Раз уж Вы попали на эту страничку, то неплохо бы побывать и здесь:

[ Гл. страница сайта ] [ Логическая история цивилизации на Земле ]

Конкиста – продолжение бандитизма

 

Конкиста – продолжение бандитизма

(Г. Вейс доказывает, не желая доказывать)

 

Семантика слова конкиста

 

Предыдущие статьи в этой папке характеризуют принципы организации государства как бандитского института власти над народом с развитием этой власти на многие народы. Самое смешное при этом, что конкистадоры Испании-Португалии, разграбившие Центральную Америку и ввергнувшие ее в католичество в период его наибольшего человеконенавистничества, были не первыми конкистадорами по существу этого понятия.

Первыми были представители торгового племени совсем с другой стороны, с Филиппин, о которых у меня написано достаточно много, чтоб еще раз повторять. Здесь необходимо только доказать, что они  были именно конкистадорами, только им некуда было увозить богатства.

Первые конкистадоры еще отличались тем, что вместо католичества дали Центральной Америке высокие технологии и средства производства, своего времени, разумеется. Это доказывается тем, что вокруг все остальные племена от Огненной Земли до островов Канады были по сравнению с племенами инков, майя, тольтеков, сапотеков и так далее в дремучей, несравненной отсталости.

Но главное заключается в том, что когда вымерли представители торгового племени, так и не смешавшись с аборигенами, не ассимилировавшись, эти племена без остатка потеряли все то, что когда-то знали и умели. И вновь начали жевать зубами кактусы, чтоб получить пульке и напиться, как и до высокой своей цивилизации. Этот неоспоримый факт показывает, что первые конкистадоры все секреты науки и технологий держали в своей среде, а аборигенов использовали как рабочий скот. Примерно как используют правители Российской империи все 200 народов, включая самих русских.

Я многажды доказал, что самоназваний, например русские, казахи и так далее, у народов не бывает. Вместо этого используется просто слово народ, люди, или что-нибудь аналогичное на своем природном языке, так как они не знают об остальных племенах-народах, и не представляют себе, что надо выделяться, отличаться от кого бы-то ни было. Названия народам давало в основном торговое племя, притом по внешним отличиям, русы – русые, чудь – белоглазые, казахи – казаки по месту пребывания разбойников-кази. И как водится, когда вслед кричат: «Эй, кривой, хромой, однорукий!», – именно они оглядываются.

В связи с этим меня заинтересовало слово «конкиста», ибо конкистадор идет от конкиста, как тракторист – от трактор. Открываю БСЭ: «Конкиста (исп. conquista – завоевание), термин, употребляющийся в исторической литературе применительно к периоду… в конце 15-16 веков. Конкистадоры (от испанского conquistador – завоеватель), участники испанских завоевательных походов в Южную и Центральную Америку в конце 15-16 веков».

Я сразу же понял, что БСЭ сильно упрощает, ибо завоевание по-английски conqueror, а по-француз­ски conquеrant, то есть везде на первом месте стоит латинское, оно же греческое и еврейское слово «con», изначально обозначающее все, вместе, разом, одновременно, и я этому слову посвятил чуть ли не половину одной из своих работ в связи с поиском источника русского слова кондиция и зауральской реки Конда, протекающей по Кондинской низменности, где мы рубили лиственницу для свай венецианских дворцов. Кстати

В. Даль не знает слова конкиста, Словарь античности – тоже.

Зато последний словарь знает слово «конистра – (греч. место, посыпанное песком), в гимнасии это палестра где занимались борьбой, в театре – орхестра, которая часто не была вымощена, и перед спектаклем ее посыпали чистым песком». И это сильно меняет дело, если мы его будем понимать не как «место, посыпанное песком», а как место, содержащее песок. То есть – много отдельных песчинок, а не монолит. Тогда это место можно идентифицировать как народ, песок людей приблизительно одинаковых свойств. Либо в случае с Кондинской низменностью, содержащей все как на подбор одинаковые лиственницы, кондиционные на сваи в далекой Венеции.

С первым словом составного испанского слова конкиста мы теперь знакомы, только оно не испанское, а гораздо древнее – еврейское. Перехожу к слову киста.

БЭС: «Киста (от греч. kystis – пузырь), патологическое образование с плотными стенками и полостью, заполненной жидким или кашицеобразным содержанием». И это гораздо ближе к греческой конистре, не как к «месту, посыпанному песком», а именно как содержащему песок. Или к Кондинской низменности, содержащей одну лишь лиственницу.

Теперь перейдем к В. Далю: «Кистень, древнее боевое оружие: короткая палка, на одном конце которой на ремне или цепи подвешены ядро, гиря, рогулька, а на другом – петля для надевания на руку. Кистень применялся на Руси и во многих странах Востока». И если кистеней много, то есть «конкистень», то есть почти что армия, во всяком случае – банда. И если вам это понятие покажется слишком уж натянутым, то я ведь еще не закончил. Например, по Далю «Кистна  – см. Кришна», а мы все и без смотрин знаем, кто такой Кришна, это видоизмененное имя Христа, каковое торговое племя, перед тем как добраться до Филиппин, хорошенько благоустроило Индию. Так что словом конкиста разбойников из Старого света вполне могли назвать еще остававшиеся в живых древние покорители (конкистадоры) Южной Америки из торгового племени, явившиеся с Филиппин (см. мои другие работы). Я ведь недаром выше сказал, что сами себя хоть племена, хоть разбойники не называют специальными именами. Но и это еще не все.

Кисть – живописная, отдел передней конечности, ботаническая кисть и так далее, кажется, несколько путает мои карты. Ибо она представляет собой для вас не соединенные вместе («кон») волоски, пальцы, веточки проса, а – конкретные орудия труда или фантазии природы. Между тем, лучше бы понимать это слово в том смысле, как вместимость песка или лиственницы, так сказать, в обобщенном виде и не обязательно исходящие из одной точки как в живописной кисти. Для этого у меня есть еще одно основание из Словаря античности: «Кистофор (греч.), крупная серебряная монета, чеканящаяся в позднеэллинистическом Пергаме. Название получила по изображавшемуся на ней ларцу (cista mystica). Буквально слово Кистофор означает «носящий изображение ларца». Вес Кистофора сопоставим с Римским денарием. О том, где чеканилась эта монета, можно узнать по символам и монограммам. После 133 г. до н.э. Кистофер получи хождение в Римской провинции Азия».

Тут ключевые слова – крупная серебряная монета, cista mystica и хождение по Азии при штамповке в Греции, остальные – выдумки. Крупная монета – средоточие мелких монет, поэтому она – con. Кроме того, ларец, он же еврейский ковчег и вообще емкость, в том числе и для денег, только ведь не просто cista, а киста мистическая, воображаемая, собранная в кучу именно в этом самом кистофоре. То есть, это – целое состояние. Что касается Римской империи, то я неоднократно доказал, что ее не было в природе до самого Козимо Медичи (1389-1464). А теперь возвратимся к Далю.

В. Даль: «Кисть – одного корня с кита, кить,  и проч». Последуем за этой отсылкой: «Кита, китина, китица, кить – стебель травы. Кита, китка – свитый кольцом сенной вьюк, который конница приторачивает к седлу. Кита, вица – плетеница цветочная, травяная, соломенная для вязки кровель из виц. Китка кукурузы.                Китье – астраханское кульки с землею и камнями, погружаемые для устоя, под учугом. (Учуг – татарское волжское забойка, перебойка, сплошной частокол, тын поперек реки, для непропуска и улова рыбы, особобенно красной, которая по весне идет вверх по реке, и останавливается учугом. Кит м. травяная веревка, которою утягивают сенные ометы». То есть не столько веревка, сколько сам омет. И рыба красная (осетровые) здорово напоминает хоть народ, хоть песок, хоть сплошную лиственницу. Ну, и к седлу приторачивают просто уплотненный ком сена.

