительного увеличения.

Думаю, и вы бы выбрали второй вариант, так как он безопаснее, примерно как не прыгать в омут вниз головой, из которого торчат всякие острые штуки. Тем более что кассационная инстанция не уведомила меня о дне ее заседания по первому оставлению судьей Ахмидзяновой моей жалобы без движения, а определение Мосгорсуда выскочило примерно как черт из табакерки. Тем более что по «новому» ГПК РФ жаловаться на кассационную инстанцию стало так же трудно как школьной футбольной команде выбраться в высшую лигу. (См. длиннющую, на полутора страницах  статью 377, так как рассматривать ее здесь мне просто лень и бумагу жалко. При этом «смотреть» ее надо в сравнении со «старым» ГПК).

Итак, первое заседание Мосгорсуда – на «отклонение» судьи Суховой, и я на нем был. Второе заседание Мосгорсуда, о котором я вообще не знал, – на первое «отклонение» судьи Ахмидзяновой, третье заседание Мосгорсуда – на второе «отклонение» судьи Ахмидзяновой. О нем мне сообщено, и я на нем был.

Вот его определение.

 

«ОПРЕДЕЛЕНИЕ

28 октября 2003 года Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе председательствующего Брагинской Е.А., судей Васильевой И.В., Катковой Г.В., заслушав в открытом судебном заседании по докладу Васильевой И.В. дело по частной жалобе Синюкова  Б.П. на определение Зюзинекого районного суда Москвы от 03 сентября 2003 года, которым постановлено:

Оставить заявление Синюкова Бориса Прокопьевича без движения, разъяснив о необходимости устранить недостатки в срок до 29 сентября 2003 года, в противном случае, заявление будет считаться неподанным, и возвращено.

Установила:

Синюков Б.П. обратился в суд с иском к Префектуре ЮЗАО Москвы о возмещении ущерба и компенсации морального вреда.

Судом постановлено вышеприведенное определение, об отмене которого как неправильного просит по доводам частной жалобы Синюков Б.П.

Судебная коллегия, выслушав объяснения Синюкова Б.П., проверив материалы дела, обсудив доводы частной жалобы, не находит оснований к отмене определения суда, постановленного в соответствии с требованиями ст. 131-132,136 ГПК РФ.

Оставляя исковое заявление без движения, суд обязал истца оплатить госпошлину.

Данный вывод суда основан на законе, поскольку иск заявлен к ответчику - Префектуре ЮЗАО Москвы о возмещении материального ущерба и морального вреда неправомерными действиями должностных лиц и довод Синюкова о том, что возникшие правоотношения регулируются законом РФ «О защите прав потребителей», неоснователен.

Кроме того, суд правомерно исходил из того, что в исковом заявлении должны быть указаны доказательства, на которых истец основывает свои требования и приложены копии документов для ответчика.

Судом предоставлен разумный срок для устранения указанных в определении недостатков.

Доводы частной жалобы Синюкова Б. П. не являются основанием к отмене определения.

Руководствуясь ст. 361 ГПК РФ, судебная коллегия

Определила:

Определение Зюзинского районного суда Москвы oт 03 сентября 2003 года оставить без изменения, частную жалобу  Синюкова Б. П. - без удовлетворения.

Председательствующий, судьи (закорючки)».

 

Вообще говоря, об этом определении можно сразу сделать, так сказать, глобальный вывод – сучье. Если без ругательства, то – несправедливое разбирательство в неразумный срок зависимым и пристрастным судом. Но его надо делать не с бухты барахты, тогда он будет  просто – «недостойным» обзыванием, а – после длительного и нудного объяснения, тогда он будет обоснованным называнием вещей их «собственными именами».

Для этого надо иметь в виду две аксиомы:

1) в моем иске, с даты его подачи 26.11.02 и до окончательного определения Мосгорсуда 28.10.03 по нему не изменено ни одной буквы.

2) Законы для всех равны и все равны перед законом.

Из первой аксиомы следует теорема: все шесть постановлений судов первой и второй инстанций должны быть взаимозависимы, взаимообусловлены, так как все они опираются на один и тот же текст, на первую аксиому. Именно этим сия теорема и доказывается.

