Раз уж Вы попали на эту страничку, то неплохо бы побывать и здесь:

[ Гл. страница сайта ] [ Логическая история цивилизации на Земле ]

Восточная и западная элита

 

Восточная и западная элита

 

Элита народонаселения (общества) – это сегодня не очень-то понятное слово. Сегодня под элитой понимаются те представители народа или группы народов, которые в силу наследования или прижизненных материальных или интеллектуальных приобретений добились успеха в жизни. И здесь сразу же начинается различие между восточной и западной элитой, хотя у них есть и общие черты.

Начну с общего. Кому ныне известны потомки не только Пушкина и Льва Толстого, но и Лавуазье, например, и того же великого Ньютона? Я уже не говорю о великих артистах, особенно в поп-искусствах. Блеснули, и погасли, а дети и внуки их за редким исключением вернулись туда же, откуда прибыли их знаменитые предки. То же самое можно сказать и об инженерах, и  об изобретателях, сверкавших в свое время в качестве представителей элиты народонаселения. И здесь сразу надо сказать, что эти упомянутые люди и являются действительной элитой общества на данном его этапе жизни и развития. То есть, действительная, она же интеллектуальная элита не дает элитного потомства в поколениях. В чем же тут дело?

Дело в том, что элитный прародитель интеллектуального плана, как правило, не заработал столько денег, чтобы его потомкам-дуракам хватило их для продолжения пребывания в элите, которая уже будет псевдоэлитой или элитой простого чванства на деньги, не ими добытые. Элитный прародитель, занявшийся столь же интеллектуальным трудом как, например банкирством, то есть благо или не благоприобретением вещественного характера, а не написанием хороших формул, которые останутся в веках, вместо этих формул оставляет своим наследникам кучу денег, на которые его потомки «элитствуют» довольно продолжительное время. Поэтому, строго говоря, к элите могут относиться и принадлежать только люди в одном поколении, именно своей жизнью добившиеся этого права, например, Наполеон. Все остальные, «потомственные» представители элиты – просто счастливые люди, родившиеся «в рубашке», и они не имеют никакого права гордиться своим элитным происхождением. Скорее, они должны стесняться этого, ибо ничем иным кроме папиных денег не могут подтвердить своих притязаний на место в элите, пусть они даже нальют шампанского не только в ванну, но и заполнят им «фамильный» бассейн или даже озеро.

Здесь возникает предпосылка к рассмотрению потуг представителей псевдоэлиты показать, что они действительно элита, коим несть числа, но это я оставлю на потом, как второстепенное. А сейчас, установив, что есть элита и псевдоэлита, и что я элиту вообще рассматривать не буду, так как это просто дар божий, сосредоточу свое внимание на псевдоэлите. Но сперва расскажу, зачем мне это понадобилось?

Дело в том, что во многих своих работах я употреблял слово элита без достаточно точных и однозначных определений, что я всегда имел в виду вовсе не элиту, а именно псевдоэлиту. И повторюсь, что рассматривать элиту вообще невозможно, так как она состоит из отдельных зерен, разбросанных по векам и народам и никогда не пересекающихся между собой, и описать ее возможно только в виде отдельных биографий как именные алмазы, найденные случайным образом на всех континентах Земли.

Выше я сказал, что по форме приобретения прав числиться в настоящей элите отдельные особи социума приобрели это право двумя способами: созданием материальных и интеллектуальных богатств. И здесь сразу бросается в глаза, что интеллектуальные богатства созданы на Востоке только в определенных небольших ареалах, таких как Персия, Иран, Хорезм и некоторых других, в то время как остальные невообразимые просторы Востока, особенно Россия, – бесплодны в этом отношении. Затыкание всех дырок Ломоносовым и Менделеевым я не считаю очень уж значительным. Запад же в этом отношении выгодно отличается от Востока, здесь интеллектуальные достижения элиты рассредоточены весьма равномерно по странам и народам Европы, примерно как химический элемент рений на просторах Земли.

Материальные же богатства, накопленные псевдоэлитой на Востоке до начала новой истории, весьма велики и сосредоточены весьма компактно, точечно, точно так же как интеллектуальные богатства, недаром говорят о восточной роскоши на фоне дервишей, о несметных богатствах сказок Шехерезады, которые даже не снились элите на Западе. На Западе же богатства материальные рассредоточены точно так же как и интеллектуальные богатства – ковром, равномерно, в виде многочисленных замков, равномерно покрывших всю Западную Европу. Я считаю это очень важным выводом. То есть, настоящая элита, создавшая интеллектуальные богатства, на Востоке – фрагментарна, на Западе – ковром. Псевдоэлита, имеющая материальные богатства, на Востоке – тоже фрагментарна, только это еще более резко выражено, на Западе – тоже равномерным ковром.

Отсюда следует, что настоящая элита на Востоке – явление точечное, вкрапленное в общую серую массу как алмазы в кимберлите, и скорее исключение, нежели правило. Поэтому преемственность во времени ее трудов и традиций почти незаметна, вернее даже, что эта традиция пресеклась на границе нового времени. На западе же преемственность налицо, и не только простая преемственность, но и явная ее экспоненциальная форма. Басню о том, что на Западе всю науку и искусства сделали выходцы из России, я оставляю на совести «баснописцев». Просто эти выходцы, останься они в России, никогда бы не стали чем-то знаменитыми, то есть, остались бы серой массой, никому издалека неразличимой.

Тогда невольно возникает вопрос, который я бы никогда не задал расистам, ибо их ответ очевиден и совершенно глуп. Почему истинная элита на Востоке фрагментарна и в конечном итоге пресеклась? Во-первых, потому, отвечу я по чисто домашней логике (если не дождь, то – ведро), что раньше истинная элита состояла в крепостных художниках и артистах у всяких там «любомудрых» эмиров, например, Шереметевых, каковых самих надо было днем с огнем искать. Во-вторых, потому, что восточное колено евреев придумало для эмиров гаремы, и с тех пор «любомудрых» эмиров стало и днем с огнем не сыскать. Любомудрие же, напомню, это перевод Ломоносовым слова философия. Таким образом, на Востоке на сегодняшний день истинной элиты (исключения возможны) нет, и в ближайшей перспективе возникновение ее весьма проблематично. Бывший СССР и нынешняя Россия, как известно, расположены тоже на Востоке. И даже Достоевский с Чеховым положение не спасают. А Лев Толстой, Тургенев и даже Пушкин к истинной элите отнесены быть не могут, так как выросли не на той грядке, о чем речь ниже.