Однако давайте, перейдем к людям: «Китец м. китца ж. вятское скитник, скитница, раскольник, живущий в скиту». Ясно ведь, что скиты не как брусника на болоте, сплошным ковром, а – редкое явление, примерно как Южная Америка, а живут в нем как селедки в бочке скитники, то есть так  же как американские аборигены.

А вот еще интереснее: «Кить (кидь?), кича (хижа?) ж. сибирско-пермское валящий хлопьями мокрый снег; уброд, кидь, пушник, глубокий, рыхлый снег. Ныне кити большие. Иней, опока на деревьях и бородах. Кидь (кидать?) или кить ж. псковское китина, кита, соломенная плетеница». Это ведь примерно то же самое что и в Греции «конистра».

И напоследок вновь к деньгам: «Киса, южн. зап. кишень, кишеня ж. мошна, карман, зепь; деньги, достаток. Он ладно набил кису. Мех, мешок, особенно кожаный, затяжной. Сиб. шкура с оленьих ног, кисы, оленьи полусапожки». И уж совсем в точку: «Кисет м. табачный мешок». Однако есть еще слово, вновь сближающее нас с Индией: «Кисея ж. кисейка, тонкая, редкая ткань, изначально из индейской крапивы, ныне из хлопка». Там этому слову будет уютно как с Кришной-Кистной, так и с торговым племенем, изготовившемся плыть с Филиппин за океан.

Вот что такое конкиста по зрелому размышлению и не испанцами с португальцами оно придумано. И уж не индоевропейское оно, и даже не афразийское, оно глобальное. Только означает оно не завоевание как таковое, с оружием в руках, а нечто вроде размещения торгового племени среди песка народов. Естественно, с выгодой для себя. И, в конечном счете, без всякой выгоды для народов, как это случилось с Центральной Америкой да, собственно, и с Россией. С государствами инков, майя, ацтеков. Это ведь именно государства, даже оголтелые историки не будут спорить.

Только вот воевали ли друг с другом эти государства, как нам все уши прожужжали историки? Ведь у них же без войн и истории никакой бы не было. Да еще без царских династий, якобы эти войны ведущих. Я же утверждаю, что никаких войн не было, был просто грабеж евреев евреями, и только накануне наполеоновских войны появились. Это уже когда казаки-разбойники создали государства для ограбления народов.

Вообще же самый главный вывод состоит в том, что в конечном итоге казаки-разбойники, создатели государств, побеждают чистых торговцев, подчиняют их себе через государственные структуры и вся прибавочная стоимость, в том числе торговая, оказывается в руках государства. Но в том-то и беда, что в государствах с людоедским правлением народами – везде: государство – это я, или государство – это мы, элита.    

 

Миф оружия

 

Историки живописуют нам такие грандиозные сражения в «донашей эре», что у нас волосы становятся дыбом, и мы спустя рукава, не раздумывая, идем на нынешнюю очередную войну, якобы защищая Родину с большой буквы. Хотя, например, на Россию агрессоры нападали достоверно всего два раза, а империя, заканчивая одну войну, тут же начинала другую, бессчетно.

Значит, по Земле, на «достоверно» известных историкам «полях битв» должно лежать столько оружия, что не только археологи, но и грибники, ягодники и просто гуляющие по полям туристы об это оружие должны каждую минуту спотыкаться. Особенно на пригорках, где его не заносит денудацией, а, наоборот, обнажает.

Герман Вейс все знает, ибо написал и «Историю материальной культуры», и «Энциклопедию материальной культуры» и даже «Историю культуры», у меня все это собрано на компакт-диске компании «DirectMedia» под названием «Внешний быт народов с древнейших до наших времен», (русский перевод 1873-1879).

Дураку понятно, что у всех известных мне историков не только цивилизация, но и вообще гомо сапиенс «произошли» из Африки, в основном из Египта, хотя у меня цивилизация произошла с границы нынешних Йемена и Саудовской Аравии. И распространилась с одинаковой скоростью на три стороны света, восток, запад и на север. Она бы распространилась и на юг, но там – Индийский океан.

Поэтому последую за Вейсом в Древний Египет и цитировать буду только об оружии. Вот, например: «Древнейшее оборонительное оружие египтян состояло из щита и полушлема для защиты головы. Но со времен упомянутых выше войн с Азией грудь и спину защищали латами, оставляя ноги и руки открытыми».  «Упомянутые войны» я потому пропустил, что никакой дурак не поведет многотысячные армии через Синайскую пустыню. Оно даже сегодня там воевать – сплошное мученье, спросите у нынешних израильских евреев. То есть «оборонительное оружие» в Египте как бы не существовало изначально.

Пойдем дальше: «…большие круглые щиты, обитые металлическими бляхами, составляли исключительное вооружение азиатских войск, служивших в египетской армии».  Иностранные наемники, конечно, и сегодня есть, только ведь их – микроскопическая часть от вообще вооруженных сил стран. И как их, эти азиатские войска вообще нанимать?  Вы себе представляете армию, например, Штатов или России из иностранных наемников, притом лучше вооруженных, чем собственная армия? Мне тут же возразят, дескать и, начиная с последних Рюриковичей, Россия имела «полки иностранного строя», только забывают, что именно из-за них и началась Великая смута. Или скажут, что и в Западной Европе короли великих средневековых держав почти целиком держались на рыцарях-наемниках со всего белого света, сохранившихся от времен крестовых походов. Только и это – выдумки, так как крестовый поход был всего один, начатый Козимо Медичи за индульгенции и закончившийся взятием Константинополя, «выкупом» им же «греческих рукописей», на основе которых была придумана как история Римской империи, так и само католичество, идеологически, «Маллеусом» крепившее «Римскую империю германской нации». (См. мои другие работы). Именно поэтому «азиатские войска» в короне египетских фараонов не более чем нападение казаков-разбойников на торговцев в их городах – торговых факториях.

Г. Вейс слегка забывает то, что написал несколько страниц назад. Но я специально сблизил предыдущую цитату с вот этой цитатой: «Панцири и чешуйчатые кольчуги составляли один из самых ценных предметов дани, которую египтяне брали с покоренных ими ближнеазиатских областей». В результате получается, что египетские фараоны нанимали азиатских наемников с полным азиатским вооружением, а затем этими же наемниками завоевывали других азиатов и заставляли их платить дань в виде панцирей и чешуйчатых кольчуг. Но это же просто глупость.

Однако может быть, что египтяне были настолько храбры, что не нуждались в оружии защиты, панцирях и шлемах. Примерно как русские солдаты, посылаемые вождями сплошных «советов» в начале второй мировой войны, как и встарь со времен первого взятия Перекопа, с ружьями на немецкие танки, с голыми руками на каменные стены. Поэтому перехожу к оружию нападения, без которого любые храбрецы не обойдутся.   

      «Оружие нападения у египтян также было разнообразным. Его усовершенствованию в значительной степени способствовало железо, которое со времени войн с Азией египтяне стали получать в дань из Армении. Рядом со старинными бронзовыми клинками начали появляться и входить в употребление мечи выкованные из железа и стали». <…> «Колчаны поступали также из Азии в качестве военной добычи или как предметы дани от покоренных народов». <…> «Впоследствии форма палиц и секир усложнилась, они стали разнообразнее. К тому же вооружение войска пополнилось разными видами острого оружия, заимствованного у азиатских народов».