Из теоремы следуют два следствия:

1)       каждое постановление любого из судов должно корреспондироваться с одним и тем же текстом иска;

2)       каждое постановление любого из судов должно соотноситься друг с другом в соответствующих зависимостях.

Последнее, второе следствие – есть ключ к пониманию и применению формулы пункта 1 статьи 6 Европейской Конвенции – «справедливое разбирательство в разумный срок независимым и беспристрастным судом», если кратко, то – «право на справедливое судебное разбирательство». Но это ключ к пониманию не только этой формулы.

Второе следствие и вторая аксиома дают ключ к пониманию и применению формулы статьи 13 Европейской Конвенции – «каждый имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе». Эффективное средство правовой зашиты состоит из трех частей: публичной власти, прокуратуры и суда. Мои взаимоотношения с публичной властью и прокуратурой рассмотрены в других частях жалобы, здесь рассмотрю только суд, притом всего по одному делу, по пятому.

Итак. Первый отказ в принятии иска к рассмотрению судьей Суховой прямо и явно нарушает закон, статью 113 ГПК РСФСР в части «объединения нескольких связанных между собой требований». При этом преднамеренность нарушения закона судьей следует из того обстоятельства, что в статье закона, на которую судья ссылается, четко, однозначно сформулировано это «объединение нескольких связанных между собой требований». Ни «не заметить» этой формулы закона, ни противоречить ей судья просто не мог по своему статусу. Судья ведь все-таки не первоклассник, едва научившийся читать. Значит, судья несправедлив.

Теперь ответим на вопрос: кому это выгодно? Мне или ответчику по делу? Разумеется, ответчику, так как он избегает наказания. Кому это невыгодно? Разумеется, мне, так как я не получаю удовлетворения. Налицо – зависимость судьи от ответчика, что является обратной стороной независимости от меня. Зависимость и независимость в одном лице к разным сторонам дела – суть пристрастность, выражающаяся с противоположным знаком к разным сторонам дела. А сам неоспоримый факт отправления меня к мировому судье, который меня, и судья Сухова это прекрасно должна понимать, отправит к ней обратно – есть неоспоримый факт преднамеренного превращения разумного срока судебного разбирательства – в неразумный срок. Это доказывается хотя бы отклонением «отказа» судьи Суховой кассационной инстанцией.

Перейдем к определению кассационной инстанции по определению судьи Суховой. Согласие кассационной инстанции со мной по вопросу применения судьей Суховой статьи 113 ГПК РСФСР – элементарно, как если бы ее спросили: сколько будет дважды два? Но почему кассационная инстанция не выполняет требования статьи 294 ГПК РСФСР, как минимум обязывающие ее «проверить законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах кассационной жалобы»?  

Почему Мосгорсуд в своем определении никак не отреагировал на мою просьбу о проверке в действиях судьи Суховой элементов нарушения ею статьи 145 ГПК РСФСР в части «обеспечения полного, всестороннего и объективного выяснения всех обстоятельств дела, прав и обязанностей сторон»?

Почему Мосгорсуд в своем определении никак не отреагировал на мою жалобу на судью Сухову, что она «вычленила из иска материальную составляющую, а пытки оставила за рамками своего рассмотрения, несмотря на то, что они подтверждены свидетельскими показаниями в жалобах Президенту»?

Почему Мосгорсуд в своем определении никак не отреагировал на то, что судья Сухова «никак не отреагировала на мои ссылки на статьи 310, 401, 1065, 1068, 1069 ГК РФ»?

Ведь все три эти «почему» находятся в пределах кассационной жалобы.  И они немаловажны для «обеспечения полного, всестороннего и объективного выяснения всех обстоятельств дела, прав и обязанностей сторон».

Статья 310 декларирует «недопустимость одностороннего отказа от исполнения обязательства», что сделали власти без моего на то согласия. Статья 401 декларирует «основания ответственности за нарушение обязательств» при «той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательств». Но я же о том и пишу в жалобах Президенту, что этой самой «заботливости и предусмотрительности» не было, когда в 17-градусный мороз власти выключили отопление. Статья 1065 декларирует, что даже  «опасность причинения вреда в будущем может явиться основанием к иску…»  Но нам для того и отключили батареи в 17-градусный мороз, чтобы сделать «опасность причинения вреда в будущем». Статья 1068 декларирует: «Юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей».