Что касается истинной элиты на Западе, то несомненный факт ее экспоненциального развития можно объяснять сотней причин, но как всегда есть и главная причина. И я ее вижу только в одном – в кон­куренции между мелкими западными «эмирами», равномерно, в виде ковра, расположившимися в замках на просторах Западной Европы. И не внедри Козимо Медичи тут католичество, матерь западных империй, то процесс этот был бы еще круче. Этот мой тезис можно математически строго доказать на имеющемся стати­стическом материале методами теории вероятностей. Я просто не хочу на это тратить время, так как убеж­ден в этом без проверок. Желающие же могут выстроить ряды научных, технических и других достижений по последним 500 годам, сведения о которых с изобретением печатного станка стало невозможным подде­лывать. И применить к этим данным довольно простые по современным знаниям математико-статистиче­ские критерии, коих возникла целая куча в связи с развитием радиоэлектроники и массового обслуживания.

Лучше я остановлюсь на конкуренции. Дураку понятно, что когда соберутся в кучу равнозначные народные элементы, то, чтобы выделиться чем-то среди других, у каждого найдется что-либо из Книги рекордов Гиннеса, чем можно похвастаться, например, кто дальше плюнет или пописает. Я даже не хочу этих возможностей перечислять, загляните в эту Книгу сами. Но для «эмиров» из замков это, конечно, не годится: не того поля ягода. У них даже не сморкаются, а всего лишь «обходятся посредством носового платка» или «облегчают нос». И не спрашивают, где тут у вас туалет, но непременно: как помыть руки? Это хотя и напоминает советский анекдот про прохожего, изрекающего: дайте воды попить, а то я с позавчерашнего дня ничего не ел, и вообще мне переночевать негде, тем не менее, звучит в устах «эмиров» по-идиотски. Я на этом потому так подробно остановился, что можно было прямо сейчас начать разговор о псевдоэлите западного толка, но потерплю.

«Эмиры» из замков хвастаются друг перед другом своими музыкантами, механиками-самоучками, изобретшими мост на цепях через ров с водою, который может поднять и опустить даже хлипкая графиня своими нетренированными пальчиками. И прочими достижениями научно-технического прогресса и достижениями искусств. Кто дальше пописает, они перестали соревноваться, как только построили замок. А замок построил их пращур, который был действительно элитарным дядькой, в смысле широченных плеч и здоровенных кулаков, например. И нынешний «эмир» хвастается уже вторичным хвастовством, псевдоэлитарным. Как видите, тут все время у меня вклинивается псевдоэлита, хотя я и хочу про нее на время забыть.

Главное в том, что равномерно разбросанные замки среди просторов Западной Европы имели своих владельцев, которые ничем иным, в виде пушек и шпаг, уже не могли хвастаться друг перед другом: себе дороже. Ведь силы были приблизительно равны. Вот тут-то и надо искать причины первичного взлета наук и искусств, который в дальнейшем уже сам себя поддерживал. Ибо хвастовство у людей неистребимо. Тут я сам себя остановлю, и с западных замков перенесусь в восточные леса, горы, степи и пустыни.

По идее, тут должно происходить то же самое. Однако не произошло. В чем же тогда дело? А вы посмотрите, много ли древних замков, например, в России? И насколько далеки они друг от друга? Тут замки – это города, имеющие свои кремли-замки, и находятся они друг от друга, галопом за неделю не доскачешь. Я это подробно описывал в статье про кремли, чети и засеки, повторяться не намерен. То же самое наблюдается в Средней Азии, Двуречье, в Иране и даже в Китае с его-то гигантским населением. И хотя в низких широтах нет строительного леса, все равно каменных замков мало, подавляющая часть населения живет в глиняных (саманных) избушках, не желая возводить каменных домов из-за трудоемкости работ. В России же строили деревянные даже не дома, а избы, напоминающие кучу как попало накиданных бревен. И только спустя века догадались немного выравнивать углы срубов. И безалаберность при строительстве жилья для народа хоть саманного, хоть деревянного, совершенно одинакова для низких и высоких широт. Конечно, с течением времени деревянные барские хоромы, кремли бояр стали выделяться в окружении хижин, но горели они чуть ли не ежедневно. И все равно деревянные кремли были очень далеки друг от друга, хотя хижины простого люда были рассредоточены по тайге так же равномерно, и народ не очень-то стремился как в Западной Европе быть поближе к своему деревянному замку, а наоборот, стремился обосноваться подальше от замка, спрятаться от доморощенного «эмира» в глухой тайге. То же самое можно наблюдать и в остальной Азии.

И вдруг, как черт из табакерки, выскочили на Руси каменные кремли, крайне редкие, притом все на Волге и Днепре. При том, что каменная кладка на Руси так же неестественна как известка на фраке. И только одно это говорит, что каменные кремли начали возводить пришельцы, обосновавшиеся у нас на Родине. Это я говорю о Хазарском каганате, почти целиком, за исключением калмыков и чеченцев, перекочевавшим на Святую Русь, когда она и не думала еще назваться Святою. Подробности в других моих работах.

Это только предпосылка для выводов, а выводы будут ниже. Оттолкнусь от того факта, что в отличие от Западной Европы восточное народонаселение не хотело жить вблизи своих князей, а рассредоточивалось от них подальше, но практически равномерно по землям. И тут другого объяснения не найдешь, кроме того, что жить около князя было несладко. И вся древнейшая история России полна насильным переселением народа под бок к князю. Собственно как и история вообще Азии. А в Западной Европе, наоборот, народ тянулся под крыло своих патрициев. И когда неприятель набегал на них ненароком, все прятались у князя в замке. Это, в свою очередь, сближало элиту и народ. Достаточно вспомнить осаду больницы в Буденновске, когда заложники и бандиты оказались духовно ближе между собой, чем с осаждающими их войсками и милицией.

Я в других своих работах достаточно убедительно показал, что торговое племя (будущие евреи) из восточного колена Израилева, направившись через Персидский залив в Центр Азии, а затем и на Русь, создали ислам и христианство-несторианство для прочесываемых ими народов. И на основе его поработили их идеологически, создали систему беспрекословного подчинения. И здесь надо иметь в виду некоторое отличие в этой «азиатчине», граница которого проходила по Хазарскому каганату. Каганат и то, что южнее, представляют собой безлесные равнины и горы, но в основном все-таки равнины, где особо не спрячешься. Поэтому народ на этих просторах всегда был в поле зрения и под контролем местных эмиров, спрятавшихся в своих замках от набегов таких же «соседей». И народы каждого эмира знали: чьи они. И в периоды затишья войн между эмирами наступал форменный разбой каждого эмира над своим народом. Эмиры думали как и вообще думает самонадеянные правители, что так будет продолжаться вечно. Поэтому в любви к себе народа они не нуждались, потому и грабили его беспощадно. Спрятаться народу было некуда, он неотлучно находился около своих арыков и полей. Но тут набегал соседний эмир, и эмир, подвергшийся нападению, начинал «любить» свой народ, но народу было плевать, он уже знал, что так будет продолжаться недолго, до чьей-нибудь победы. А потом все вновь возвратится на круги своя. Поэтому к этим войнам относился совершенно равнодушно, переходя в подчинение от эмира к эмиру, что не меняло основ его жизни. Главное же в том, что на открытой всем ветрам равнине маленьким эмирским землевладениям было невозможно продержаться долго в суверенитете, поэтому эмираты укрупнялись. Это и по нынешним монополиям видно. Основывались хорошо укрепленные, неприступные города, а маленькие бывшие замки сравнивались с землей. Междоусобицы почти прекратились. И для крупных эмиров наступила нега: сумасшедшая роскошь, гаремы и прочие сладости жизни. Эта нега и прекратила развитие наук и искусств, достаточно было школы танцовщиц «живота». И народ, естественно, закрепостился до изнеможения. «Самородки» народные никому не были нужны. Эмиры стали хвастаться крепостными стенами и подвалами с золотом. Да, и перед кем хвастаться? За неделю до соседа не доскачешь. Описанная ситуация продолжается по нынешний день.