Во-первых, вы должны себе представить и понять, что экспорт железа и стали из Армении через Синайский полуостров, где и сегодня нет ни одной дороги, возможен за тысячи лет до новой эры только для изготовления нескольких мечей и женских безделушек. Причем не в виде поделочного железа, а в виде готовых изделий, так как весь секрет состоит не в получении железа как такового, а в термической обработке этих самых изделий. Во-вторых, подумайте, что могло заставить Армению платить дань египетским фараонам, имеющим всего два меча на всю империю? В третьих, неужто папирусными мечами египтяне воевали с Азией? И не только воевали, но и покоряли.

Между тем, Г. Вейс живописует: «Из соединения этой булавы с секирой образовалось самое страшное египетское оружие - тэм (бердыш). Однако оно было оружием высших военачальников и самих фараонов. Военачальники низших степеней были вооружены топорами разных форм. Самые красивые и богато отделанные топоры привозили из Азии». <…> Также из Азии вывозились длинные ножи ценной отделки и боевые серпы (выделение – мое). Все эти виды оружия, особенно серпы, составляли вооружение иностранных войск, служивших в Египте. Нож стал, кроме того, главным оружием фараонов».

Я согласен, фараону нужен нож, и его полиции – тоже. Как же иначе держать народ в повиновении и ограблении? Оно и сегодня на «святой» Руси ходит анекдот про милиционера, которому дали пистолет без зарплаты и велели обходиться именно им для получения доходов и пропитания семьи. Однако перейдем к стратегии и тактике.

«До войн с Азией египетское войско состояло из двух главных частей: пехоты и воинов, сражавшихся с колесниц. Впоследствии к ним была присоединена конница (на памятниках древнее 18-й династии изображения лошади не встречаются). Конную службу несли, по всей видимости, только азиатские вспомогательные войска. Точно так же и для морской службы брали большей частью иностранцев. Пешие воины подразделялись на легковооруженных и тяжеловооруженных. <…>  Ядро тяжеловооруженных войск составляли воины, сражавшиеся на колесницах. Большей частью это были люди, принадлежавшие к знатным фамилиям, а потому и вооружение их было значительно богаче вооружения пехотинцев, не говоря уже о самих колесницах и конской сбруе, которые тоже отличались богатой отделкой». <…> Низший разряд легковооруженных воинов составляли пращники, одежда которых состояла из одного передника».

В связи с боевыми серпами спросим себя: чем отличается боевой серп от небоевого? А ничем, полнейшая копия, только мне неохота копировать огромное количество ископаемых серпов в доказательство, приведенных на рисунках в издании Г. Вейса. А чем отличается боевая праща от небоевой, с помощью которой, например охотятся на страусов?  А вот топоры разных форм – это заведомо не оружие, так как оружие всегда однообразно для данного конкретного времени, отвечающее наилучшему снесению голов с плеч. Топоры разных форм – исключительная принадлежность гражданского производства, учитывающие специфику технологий того или другого товара или той или иной работы, например, топор-кирка, который до сих пор в ходу по всему свету.

Таким образом, никакого оружия в массовом применении и производстве в Египте не было, иначе бы оно до сих пор валялось под ногами, как примерно валятся оружие второй мировой войны по лесам и полям России. Каковое вот уже 60 лет никак не могут собрать многочисленные как грибы «черные кладоискатели» рядом с непогребенными до сих пор защитниками Родины. А нет оружия – нет и войны в обычном понимании ее смысла.

Но самое интересное то, что «впоследствии к армии фараонов была присоединена конница (на памятниках древнее 18-й династии (из 26 известных перед греками – мое) изображения лошади не встречаются)».  Значит, до 18 династии вообще не было контакта с азиатами через Синай, и не было никаких колесниц, на которых сражалось ядро тяжеловооруженных войск, включая самого фараона. Притом заметьте, чем дальше за нашу эру, тем дольше правили династии, чем ближе к нам – тем короче. (Загляните сами в эту часть энциклопедии Г. Вейса). Какого тогда черта делали в Египте фараоны восемнадцати династий? Ведь кроме войн они ничего не знали и не умели.

И даже небезызвестный еврейский Авраам с женой Сарой явились в Египет в 12 династии. Тогда какого черта он не приехал на лошадях? Если, конечно, считать, что он явился из Палестины. Но в том-то и дело, что он прибыл в Эфиопию по Баб-эль-Мандебскому проливу и, естественно, без лошадей. А уж из Эфиопии добрался до Египта, причем, на две династии позднее, в 14-ой. Когда египетские фараоны «вступили в связь с Эфиопией» с целью победы над выдуманными историками азиатами-гиксосами. И тут уж фараон Тутмос III и именно 18 династии «захватил все до Месопотамии», в том числе, надо полагать, и лошадей. А Тутанхамона нарисовали уже на колеснице.

Только заметьте, у египетских фараонов нет ни оружия, ни колесниц, значит, все до Месопотамии они завоевывали пешком через Синайскую пустыню, чтоб познакомиться там с лошадьми. Смешно даже об этом говорить.  

В общем, читайте мои другие работы. Здесь же скажу в дополнение следующее. Сам Г. Вейс доказал нам, что египтяне были отсталее азиатов во всех отношениях. Тогда какого черта он за исток цивилизации берет Египет?  

 

Реки текут вспять не только в сказках

 

Я никогда не устану удивляться идиотизму истории, которой учат в школе и специальных исторических факультетах университетов. Вот, например, такому: «Жители Аравии принадлежат к семитской ветви кавказского племени, прародиной которого считается нагорье Согдианы, у истоков Оксуса и Яксарта».

Мне плевать на Согдиану, Оксус и Яксарт, их не знают и никогда уже не узнают ученые, сколько бы не лопатили из пустого в порожнее. Достаточно сказать что, например, нынешний Новокузнецк в Сибири всего за пятьдесят лет сменил четыре имени: Кузнецкая крепость площадью в полтора гектара, Кузнецк площадью в квадратный километр, Сталинск, Новокузнецк на 700 тысяч жителей. Причем Сталинсков у нас в России было не менее десятка в самых разных уголках одной шестой части мировой суши. И все население умело писать хотя бы письма друг другу, так что эти метаморфозы есть, кому сохранить. А тогда, за 6 тысяч лет до новой эры?

Но вот что интересно. На Кавказе живет поныне столько народов, в одном только Дагестане – 40, и никуда не двигаются в полном своем составе, даже в Москву. Притом все со средним образованием, так что могут стать хоть в Сахаре, хоть в сибирской тайге трактористами и даже академиками. Но тогда, за 8 тысяч лет до сего дня, на что способны овечьи пастухи из-под самых снегов кавказских вершин (нагорье Согдианы), вдруг оказавшиеся в пекле Аравии?

Дальше. Как следует различать нынешние бессчетные народы Кавказа, кто из них семит, а кто – не семит? Ведь прародина у них у всех одна – Согдиана. Или ученые всерьез думают, что азербайджанцы, например, пришли к себе на нынешнюю родину в полном своем составе с берегов Тихого океана? И сколько лет им идти, если даже на скором поезде им ехать неделю, где поесть носят прямо в купе. То есть, не надо хотя бы охотиться, или рыбу ловить. И я даже не спрашиваю историков, есть ли такие дураки на свете, которые идут и идут, куда глаза глядят, на многие тысячи верст, без наперед не поставленной цели. Ведь даже в туалет ходят, когда припрет, а не просто так, например, по будильнику, каковой никогда не совпадет с потребностью организма. А в этом деле, сами знаете ведь, секунды решают дело. 