В связи с последней статьей требуется более широкое пояснение и переход к статье 36 ГПК РСФСР «Замена ненадлежащей стороны». Воду в доме отключал водопроводчик. Электроэнергию – электрик. Тепло – сантехник. Антенну – связист. Газ – слесарь и сварщик. Притом все они работают в разных местах: в РЭП, в ДЕЗ и так далее под названием «унитарные предприятия правительства Москвы». Неужели мне надо подавать иск к каждому электрику, когда одних электриков у нас побывало человек десять, не говоря уже о других перечисленных рабочих-специалистах. Тем более что весь дом наш передавал из уст в уста слова какого-то высокого чиновника из префектуры, обращенные к собранию начальников этих самых «унитарных предприятий»: «Вы что, не знаете, что с ними (с нами) делать? Обрежьте им канализацию, и пусть они задохнутся в собственном дерьме!» Так что симбиоз статей 1068 ГК РФ и 36 ГПК РСФСР – прямая задача кассационной инстанции, вытекающая из упомянутых статей 294 и 145 ГПК РСФСР.

Осталось упомянуть суть статьи 1069 ГК РФ, на которую я также ссылался в своей частной жалобе. Думаю, что достаточно привести ее заголовок: «Ответственность за вред, причиненный государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами». Я потому здесь дополнительно обращаю на нее внимание, что кассационная инстанция должна была мне на нее ответить в своем определении, я их об этом специально просил в своей частной жалобе. И ответить на нее она никак иначе не могла как, не вспомнив выше приведенные статьи, особенно статьи 145, 36 и 294 ГПК РСФСР.  

Чем же озаботились судьи кассационной инстанции, если не озаботились тем, что я только что изложил?  А вот чем: «ссылка в определении на Закон РФ «О защите прав потребителей» является преждевременной, поскольку суд не выяснял, распространяются ли на возникшие между сторонами правоотношения положения данного закона».  

Не моя вина, что я сейчас буду перечислять и анализировать статьи закона «О защите прав потребителей», ибо это должна была сделать кассационная инстанция. Тем более что я это уже один раз сделал когда писал свое исковое заявление. Но сперва надо установить, кто же мне представляет услуги по содержанию в порядке моей квартиры? Притом не отдельно по воде горячей, воде холодной, теплу, электричеству, канализации, уличным фонарям и так далее, включая кодовый замок на двери подъезда и телеантенну на крыше. Ибо у меня все это выходило из строя не единожды, разновременно, и не по всем перечисленным параметрам разом. Притом все это выходило из строя не случайно, а преднамеренно, о чем у меня есть неопровержимые доказательства. И я уже писал выше, что этот комплекс услуг осуществляет комплекс же «унитарных предприятий правительства Москвы», структурным подразделением которого является префектура ЮЗАО, сосредоточившая в себе почти весь комплекс этих услуг. И зачем же мне тогда комплекс преднамеренных неисправностей обжаловать комплексом же жалоб к каждому из унитарных предприятий, тогда как все они сосредоточены именно в префектуре? Впрочем, суд мог бы на основе статьи 36 ГПК РСФСР заменить ненадлежащего ответчика надлежащим – правительством Москвы. Уж тут-то точно – все «унитарные предприятия» находятся в одном кулаке – кулаке мэрии.

Теперь можно анализировать 15 статей закона «О защите прав потребителей», предъявленные мной суду в своем иске как нарушенные комплексным исполнителем – префектурой посредством своих многих «унитарных предприятий». Однако все эти статьи я анализировать здесь не буду, остановлюсь на главном. Статья 7 регламентирует «право потребителя на безопасные услуги», статья 13 – «ответственность исполнителя за нарушение прав потребителя по закону», а за надлежащим исполнением закона, естественно, идут в суд. Статья 14 провозглашает «имущественную ответственность исполнителя за вред, причиненный вследствие недостатков услуги, в том числе для жизни, здоровья», а статья 15 – «компенсацию морального вреда», заметьте, «по закону и правовым актам».

Но самая главная для меня статья 17 – «судебная защита прав потребителя», причем «по искам, связанным с нарушением их прав они освобождаются от уплаты госпошлины».