В горной же местности порядки «разделения властей» определялись в основном рельефом местности, но я на этом не буду останавливаться. Ибо и здесь не придумали даже велосипеда.

Хазарский каганат, также открытый всем ветрам, сперва держался на добыче и транзите соли от Ахтубы Волги до Тихого океана на востоке и Гибралтара на западе. Потом, когда соль с горем пополам научились добывать из-под земли и выпаривать ее из морской воды, наступила очередь работорговли «русскими» девицами с верховьев Волги. Притом в русских лесах их ловили свои же соотечественники-мужчины, и вели их к Волге сбывать «персидским» купцам из Хазарии. Дело в том, что в русских лесах женщины жили достаточно большими кланами по своей половой принадлежности под водительством Бабы-Яги, а мужчины жили там же небольшими разбойными «охочими» группами на «подножном корму» тоже по половой принадлежности под водительством своего атамана. Поэтому женщин продавать «персам» им было не жалко, они же, как грибы после дождя растут по лесам. Подробности у меня в других работах. Но переход с торговли солью к работорговле девицами потребовал структурных изменений в управлении Хазарским каганатом. В результате «структурной перестройки» много людей остались безработными. Это выглядело примерно так, как если бы ныне отменили российскую бюрократию в полном ее составе. Вы же сами знаете, сколько бы людей осталось без всяких средств к существованию, ложись и помирай. Поэтому беспризорная хазарская бюрократия двинулась в русские леса отбивать хлеба у русских мужиков. И так как организация у них была не чета лесным «бизнесменам», то они быстренько вытеснили их из их традиционного «бизнеса». Вот тут-то и стали складываться первые русские города на Волге. И пришлые люди, естественно, принесли с собой и свое искусство каменных строений.

В отличие от Западной Европы, где мини-государства складывались по исторически естественному принципу и на основе местных властей, силами первичной и истинной элиты, наши русские мини-государ­ства на Волге организовывались силами пришельцев, пришедших к нам только с одной целью – искать по лесам и продавать людей. Но я заскочил вперед, так как не доложил вам о переходе с торговли женщинами на торговлю мужчинами и детьми, но уже на Дону и далее, в Кафе. Главным и наиболее «чтимым» торговцем людьми является Иван «Калита». И это описано у меня в других работах. Дмитрий же «Донской» основал Москву, а вовсе не Юрий «Долгорукий». И вообще «долгоруких» в мировой истории – как грязи после дождя, ибо «долгие руки» можно перевести как «руки загребущие».

Константинополь (Византий) построили евреи под видом «греков», и это был просто город с тройными стенами для взимания пошлин ни за что, и никакой Византии вообще не было. Потом эти «греки» создали грандиозный флот для торговли от Трапезунда до Гибралтара и Англии, и им потребовалось бессчетное количество гребцов-рабов, прикованных к веслам посмертно. И вся эта армия родом из будущей России. Жизнь галерного гребца коротка, поэтому наладился постоянный вековой поток, спертый потом историками на крымских татар, которые из гордости этого отрицать не стали. Теперь можно вернуться к волжским городам и «великой» Москве.

Жизнь в лесах специфическая, мимо в ста метрах пройдешь, и деревни не заметишь. Дорог нет, сообщение только по речкам, лодки – в зарослях. Пашен тоже нет, жизнь, как и в Сибири – «дарами» тайги. Земледелием занимались только женские кланы, просо сеяли, притом скрытными клочками: пройдешь мимо «поля» и не заметишь. И хазарские пришельцы, построив свои каменные кремли для собственного укрытия, набегали по окрестностям и ловили людей в их деревушках-логовах, этих людей было не жалко, точно так же как и много позднее – африканских негров в Америке. Почитайте об этом в других моих работах про «чудаковатую чудь», «чудаков», «спрятавшихся под землю».

«Боярскую» жизнь в шубах с рукавами до пола, чтобы не дай бог, не подумали, что боярин что-то делает руками кроме держания ложки – это гипертрофированный от дурости и безграмотности еврейский принцип «пользуйся всегда услугами рабов».

В этом и заключается разница, о которой я говорил выше, между народом и элитой к югу от Хазарского каганата, и – к северу от него. В дремучих русских лесах «русским» «эмирам» невозможно наладить такую же «стационарную» жизнь как я описал выше. В русских лесах жизнь эта крайне нестационарная, она в точности похожа на охоту в тайге на массового зверя, такого как соболь. Соболь кочует по тайге за белкой, а белка кочует по тайге по урожайным на кедровые орехи угодьям (иногда на тысячи верст), и уже охотники кочуют последними в этой цепочке. И ни одному охотнику не придет в голову даже мысль, что соболь станет жаться к охотничьим избушкам, надеясь там защититься от «набегов» других охотников. Особенно этот пример не годится для Западной Европы, ведь там народ, наоборот, жмется к «охотничьим избушкам». Значит там, на Западе, между народом и элитой не существовало принципа «охотника и его жертвы».

Итак, между народом и элитой на «святой» Руси по определению не могло быть никаких других отношений как раба и рабовладельца. Я, конечно, здесь опустил переход к крепостному праву (это у меня подробно описано в других работах) специально для того, чтобы более подробно осветить «боковой» вопрос этих отношений, а именно – возможность прогресса в науках и искусствах, без которого невозможна сама истинная элита. Истинная элита, конечно, тоже растет как грибы в лесу, но для этого нужен хотя бы сам лес. У нас же лес – поле разбоя специфических» грибников, косящих людей как грибы косой, не разбирая младого и старого, нужного и совсем не нужного. Поэтому, во-первых, потенциально элитных во младенчестве продали на галеры, и там они сгинули от непосильного труда. Во-вторых, постоянно на бегу от «охотников» многому не научишься. В третьих, учителей чаще ловят, так что нет преемственности поколений. Можно так дойти и до «в двадцатых», но я сразу скажу, в двадцать первых, истинной элите для взрастания нужна и хоть какая-то «окружающая среда», создаваемая на Западе для них самими «эмирами».