Господи милосердный,  а что такое кавказское племя?  Это ведь идиотизм в квадрате. Да что там в квадрате, это идиотизм в степени (∞ – 1). Ведь не может же быть такого в принципе, чтоб хотя бы большинство кавказских народов, которых наберется никак не меньше 200-300, были бы не семитами. Тогда как в действительности в каждом кавказском народе есть семиты, но только не более 5 процентов, как это и положено быть у торгового племени. Остальные-то – 100-процентно не семиты. Или половина хотя бы из 5 процентов семитов ушли, а несемиты остались? Тогда откуда же там вообще взялись семиты, если 95 процентов – не семиты. Ох, как же трудно комментировать идиотизм!

Посмотрим, куда же семиты пошли? Раз уж они с неба упали на Кавказ. Примерно человек 100 по тем древнейшим временам: «Отсюда часть семитов спустилась на плодоносные равнины, орошаемые Евфратом и Тигром, другая часть направилась к юго-западу и проникла на Аравийский полуостров. Почти все предания арабов относительно происхождения этого народа восходят к патриархам Ветхого Завета. Жители Северной и Средней Аравии считают себя потомками Измаила, сына Авраамова, а гимъяриты, жившие в южной части полуострова, ведут свое происхождение от Гебера, правнука Ноя, и его сына Иоктана».

Замечу только, что гебер – еврей, то есть переселенец, причем переселенец по самой своей природе, и других у него отличий от остальных народов нет, не считая глобальных человеческих изобретений и открытий, положивших начало человеческой цивилизации вообще на Земле, (см. мои другие работы).

Г. Вейс, разумеется, полагает, что других народов на Земле, включая плодородные равнины, орошаемые Тигром и Евфратом, и Аравийский полуостров, нет. Ибо пришедшие туда семиты оказались бы каплей в море, а о капле из моря кто же будет рассуждать. Следуя логике Г. Вейса в этих пустых местах семиты начали плодиться быстрее кроликов в Австралии.

Наверное, он это понял и написал загадочные слова: «Судя по свидетельствам, дошедшим до нас из древних преданий, первоначальными обитателями Западной Азии были представители некоей автохтонной народности. Хлынувшие из глубины Азии народы (выделено – мной) вытеснили это коренное население из занимаемых им местностей и почти полностью его истребили. Остатки его обнаружили израильтяне, когда вступили в Ханаан».

Замечу, что глубины Азии – это не Кавказ. Присовокуплю, чтобы истребить автохтонов израильтян надо при том состоянии вооружений иметь раз в десять больше. И вообще, откуда взялись израильтяне, если речь идет о спустившихся с Кавказа семитах? Или он имеет в виду, что израильтяне явились из глубин Азии? Именно поэтому я и говорю – загадочные слова, чтоб не называть их словами сумасшедшего.

Сам же Г. Вейс, как ни в чем не бывало, продолжает, черт те знает, кого, имея в виду: «Пришлые племена, занявшие западную окраину азиатского материка, принадлежали к тому же великому семейству народов, из которого вышли и первые обитатели Аравии».

Значит, это все-таки спустившиеся с Кавказа семиты, а вовсе не пришлые из глубин Азии племена, включая израильтян. То есть сам Г. Вейс не знает точно все это. Тогда зачем писать всю эту белиберду? И намекать на пришлых из глубин Азии в то время как хочет сказать, что они с Кавказа.

И все же, Аравийский полуостров и Малая Азия у Г. Вейса получаются совсем пустыми от людей, на автохтонов не обращайте внимания, их же истребили всех: «… которые поселились на плодородной низменности, орошаемой Евфратом и Тигром, вскоре прекратили бродячую пастушескую жизнь и перешли к оседлой. Основанные ими поселения стали впоследствии царствами: Вавилонским, или Халдейским, и Ассирийским. "Царство его (Нимрода) вначале составляли Вавилон, Эрех, Акад и Калие в земле Сенаар. Из этой земли вышел Ассур и построил Ниневию, Реховоф-ир, Калах и Ресен между Ниневией и между Калахом, это великий город". Одновременно с этими царствами развивались культурные центры на побережье Средиземного моря. Здесь на узкой, но богатой природными ископаемыми полосе, заключенной между морем и склонами Ливана, поселились выходцы из Ханаана. Благодаря производительности труда и удачному географическому положению своей страны они быстро достигли высокого промышленного развития и под именем финикийцев вступили в активные торговые отношения сначала с соседними, а затем и с отдаленными народами. Важнейшие города Вавилонии и Ассирии начали выступать в роли складов, использовавшихся в сухопутной торговле, а богатые колонии, основанные за 1500 лет до н. э., явились проводниками влияния финикийцев практически во всем мире. Главными очагами влияния западноазиатской культуры на европейский материк стали острова Средиземного моря, особенно Кипр и Родос, с их плодородной почвой и смешанным активным населением».

Во-первых, почему бы семитам с кавказских вершин не спуститься в более благоприятное северное Предкавказье, например, в Ставрополье и Краснодарье, где чернозему – метр, дожди равномерные и ника­ких оросительных систем не надо. Нет, черт их попер жариться в пустыню, бороться с природой.  Во-вто­рых, почему казахи и калмыки до сих пор не могут прекратить бродячую пастушескую жизнь и перейти к оседлой? Ведь в бывшей столице Казахстана Алма-Ате проживает всего 16 процентов казахов. Примерно столько же калмыков в Элисте. В третьих, за счет чего же это они так бурно размножались, столь много организовали государств? В четвертых, какого черта Египет такой самый, что ни на есть древний, когда Тутанхамон всего лишь примерно в 1358 году до нашей эры впервые увидел лошадь, получил в дань изделия азиатских мастеров из железа, тогда как в том же самом семитском (кавказских кровей) Вавилоне уже 4,5 тысячи лет назад все это было как на блюдечке с голубой каемочкой. И не знаете ли, куда подевались финикийцы? Там же в этой самой Финикии ни одного черепка от горшка не найдено. В шестых, откуда Г. Вейс взял, что  узкая полоса Средиземного моря богата природными ископаемыми? По сравнению хотя бы с Йеменом, не говоря уже о Малой Азии, Иране и Кавказе. И я уже не говорю, что кроме городов Вавилонии и Ассирии ни история, ни экономика не знает городов-складов.

Ни на один из этих вопросов ни один из историков не отвечает, и ответить не может в принципе. Тогда как у меня все это расписано как по нотам в других работах, только не о тех семитах, что с Кавказа, а о тех, что из Йемена. Именно поэтому я и говорю, что реки у историков текут вспять.

Я понимаю, что евреи специально запутали свою историю на правах первых грамотеев на Земле. Притом так глупо и скороспешно, что алогичность ее просто смех вызывает. Но сколько же это можно терпеть? Сколько мы будем бубнить как сомнамбула заученное стихотворение: «Что касается населения Малой Азии в описываемый период, то одно только встречающееся на египет­ских памятниках имя "ретенну", или "каппадокийцы", позволяет предполагать, что египтянам была известна населяемая этим племенем местность, если только под этим названием действительно имелись в виду кап­падокийцы. <…> Всеми сведениями о западноазиатских народах, касающимися второго тысячелетия до н. э., мы обязаны преимущественно египтянам».

Да не египтянам мы обязаны, а Моисею, приведшему своих приверженцев на Босфор и организовавшему именно здесь не государство Византию, а жизнь без государства, но по правилу Второзакония, отделившего суд от религии Яхве и вообще объявившего многоконфессиональность. И еще Козимо Медичи, «купившему греческие рукописи» Моисеевых потомков и переделавшему их так, как только что пробубнил Г. Вейс.