Теперь самый момент, чтобы установить, являюсь ли я потребителем услуг этих многочисленных, выше перечисленных  «унитарных предприятий правительства Москвы»? Но сперва я должен обратиться к примеру простой покупки в магазине, иначе кассационная инстанция Мосгорсуд просто не сможет меня понять. Договором покупки является кассовый чек, совершаемый в двух экземплярах, один выдается покупателю, второй остается в электронной памяти кассы или же на дополнительном рулончике бумаги кассового аппарата. Эти два экземпляра кассового чека являются доказательством торговой сделки для любого суда в мире.

Но и с «унитарными предприятиями правительства Москвы» дело обстоит точно так же. Унитарные предприятия присылают мне кусочек бумажки, состоящий из двух частей, одну из которых, оплатив услуги, я оставляю себе, а другую банк возвращает унитарному предприятию. И во всем мире эти, уже разрозненные, половинки бумажки являются исчерпывающим доказательством сделки по оказанию услуг. А я, кстати, предъявил в суд в качестве приложений к исковому заявлению ксерокопии мох половинок вышеупомянутых и оплаченных мной бумажек в качестве доказательства не только сделки по оказанию мне услуг электричества, воды и тепла, но и как моей исчерпывающей добросовестности по этим сделкам.

Так чего же еще надо суду? Статьи закона «О защите прав потребителя» я ему написал, значение бумажек – объяснил. То, что у меня нет электричества, воды и тепла доказал не только копиями моих писем Президенту, но даже и свидетельскими показателями на этих письмах. Да и сами свидетели на тот день и час, слава богу, были живы и здоровы, и вызвать их в суд лично не составляло никакого труда.

На фоне всего этого, изложенного, Мосгорсуд пишет, и я не устану это повторять: «ссылка в определении на Закон РФ «О защите прав потребителей» является преждевременной, поскольку суд не выяснял, распространяются ли на возникшие между сторонами правоотношения положения данного закона».  И у этого суда даже не возникает тени сомнения в том что, как же может все это выяснить суд первой инстанции, когда он от порога суда заворачивает мое исковое заявление прямиком ко мне на квартиру, и даже не читает его по существу?

Как от всего этого перейти к несправедливому разбирательству в неразумный срок зависимым и пристрастным судом я, признаться, не знаю. Хотя кое-какие соображения все же есть. Заворачивание моего иска вновь в суд первой инстанции, хотя я и просил Мосгорсуд рассмотреть мой иск по существу, несомненно, движет мой иск в сторону неразумности срока его рассмотрения. Несомненно так же, что именно префектура или само правительство Москвы ответственно за непредоставление мне услуг, а уж из любви к этому правительству и нелюбви ко мне легко перейти к пристрастию и несправедливости судебного разбирательства.

Осталась необъясненной зависимость суда, но на этот счет я уже приводил данные о том, что судьям мэр Лужков практически дарит в собственность квартиры. Ведь он их продает судьям и прокурорам не по рыночной цене, а – по себестоимости. Причем уже с себестоимости делает еще скидки до 80 процентов в зависимости от срока, который судья «судит», а прокурор «защищает» таких как я. Или 20 процентов даже не от рыночной цены, а от себестоимости строительства – разве не подарок? Который так и хочется назвать взяткой за решение всех исков против Лужкова в его пользу.

Второй отказ рассматривать мой иск, оставляя его «без движения» судья Ахмидзянова «обосновала» очень просто: «Заявление  должно быть оставлено без движения, т. к. истцом   не выполнены требования ст. 131 ГПК РФ: не указано, на каком основании на префектуру должна быть возложена обязанность по возмещению истцу материального ущерба и компенсации морального вреда».