Теперь надо осветить два вопроса, и я не знаю, с которого мне начать, который важнее? Первый – это возможен ли прогресс в науках и искусствах при рабстве? И второй – что важнее, если это сосредоточено в одном лице, его лояльность к рабовладельцам или его нелояльность к ним в обмен на его элитарность? На первый вопрос у меня есть только простой ответ, конечный, без его движущих, вернее, тормозящих сил. И этот ответ у всех перед глазами. Из трехсот миллионов рабов, конечно, можно найти одного Сахарова для создания водородной бомбы. Но, чтобы двинуть вперед все науки как это произошло на Западе, Россия никогда, со дня своего основания Рюриком, не могла. И не только все науки, но даже и ни одной не могла двинуть вперед. В России даже не смогли изобрести простой пилы, чтобы на доски пилить деревья, в сплошном окружении которых жили. Вместо этого стволы просто раскалывали пополам клиньями, совершенно как какие-нибудь питекантропы и австралопитеки. И сколько бы записные пропагандисты «самой передовой в мире науки» ни надували губы, на «одной шестой» почти ничего не изобретено, что бы использовалось всеми народами, исключая мелочи. И даже знаменитое «русское» деревянное колесо, которое я по ошибке считал действительно русским, прибыло к нам вместе с не менее знаменитыми, но позабытыми, крепчайшими еврейскими (хазарскими) повозками тысячелетней давности. Тем более что дорог на Руси вообще не было до хазар, мы только плавали по речкам и «волочили» между ними (см. про Вологду и Волок Ламский у меня в других работах).

Второй мой вопрос можно поставить в промежуток между первым вопросом и ответом на него. «Наука побеждать», я имею в виду победу над собственным народом, поэтому с Суворовым это не отождествляю, является труднейшей из наук, так как она ни на чем, близком к понятию в народе, не основана. Трудность же ее в том, что не знаешь, с какой стороны ждать криминал. Поэтому борешься со всем, что выходит за рамки повседневной рабской жизни, почти животной. Так, например, по этой самой «причине» Василий Шуйский не хотел, чтобы его народ читал простой «западный» календарь, штук двести которых привез один ганзейский купец в Россию. Но «стеснительный» перед Западом Шуйский не хотел, чтобы о нем плохо подумали, поэтому выкупил все эти календари у купца и… сжег. И точно по такой же «стеснительности» Сахарова не расстреляли как сотни тысяч других представителей истинной элиты, а посадили в однокомнатной квартире в знаменитом торговлей рабами городе Горький, ныне, как и встарь – Нижний Новгород.

Но раз уж я заговорил о Сахарове, то – это классический пример для пояснений по моему второму вопросу. Молодость у элитного, как и всякого неэлитного, человека занята возможностями секса чуть ли не на половину. Вторая половина у элитного человека занята раздумьями об интересующем его научном вопросе. У неэлитного человека эта вторая половина души занята всякой всячиной, например, как и где бесплатно выпить, чтобы обратиться к первой половине своей души. Когда проходит первая молодость и у элитного человека секс перестает занимать в первой половине души главенствующее место, эта половинка души идет на подмогу второй половинке, посвятившей себя науке. У неэлитного человека первая половинка души направляется туда же. Но так как вторая половинка души занята всякой всячиной, а «всяких всячин» – миллион, то для этих «всяких всячин» не только второй половинки недостаточно, но можно бы еще где-нибудь прикупить, чтобы как следует развернуться с решением проблем «всяких всячин». Собственно, у элитного человека происходит почти то же самое, за одним существенным исключением. Науке, которой занимается элитный человек, явившаяся к ней «сексуальная половинка» не нужна. Ибо и самые сладкие конфеты приедаются, ибо и самая сложная наука все-таки не бесконечный набор «всяких всячин». И освободившаяся «сексуальная половинка» по природе своей элитной не желает заниматься «всякими всячинами». Ей тоже подавай серьезные раздумья, ведь обе они находятся в одной и той же элитной голове. Вот поэтому «сексуальная половинка» и начинает думать о вечном. Если не верите, то вспомните Эйнштейна и ряд других величайших физиков, например, наотрез отказавшихся делать атомную бомбу, и даже открыто осудивших это грязное дело. Но я не о них, а о самой природе освободившейся от секса части души решать глобальные проблемы, соответствующие их элитарности, например, Ньютону стала очень не нравиться глобальная хронологическая шкала истории Скалигера. С чего бы это, если не от освобождения «сексуальной половинки»? А Сахарову стала очень не нравиться советская власть, для которой он сделал водородную бомбу, за что он и попал в город Горький. А Ньютон, кстати, не попал в аналогичный город, а, наоборот, стал лордом, хотя скалигеровская хронология и была как скала или, вернее, как здание на Лубянке.

Последние предложения передвинули меня на новый абзац, в котором я хочу закрепить ответ на второй вопрос, изложенный выше. Конечно же, имей любой раб в стране самую что ни на есть элитную голову, ему ее не сносить, как только он начнет думать, о чем «не положено» думать. И заметьте, я ведь недаром говорил о двух половинках души, не для поэтики, а клонил к тому, что элитная голова просто не может не думать о вечном (не путать с религиозным понятием) и глобальном. А из раздумий об этом неизбежно получается, что рабства не должно быть. Сейчас на Западе даже дошли до того, что мушек и былинки степные охраняют от поползновений их уничтожения. Об исковерканных  душах рабов там уже и не думают, все это в прошлом.

А нашей псевдоэлите ничего не жалко. Ей, этой псевдоэлите жалко только самих себя. Так могут в такой среде развиваться науки и искусства? Вопрос хотя и риторический, но для совсем уж дураков поясняю. Не могут развиваться науки и искусства. И «Черный квадрат» Малевича валялся бы где-нибудь под забором или на чердаке, не прояви к нему интерес Запад. И теперь надо сказать несколько слов о том искусстве, наук в этой категории нет, которое произвели сами рабовладельцы, тот же Лев Толстой или Тургенев, и даже бессменный лондонский редактор журнала «Колокол» богатейший помещик Герцен. Конечно, по сравнению с помещицей Коробочкой, да и тем же самым помещиком Ноздревым, Лев Толстой смотрится в более выгодном свете. Но, заметьте, все это сделано, как говорится, от жиру. Это вам не Моцарт, перебивавшийся случайными заработками. И сколько все-таки написали эти русские корифеи, например, Толстой и Тургенев за свою весьма долгую жизнь? Несравненно меньше, чем тот же трудяга простолюдин Бальзак, к старости купивший себе приставку «де», или такой же простолюдин Золя, да и оба Дюма. И не надо мне говорить, что творенья бесценны по малому их количеству, и не по количеству они ценятся. Да, не дать бы тому же Толстому досыта жрать с самого детства как Горькому, он бы раза в три написал больше, а, может быть, и лучше. Голова-то у него без сомнения была элитная, но чуть ли не до старости была забита одним животным сексом. И если быть уж совсем беспристрастным, то вся наша псевдоэлита должна бы на такой жратве создать столько «достижений» наук и искусств, сколько весь Запад создал во всех сословиях. Все это, разумеется, относится не только к России, но и ко всему Востоку.