Между тем, тот же Г. Вейс, как бы между делом, в виде присказки, на которую не надо обращать внимание, пишет истинную правду с приправой лжи: «Наши сведения о древних аравийских царствах очень скудны и основаны большей частью на рассказах купцов, которые посещали Южную Аравию с торговыми целями и, возможно, поэтому умышленно преуве­личивали ее богатства. Можно предположить, что жители аравийских царств, поменяв свои первоначальный кочевой быт на оседлый, не оставили привычек и обычаев своей прежней жизни, а дали им место в своем общественном и государственном строе. Живя под управлением царей и цариц, они рано вступили в торго­вые отношения с соседними народами, накопили богатства и достигли более высокого уровня развития, чем кочевые народы Центральной и Северной Аравии».

Вот примерно с таких слов, правда, взятых не у Г. Вейса, а в «Британнике» я и начал свою логическую историю.

 

Грабеж – не война, поход разбойников – не государство

 

Ссылаясь на предыдущие статьи в этой папке, привожу рисунок и комментарий из Г. Вейса: «Мы уже упоминали о великолепных колесницах, которые египетские цари получали в дань от народа ретенну. Несравненно проще были военные колесницы кочевых племен, служивших халдеям (хета) вспомогательными войсками. Некоторые из этих племен выезжали на войну в грубо сколоченных из досок колесницах, запряженных быками (рис.а). Другие, напротив, запрягали в свои более красивые колесницы коней в богатой сбруе (рис.в). Это обстоятельство свидетельствует о существовании у этих племен коневодства и позволяет предположить их скифское происхождение. Но все же разумнее считать, что они принадлежали к той же семитской группе западноазиатского населения, что и союзные с ними халдеи (хета)».

Во-первых, какого черта Г. Вейс не замечает на этом рисунке главного, расписывая второстепенное? Главное здесь то, что совершается нападение конного экипажа на экипаж с волами, причем сзади, догоняя. В связи с этим докладываю, что наивысшая скорость упряжки волов не превышает 4 км/час, тогда как у скачущей конной колесницы – 40 км. Поэтому говорить о вспомогательных войсках на волах, на которых хетты выезжали на войну – глупость, достойная младшей группы детского садика. Наподобие того, что я люблю чеснок потому что он колбасой пахнет.

Во-вторых, ажурная легкость конской колесницы нужна потому, чтобы догнать одноразовым, кратким, так сказать, образом – для ремонта же ее остается примерно 95 процентов времени существования колесницы. Повозка же из четверки быков, груженая тонной соли, которую надо довезти от Баскунчака до Тихого океана, должна быть именно грубо сколоченной из досок, но крепка как современный танк, иначе не довезешь. И кстати именно еврейские повозки считались все века самыми крепкими из известных.

В третьих, четверо вооруженных здоровенных мужиков именно догоняют и сзади нападают на невооруженного одиночку, едущего по своим торговым делам. Другого смысла в этой картинке вряд ли кто найдет. И в целом она характеризует именно то, что я не устаю повторять: казаки-разбойники за «работой». Поэтому мне надо привести еще одну картинку из египетских страстей – взятие города. Притом надо помнить, что подобную картинку я уже приводил из вавилонских времен в одной из предыдущих статей в этой же папке под номером 3, на которой разбойники, взяв город, ломают в нем дома, вроде бы от нечего делать.

Прежде всего, отметьте, что из защитников города вооружена только примерно пятая часть, значит это не военная крепость, а просто особым образом укрепленная фактория торговцев.

Теперь приведу слова Г. Вейса: «Среди развалин Гаджары уцелело несколько зданий, имеющих форму тупой четырехсторонней пирамиды без отверстий, похожих на двери или окна. <…> У некоторых из башен вовсе не было входов, а поднимались на них по веревкам или с помощью ворота. <…> На вершине башни устанавливался флаг на длинном древке с каким-нибудь изображением».

А теперь, глядя на рисунок, медленно читайте вновь предыдущий абзац. И вы все увидите, что я процитировал. Только зачем все это, если мы в истории всегда читаем о многочисленных воротах в стенах городов? И, наоборот, о безоконных и бездверных, особенно в нижних этажах, сооружениях никогда не читали. Потому и не читали, что это как бы скрывается в истории, об этом знают специалисты, а для всех остальных это – тайна.

А теперь вспомните древние храмы, подробно мной проиллюстрированные в работе «Архитектура». Вы в этих храмах увидите как бы беспорядочную кучу башен, стоящих вплотную друг к другу и почти без окон, причем окна в башнях идут как бы по винту, чтоб не споткнуться на лестнице внутри башни. И первый ярус окон очень высоко над землей. Только не забудьте, что я говорю о древних храмах. Короче, древние города, которые просто в шутку историки называют городами так как по площади они равны, например, рядовому театру, – это просто то, что нарисовано на картинке, фактория торгового племени, где они живут и торгуют, и по совместительству охмуряют приходящий аборигенский народ. Потом эти «города» стали просто « храмами» с многочисленными «службами» в виде примыкающих строений. Причем христианская колокольня равна по смыслу исламскому минарету, только архитектура отличается самым незначительным образом. То есть, все это идет из одного источника – йеменского.

Поэтому вновь процитирую Г. Вейса: «Развалины нескольких подобных зданий рассеяны в Вади-эль-Мойе; во многих местах, преимущественно в Йемене, сохранились остатки гигантских водопроводов и бассейнов, которым древние предания придают функцию символа процветания страны. <…> На некоторых зданиях высечены гимъяритские надписи, перечисляющие закупки, сделанные для постройки храма».

И какого все-таки черта историки привязались к Египту как основе цивилизации? Ах, Моисей оттуда вышел. Так Моисей хоть оттуда и вышел, но только еще ранее он туда пришел, именно пришел в зрелом возрасте, а не родился. Ибо из Египта он вышел в 80 лет. А родом он и своим учением относительно суда как раз почти что из современного Йемена, короче – из Медины, страны третейских посредников в торговых делах. В общем, читайте мои другие работы. В частности о двух братьях, Моисее и Аароне, каковые отродясь братьями не были, а были жесточайшими противниками по самому существу своих учений.

Однако возвратимся к приведенным рисункам. На первом представлено ограбление торговца в пути, на втором – у него дома. Казаки-разбойники набрали силу, в том числе силу денег, и теперь им любой город был по плечу, в смысле раззудись плечо, развернись рука по русской поговорке разбойников. Еще немного и разбойники начнут «создавать» одно за другим «государства», выгоняя из городов друг друга, по несколько раз подряд. Вскоре государств стало неисчислимое количество, раз в десять больше, чем даже нынешних, и мелькающих в истории как будто это не история, а калейдоскоп. Вместе с государствами стали «возникать» и сразу же «испаряться» на одном и том же месте неисчислимые народы, как будто это не народы, а таймшерные отпускники, сменяющие друг друга за год в одной и той же квартире у моря раз двадцать.

И на это у меня есть цитата из Г. Вейса: «На развалинах древнего Вавилонского царства – его существование и падение отражено в предании о постройке башни Бела, или Ваала, – возникло царство ассирийцев. <…> Соперничество между обоими царствами послужило главной причиной перипетий их судеб. Вновь возникшее царство должно было в свою очередь уступить главенство своему побежденному сопернику, чтобы затем подчинить его себе вторично. <…> …открыли остатки зданий, относящихся к последнему периоду существования Ассирийского государства. <…> Место разрушенной Ниневии занял Вавилон. <…> После упорной борьбы ему (мне безразлично, кому?) удалось покорить большую часть страны и овладеть Иерусалимом, жители которого были отправлены в Вавилонию. Навуходоносор сумел удержать в подчинении завоеванные им области и жестоко подавлял любые попытки восстания. Он собрал в столице все лучшие силы своего царства, и Вавилон стал второй Ниневией, прежним "гордым Вавилоном", богатейшим из всех торговых городов. <…> …большая часть Сирии была снова подчинена ассирийскому скипетру. Преемник Пула Тиглатпаласар, распространил свои завоевания на восток до Оксуса. Салманасар, вступивший на ассирийский престол после смерти Тиглатпаласара, подчинил своей власти и самостоятельные дотоле государства финикийцев и филистимлян».