По-моему, я и судье Ахмидзяновой, и Мосгорсуду на этот счет ответил правильно: «В статье 131 нет такого требования, как «на каком основании»? Там есть (п.4): «в чем заключается нарушение»? В том, что нарушены права потребителя (не предоставлены услуги по договору) и права человека (пытки не предоставлением услуг). Там есть (п.5): «обстоятельства, на которых истец основывает свои требования, и доказательства, подтверждающие эти обстоятельства». Эти обстоятельства заключаются в преднамеренном одностороннем прекращении обслуживания по договору, приведшие к страданиям, а преднамеренность причинения страданий – квалифицируется как пытка. И эти обстоятельства доказаны не только письмами к Президенту, подписанные свидетелями, но и фактами моего обращения как к самому суду в том же составе с жалобой на пытки (четвертое судебное дело № 3416/02), так и к послам зарубежных стран. А, что касается требуемого от меня судом «основания», то оно для суда изложено в статьях 11 и 12 ГПК РФ, согласно которым именно суд должен установить это «основание». Требуя от меня то, что я делать согласно закону не только не обязан, но и не имею возможности для этого, суд тем самым  ставит меня в положение невозможности выполнить его определение по существу. Что, в свою очередь, ведет к возвращению мне моего искового заявления без рассмотрения. То есть, право по статье 3 ГПК РФ «Право на обращение в суд» для меня суд упраздняет».

Больше здесь не о чем говорить, учитывая все то, что изложено выше по поводу первого отказа судьи Суховой и первого возвращения Мосгорсудом моего иска на повторное рассмотрение. Я только хочу добавить риторические вопросы. Как может судья Ахмидзянова быть «независимым и беспристрастным» судьей, если она пишет такие слова официально, по долгу своей государственной службы? Как она может при этом осуществлять «справедливое судебное разбирательство»? И как она понимает «разумный срок», не рассматривая элементарные для суда вещи а, гоняя меня по кругу, как на ипподроме гоняют лошадь?

Мосгорсуд же при рассмотрении второй моей частной жалобы 14.08.02 при моем недопустимом отсутствии на процессе, как неуведомленного должным образом о нем, просто вуалирует статьей 136 нарушение судьей Ахмидзяновой статьи 131 ГПК РФ. Но главный смысл этого определения несомненен: преднамеренно затянуть рассмотрение дела сверх разумного срока вопреки моей просьбе рассмотреть дело по существу самим Мосгорсудом, ибо Мосгорсуд уже дважды не дает оценки совершенно вздорным отклонениям Зюзинским судом рассмотрения моего дела. И посылая его на третий круг в тот же самый суд. Притом не упоминая в своем определении объективно просящуюся формулу в ином составе суда, так как факт нарушения судьей Ахмидзяновой требований самых простых по смыслу статей 131 и 136 требует именно иного состава суда. И этот мой вывод подтверждается неоспоримым фактом: неслучайно дело вновь рассматривает судья Ахмидзянова. А уж из всего этого комплекса сведений настоящего абзаца вытекает, что Мосгорсуд несправедливый, зависимый и пристрастный суд.

Наконец судья Ахмидзянова поняла, что от нее требуется. И выдвигает мне три «нарушения» статей 131 и 132 ГПК РФ:

1) «в исковом заявлении не указаны доказательства, подтверждающие обстоятельства, на которых истец основывает свои требования». Итак, судье известны «обстоятельства, на которых истец основывает свои требования». Но не известны «доказательства, подтверждающие» эти обстоятельства. Судья считает, что эти доказательства я «не указал».

Открываем мое исковое заявление. Там перечислено по пунктам девять фактов нарушения наших прав потребителя, каковые и являются обстоятельствами, на которых истец основывает свои требования. При этом каждый пункт (кроме девятого) заканчивается словами: «Свидетели и доказательства в приложении…» или просто  «Приложение…»  от № 4 до № 10. Пять из шести – письма Президенту, причем четыре из пяти писем подписаны не только мной, но и четырьмя – шестью свидетелями, жильцами нашего дома. Шестое приложение – письмо Уполномоченному по правам человека г-ну Миронову. Или судья считает, что Президент и Уполномоченный по правам человека не могут быть свидетелями? Если уж судья посчитал, что жильцы нашего дома, подписавшие мои петиции, таковыми не являются.

В общем, только из одного этого пункта следует, что судья Ахмидзянова несправедлива и пристрастна.  