Весь Восток имел до недавних исторических дней так называемое людоедское правление, которое я рассмотрел в специальной статье «Реалии и тенденции». И элиты в этой части Света нет. Хотя псевдоэлиты хоть отбавляй. И элиты здесь вообще появиться не должно по причинам, изложенным выше. Поэтому поддержка элиты на Западе, основанная выше на взаимовыгодном сотрудничестве народа и псевдоэлиты должна откуда-то возникнуть, и объясняться не только тем, что я уже вам доложил. Должен был быть мощный толчок, развернувший Запад к нынешнему процветанию. На этот счет принято приводить в пример «древних греков», которые якобы создали научные предпосылки для того, чтобы воскликнули некоторые из французов: человек от природы имеет права. И я об этом уже писал в других своих работах, в книге «Загадочная русская душа на фоне мировой еврейской истории», в частности. Сегодня я эту концепцию уточнил в том смысле, что продвинул ее в более глубокую древность, на хронологической шкале которой древние греки только этап, притом более поздний, чем действительная основа прав человека.

Восточное колено торгового племени, двинувшееся из Йемена прочесывать народы в Индию и Персидский залив, никогда не узнало истинного Моисеева  Второзакония, оставшись навсегда при своем Первозаконии, и на основе его создало, как я говорил выше, ислам и прохристианство. И эти две религии были предназначены только для народов, которые торговое племя прочесывало. Само же торговое племя, устремленное уже не только в торговлю, но и в аборигенскую власть, оставило для себя лично только один постулат: вечно пользоваться услугами рабов и презирать от всей души «амхаарцев», работников земли, а потом и вообще всех работников, создающих материальные ценности. Внедрившись в прочесываемые племена, они создали элиту народа из самих себя, породнившись с местными царями и эмирами. На этом этапе они действительно представляли собой элиту: сплошь грамотные, целеустремленные, хваткие, властители дум. И на Востоке для них наступил рай на Земле. И как во всяком рае совершенствование мозгов прекращается, что доказано на многочисленных аборигенских племенах во всех краях Земли. Мозги властителей идеологии совершенствовались только в одном направлении, в необходимости держать народы в покорности и подчинении, так как в этом направлении никогда не прекращалась потребность. Постепенно возникла псевдоэлита, у которой других занятий не было, как нежиться в гаремах и поддерживать покорность рабов.

Западное колено торговцев, направившееся через Красное море в Африку, первоначально было тоже при Первозаконии, и на основе его добралось до Гибралтара, и даже до Шотландии, которая о ту пору была где-то в районе Гибралтара, как и «зеленая» страна Гренландия, ныне белая. (Об этом у меня в других работах). Где Моисей создал Второзаконие, я и сам немного путаюсь. Или еще в Эфиопии, или уже в Египте, если учесть что Египет вполне мог находиться в ту пору где-то в Аравии, не суть важно. Важно отличие Второзакония от Первозакония, которое от нас всячески скрывается псевдоэлитой несмотря на очевидность (подробности – в других моих работах). Дело в том, что не Второзаконие надо чтить как таковое, а именно его отличие от Первозакония. В Первозаконии перемешаны как в винегрете моральные и литургические требования к народу, что сбивает его с толку и дает возможность псевдоэлите управлять им. Во Второзаконии суп и мухи – отдельно. Моральные заповеди изъяты из служения богу Яхве и переданы во власть судей, а литургические заповеди оставлены еврейскому племени торговцев для того, чтобы они, жившие вкраплениями среди других народов, могли самоопределиться между собой и поддерживать друг друга. Поэтому не Юстиниан придумал юстицию, а – Моисей.

С этим двойным мировоззрением и прибыли потомки Моисея вместе с Иисусом Навиным и организовали всемирную таможню на Босфоре под видом греков. Потом они двинулись в Западную Европу и постепенно завоевали ее без всякого оружия, только смекалкой в торговых делах. Демократия на основе «эпохи судей» там бы восторжествовала гораздо раньше, не приди в голову одному еврею по фамилии Медичи создать католичество для личной власти (подробности у меня в других работах). И так как он к тому же украл у Гутенберга его печатный станок, то эта история не только удревнилась раз в десять, но и закрепилась во множестве печатных экземпляров, став канонической, ее мы и учим в школах. И это здорово замедлило развитие демократии на Западе на основе Закона, а не на любви к богу. Ибо бог – отдельно, закон – отдельно. Суть Второзакония.

Давно известно, хотя историки нанятые псевдоэлитой и врут обратное, что все то, что изобретено единожды, включая и искусство, никогда больше не забывается цивилизацией, ни в какие «мрачные века средневековья». И именно поэтому, посеянные Моисеем плоды «судей», хотя они и были убраны историками черт знает куда, в другие времена, дали всходы, и закон, права человека постепенно восторжествовал и над католичеством. Так и родилась западная демократия, о которой на Востоке так и не услышали, до сих пор. И только американцы ее постепенно внедряют там, в отдельных странах, доступных им. И именно поэтому Восток усиленно делает ставку на не им изобретенные атомные бомбы и прочие ужасные средства, «защищаясь» от демократии.

Западная псевдоэлита, вынужденная защищаться от народа, вооруженного законом Моисея, постепенно уступает, нанимает себе  для этого все более изощренных адвокатов и менеджеров, но – уступает. Восточная же псевдоэлита, включая «новых дворян» типа Михалковых, готовых служить хоть черту для благополучия своей династии, по-моему, надеется просуществовать вечно, ибо сильно суетится при любой власти, особенно при ее смене. Подробнее об этом у меня рассказано в других работах, в частности в статье «Про Гоголя и др.».  Здесь же обращу ваше внимание на происки псевдоэлиты сохранить свое статус-кво в форме создания «всемирных идеологий».  Но прежде обращу ваше внимание на то, что вообще все идеологии созданы евреями, начиная с Перво- и Второзакония. Христос – еврей. Козимо Медичи – тоже, хотя это и требует дополнительных доказательств, хотя одно то, что он создал всемирный банк католический на пустом месте, в котором сосредоточил все деньги Западной Европы, говорит как раз об этом. Маркс – еврей и Ленин – фактически – тоже. Даже Жириновский – еврей, хотя и говорит, что «сын юриста». Да и хазарские корни всех наших перводворян из той же серии (подробнее – в других работах).