Разве это не калейдоскоп? Разве это не таймшер?

 

Фактик, маленький да удаленький

 

В предыдущей статье под заголовком «24. Второе умозрение» я рассказал, как и почему торговцы должны были «импортировать» рабочую силу на организованные ими производства товаров. Еще ранее я многократно рассказывал почему и как торговцы были вынуждены вообще организовывать производство товаров. Но это было просто «умозрение», которому я почти тут же у Г. Вейса нашел подтверждение. Правда, как всегда перевернутое с ног на голову: «…вероятно, первый (мне совершенно безразличный какой-то калейдоскопический царь – …сар, вместо точек вставить любые буквы) ввел систему переселения покоренных народов в другие области, для того чтобы упрочить господство над ними. Одновременно он облагал их большими данями, подрывавшими их благосостояние».

Насколько мне известно, впервые за «переселение народов» взялся наш царь Иван IV Грозный, после завоевания Великого Новгорода. Тогда он во избежание новгородских знаменитых смут, после которых прежние завоевания Новгорода Московией как-то переставали действовать, новгородцев поголовно переселил в Московию, а на новгородчину силой своей воли отправил жить привыкших уже к рабству москвитян. Правда, я в это не очень верю, скорее всего, это была неудачная попытка, закончившаяся полнейшим провалом, так как предназначенная для этого немалая государева казна должна быть непременно разворована по русскому обычаю.

Вторая попытка переселения народов была почти на наших глазах, это когда негров неустанно возили кораблями в Америку. И это переселение удалось, хотя и с большой смертностью среди переселяемых, только потому, что дело было поставлено на коммерческую основу, а не в расчете на государеву казну Соединенных Штатов. И я коммерческую основу недаром отмечаю: одни ловят негров по джунглям и получают за это деньги, другие их везут за определенную плату, третьи покупают в собственность уже на месте. Цена, естественно, на каждом этапе возрастает, и каждый этап заканчивается полнейшим денежным расчетом в момент передачи «товара» из рук в руки. Кроме того, на каждом этапе подводится бухгалтерский баланс, расчет издержек и прибылей, иначе цепочка тот же час разорвется.

Третью попытку осуществил многократно товарищ Сталин, переселяя народы за счет самих же переселенцев, те, которые помрут по дороге, считались издержками производства, за которые никому не надо было платить. И я специально не упоминаю переселение в Сибирь из «центральной» России, каковое по большому счету не переселение, а – не препятствование побегу от государственного гнета. Больше о переселениях народов, каковые организовывали бы цари, я не знаю. И вы вряд ли найдете.

Чтобы окончательно подвести под переселениями народов итог, я должен упомянуть и заселение Америки по доброй воле переселенцев, и вообще о переселениях самых разных, но только добровольных, например, из России в Израиль и вообще по всему миру. Или о «чайнатаунах». И тут цари почти что не при чем, они только слегка стимулируют или слегка препятствуют переселениям, не особо напрягая свой бюджет.

Какой же из всего этого вывод? Тот, который нужен именно мне (остальные не нужны), состоит в том, что царская воля при переселениях народов не только минимальна, но и вообще не может быть осуществлена больше, чем на десять человек разом. Десять – пример, обозначающий малозначимость, можно взять и сто человек, только и это – капля в море.

Видите, как трудно и долго доказывать то, что должно быть очевидным историку Г. Вейсу? То есть, никакие монархи с окончанием на «сар» не могли в принципе ввести систему переселения покоренных народов в другие области, тем более, для того чтобы упрочить господство над ними.  Ибо для упрочнения господства совсем не обязательно переселять, достаточно поставить охрану с ружьями или организовать  Ку-клус-клан, КГБ и так далее прямо на месте автохтонного проживания.

Другое дело – торговцы, которым не хватает рабочих рук на месте организованного в безопасности производства. Но торговцы никогда не действуют силой и даже почти бесполезным за краткое время убеждением. Они поступают коммерчески, организовывая спрос, который рождает предложение.

Представьте себе, что какой-нибудь Навуходоносор или Салманасар со всей своим войском-бандой  направился из своей жаркой как печка Ниневии в русскую тайгу за переселенцами. Во-первых, они там мгновенно все заблудятся, потеряют друг друга среди трех осин и подохнут с голоду среди таежного изобилия. Во-вторых, они там никого не поймают, скорее их всех переловят по одиночке и даже, может быть, съедят как в африканских джунглях.

Другое дело организовать спрос и иметь деньги для его удовлетворения, что торговцы в равной степени имеют превосходно делать. Первыми, естественно включаются грузоперевозчики, ибо именно им известны прейскуранты на всевозможные товары в разных концах света. Этот прейскурант ведет их прямехонько в нашу тайгу, где жизнь нипочем, а «товару» бродит как селедок в косяке. Поэтому они просто плывут вверх по Волге, останавливаясь в людных местах и предлагают в подарок вождям народа разные интересные штучки вроде стеклянных бус, но по зернышку на нос, говоря, что они слишком дороги в их далеких краях. Вот за живого человека они могут дать и три штуки. Все, процесс пошел, как любил говаривать М.С. Горбачев. Дальше – ровно как с неграми.

Поэтому историку Вейсу при написании процитированной строчки надо бы немного подумать именно на такую тему. Но если уж он говорит о самом существовании переселений, то сполна доказывает мое взятое с потолка умозрение. И огромное ему спасибо, покойнику, за это. Он, наверное, прочитал какую-нибудь глиняную табличку, переведенную на современный язык каким-нибудь безграмотным лингвистом, типа изобретшего индоевропейскую семью языков, свалившуюся к нам попросту с неба, и, значит, это неоспоримый факт истории, только сильно перевранный. Кому это вранье угодно, я не стану уточнять, уже надоело.

Кстати о табличках. Я несколько выше привел его же фразу «на некоторых зданиях высечены гимъяритские (йеменские – мое) надписи, перечисляющие закупки, сделанные…», только недостаточно ее прокомментировал, обиженный на трескотню про Египет. Между тем, эта фраза стоит того, чтобы посвятить ей целый абзац. Вы как хотите, но я настаиваю на том, что это уже в крови, в генах начавшая застревать любовь к бухгалтерии. А ведь любовь к бухгалтерии присуща исключительно торговцам, пока они еще не изобрели дополнение к торговле – товарное производство. Потом любовь к бухгалтерии перешла и на него.

Так что не с Кавказа спустились семиты, ставшие торговцами, г-н покойник Вейс, чтобы стать аравитянами. Йемен – их родина. И вообще – вся Аравия-Арабия, только не все семиты стали торговцами. Некоторые стали а’рабами, рабами, только не завоеванными с помощью лука и дубинок-палиц, а – покупными, в том числе и за долги просто семита – семиту-торговцу.

Кстати, хоть я это и говорю почти в каждой своей статье, я не устану повторять следующий логический факт, который я здесь еще раз объясню. Постоянно переселяющемуся, вкрапленному в среду аборигенов, сообществу торговцев, именно поэтому не имеющему даже начала государства, невозможно иметь рабов в полном смысле этого слова, ибо убежать рабу от хозяина – это просто оказаться вне его семьи, на десяти метрах, в среде аборигенов таких же как он сам изначально. Поэтому если раб – действительно раб, то на 90 процентов он – доброволец и живет, продавая свой труд за еду и одежду. Недаром Аристотель даже народы делит на склонных и несклонных к рабству, я же сюда же включаю добровольных рабов нынешних, рабски служащих например артистам, жена – мужу и наоборот, друг – другу, но не наоборот. И так далее. Для самого жесткого поддержания статуса раба необходимо государство, или хотя бы монотонная окружающая среда как в тюрьме, чего переселенец не в состоянии осуществить. А вот сплошная система помещик – крепостной, поддерживаемая всеми средствами государства и общественным мнением сограждан – это другое дело.