2)   «К исковому заявлению не приложен документ, подтверждающий оплату госпошлины». Если бы я просто «не приложил». Я же написал судье Ахмидзяновой: «Данные обязательства ответчика подпадают под действие закона «О защите прав потребителей» (статьи 4, 7, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 20, 23, 24, 29, 31, 38), что, в частности, дает нам возможность беспошлинного обращения в суд за защитой своих прав». Поэтому судье Ахмидзяновой надо было всего лишь открыть упомянутый закон и прочитать там все то, что я изложил выше, включая сравнение магазинного чека с половинкой бумажки от унитарного предприятия правительства Москвы.

Разве может быть судья Ахмидзянова в таком случае считаться справедливым, беспристрастным судьей? А на вопрос о независимости ее можно получить через другой вопрос: кому все эти действия судьи были выгоды? Разумеется – не мне, истцу, а, разумеется – ответчику, префектуре. На вопрос же о разумном сроке судебного разбирательства отвечать уже не нужно, он заменился вопросом: Имею ли я вообще право на эффективное средство правовой защиты?  

3)    «К исковому заявлению не приложены копии этих документов для ответчика». В своей частной жалобе по этому пункту я указал, что ни Зюзинский, ни Московский суды при четырех рассмотрениях моего искового заявления, в котором не изменено ни одной буквы с даты его подачи, не указывали мне на этот «недостаток», а теперь, 10 месяцев спустя, этот «недостаток» вдруг «обнаружился». Я думал, что этого судьям будет достаточно. Оказалось, что нет.

Тогда привожу исчерпывающее доказательство своей невиновности в обвинении меня «в неприложении» и полной виновности в этом самого Зюзинского суда. Выше (в приложении 106) фигурирует сопроводительное письмо судьи Суховой ко мне на квартиру. Оно начинается: «В Ваш адрес возвращается материал на 17 листах по иску к Префектуре ЮЗАО г. Москвы о возмещении материального и морального ущерба». И у меня есть большой конверт (приложение 105), в котором мне эти «материалы» возвратились. Вот эти «материалы» и состояли из второго экземпляра моего иска, предназначенного для ответчика. Первый же экземпляр судья Сухова оставила у себя, не знаю уж, зачем? Может быть, в ожидании моей частной жалобы на ее определение, которая незамедлительно и последовала. С этого времени мой иск гуляет по судам в единственном экземпляре. И судья Ахмидзянова десять месяцев спустя «обнаружила» этот факт, и поставила мне его в вину. Хотя  ей надо было обратить свое внимание на упомянутое письмо судьи Суховой. Оно ведь в деле есть.

Во-первых, если сам суд «утратил» документ, то он же его должен и восстановить. Множительный аппарат в суде имеется.

Во-вторых, незаконно обвинять меня в том, в чем виноват сам суд.

В третьих, это обвинение меня никак не вяжется со статусом Зюзинского суда как справедливого и беспристрастного.

А по фактам всех трех изложенных пунктов – тем более. Что касается зависимости суда от властей, то ответ на него тот же самый: кому это выгодно, и кому это невыгодно? И я ведь недаром обращал внимание на то, что все многочисленные судебные процедуры по данному, пятому делу, окончившиеся для меня сотрясением воздуха, надо рассматривать в комплексе и взаимосвязи.

Мосгорсуд 28 октября 2003 года, через 11 месяцев после даты подачи моего иска, повторил буква в букву и одобрил все то, что написала судья Ахмидзянова: «оставить без изменения, частную жалобу – без удовлетворения». Так что, все то, что я написал по поводу действий судей Суховой и Ахмидзяновой из Зюзинского суда, целиком и полностью относится и к Московскому городскому суду.

Самый же общий вывод из всего этого, что мне, скрупулезно обосновавшему свой иск, отказано в правосудии. Ибо выполнить то, что должны сделать сами суды, мне невозможно. Кроме того, суды, к которым я обратился защитить меня от пыток, сами 11 месяцев подряд подвергали меня пыткам. Или мне опять приводить и анализировать статью 1 «Конвенции против пыток…» Организации Объединенных Наций (Нью-Йорк, 10.12.84.)?  Так это же ведь уже сделано в моем исковом заявлении.

 

                                                                                                 19 апреля 2004 г.

Раз уж Вы попали на эту страничку, то неплохо бы побывать и здесь:

[ Гл. страница сайта ] [ Логическая история цивилизации на Земле ]



Hosted by uCoz