Но это совершенно не значит, что я против евреев. А того, чтобы гамузом им что-нибудь делать плохо, я вообще принципиальный противник. Ибо от этого они только крепнут, становятся изощреннее и живучей. Так что это не только бесполезно, но и преступно. Преступно перед нами самими, делающими себе рабовладельца более сильным. Лучше нам надо больше учиться, преодолевая на этом пути все преграды, так же как это делают они столько времени, сколько существуют. И тогда мы сравняемся с ними по преодолению жизненных трудностей на благо себе. Только «социалистическое» соревнование. И тогда мы вообще забудем, что евреи есть на Земле. Чего, кстати, и они хотят. Собственно, я это для того говорю, что евреи в большинстве своем представляют собой именно элиту общества, а не псевдоэлиту, получившую власть вместе с деньгами по наследству. Наследственная власть и деньги, кстати, на Востоке – вещь чрезвычайно неустойчивая, они абсолютно ничем не гарантированы. И это подтверждает хотя бы тот факт, что большинство следователей времен сталинщины были евреями, поголовно расстрелянными по конъюнктурным соображениям.

Только в хорошем, притом образованном мозгу, могут рождаться глобальные идеи идеологического свойства, поэтому они и рождаются в еврейских мозгах как на подбор, даже идеи Фрейда по психоанализу, которые вопреки здравому смыслу отрицают женское начало в религиях. Как видите, даже врач пошел в идеологию, идеологию мужских религий.

Но, кроме Моисея, я не нахожу честного создателя идеологий, ни одного. Даже Христос – создатель религии для рабов. Ибо под видом Второзакония (как все до единого нас учат) он вернулся, а может быть, и не отходил от Первозакония, по которому щи и мухи – вместе, в одной тарелке.  И ислам, который несомненно старше христианства, религия, она же идеология, – рабов. Козимо Медичи тоже создал идеологию рабов, позаимствовав ее в Константинополе, у «турка» Магомета II, от которой едва избавились протестанты и, особенно, кальвинисты.

Самое интересное то в этом деле, что великие умы, создававшие идеологии-религии рабства, создавали их весьма хитро, так чтобы преодолеть за счет виртуальности понятий природное отвращение к ним простого народа, для рабства которого они и создавались. Возьмем ислам, который самая древняя религия, хотя историки и врут нам о его вторичном рождении после Христа. Эта религия самая примитивная, рассчитана на самые необразованные народные массы. Она проста до отвращения: жизнь – командировка, все остальное дома – в вечной жизни на небе. Все предопределено, и в этой религии больше ничего нет кроме: послушайся и жди. Несторианство-правоверие-православие – этот осколок ислама, разрешающий в отличие от него пить водку, рассчитано на столь же примитивный народ, которому приказано только верить, но не думать. И оно потому и создано, что пить водку народ просто не в состоянии отучить по местным таежным условиям, создавшим медовуху. А то, что нельзя отменить, надо узаконить.

На чем же все основано? На животной боязни будущего, на страхе перед непонятным, как гром и молния, даже внезапный выстрел из ружья у тебя под ухом. Но этого же боятся и домашние животные, и даже дикие животные. И притом представьте себе, даже кошка и собака в доме, вполне мирно живущие между собой, не бросаются друг к другу при ударе грома, а обе бегут наперегонки к хозяину, спасаться у него между ног. Ибо он, хозяин, как им кажется, самый сильный и умный, он защитит, он ведь где-то находит им корм и питье. Другими словами, он бог для них. Вот именно на этом и основана религия-идеология, и в этом ее хитрость, виртуальность – на службе элиты, а затем и – псевдоэлиты, уже по наследству.

Пора переходить к марксовой идеологии, она же религия. Лучше всех ее описал Алексей Толстой в «Гиперболоиде инженера Гарина», в том разделе, где описана жизнь простого народа на острове, добывающего золото хозяину из оливиновой оболочки Земли. Они же верят инженеру Гарину, он их кормит-поит и им ни о чем не надо думать, просто жить на всем готовом, только скудном. Но они же не знают об этом, как не знали в Советском Союзе, что скудно живут. Мы же тоже думали, что живем лучше всех в мире, не озабоченные завтрашним днем как при капитализме. А сегодня вдруг оказалось, что мы на каком-то совершенно диком уровне, хуже всех даже в Африке. Так рушатся идеологии. Они же произведены от незнания и отсутствия образования.

Заметьте также, что марксова  идеология основана на простой вере, как в Христа, что человек человеку друг, товарищ и брат, хотя простой здравый смысл показывает, притом всечасно и непрерывно в течение всей жизни, что человек человеку если не волк, то уж непременно – соперник. Даже в любви, кроме совершенно исключительных случаев, один – на миллион. И это даже – у животных. Но при религии мы верили исключительно, что бог поможет, а теперь, что – генеральный секретарь партии.

Поэтому свобода выбора, ответственность за себя и близких так трудно вдалбливается в наши головы, потому, что нам неохота даже думать о себе, желательно все получить сразу и в готовом виде прямиком от бога, царя или доброго барина. За тысячу лет и это можно вдолбить, притом уже генетически, за счет целенаправленного естественного отбора с помощью казни выскочек. От которых «хорошего» потомства ожидать не приходится. А вот послушных и «тонкорунных» надо разводить. Может быть поэтому «греческие» аргонавты плавали «на Кавказ» за золотым руном, отродясь которого на Кавказе не было. Они же не на Кавказ плавали, а в Кафу около Керчи, на рабовладельческий рынок из русских рабов, продаваемых своими же князьями типа Ивана Калиты, Дмитрия Донского и прочих волго-донских разбойников, начиная от Ильи Муромца (подробности в других моих работах). 

Кому же все это нужно кроме псевдоэлиты, живущей припеваючи за наш с вами счет? Ибо элита все это выдумала, но не воспользовалась, не успела, померла, иногда даже в бедности, в долгах как Маркс. Никому, во всяком случае, из нас, простых людей. Это псевдоэлите нужно. Вот потому элита, все выдумавшая, никогда не пользуется своими трудами, но их трудами пользуется псевдоэлита. Подробности об этом в других моих работах, сам же я перейду к осколкам и разновидностям обломков идеологий, которые «разрабатывают» как руду нанятые псевдоэлитой «ученые», и даже такие «народолюбцы»-бессребреники как Солженицын.

О Гаврииле Попове я писал неоднократно. Напишу еще раз, он сам напросился, пишет и пишет в газете «Московский комсомолец», газете хитро-вредной несмотря на народно-тиражную любовь (у меня есть специальная статья «про это»). Попов неглупый человек, маскируется отлично, но «новая» идеология коммунистическая из него так и прет, если присмотреться. Например, в № от 19 июля он перебирает мнения Солженицына, Троцкого и Ивана Ильина о тридцать седьмом годе сталинщины. Главной особенностью идеологии Попова является социализм типа того, что представил нам А. Толстой в упомянутом «Гиперболоиде…», хотя это и скрывается. Это выражается в том, что простому народу вообще не надо думать, что я ставлю на первое место, за него думает Попов и сообщает всем желающим. А еще в том, что псевдоэлите надо официально разрешить брать взятки как во времена российского «кормления» в средних веках. Он об этом прямо и объявил по «ящику» еще в будущность свою московским мэром. И поэтому ленивый Попов сошел с этой должности в пользу Лужкова, который с присущей ему энергичностью и поставил это дело на поток, отдав все 9 миллионов москвичей во власть чиновников, и даже узаконив это в своих «законах» Москвы. Об этом у меня тоже статья есть. Называется «Почему не любят власть имущие «Ворошиловского стрелка» Говорухина?»  Но коммунизм Попова выражен совсем неявно, думать надо, чтобы все это извлечь на божий свет.