Естественно, что прибыльная торговля – обман и она не может быть иной, прибыльное производство – обман, это Маркс доказал. Но дело в норме прибыли, так как никакой дурак не станет торговать или производить товары без прибыли на свое прожитье. И как сопоставить прибыль за продажу своего труда и за обслуживание сферы труда – вечная, неразрешимая проблема. Землекоп хочет получить за свой труд по миллиону долларов за поднятую лопату, и торговец хочет получить тот же миллион за каждый проданный коробок спичек. Но все началось ведь с равноценного обмена, а не с заведомо прибыльного, поэтому никто никогда не согласится с диапазоном от якобы обмана до совершенно бессовестного обмана. И поэтому же тысячи поколений торговцев врали свою историю, а потом и сами ее забыли, завравшись. И поэтому мне было смешно читать статью «рабство» в Еврейской энциклопедии, для умалишенных. Между тем, я нашел там достойные слова, выписанные составителями из какой-то еврейской древней книги: «Господину принадлежит только работа рабов, а не честь их».

Притом это только сегодня научились считать любой, даже умственный труд – работой, последний даже выше ценится. А 6 тысяч лет назад? Кому же могло прийти в голову считать работой «я мыслю = я живу»? Вот кайлом махать – другое дело, это работа. Ладно, древние евреи заврались со своей историей по ложному, а иногда и – не очень, недоразумению. Но нынешние-то историки? Они ведь не одну историю в университетах изучают, а еще штук пятнадцать-двадцать наук, начиная с логики. Какого же тогда черта они эти науки не используют в своей оплачиваемой обществом работе?

                                                                                                           

Предел бандитизма

 

В предыдущих статьях этой папки я рассмотрел калейдоскоп государств на одном и том же месте, то сужающимися как шагреневая кожа, то надувающимся как пузырь. Главной причиной такого положения я считаю трения между государством-разбойником, созданным разбойниками, и торговцами, создавшими производительные силы и торговые пути в ареале этого «пузыря».

Выгнав торговцев или сузив до минимума их права в сфере производительных сил и торговых путей и тем самым, забрав себе не поддающиеся точному учету прибыли, разбойники во главе государства тщетно надеются, что получили в руки вечный двигатель и перестают за ним следить. На то он, по их мнению, и вечный. Им невдомек, что этот как бы вечный двигатель, на самом  деле, нежнейший инструмент наподобие скрипки Страдивари, на котором не первый встречный сможет играть, причем беречь ее надо не меньше зеницы ока. Разбойники же думают, что достаточно этой скрипкой владеть, причем примерно как КГБ владеет самим народом, чтоб из нее самопроизвольно извлекались чарующие звуки в форме золотых монет. 

Как я уже писал, оставшимся в данной стране живыми, торговцам нет дела до производительных сил, торговцам, уехавшим за границу – тем более. Не имеющим ни слуха и практики извлечения звуков из скрипки бандитам ничего не остается другого, как попытаться создать музыкального робота, который бы нажимал на лады и водил смычком по струнам с равномерностью метронома. Но беда в том, что скрипка – не балалайка, у скрипки в отличие от балалайки нет ладов, медных перекладин на грифе, нажатие на которые пальцем можно автоматизировать по счету: первый – третий – пятый и снова первый. На скрипке палец ставится так тонко, что его между первым и вторым предполагаемыми ладами можно поставить в пяти-десяти местах и звук будет различным, но из-за отсутствия слуха бандит даже не может отличить их друг от друга. Между тем, для торговца, из интуиции, опыта и знаний извлечь любой звон денег не составляет почти никакого труда, если его понимать как махание топором.

И самое опасное в случае скрипки в руках бандита это то, что бандит начинает играть на скрипке как на самом большом барабане духового оркестра, в который бьют здоровенной колотушкой. Или как играют на литаврах, ударяя скрипку о скрипку со всей силы подобно медным тарелкам, отчего обе скрипки превращаются в щепки, издав на прощание жалкий писк лопающимися одна за другой струнами.

То есть, я хочу сказать (см. другие работы), представитель торгового племени, став бандитом, казаком-разбойником, навсегда теряет способность торговать. Примерно как ребенок, попробовавший бифштекс на втором году жизни, отворачивается от манной каши до самой глубокой старости, до потери зубов. И с этим ничего нельзя поделать.

Государство непременно станет хиреть. Производительность труда застопоривается в то время, когда казаки-разбойники размножаются как на дрожжах от хорошей еды и поэтому должны усиливать гнет на те же самые производительные силы, а производительные силы (люди, машины и технологии) перестают размножаться, мало того, они деградируют. В конечном итоге – самоуничтожаются как роботы в фантастических романах или ядерные ракеты, полетевшие не туда, куда нужно. Но я заскочил вперед.

Пока до самоуничтожения не дошло, разыгрываются страсти. Примерно как «Страсти по Матфею», то есть бандиты начинают сходить с ума, очень похоже киты выбрасываются на берег. Или бараны прыгают в пропасть вслед за сумасшедшим вожаком. Вариантов страстей – много и самый разумный из них – призвать торговцев и дать им права относительно свободной торговли и производства товаров, урезав тем самым свои собственные права грабить без разбору и жить в совершенной роскоши, какая только возможна на данном этапе. Но дело в том, что власть берут не для того, чтоб умнеть, а для того, чтоб – глупеть. Это – закон природы. Умнеют только при торговле в самом широком ее смысле, когда надо не силой, а – умом, брать себе блага.

Именно поэтому мне нет нужды объяснять, как пухнут и скукоживаются государства на одном и том же месте, отмечу лишь, что, раз уж начали присоединять к себе земли и народы, то остановиться уже нельзя. По следующей причине. Впрочем, я ее уже объяснял в других своих работах на примере России, поэтому скажу кратко. Чем больше государство, тем больше силы уходит на охрану внешних границ и принуждение внутри государства, но это как бы незаметно. Кажется, что вот захватим еще земель и народа, и силы пропорционально увеличатся. Но это увеличение съедается внутренним потреблением силы на принуждение и в конечном итоге неизбежно случается, что внутреннее использование силы на принуждение начинает превосходить прирост от захвата новых земель и народов. Недаром же я сказал, что сила не ведет к увеличению ума, она ведет в обратную сторону. В конечном итоге государство скукоживается.

Но свято место не бывает пусто.  От сотен причин, в основном экономических, это место занимают другие. И если бы в этом и состояла моя цель доказательства, то на этом самом месте мне надо бы остановиться, а еще лучше – не начинать этот раздел, так как об этом у меня сказано раньше в других работах. Я же вдруг обнаружил главный страх царя и главный страх элиты. И как только эти два вида страха, абсолютно разного генезиса, я раньше не замечал?

Дело в том, что сама писанная на бумаге (глиняных табличках и камнях) история породила первый вид страха – страх царя, а второй вид страха – первороден, хотя и присущ только людям в отличие от животных-убийц. И так как я начал заниматься историей, то не могу пройти мимо.