Методическая же уловка Попова состоит в том, что он, впрочем, как и все «историки», старается рассматривать глобальный вопрос Земли на изучении отдельной гальки, валяющейся на морском берегу в содружестве других миллиардов таких же галек, как в Сочи. И на основе этой «галечной науки», совершенно также как выше упомянутый «инженер гайки номер восемь», сообщает нам «как нам жить дальше», как «обустраивать Россию».

Солженицын у Попова «не выделяет… открывающего эпоху государственного социализма», который Попову очень нравится (см. «Манифест Тони Блэра и Герхарда Шредера» («МК» от 10.12.1999)). Солженицын «в Большом терроре (Сталина – мое) видит только деструктивную силу», что «совпадает у него с подходом авторов «щоковых реформ»». И поэтому не видит нового строя – постиндустриального. Мало того, именно поэтому «программа обустройства России Солженицына оказалась не у дел». Между тем эта программа как я показал в другой работе «оказалась не у дел» совсем по другим причинам. Во-первых, потому, что Солженицын предложил земское правление регионами России, что неминуемо ведет к суверенизации народов ее, несмотря на то, что Солженицын очень любит единую Россию. Во-вторых, нынешней элите, захватившей нефть, газ, алмазы и прочие богатства «единой» России совсем не нужно, чтобы эти богатства оказались за ее границей. И, в третьих, как говорится, с худой овцы хоть шерсти клок, а Россия вся – худая, поэтому овец надо много в отаре. Но, самое главное состоит в том, что Попов хочет дать очередную панацею России – «постиндустриальное общество», не провозглашая равенство всех перед законом. А как раз в этом-то и состоят ее неисчислимые беды.

Троцкий же, который в действительности тот же Березовский, своей энергией «сделавший и защитивший революцию», но в результате внутрикремлевской драки оказавшийся на обочине псевдоэлиты, и вынужденный «издалека» огрызаться, у Попова оказывается более значительной фигурой. И если Березовский вдруг, ни с того, ни с сего, помрет, то аналогия его с Троцким будет полной. Чего же такого «не понял» Троцкий, и зачем эта мелкая сошка русской истории вообще понадобилась Попову? Оказывается, Троцкий не понял, что «советская бюрократия сможет решать созидательные задачи». И именно Попов это «понял». А если он это «понял», то я ему сообщаю, что «созидательные задачи» эти достигнуты ужасающей эксплуатацией народа, отставшего в своем развитии не только от Запада, но и от Африки, десятками миллионов трупов из всех сословий, уничтожением самого многочисленного класса России – землепашцев, безжалостной распродажей не только недр, но и всякого другого достояния страны. Отсюда так и прет из Попова дурь, что именно бюрократия – пуп земли. И только для этого, как я думаю, он вспомнил эту мелкую сошку, специально приводя ее слова: «Если бюрократии удастся, переделав формы собственности, выделить из себя новый правящий класс, этот последний найдет себе новых вождей…» Не Путина ли имеет в виду Попов? Ведь именно эти слова Троцкого Попов называет «пророческими». Тогда я прибавлю к этим «пророчествам», что ныне закон в России стал совершенным «дышлом», что чуть ли не все законы подряд и чем дальше, тем – больше, попирают Конституцию России в самой ее основополагающей части, первых ее двух главах. И делает это главным образом его соратник и заместитель «по Москве» – Лужков.

Чем же там Ильин провинился, чтобы дать шанс Попову стать оракулом? «Представив аргументированную и развернутую критику старой элиты советского строя, Ильин не сумел разглядеть особенностей той элиты, которую насаждал Сталин». Ибо «сталинская элита была, несомненно, более профессиональной. <…> Она была нацелена на экономический подъем своей страны. При подходе Ильина трудно объяснить появление в советской элите Жуковых и Рокоссовских, Завенягиных и Ванниковых, Королевых и Туполевых, Курчатовых и Харитонов, Улановых и Эйзенштейнов – элитных звезд по всем лучшим мировым стандартам». Что Жуков – не Суворов, берегший солдат и побеждавший за счет своего военного гения, это всем известно. Жуков – это копия Миниха, заваливавшего стены и рвы трупами своих солдат, чтобы забраться в осажденный город. Что Рокоссовский – блатной, которых всегда ценили на Руси (см. другие мои работы), но не в этом дело. Главное, что он не мог работать даже у себя на родине, в Польше, в мирной обстановке. Поэтому, какой же он «звезда по лучшим мировым стандартам»? Королев и Туполев – воспитанники тюремных «шарашек», а вовсе не «звезды по лучшим мировым стандартам». Об остальных не буду даже упоминать, они просто обыкновенные гении из народа, не из элиты, которым удалось по разным причинам завоевать расположение псевдоэлиты. Зачем тогда они потребовались Попову? Чтобы доказать его «правоту» насчет «экономического подъема страны»? Так это же страшно мелкое «доказательство». Оно именно таково потому, что тысячи потенциальных гениев, гораздо выше Жукова, были или уничтожены, или им не дали развить своих способностей. Достаточно проверить, сколько всемирных гениев имеет наша страна на душу населения, и сравнить эти данные с данными из демократических стран Запада. И будет все ясно, а собственные имена наших «гениев» как доказательство – померкнут. И вместе с ними померкнут как  «более профессиональная сталинская элита», так и  «нацеленность на экономический подъем своей страны».

Между тем, ильинские характеристики элиты, даже те, которые дал Попов, весьма близки к тем, которые и я пропагандирую. Только из этих характеристик Попов не сделал никакого вывода, кроме того, что «Ильин не разглядел» того, что «разглядел» сам Попов. А Ильин, между прочим, «разглядел» как сам Попов его цитирует, что «советская элита окажется неспособной эффективно руководить страной после краха коммунистической партии и советской власти». То есть Ильин прямым текстом говорит, что элиты как таковой при советской власти быть не может, ибо она «неспособна эффективно руководить страной» без палки, которой партия и советская власть является. И уж совсем бессмысленным выглядит тогда приведенный Поповым список «гениев» советской власти, якобы, что-то доказывающий.