Я много раз повторяю, что вся современная история совершенно идиотским образом зациклена на царствах-государствах, их царях и войнах между ними, тогда как надо зациклиться на том, что движет человечество вперед: на торговле, производстве, научно-техническом прогрессе и вытекающей из всего этого  жизни народов. Именно на жизни народов, а не на роскоши его царей. Ибо есть прямая и раз навсегда установленная зависимость: чем роскошнее живет царь, тем больше страдает народ. И вообще надо бы установить коэффициент, отнеся благосостояние царя к благосостоянию его народа (без элиты) в среднем. Так вот этот коэффициент будет изменяться от (+∞ –1)  до 1,0.

Теперь открываем десятки раз писаную и сотни раз переписанную историю любого государства. При таком-то царе – достигла наивысшего расцвета. При таком-то – начало клониться к упадку. При таком-то – возродилось. При таком-то – пришло в полный упадок. И самое страшное: при таком-то – прекратило свое существование, захваченное, покоренное, разоренное и так далее...  

Теперь представьте себе современного царя, только севшего на престол любым способом, в том числе и всенародным волеизъявлением. Он же, еще не начав читать по бумажке присягу на верность своему народу, уже десять раз подумал, что историки напишут: при таком-то…, хотя он и будет жрать и пить до блевотины все свое царствование, может, и до самой смерти. И именно поэтому ему еще больнее предполагать, что при таком-то…     

Какая тут к черту верность народу, когда историки напишут, что при нем прекратило существование?  У него же, как гвоздь в голове застряло это при таком-то…, вытеснило собою все другое, и отныне ему на все плевать, включая верность народу. Только бы это при таком-то… случилось не при нем, хоть на день, но – позже. Именно поэтому ушел Ельцин и как предсказывает какой-то американский фонд уйдет в 2005 году или чуть позже – Путин. Уж если это по расчету случится при жизни, то лучше уж – уйти. То есть, это при таком-то… – страшнее смерти.

И не надо делать большие глаза при моем утверждении как о сверхсильном влиянии предыдущей истории, так и о фатальности ее уроков на умонастроение царей во все времена, особенно в последние, так как это при таком-то… очень быстро в истории накапливается. И все более и более довлеет над царями, застилая им глаза на все остальное: будь что будет, только не при мне…

Недаром ведь все потенциальные цари очень любят историю, надеясь там что-нибудь для себя найти полезное, но не находят ничего, кроме при таком-то… и все время наталкиваются на одно и то же, как на грабли в темноте.

Разумеется, не все цари – дураки, но все равно все поступают по-дурацки. Это я перехожу к элите. Именно она, как хвост ворочает кошкой, вертит царем. Только у нее совершенно другие предпочтения. Ей плевать на это при таком-то…, ибо они при этом упомянуты не будут. А раз не будут, то зачем же об этом голову ломать? Есть мечты поважнее.  И если царь старается изо всех сил хоть как-то замедлить движение к краху из единственной посылки только не при мне…,  то у элиты просто не хватает времени подумать на эту же тему замедления краха. Ибо двумя одинаково важными, но разными делами мог заниматься единственный персонаж истории, забыл уж, не  то Цицерон, не то – Цезарь. Забыл потому, что Римской империи не было, так зачем же об ее персонажах помнить. Второе дело очень хорошо представлено в «Декамероне» Боккаччо, только не по существу, а – по отдаче ему всем сердцем без остатка: отобрать и поделить!

Историки и их продолжение – политики-идеологи нам совершенно нагло врут, что, дескать, это – народное изобретение: отобрать и поделить. Пусть любой из этих врунов приведет хоть один достоверный исторический пример, когда бы хоть что-то при дележке награбленного досталось народу. Напротив, народ стремится заработать и не отдать бандитам. А вот бандиты только этим и живут: отобрать и поделить между собою. И уж если именно они, как я доказал, создали институт государство, то именно к ним и надо отнести это отобрать и поделить. А так как я политиков-идеологов назначил в продолжение историкам, то понятно, почему они переносят страсть грабить и делить на народ, с больной головы – на здоровую

Пир во время чумы (иначе «Декамерон» – всего 10 дней) происходит здесь и сейчас оттого, что завтра – будет поздно. И чем сильнее чума разливается по государству, тем время пира – короче. Это я перешел в современное, начало 2005 года, состояние России. Только я не буду детализировать, этим полны газеты, особенно иностранные. Закончу формулой, уже переевшей вам всю плешь: при таком-то… перестала существовать. Или вам СССР недостаточно?

Впрочем, вы можете мне напомнить и другие формулировки, которые я вам сам привел выше:  начала клониться к упадку, пришла в полный упадок – возродилась, достигла наивысшего расцвета. Только не забудьте о помещике Манилове бессмертного Гоголя. Он ведь тоже мечтал, совершенно не сообразуясь с наличествующими обстоятельствами. В доказательство несбыточности этих мечтаний можно привести десятки, если не сотни, экономических, географических, ресурсных, культурных, научно-технических и технологических динамик показателей, которые не позволят нам этого сделать. Но достаточно привести только несколько демографических и этнических динамик. Страна, в которой жирует наше государство, способна прокормить раз в пять-десять большее население. Но народ в целом и этносы гибнут почти без следа, а вакуум заполняется, как и положено вакууму, со всех наших границ, причем поток этот снижается в динамике, так как никто уже не хочет сюда приезжать. Кроме тех, разумеется, кто жирует на трупах (см. энтомологию, в частности раздел «жуки»).

Обратим ли этот процесс?  Обратим, безусловно, но только – в принципе. Тогда, осуществим ли принцип? И в чем он состоит? В том принципе, что творится последние 15 лет, ничего принципиально не изменилось со времен Рюрика. А принцип Рюрика состоит в беззаконии, точнее, в отсутствии справедливого, независимого и беспристрастного суда, провозглашенного Моисеем. Все остальные беды России – производные от неосуществимости указанного принципа. Или 1000 лет подряд без всякого намека на сдвиги – недостаточно?

Но осуществить принцип Моисея при имеющейся структуре, функциях нашего государства и их осуществлении нашим государством – невозможно. Ибо само государство насилия рухнет. А царь и элита, как я выше показал, никогда не пойдут на изменение 1000-летнего принципа. Это именно их – гибель. А, как известно, суицидом кончает совершенно ничтожное меньшинство людей. Впрочем, как и других животных.

Но государство трещит по швам и рассыпается как гнилой мешок с двумя сонями картофелин-народов, и именно поэтому – пир во время чумы. Неизбежное совершится. Но и не ради этого я написал эту статью. Констатация – только начало лечения.

Если преобразование принципа изнутри, как я показал, невозможно, то картошка вся высыплется из окончательно сгнившего мешка и окажется на свободе.

Только этому радоваться рано. Сами, поди, видите, что из 15 бывших советских республик (не считая Прибалтики) только две, Грузия и Украина, едва двинулись, нет, не к демократии еще, каковую едва ли кто на Земле понимает, а к – упомянутому суду Моисея. Так как именно суд положил начало президентству Ющенко.  А 10 из 15 независимых новых стран продолжают жить при том же самом принципе, унаследованном от Российской империи. Притом надо еще помнить, что Прибалтика до Петра и после революции 1917 года до окончания второй мировой войны жила в том самом западном обществе, в котором действует суд Моисея. Так что сами начали преобразовываться, изнутри, всего лишь 2 из 12 стран, 17 процентов – не много, мало.

Именно это ждет и народы России, и даже – несколько хуже, так как большинство народов окончательно потеряли интерес к свободе через суд, потому как почти уже умерли. От них остались только несметные природные богатства, на которые коршунов хватит, они налетят.

Но и к Земле еще не летит пока точно нацеленный астероид. Поживем – увидим.

 

                                                                                                                11.01.05.     

Раз уж Вы попали на эту страничку, то неплохо бы побывать и здесь:

[ Гл. страница сайта ] [ Логическая история цивилизации на Земле ]



Hosted by uCoz