Теперь надо сделать некоторые более общие выводы. Ни один из создателей идеологий для народа, и Попов в их числе, кроме Моисея, не пропагандировал для народа независимый суд как таковой. А ведь в этом все дело, если не заостряться на само собой разумеющемся: суд должен быть равным для всех. Ислам и христианство всех сортов, смешав в кучу моральные и литургические заповеди и предоставив разрешение вопросов «правильно – неправильно» богу в лице чиновников от церкви, тем самым отказались от использования судебной власти. И только стыд перед Западом заставил их имитировать эту самую судебную власть, которая, тем не менее, сплошь и рядом подвергается правке от тех же самых церковных чиновников и светских властей, получивших название «телефонного права». Упразднение на Западе завоевания судебной власти пропагандировал католицизм, соорудивший «святую» инквизицию, но потерпел поражение. Только поэтому мы и имеем сегодня не только понятие, но и судебную власть как таковую, несмотря на то, что ее постулировал еще Моисей.

За каким же чертом еврею-торговцу Моисею потребовалось это разделение? Притом тогда, когда уже не только сформировался для евреев принцип их жизни – просачиваться сквозь племена на основе торговли, но и уже после того как они вышли в свой знаменитый поход. Ведь, как вы помните, в поход воинство Моисея вышло с Первозаконием в руках, вернее, на каменных скрижалях, носимых в ковчеге. И в пути Моисей вдруг переменил эти скрижали, водрузив туда Второзаконие.

Дело в том, что мешанина из литургии и морали в Декалоге делала торговцев такими же рабами во всем и вся своего бога Яхве, вернее «книжников» и «левитов», которые выступали от его имени. И им приходилось на­деяться не на себя, не на свою предприимчивость, знания  и ум, а – на  бога Яхве. Но и это еще не все. Во-первых, торговля – это почти всегда обман, недаром говорится «не обманешь – не продашь». И как же быть торговцу при заповедях типа «не укради», «не делай лжесвидетельства»? которые соседствуют с заповедями типа «не поклоняйся другому богу, Яхве – твой бог», «принеси Яхве от тука своего». Во-вторых, живучи вкраплениями в чуждой им среде, но за счет этой среды, то есть, мало общаясь между собой, евреям-торгов­цам надо было дать инструмент идентификации между собой и отличия от всех прочих, неевреев. Моисей своим Второзаконием сразу разрубил этот «гордиев узел», одним росчерком пера превратив недостатки в преимущества.

 Отныне литургия и закон (мораль) были отделены друг от друга. С помощью Яхве и строжайшей литургии в честь его, свободной от всяких других «дурацких» заповедей, евреи-торговцы идентифицировались друг с другом, принадлежа к одному сообществу, что было важнейшей составляющей разрозненного племени. Притом бог Яхве нисколько не мешал обманывать всех прочих людей, не принадлежавших к «возлюбленным» Яхве, лжесвидетельствовать, не почитать мать с отцом, если на данный момент это было выгодно и необходимо, и так далее. Таким образом, Яхве раз и навсегда перестал вмешиваться в людские дела, осуществляемые друг с другом, они его нисколько не интересовали. Мало того, он этим поощрял обман всех прочих, неевреев, амхаарцев, рабов земли, то есть, производителей  товаров, которые евреи с выгодой для себя продают и обменивают. Зато внутреннюю еврейскую структуру, основанную на почитании Яхве, надо было еще более упрочить. Для этого и только между евреями должна была появиться новая структура – суд, эпоха судей. Заметьте, судьи существуют только среди евреев и для евреев. Для того чтобы евреи все-таки почитали родителей и не воровали друг у друга. У неевреев воровать уже можно.

Таким образом, была создана элита общества, и это была действительно элита. Ибо евреев Тора заставляла быть непременно грамотным, пробивным и предприимчивым, знать всему и вся цену. Это на первых порах. Затем появилась псевдоэлита, и в первую очередь, служители культа, которые заржавели около своих книг, потеряв предприимчивость, не утратив жажду наслаждений. И оберегали этот свой статус уже с помощью законов, которые сильно деформировались.

Внедряясь в восточные царско-эмирские дворы на матримониальных правах, они и првинесли с собой в них понятие элиты общества, которое сильно видоизменилось и стало наследственным, а не благоприобретенным. На Востоке евреи почти перестали торговать, представ там наследственными рабовладельцами. Но некоторые, не вписавшись в эту жизнь по разным обстоятельствам, создали Хазарский каганат на основе чистой торговли. А потом все-таки растворившись на «святой» Руси в качестве рабовладельцев. Из восточного колена Израилева почти никто не попал в Западную Европу, так, мелкие осколки, в основном в городе Буда (часть Будапешта), он же Офен (офеня знаете, что такое?). Закон в этих краях был простой показухой, он соблюдался только среди элиты, а затем и псевдоэлиты. Оно и ныне – так. Вот именно поэтому закон у нас, что дышло, куда повернул, туда и вышло.

На Западе вторая составная часть еврейской религии – закон, очень распространилась благодаря мореплаванию, ее развезли «древние» греки, которые тоже в основном евреи. А теперь вспомните, что я писал выше насчет добровольной группировки народа вокруг западноевропейских замков. Так закон впитывался в сознание простого народа, в массовое сознание. За самим законом народ потребовал и своих прав человека, так как на свет рождаются именно с этими правами, равными для всех. Несмотря на то, что католичество отчаянно с этим боролось.

Вот когда над этим как следует подумаешь, и все взвесишь, жалкие потуги Попова кажутся такими мелкими камушками на берегу моря, составляющими его пляж. И такими жалкими представляются создатели религий и идеологий, что одно и то же. Хотя ума от них и не отберешь.

Вы только представьте себе! Сколько веков существует Восток и Запад? А воз, как говорится, все там же. И только от этого надо плясать, как от печки, а не выдумывать «вещи в себе», из самих себя растущие. Мир дожил, конечно, до понимания, что идентификация среди себе подобных с помощью религии – не самое главное достижение человечества. Куда важнее закон. Но понимания того, что закон должен быть равным для всех, а не только для «евреев», все еще на трех четвертях поверхности Земли – терра инкогнито, неизвестная земля. И только над этим надо сегодня задумываться людям, а не о дурацких идеологиях, капитализма и коммунизма, которых ныне в чистом виде в природе вообще нет. А Попов чем занимается? Он просто дозирует капитализм и коммунизм по капле в месиво, которое называет чем-то «новым». И ему невдомек, что убрав или добавив каплю той или другой субстанции в это месиво, получим новое месиво, и таких «месив» можно из этих двух субстанций нагородить тысячи, если не больше.

Вообще говоря, псевдоэлита, так как элиты ныне вообще нет, не считая евреев, закон и его исполнение выдумывает только для себя, любимых. И это с особенной наглядностью видно на примере сегодняшней России. Без идеологии, но со старушкой-церковью, без веры, но с надеждой на батюшку-царя, которому вообще плевать на людей, усидеть бы на троне. В общем, многонациональный народ устал и просит только, чтобы ему дали свободно и тихо умереть.

 

                                                                                                           21 июля 2002 года      

Раз уж Вы попали на эту страничку, то неплохо бы побывать и здесь:

[ Гл. страница сайта ] [ Логическая история цивилизации на Земле ]

         

        

                  

 

 



Hosted by uCoz